«Смерть придет, у нее
будут твои глаза».
Их жизнь снова поменялась, и к счастью, в лучшую сторону. Гермиона слишком быстро сменила гнев на милость, хоть и порой бурчала на Уизли за малые промахи. Рон, как мог, выслуживался перед подругой, стараясь искупить вину любыми способами. Часто рыжеволосой паренек уединился с Гарри, и они вели долгие разговоры, подальше от любопытных девичьих ушей. С сестрой, со времени своего возвращения, он не обмолвился и словом, похоже, в нем говорила обида, что Роуз осталась с его лучшим другом.
— Может тебе стоит первой сделать шаг к вашему перемирию? – поинтересовалась Гермиона, когда они с Роуз наблюдали, как Гарри и Рон ищут мифическую ежевику. По началу Уизли порывалась сказать им, что кусты, пусть и колючие, мало напоминают ежевику, но лишь себя маленького удовольствия, она не решилась.
— А стоит ли? Гермиона, я не собираюсь лезть к нему с разговорами, где он был и что видел.
— Он твой брат! – возмущается Грейнджер.
— Спроси у любого из
наш..семьи Уизли, был ли у нас выбор. Небольшой совет, тебе стоит начать с Перси эту перепись родства.
Они собрались за столом, скудный ужин, состоящий из рыбы, менее костлявой, но одной рыбины на четверых было явно маловато. Рон, разломив хлеб, принимается заедать недостающие калории, Гарри приносит чашки, а Роуз идет следом с ароматным чаем, запасы которого казались безграничными.
— Я хочу повидаться с Ксенофилиусом Лавгудом.
Рон закашлялся, а Гермиона, со всей присущей ей заботой, принялась стучать по его спине
— Что- что?
— Ксенофилиус Лавгуд, папа Полумны. Я хочу с ним поговорить! – терпеливо ответила Гермиона, сжимая в руках две книги.
— А… зачем? – до Гарри, как и до всех присутствующих за этим столом, совсем не доходит эта логическая цепочка.
— Помните тот знак из сказок? – девушка снова открывает книгу на той странице. — В этой книге, - теперь она трясет экземпляром «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора», — Тоже упоминается этот знак. Быть может это какая-то подсказка.
— Или очередная загадка, - обреченно произносит Роуз, подпирая щеку левой рукой.
— Но зачем нам Лавгуд? – Рон все еще находится в неведение их маленького секрета.
— На свадьбе Флёр и Билла, у отца Полумны был кулон с этим символом, - рука Гарри непроизвольно касается шеи, словно он пытается нащупать под рубашкой, невидимый медальон.
— Я подумала, что он может нам помочь, - Гермиона опустилась на стул, беря в руки сою чашку.
— Гермиона хотела сказать, что разгадка тайны этого символа может привести нас к другому крестражу, - подытожила Роуз, постукивая ногте по облупившемуся краю кружки.
Они еще долго сидели за столом, продумывая все детали их нового путешествия. Роуз, натянув свитер, вышла на улицу, ее дежурство выпало первым, что весьма помогло ей собраться с мыслями.
— Ты, явно, не рада тому факту, что нам снова придется выбраться? – Поттер присел рядом на сухое бревно, которое Гермиона заколдовала от всех природных явлений.
— Странное чувство, - Роуз сжимала в руках часы, которые обычно прятала в кармане потертых брюк, — Словно должно случиться что-то плохое.
— Сомневаюсь, что в доме Лавгуда нас ждет Нагайна, - Гарри с улыбкой попытался заглянуть в карамельные глаза Уизли.
— Да, - она тяжело вздохнула, глядя на огонь. — Там может быть что-то похуже.
Следующим утром они скрупулёзно собирали свои вещи, которые могли пригодиться. Гермиона решила остановить свой выбор на маленькой бисерной сумочке, не позволяя друзьям вооружиться даже собственными рюкзаками. Роуз сжимала в руке палочку, неизбежное предчувствует чего-то ужасного, не давало ей расслабиться, даже оказавшись неподалеку от собственного дома. «Нору» можно было угадать по живой изгороди и огромному количеству вечно-зеленых деревьев, которые скрывали нелепый дом от любопытных глаз маглов.
— Странное ощущение — совсем рядом, а зайти нельзя, — сказал Рон.
Дом семьи Лавгуд они искали довольно долго. Гермиона холодно смотрела на младших близнецов Уизли, которые не могли найти своих соседей в таком ограниченном пространстве.
— Да, еще заставь нас извиться за то, что мама не отправляла нас к Лавгуда с пирожками, - фыркнула Роуз на замечание Гермионы.
— Вы прожили здесь большую часть жизни! – напомнила Грейнджер, идя по следам Уизли.
— Спасибо, что напомнила об этом позорном моменте моей жизни, - девушка снова закатила глаза, и Гарри ткнул ее локтем в бок.
Перед компанией неожиданно вырос еще более нелепейший дом черного цвета. Возле покосившейся калитки были прибиты три самодельные таблички. На первой была надпись:
«Кс. Лавгуд, главный редактор журнала «Придира», на второй:
«Омела на ваш выбор», на третьей:
«Не наступайте на сливы цеппелины!»
— Поздравляю, Гермиона, - Роуз скептически оглядела двор, когда Рон открыл им калитку, — Мы выполнили твое задание.
Теперь они еще дольше пробирались сквозь заросли каких-то непонятных растений, к которым, после прочтения табличек, прикасаться совсем не хотелось. Гермиона решительно постучала в витражное окно, в стекле почти мгновенно показалась лохматое беловолосое существо, и прозвучало едва слышное:
«Что вам нужно?».
— Здравствуйте, мистер Лавгуд, — сказал Гарри, протягивая руку. — Я — Гарри. Гарри Поттер. Можно мы войдем?
