Еще одна Уизли

Труднее всего, когда боль спрятана под спокойным лицом.

Роуз открыла глаза, на нее смотрел уже знакомый потолок в Больничном Крыле, где-то за ее ширмой стонал Невилл, у которого, в прямом смысле, заново росли зубы. Двенадцать часов здорового сна вполне годились, как лекарство, чтобы восстановиться после одного Круцио, в голове всплыл рассказ Гарри о родителях Долгопупса, Уизли повернулась на левый бок, движения все еще давались ей с трудом, а мадам Помфри всю ночь говорила о том, как ей повезло. " — Мы вполне могли отправить тебя в Мунго, чтобы я могла сделать, если бы тебе стало хуже? - поинтересовалась женщина в районе трех часов ночи, когда принесла новую порцию какого-то зелья. — Вызвали бы моих родителей, чтобы они забрали домой мое бездыханное тело, - поморщилась Уизли, пытаясь водой избавить от горечи лекарства. — Если уже шутишь - то идешь на поправку, - холодным голосом констатировалась Мадам Помфри, ее тоже бросала в дрожь от одной мысли, что кто-то еще может умереть сегодня ночью." Когда Роуз открыла глаза в следующий раз, перед ней появилось сияющее лицо Дафны. — Привет, подруга, рада, что ты жива! Гринграсс, каким-то чудом, не раздавила уцелевшие кости темноволосой. Уизли еще не знала, что об их приключениях судачит весь волшебный мир, да и это волновало ее в меньшей степени. Слизеринка заботливо поправила ее подушку, и вручила сэндвич с курицей, о котором Роуз мечтала с самого утра. — Тео и Эд дежурят у дверей, мадам Помфри запретила нам приближаться, но кого волнуют правила?! – задорно воскликнула Дафна, на ее лице была действительно счастливая улыбка. Гринграсс не просила рассказать о том, что они пережили в Министерстве, она была просто рядом, чтобы спасти Роуз от нахлынувшего одиночества. Ей были нужны друзья, и теперь Уизли точно знала, что не ошиблась в своем выборе. — Я говорила, что ты лучший человек на земле? – поинтересовалась девушка, избавляясь от шуршавшей обертки, и впиваясь белыми зубами в подрумяненный хлеб. — Чтобы ты говорила это каждый день – сколько сэндвичей мне нужно принести еще? – тихо засмеявшись, задала свой вопрос Дафна. — Вполне хватит одного, - заверила ее темноволосая. Еще никогда в жизни обычный сэндвич не был таким вкусным. — Я не могу долго сидеть, Тео и Эд тоже хотят с тобой поговорить. Они хотят лично убедиться, что ты в порядке. «Чтобы убедиться, что ты не пострадала, что ты живая и вполне реальная» - то, что подразумевала Гринграсс под своими словами. Когда они узнали, что творилось в Отделе Тайн, то едва не сошли с ума. Им бы хватило всего пять минут, чтобы поймать озорной блеск медовых глаз, и ждать за дверьми новостей слизеринцам совсем не хотелось. Дафна еще раз сжала девушку в своих объятиях, и по-шпионски выглянув из-за ширмы, с грацией кошки устремилась к огромным дверям. — Да, Рози, - теперь уже хамоватая улыбка Пьюси заняла все пространство, — Я рад, что ты не дала им убить себя. Парень, от которого не исходили ничего кроме сарказма, умело прятал свои переживания, но Роуз знала лазейки в его броне, и порой было достаточно улыбки, даже уголками губ. Эд быстро обнял девушку, наслаждаясь человеческим теплом этой сумасшедшей девчонки. Уизли нечего было ему сказать, и поэтому, сцепив тонкие пальцы на его плечах, она уткнулась носом в черную форму. Они были друзьями, а друзьям не всегда нужны снова, чтобы поделиться мыслями. — Я просто рад, что ты жива, - шепнул ей парень на прощание. — Ты ведь не ждал, что так просто избавишься от меня? - Роуз улыбалась, и возможно, именно Пьюси был человеком, который походил на роль ее брата-близнеца. — Ну уж нет, ты, заноза, со мной навечно. Последним ее гостем стал никто иной как Тео Нотт. Красивые, но печальные глаза, скрылись за обилием кудряшек, и Роуз, зная, как ему тяжело, протянула праву руку, за которую парень ухватился, как за последний шанс на спасение. Пару секунд он просто водил пальцем по ее венам, словно пытался нащупать пульс. — Он сказал, что чуть не убил тебя, - тихо произнес слизеринец. Уизли всмотрелась в его лицо, ее бедный мальчик, сколько ему пришлось пережить за эту ночь. — Тео, - Роуз позвала его по имени, и с особой нежностью накрыла его ладонь своей левой рукой. — Обещай, что не отвернешься от своего отца. — Даже сейчас ты пытаешься защитить кого угодно, но не себя. А как бы я жил… - Нотт нервно сглотнул, наконец-то, поднимая на нее свои глаза, — Если бы он убил тебя.. Ему было страшно думать об этом, а чтобы произнести их вслух понадобилась вся смелость, что накопилась в его душе. Пальцы Роуз потянули его ладонь к собственной щеке. — Но я жива, и сейчас я прямо перед тобой. Нотту бы не хватило всех языков в мире, чтобы рассказать о том, что он пережил, ожидая, когда сможет поговорить с Роуз, но, кажется, ей хватило просто заглянуть в глаза, чтобы понять все, о чем он молчит. — Рози, я пойму, если ты… — Даже не смей думать, что я отвернусь от тебя из-за этого недоразумения. — Да, так моего отца еще никто не называл, - Тео улыбнулся. Он, как и Пьюси, прижал ее к своей груди, и в тот момент отчетливо осознал, что больше никогда не сможет претендовать на ее любовь, слишком тяжело будет перекрыть то, что сделал его отец. — Мне пора идти, не хватало, чтобы мадам Помфри застала нас в таком положении, - улыбнулся Нотт, убирая с ее лица темную прядь волос. — Мы ведь не любовники, - тихо засмеялась Роуз, когда он встал с ее постели. « И уже никогда ими не станем» - пронеслось в голове парня. Тео оставил поцелуй на ее волосах, и бесшумно выскользнул и з палаты. Уизли хотелось верить, что на их дружбе не скажется тот маленький факт, что родители ее друзей Пожиратели Смерти. Ночью Роуз спала плохо, ее преследовали кошмары, в которых она умирала вместо Сириуса. — Тише, тише, - чьи-то руки коснулись ее влажных щек. — Это я. Сквозь пелену своего бреда Роуз наткнулась на его груди, к которой оказалась, прижата в ту же секунду. Малфой гладил ее по волосам, спутанным после сна. Девушка изредка всхлипывала, цепляясь пальцами за белую рубашку Драко. — Ты очень вовремя, - она, наконец-то, нашла в себе силы, чтобы произнести хоть что-то. — Я передам это Поттеру, - с усмешкой пообещал Малфой. Роуз улыбнулась, уютно устроившись на его груди, сердцебиение Драко успокаивало ее. Им следовало говорить тише, в больничном крыле все еще было много народу, да и слишком был велик риск быть пойманным. — Мама прислала мне письмо, - он почему-то решил рассказать ей все, так или иначе, но Роуз была связанна с этим. — Скажи, что он не тронул тебя, - глаза Драко смотрели на нее почти с мольбой. — Скажи, что он не имеет отношения к этому. — Нет, так постаралась Беллатриса, - Роуз попыталась успокоить слизеринца. — Она моя тетя. — Я патологически не нравлюсь твоим родственникам? – улыбнулась Роуз. «— Зато ты нравишься мне» - Драко вовремя прикусил губу. Единственным источником освещения были свечи, которые позволили ему некую вольность. — Похоже на то. Роуз зевнула, кошмары, и разговоры ее вымотали, и она всерьез задумалась над тем, чтобы попросить зелье для сна у мадам Помфри. — Побудешь со мной, пока я не засну? Под покровом ночи такие предложения обретали новый смысл, и Драко, двинулся ближе, позволяя девушке напротив расслабиться в его объятиях. Его отец мог с легкостью пожертвовать жизнью Роуз во имя пророчества, а она так просто доверилась сыну Пожирателя Смерти. — Я буду рядом, сколько потребуется, - пообещал ей Малфой, баюкая Уизли своим голосом. Утро застало ее врасплох. Больничная подушка Роуз хранила в себе запах Драко, и девушка стыдливо закрыла ее пледом, словно скрывая следы преступление. В кармане брюк, что были аккуратно сложены на стуле, Уизли нашла небольшой флакончик, с кратким пояснением.

