Моя смерть равна 24-ём жизням (1 часть)

      Утро. Ну… Или ночь. Меня разбудила Элина, легко касаясь плеча. Я неохотно открыл глаза. Спал как в раю, честное слово. Никогда на такой мягкой кровати даже не сидел. А поэтому выспался. Потянувшись я осмотрелся. Девушка стояла рядом, в рабочей форме, в руках держала вешалку, на котором висел чёрный пакет. — Доброе утро, Элина. — Тихо сказал это, даже слишком. Хотя, во всей комнате было могильно тихо, а может и во всём доме. — Доброе, Иван. Это твоя рабочая форма. Я оставлю её на постели. После спускайся к Морсит. — Служанка сделала, как сказала, и вышла из комнаты. Пришлось выпутываться из объятий огромного, тёплого, нежного одеяла и открыть плотные шторы. За окном было очень темно. И какого было моё удивление, когда я не нашел выключателя и люстру. Ведь недавно она была тут. Зато были свечки. Я зажег несколько, чтобы было видно хоть что-то. Застелив кровать я достал рабочую форму. Костюм горничной. Самый обычный. С юбкой, чулками и т.д. Только корсет был на плоскую грудь. Костюм был как раз. Значит, так и должно быть. Надевал его, наверное, дольше, чем нужно. Затушив свечи, я спустился на первый этаж. Пока шёл туда, то заметил, что везде горели свечи. Слуги уже не спали, все были заняты делами. Большинство убиралось в этом замке. Начинаю понимать зачем тут столько рабочих. На кухне уже вкусно пахло. Там была Морсита и ещё две девушки. Они что-то бурно обсуждали, а атмосфера была домашняя, я даже улыбнулся не пойми чему. Кухарки обратили на меня внимание. Светловолосая девушка, очень молодая, но постарше меня, года на два, заговорила со мной первая. При чём не очень то и по-дружески. — А ну! Чего ты тут забыл?! Уши греть пришёл?! Брысь отсюда! — Её быстро подхватила вторая, темноволосая барышня, лет двадцати. — Да! Мы же говорили, что посторонним тут делать нечего! Мы сейчас доложим всё Господину! — Ох, как тут любят жаловаться. Видно, они не знали, что я теперь тоже кухарка от части. Жалобно посмотрел на Морсит и та мне мягко улыбнулась. — Девочки, это наш новенький. Иван. Иван, это Релес, а это Сара. — Говорила она мягко. Сначала показала на светловолосую, которая начала скандал, а потом на темноволосую, которая подхватила и заканчивать явно не хотела. После главная по хозяйству убийственным взглядом посмотрела на девушек, упирая руки в бока и довольно грозно произнесла: — А вас, молодые девушки, никто рта не просил открывать, да и на это имею право только я! По крайней мере на этой кухне. — Закончила она более мягко. Я подошёл к столу, на котором, на данный момент, резали овощи. Мне не дали скучать и тоже дали дело. Я резал картошку. Кухарки извинились, и мы полноценно познакомились. — Морсит, а куда делись все люстры? — — А мы просто в другом мире, милок. Мы тут надолго, привыкай. Свечки, которые в твоей комнате, лучше не тратить почём зря. Выдают всего одну в неделю, так что не стоит. — Я лишь посмеялся, но ничего не сказал. Вскоре мы стали готовить, к счастью, я умел это. Часто дома, ещё до всего произошедшего, был один и готовил, убирал сам. Было весело, по-домашнему. Такого я ещё не ощущал и пытался получше запомнить эти чувства, ведь они были приятные. Вскоре у нас был перерыв. — А я слышала, что у нашего Господина родился незаконный ребенок. Он его убил этой ночью. — — А я слышала, что он скоро жениться на молодом графе Висельдие. — Я лишь закатывал глаза на их сплетни, тихо фыркая, на что Морсит улыбалась. А потом мы стали накрывать на стол, для слуг. Все позавтракали, мы убрались, помыли посуду, и только потом сами поели и стали готовить завтрак для господина. Начало светать, в окне уже можно было разглядеть что-то. И тут я понял, что Морсит не шутила. Мы в другом мире. Тут все отличалось, но об этом потом. Меня волновало то, что было спокойно на душе, как будто так и должно быть. После завтрака ко мне забежала Элина. — Привет, Иван. Я специально для тебя спросила у Господина про твоё имя, и он разрешил его оставить. — Девушка мило улыбнулась. — Большое