— Знаешь, - шепнула Роуз, на ухо Гермионы, когда перед ними открылась дверь, — Так вполне мог выглядеть Люциус Малфой, если бы их семья не была так помешана на чистоте крови.
Пройдя запутанную цитадель непонятных и заполненных различным хламом комнат, они оказались в более менее светло и относительно чистом помещении. Роуз, не рискуя податься искушению, осмотреть изобретения Лавгуда, присела на диван, покрытый цветастым одеялом.
— Позвольте вам предложить настой лирного корня? Домашнего изготовления!
Ксенофилиус чуть ли не силой впихивает в руки рыжеволосой кружку с густофиолетовым напитком с запахом свеклы. Роуз выдавливает из себя дружелюбную улыбку, и подносит чашку с губам. Какая же это была ошибка! Ужасный привкус обволакивает ротовую полость с первого глотка, и даже слюна не в силах справится с этим ядерным оружием. Пока Гермиона и Гарри пытаются выведать у мистера Лавгуда значение этого символа, Роуз думает о том, как бы ее не стошнило на рог морщерогого кизляка. К сути разговора девушка возвращается в тот момент, когда Грейнджер достает из сумочки экземпляр сказок, оставленный в наследство Дамблдором, и начинает читать.
—
«Жили-были трое братьев, и вот однажды отправились они путешествовать. Шли они в сумерках дальней дорогой…»
Роуз вспомнила, как мама впервые прочла им эту сказку. Как она, маленькой девочкой, куталась в одеяло, стучала в двери комнаты Фреда и Джорджа, потому что в собственной ей чудились темные тени трех братьев, которые мечтали утянуть ее в подземный мир. Попутно чтению Гермионы свои ремарки вставлял Рон, и с третьего раза, когда, уже каждый, мечтал его ударить, Уизли, наконец-то, замолчал и принялся слушать.
—
«Третьего же брата искала Смерть много лет, да так и не нашла. А когда младший брат состарился, то сам снял Мантию невидимку и отдал ее своему сыну. Встретил он Смерть как давнего друга, и своей охотой с нею пошел, и как равные ушли они из этого мира»
Гарри с тревожностью смотрел на Роуз, и в их головах мелькнула общая мысль – Дары Смерти существуют, и один из них, принадлежал Поттеру. Парень только собирался высказать на эту тему, но девушка быстро покачала головой. Да, этот человек был на их стороне, но не стоило доверять ему настолько, чтобы выдавать все секреты.
— Бузинная палочка. — Ксенофилиус провел на пергаменте вертикальную черту. — Воскрешающий камень. — Он изобразил поверх черточки круг. — Мантия невидимка. — Он заключил черту и круг в треугольник. Получился тот самый знак, что не давал покоя Гермионе. — Все вместе — Дары Смерти, — объяснил мистер Лавгуд.
Они еще пару минут смотрели на изображенный знак, что так много раз видели в книге сказок. Лавгуд извинился, и отлучился, да бы поторопить Полумну на встречу с друзьями. Роуз, подушечкой пальцев, провела по рисунку, словно пытаясь уловить связь между сказкой и реальностью.
— Что скажешь? – произнес Гарри, смотря на Гермиону, которая явно не порадовала эта встреча.
— Ох, Гарри, это же полная чепуха! Символ наверняка означает что-то совсем другое. Только время зря потеряли.
— Ты ему не веришь? – поинтересовалась Роуз, поставив на стол чашку с фирменным напитком семейства.
— Сложно сказать, - Грейнджер потерла переносицу, — Можно верить, но не всему.
— Думаю, нам пора, - заключил Гарри, — Ничего интересного мы больше не услышим.
— Похоже, Гарри, ты только что разочаровался в своем главном фанате, - Уизли не смогла сдержать улыбки.
— Серьезно? – Гарри улыбнулся в ответ, помогая девушке спуститься с лестницы. — Я считал своим главным фанатом –
тебя.
— Мистер Лавгуд, - Гермиона пыталась докричаться до мужчины, когда они уже миновали кухню, но так и не нашли хозяина дома. — Спасибо за все, но нам уже пора.
— Как? Уже уходите? – полоумное лицо снова оказалось перед ними, и Роуз вполне поняла, почему они раньше не навешали свои соседей.
Лавгуд пытался уговорить их остаться на обед, и что Полумна расстроиться, если он не задержит школьных друзей до ее прихода. Роуз, заметив новую пачку «Придиры», вытянула один журнал, и изумление отразилось на ее лице.
— Гарри, - она негромко позвала друга, но по цепочки, в ее сторону повернулись все. Девушка развернула обложку, на которой было изображено лицо Гарри
«Нежелательное лицо № 1». — Кажется, мы ошиблись в выборе союзников.
Губы хозяина дома задрожали. Глаза заметались по серому лицу, и краски цветастой нелепой мантии стали казаться еще ярче.
— Мою Полумну забрали, — прошептал он. — Из-за моих статей. Полумну забрали, и я не знаю, где она, что с ней сделали. Но, может быть, они ее отпустят, если я… если я…
— Сдадите им Гарри? — закончила за него Гермиона.
Роуз бросила журнал в сторону, хватаясь за руку Гарри, словно эти действия могли как-то помочь в сложившейся ситуации.
— Нам нужно уходить.
— Нет! Они будут здесь совсем скоро! - мужчина выудил из кармана волшебную палочку.
— Собрались драться? С нами? – Поттер выступил вперед, его холодная решимость пугала и восхищала одновременно.
Откуда-то раздался взрыв, безумный и оглушающий . В окно Роуз уже заметила черные тени, верный признак приближения Пожирателей Смерти.
— Гарри! – громко закричала девушка, когда темнота затащила ее в свои объятия.
