Еще одна Уизли

Черные волосы одной из Уизли наделали много шума. Каждый из учеников, считал своим долгом, предложить идею смены имиджа Роуз. — Нет, ты это видел? – гневно произнес Рон за завтраком, с силой опустив ложку в тарелку с хлопьями.— Что о нашей семье теперь подумают люди?! — Кажется, Роуз это волнует меньше всего, - улыбнулась Гермиона, уставившись в книгу, что Люпин подарил ей на Рождество. — Она всегда была эгоисткой! – лужица молока вокруг тарелки Уизли расширяла свои границы, попутно захватив в свои владения красную салфетку. — Закрой рот, Рон, - устало произнес Поттер. — Тебе еще не надоело винить во всем Роуз? На него уставились сразу три пары глаз, и парень отчетливо ощутил пульсирующую боль в своем шраме. Не сейчас, только не здесь. — Гарри, - осторожно начала Джинни, — Ты забыл, как она повела себя на Рождество? Наша мама.. Только сейчас Гарри заметил, как последние две недели Джинни и Рон избегают произносить имя Роуз, словно она наносит такой же эффект, как Волан-де-Морт. — Я хорошо помню, что сказала ваша мама в это Рождество. Роуз имеет право на такое поведение. Поттер встал из-за стола, так и не притронувшись к еде, что издавала довольно аппетитный аромат. Он не позволит Роуз пройти через весь этот кошмар в одиночестве. — Приятного аппетита, - он зашагал прочь от стола Гриффиндора, который, не смотря на бремя Амбридж, продолжал оставаться самым шумным. — Тоже мне парочка нашлась, - фыркнула ему вслед Джинни, вернувшись к своей порции яичницы с беконом. Гарри встретил Роуз у входа в большой зал, черный цвет остро бросался в глаза. В знак своего протеста она выбрала черный цвет, его цвет волос. — Ты голодная? – сходу произнес Поттер, вводя девушку в небольшой ступор. Признаться честно, после вчерашнего ужина, что она провела, словно в зоопарке, возвращаться за стол Гриффиндора желания не была, и Уизли отрицательно покачала головой. — Отлично, - он протянул ей руку. До урока было еще сорок минут, почему бы не провести их с пользой, — Прогуляемся? — Нам нельзя находиться на таком близком расстоянии, - произнесла Роуз, вспоминая очередной приказ Амбридж, — Помнишь?

Декрет № 31 — ограничение расстояния между студентами мужского и женского пола на не менее, чем 8 дюймов.

— Плевать, - пожал плечами Гарри. Уизли улыбнулась, вкладывая свою руку в его ладонь, такой Поттер ей очень даже нравился. Они удалились в сторону подземелья, первый урок Снейпа, и они единогласно решили соединить приятное с полезным. — Мне жаль, что ты услышала такое от собственной матери, - Гарри, наконец-то, нашел в себе мужество, чтобы поговорить с ней. Сколько раз за зимние каникулы он садился за стол, чтобы написать ей письмо, но тогда словно у него не нашлось. Он, к своему ужасу понял слишком поздно, что спасти Роуз могли только его объятия. — Перестань, - отмахнулась девушка, — Этого разговора было не избежать. Рано или поздно, но правда всегда выходит наружу. Роуз ориентировалась в обители Слизерина гораздо лучше, чем Гарри, и поэтому уверено двигалась в сторону столько ненавистного кабинета. Она не смотрела в его глаза, и Поттер хорошо знал причину этого поведения, Роуз не любила показывать свою слабость. — Я должен был что-то сказать в твою защиту. « ТАК ПОЧЕМУ ТЫ ПРОМОЛЧАЛ? ПОЧЕМУ ВЫ ВСЕ СДЕЛАЛИ ВИД, ЧТО НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ? ПОЧЕМУ Я ОСТАЛАСЬ ОДНА, КОГДА БОЛЬШЕ ВСЕГО НУЖДАЛАСЬ В ТЕБЕ?» - ей хотелось кричать, но эти слова были адресованы другому, ее лучшему другу, который обещал ей пройти через все невзгоды вместе. — Это семейные проблемы, - она вымученно улыбнулась, черные пряди подчеркивали ее бледный цвет кожи. « Позволь мне стать частью этой семьи. Позволь спасти тебя от этих проблем» - Гарри, без лишних слов, прижал ее к своей груди. У него еще будет время, чтобы сказать ей эти слова, сейчас Роуз был нужен этот физический контакт. Уизли уткнулась носом в его плечо, втянув знакомый запах геля для душа и школьной формы. — Я.. – он почти сказал ей, всего два слова отделяли его от сердечной тайны, — Я всегда буду рядом с тобой. « Ну вот, Поттер, ты снова потерял великолепный шанс, чтобы признаться ей» - ругался себя Гарри, гладя ее по волосам. Черные, они казались чужой частью его родной девочки. — Я знаю, спасибо, Гарри. Эти слова значили для нее гораздо больше, чем признание в любви. Урок профессора Снейпа проходил довольно в мрачной обстановке. Невилл, не успев еще получить задание, уже прожег свою мантию и половину сушенных головастиков на своем столе. Снегг тучей летал между учениками, и довольно скептически относился к содержимому в котлах гриффиндорцев. — Мисс… - декан Слизерина удивленными глазами пробежался по новому цвету волос Роуз, — Уизли, неужели мой предмет не прошел для вас зря? Мужчина вернулся за свой стол, и обвел класс взглядом, прежде, чем озвучить свой вердикт: Гриффиндор снова лишили очков за подсказки Грейнджер, и теперь самая умная студентка Хогвартса дулась, сидя на последней парте. Роуз мирно дописывала конспект в тетради, когда Дафна, сидящая пощади нее, аккуратно ткнула пером в ее плечо. Аккуратно сложенный лист пергамента тут же исчез в ее кармане. — И еще, - произнес Снейп, прежде, чем ученики покинули класс, — Десять очков Гриффиндору за зелье мисс Уизли. Свободны. По класс пронесся удивленный вздох – такого в их кругах еще не было. Даже за лучшее зелье Грейнджер они не были так вознаграждены! Роуз Уизли только что поставила рекорд в новой истории Хогвартса. — Неожиданно, - произнес Гарри с улыбкой, когда они поднимались вверх по лестнице, возвращаясь обратно к свету. — Очень, - согласилась с ним девушка, — Уверена, что в последний его визит Бродяга что-то подмешал в чай. — Скорее Кикимер, - засмеялся Поттер, открывая перед ней дверь в класс Трансфигурации, — Он от тебя без ума. Пока Гарри пытался дать более менее связный ответ на вопрос декана их факультета, Роуз незаметно, развернула записку, любопытство сжирало ее изнутри.

