Жизнь за кирпичной стеной. Иной исход.

Уже полтора года Лиф находилась в старом поместье отца. В этом году она не пошла в Хогвартс. Конечно, как можно пойти туда, где тебя даже не помнят. Том постарался чтобы никого не волновало отсутствие студентки, ну да, была какая-то Малифисент Снегг, ну и что? Все забыли о том что она была лучшей подругой Гарри Поттера, объединяла их враждующие факультеты и всегда улыбалась. Никто не помнил о том, что она приходила на бал с Седриком, о том, что Драко Малфой не мог устоять под её упрямым взглядом. Даже он сам. Он не помнил ничего. Зачем понадобилось стирать ему память? Но всё очень просто. Лиф боялась, боялась что он станет пешкой в чьих-то корыстных руках из-за неё. А Снегг...хотя наверное уже нет смысла использовать эту фамилию, Реддл не могла рисковать близким ей человеком. Единственной отдушиной был Крауч-младший. Он стал другом, даже старшим братом. Лорд помиловал его и наказал следить за дочерью. С Барти она познакомилась ещё тогда, на озере где чуть не умерла. И познакомилась не в плане что увидела его и пожала руку, а увидела его душу в глазах. После того случая она отправилась в Запретный лес, пытаясь найти единорога. У неё вообще были весьма странные увлечения. И она встретила его опять. Он умолял простить его, ведь это был приказ, а за невыполнение тоже грозила смерть. Барти и Лиф начали встречаться довольно чаще, он учил её новым заклинаниям, а она рассказывала то что её мучило. За эти полтора года многое изменилось, даже сама Лиф. От её рыжих, горящих огнем волос практически ничего не осталось. Лишь маленькая прядь, которая была слишком упрямой и никак не хотела меняться. Теперь Малифисент стала копией отца. Многие не понимали почему она так быстро переметнулась на сторону врага. Но если бы они знали, что он ей показал. Темный Лорд не убивал её мать, а наоборот любил больше жизни. Он любит и любил всегда свою дочь и мечтал увидеться с ней. После переезда Лиф и её отец часами не выходили из библиотеки и вечно разговаривали. Затем, они вместе отправились на поиски крестражей, но кто-то всегда был на шаг впереди. Из всех уцелевших частичек души Волан-де-морта остались лишь Нагайна, Гарри и диадема Кандиды Когтевран, которую Лиф успела выцепить перед тем как покинуть Хогвартс. Пожиратели перестали нападать попусту. Единственными баталиями были сражения с Орденом, когда они находили дома ПСов. —Отец—Лиф сидела за древним роялем, передаваемым из поколения в поколение. —Да, горошинка. —Ну пааап—Реддл-младшая встала с пуфика и подошла к Тому—Я же уже не маленькая кроха, чтобы меня так называть. —Для меня ты всегда будешь ей. Тем более я даже не успел этого испытать, так что позволь хотя бы так восполнять потери. Малифисент подошла к отцу, который читал Ежедневный пророк и обняла сзади. —Когда ты так делаешь, ты что-то хочешь. Чего? —Позволь мне увидеться с Нарциссой —Нет—решительно и беспрекословно. —Но прошу, я могу встретиться с ней в маггловском парке чтобы нас никто не видел—Лиф быстро придумывала пути соглашения. —Нет и всё. Иди позанимайся с Северусом. —Но почему? —тихо просипела она. —Ты сама знаешь. Орден охотиться на нас. На всех нас. Они заавадят тебя не успеешь лакричную конфетку съесть. Им плевать есть у тебя метка или нет. Ты предательница для них и никого не волнует что ты ребенок. Самый дорогой ребенок для меня на всем Свете.—Темный Лорд встал и обнял дочь. —Это так ужасно. Знать правду магической Великобритании и не иметь возможности никому об этом рассказать.