« Когда захочешь вернуться к свету».

«— Да, Малфой, никогда бы не подумала, что тебе так сильно нравится цвет моих волос» - она улыбнулась, сжимая флакон, словно искала его тепло в безжизненном куске стекла. Когда всю их компанию, наконец-то, вписали из Больничного Крыла, Уизли сразу же отправилась на поиски Гарри, последний раз они виделись в Министерстве, остальное время Роуз либо спала, либо находилась под чутким присмотром Мадам Помфри. На ее щеках снова выступил румянец, и девушка высоко подняла голову, радуясь по настоящему теплому летнему солнцу. Поттер разговаривал с Полумной, на его лице блуждала улыбка, стоили ли прерывать их милую беседу своим появлением? «— Ты его девушка, - напомнило ей подсознание, которое появилось, как всегда не к месту. — Но разве он упомянул об этом хоть раз?» — Роуз! – в школьном дворике появилась Гермиона, которая после отдыха на больничной койке выглядела свежей и отдохнувшей. Ее взгляд упал на Поттера и миниатюрную блондинку рядом с ним. Ей, одной из немногих, было известно о том, что происходило между ее друзьями. — Что.. — Нам пора на пир. Я жутко голодная! - перебила ее Роуз, у них будет достаточно времени поговорить, по крайней мере, она очень на это надеялась.