спасибо. Передай ему тоже спасибо, пожалуйста. — — Ан-нет! Сам скажешь ему спасибо. Он сказал зайти к нему после обеда, в его комнату. — После этого она собралась убегать, но я успел всунуть ей в зубы печенье. Наступил перерыв для всех рабочих. На кухне собралось достаточно большое количество слуг для данного помещения. И я решил сыграть им на гитаре. Сел на стул и взял её, которую принёс кто-то. — Милуйся господь над твоей душой пусть и не хорошей, и не плохой — Ты была такой, как сумел придумать, Напоследок дверь, поддав ногой, я ушел как зверь, сам себе изгой, Я тревожил пыль, в смятую ковыль мысли о тебе все пытаясь вдунуть. Я ушел от оков равнодушия дней, от бессмысленной печали пустой, Мне не хватит подков, мне не хватит коней, чтоб угнаться за твоей красотой. Мне не хватит подков, мне не хватит коней, чтоб угнаться за твоей красотой. Прожил я неделю и прожил год, как дурак, поверил, что все пройдет, Блеклые картинки во сне целуя, Как-то разорвал я усталый бред и пошел искать тебя в белый свет, Солнце и Луну, Бога, Сатану спрашивал, найти где тебя смогу я. Хоть за душу мою мне продали совет те, кто прячется в гробах на свету, Но в просторах степей и в осколках планет я боялся, что тебя не найду. Но в просторах степей и в осколках планет я боялся, что тебя не найду. В том пейзаже, что рисовал Дали, замок я нашел на краю земли, Я вошел, и стражник закрыл ворота, Длинный коридор, каждый шаг как нож: ты, по мне тоскуя, меня не ждешь, Ты себя виня, стала для меня слаще чем вино, хуже чем гаррота. И пускай из ловушки выхода нет, я стучусь в сердце мертвое вновь: Мне не хватит души, мне не хватит монет расплатиться за твою нелюбовь. Мне не хватит души, мне не хватит монет расплатиться за твою нелюбовь. — (КАнцлер ги. Аморе) Все остались довольны. А после был обед. Я с дрожью в ногах шёл в комнату Господина. Я прекрасно понимал, как буду говорить ему «спасибо». Сердце сжималось и камнем било в грудную клетку. Пока я шёл, за моей спиной кто-то шептался, называя меня очередной шлюхой, которая попала на кухню, только из-за того, что продает своё тело. Ведь на кухне работают только настоящие бляди, которые вообще не должны жить. На самом деле, мне было очень обидно за Морсит, Релес и Сару. Ведь то, что я шлюха — правда, а вот они, я полностью уверен — нет. Но и сделать ничего не могу. Только позорно опустил голову, ускорив шаг. Но вдруг что-то дёрнулось в моём теле, где-то глубоко внутри. И я развернулся, уверенно подходя к тем парням, которые были одеты в нормальную одежду, и врезал одному в глаз, а второму в нос. Один теперь был украшен фингалом, а второй кровоточащим носом. И как раз в этот момент вышел Элист. Слуги это увидели и тут же ринулись к нему, начиная реветь и жаловаться на меня, тыкая пальцами. А я гордо стоял и смотрел ЕМУ прямо в глаза. — Господин! Он нас не за что избил! Ещё он нас назвал шлюхами! — Хотел было открыть рот, но удержался. Я тут новенький. Мне никто не поверит. — Иван, это правда? — — А если я скажу, как было на самом деле, разве вы поверите? — Он усмехнулся. Кивнул и жестом приказал говорить. — Господин, я шёл к Вам, а за моей спиной меня назвали Вашей очередной шлюхой, а также сказали, что все кухарки такие же. Мне стало обидно за девушек, а не за себя, и я просто постоял за их честь. — Спокойно говорил я, смотря в ядовитые глаза. Сюжет был не нов. Парни сделали глаза-блюдца. О! Актёры! — Да у Святых темнеют лица! Как ты вообще, грешник, посмел сюда явиться?! Своим поганым ртом произносить слово «Господин»! — Выкрикнул один. Я решил сыграть на этом. Он допустил ошибку. Быстро налетел на него и врезал во второй глаз. — Господин, он явно не уважает Вас! Молвит, что Вы, мой Хозяин, притащили в дом грешника, порча имя своё и фамилию! Но ведь Вы, уважаемый Господин, не могли так поступить! — Слуги лишь рты открывали и закрывали. Рядом собралось ещё несколько интересных личностей, которые грели уши. М-дааам. Видно, тут нет других развлечений, кроме как слухи пускать, да устранить