« Я всегда был неравнодушен к безумно красивому оттенку твоих волос.»

Она знала этот почерк, и нежно провела пальцем от первой до последней буквы. Ей столько нужно было ему рассказать, но Роуз честно не знала, как все это вывалить на Малфоя. В его жизни тоже хватает проблем, и есть ли ему дело до девчонки из семьи осквернителей крови? Есть – подсказывал ей внутренний голос, заглушая любые доводы разума. — И не надейся, что Гарри будет с тобой, - произнесла ее соседка по парте, а именно, Гермиона Грейнджер, — Он без ума от Чжоу. Девушка лениво поглядела на Грейнджер, и откуда у нее такая привычка – всегда лезть не в свое дело. — Да? Тогда эта информация просто разобьет сердце твоей подруге, - театрально вздохнула Роуз, снова пряча записку в карман. — Кому? – оторвавшись от учебника, произнесла Гермиона. — У тебя их там много? – парировала Уизли, — Конечно же Джинни. — Ты тоже моя подруга, - насупила Грейнджер. — Брось, Герми, я не более, чем эгоистичная сестра Рона, не так ли? Стоит ли меня ситуацию? – Роуз перевернула лист учебника. — Поэтому ты выбрала слизеринцев? Потому что все считают тебя дополнение к Рону, - догадалась Гермиона, сама ужасаясь своему открытию. — Как вариант, - она улыбнулась, — Но мне просто нужны друзья, Грейнджер. Друзья, которых не придется делить при очередной ссоре. Уже вечером, после очередного занятия ОД, Гермиона решилась поговорить с Гарри, возле которого уже появилась Чанг. До Грейнджер долетел обрывок из разговора, что-то о прогулке в Хогсмиде. — Гарри! – она подошла к другу, который возвращал подушки на место, после отработки заклинаний. — О, я думал, что ты ушла с Роном. — Я хотела поговорить с тобой о Роуз. Они присела на теплые подушки, не хватало лишь горячего чая, чтобы снова почувствовать себя на кухне в «Норе». В глубине души, Поттер знал, что хочет сказать Гермиона, но хорошее настроение просто не позволило ему перебить подругу. — Тебе пора разобраться в своих чувствах, - Грейнджер снова решила поиграть в психолога. — Гермиона, Чжоу тяжело после смерти Седрика, я должен поддержать ее. — Знаешь, когда Роуз сделает окончательный выбор, ты уже не сможешь повлиять на ситуацию. — Хочешь сказать, что она может выбрать не нас? — Я хочу сказать, что у каждого есть право выбора. И тебе тоже предстоит его сделать, - Гермиона поднялась с подушки, и взмахом волшебной палочки, верну ее на место, — Спокойной ночи, Гарри.