—обидчиво надув губы, пробубнела бывшая слизеринка. —Ещё не время—Том погладил макушку темноволосой девушки—Ещё не время… В Хогвартс пришла белоснежная зима, которая принесла с собой белоснежную вьюгу, засыпавшую белым снегом шпили и башни Хогвартса, которые стали от этого белоснежными. Помимо шпилей и башен белоснежной стала и крытая златом-серебром веранда, которой раньше не было, но Дамблдор срочно распорядился пристроить её к замку, чтобы Гермиона Грейнджер могла устраивать там романтические свидания со своими любимыми книгами, чтобы девчонки и мальчишки с разных факультетов могли укрыться там от посторонних глаз. Гладь озера выглядела невероятно гладкой. Запретный Лес тоже стал белоснежным, а ещё более белоснежной стала хижина Хагрида, который всё время сидел дома и с остервенением стахановца пек каменные кексы. В это волшебное время все друзья собирались кучами и любили ходить в Три Метлы, а парочки в кафе Мадам Паддифут. Но слизеринец Блейз Забини сегодня нарушал эту традицию. Несколько заносчивый, красивый юноша. Хоть он и является однокурсником Драко Малфоя, Блейз довольно умный парень, раз он не попадает под его влияние, как все остальные слизеринцы. Он был одиночкой по своей натуре и любил бродить по Хогвартсу один, лишь иногда сталкиваясь с Грейнджер. Вот и сейчас, он решил прогуляться перед парой по ЗОТИ. Обычно собранный и всегда аккуратный Блейз сейчас был растрепан как никогда, завывающим ветром. Сгорбившись, он начал искать что-то в своей сумке. И нашел. Уже распрямившись, он молча смотрел на расправленную фотографию. Проходивший мимо Седрик никогда не видел слизеринца таким поникшим. Да, Забини не отличался слишком яркими эмоциями, но сейчас он был особо подавлен. —Неразделенная любовь всегда мучительна—резко начал Седрик и присел рядом с Блейзом. —О чем ты, Диггори? —Забини быстро свернул фотографию и запихал во внутренний карман мантии. Фотография,на которой две девушки улыбались во все тридцать два, за мгновение стала мятой бумажкой. —Я о Гермионе. —Тебе нравится Грейнджер? Так я не претендую, можешь забирать её из лап хищных книг. —Я говорил о твоих чувствах к ней. —Но перед этим упомянул свою неразделенную любовь.—уточнил слизеринец. —Вы змеи всегда такие? —Какие? —Блейз повернулся к Седрику лицом. —Противные. Всегда умеющие ковырнуть туда, куда не следует.—пуффендуец улыбнулся. —Неправда—напряжение между ними спало. —Она тоже была такой. На том фото она была такой счастливой. —Диггори, ты что сливочного пива перепил? Грейнджер неисправимая гриффиндорка. —Я же сказал, я говорю не о ней. О Малифисент. Перед тем как их сфотографировали она танцевала с Малфоем. И уже тогда я понял что она никогда не будет моей… Она вообще никому принадлежать не может. —Стоп стоп стоп! Малифисент?! Снегг?! —резко перебил его смуглый парень. —Ты наверное не помнишь, но она училась с вами на одном курсе—начал было Седрик. —В том то и дело что я всё помню, каждый день после распределения волшебной шляпой. —Но как? Все забыли о ней, даже Гарри и Гермиона мало что помнят. И Забини объяснил. —В тот день когда на всех попало это мощное заклятие я уезжал к матери и помогал ей с переездом, а когда вернулся и спросил где эта рыжая чертовка никто мне не ответил. Даже Драко, он ничего не помнит. Хотя перед тем как она пропала он пришел ко мне в самом лучшем настроении и сказал чтобы я ничего не планировал через несколько лет и не смел умирать потому что ему нужен будет свидетель. —А я уезжал на слушание по поводу того...вообщем того что произошло в лабиринте. —И что нам теперь делать? Как вернуть её в жизнь каждого? —Забини схватился за голову. —Для начала нам стоит её найти и спросить почему она оставила всё и пропала на полтора года. —Ты прав, тогда встретимся завтра в той новой веранде, после ужина.—слизеринец встал и протянул руку. —А не боишься что о нас не то подумают? —отшутился Седрик и пожал протянутую ладонь. —Плевать, главное сделать всё возможное, чтобы найти эту несносную рыжую интригантку—он развернулся на каблуках и пошел в сторону кабинета ЗОТИ. —Всё же я был прав! Она тебе нравится! —крикнул ему вдогонку Седрик Диггори.