скандалы. Сам же Элист внимательно думал над ситуацией. — Иван, иди ко мне в комнату и готовься, а я скоро подойду. — Голос был каменный. Стало страшно, по телу прошлись мурашки. Я сумел только кивнуть и пройти в его комнату. Там стал раздеваться, быстро, чтобы успеть. А после сел на кровать. Его не было минут тридцать, я даже успел задремать. Точнее уснуть. ***       Кисти рук сжимали до боли, горячее дыхание в ухо. Вспышка приятной боли. В моё ухо вцепились зубами, стали оттягивать его, облизывать, посасывать мочку уха. Горло сжала рука, лишая кислорода. Я вырвал руки и вцепился в плечи Господина. Было слишком много ощущений, в голове пусто. Из уст вырывались хриплые стоны. Как только я расслаблялся, чтобы сделать глоток воздуха, то горло сжимали сильнее, а когда я начинал сопротивляться, то хватку чуть ослабляли, держали золотую середину, когда я и не задыхался, но и легко дышать не мог. В глазах туман, пытался ближе прижаться к нему. У меня уже встал. Тёрся пахом об его бёдра. Стонал, всхлипывал. Ему это нравилось. Моих половинок коснулось что-то большое и горячее. Толкаюсь бёдрами навстречу, не соображая. После стали кусать мою шею, ключицы, грудь. Как же это было. Старался не лежать бревном стал целовать его, куда дотягивался. Его холодные пальцы прошлись по спине, из-за чего я выгнулся. Миг. Вспышка. Боль. Меня уже втрахивают в кровать без жалости, а я куклой лежу на простынях. Но это только начало. Он выходит из меня и появляется возможность отдышаться. — Прости. Не сдержался. Сейчас у нас будет нормальный секс. — Хрипит Элист. Поднимаюсь на локтях. Осматриваюсь. Он сидит у стенки. Его член стоит. Такой большой. Подполз к нему, обвил руками шею и стал насаживаться на член. Так стало хорошо, унесло в нирвану. Сам стал быстро двигаться, громко издавая стоны наслаждения. Три раза мы кончили. Обычный секс. Три раза подряд. Но это оказалось не концом. — Сейчас мы поиграем~ — Мурлыкал он. Мои ноги раздвинули. Он взял раскаленное клеймо. Мне прижгли кожу на одной из половинок. Там был, вроде, дракон. Я кричал во все горло, дергаясь. Стало то ли обидно, то ли спокойно на душе, что теперь меня будет проблемно продать и я тут надолго, заведу семью. Хотя она уже есть. Кухарки и Элин. Да, так оно и есть. Очень хорошо стало, даже про боль забыл. — С.спасибо, Хозяин. — Меня отправили в ванну. Поспать мне не дали, и я пошёл на кухню. Морсит там не было, а вот девушки, увидев меня, набросились с объятиями и со слезами на меня. — Иван! Спасибо! — Они угостили меня конфетами и молоком с печеньем, которое припрятали специально для меня, ведь наш обед я пропустил. Говорила Сара. — Иван, мы и не думали, что ты такой… Такой! Такой замечательный! За нас ещё никто не заступался! Слухи расходятся быстро, а кухня узнает всегда первой. Ты поставил этих уборщиков на место! И не слушай их! Не каждый может оказаться в постели Господина. Они завидуют, ведь шлюх господин в домом не таскает! А на этих уборщиков и внимания никто не обращает никогда! — На все поддакивала Релес. Я отстранился от них и грустно улыбнулся. — Простите. Но я правда шлюха. Меня продали… Как сексуального раба… — Не совсем понял зачем это сказал. Девушки замялись. -Ничего подобного! Господин бы не притащил сюда шлюху! Или ты сомневаешься в его чести? — Заговорила уже Морсит, которая появилась не пойми откуда. Я лишь кивнул. Мы стали работать, я влился в компанию и тоже обсуждал разные сплетни. Точнее комментировал их, поскольку ещё не знаю сплетен, которые услышал сам. Узнал много чего нового. На кухню к вечеру зашла и Элина. Она похвалила меня. В свою комнату я возвращался к двум часам ночи. А вставать завтра в пять. Спать теперь я буду по три часа, видно. Ну, ничего. Прорвёмся. Ах, совсем забыл. Мне пришло письмо. Из этого мира. От одного человека… когда я узнал от кого, то на глазах навернулись слёзы. Правда, чтобы получить письмо я должен был пожертвовать рукой. И собирался это сделать. Своё решение озвучу на рассвете Господину. Я так теперь надеюсь на…