Алая Стражница

Лишь одного желаю всей душою…

“Ондер”, в переводе с турецкого означает “Лидер”

POV Андрей Не помню, как я добрался до дома. Ни слова из того, что рассказывал мне Ромка за очередным бокалом виски, ни момента, как я выходил из квартиры Малиновского, ни того, как я сел в машину и выехал с подземной парковки и доехал до своего дома, ни того, как ввалился тяжёлым шагом в квартиру и буквально рухнул на кровать, прижав к себе папочку с разрисованными листами… Ничего не помню. Ничто не имеет значения… Всё, что имеет силу и вес – это тоненькая папка с пятью детскими рисунками, но нарисованными слишком талантливо и прекрасно для руки ребёнка. Лишь их я помню, лишь они жгли мне руки, даря хоть мизерное чувство осязания и реальности, но так и не позволяли мне вспомнить то время, когда они были нарисованы. Я знал на двести процентов, что это мои рисунки, но так и не сумел понять, как я их нарисовал тогда, в шесть лет?! Я не помню ни секунды своей жизни, чтобы я когда-либо держал в руках ручку или карандаш и был способен создавать что-то настолько великолепное и прекрасное… Рассказы Ромки казались мне пересказом какого-нибудь фильма, но никак не моих воспоминаний из детства. Я не помню этого. И не помню, что когда-то видел эти сны, любил и жил там! И рисовал свою Принцессу, чтобы и наяву видеть её рядом… Почему мама и папа так испугались тогда? Почему решили так разобраться с моими снами?! Чем это их так напугало? И зачем нужно было таскать меня к психологу в столь мальчишеском возрасте?! Похоже, испугались моего вероятного помешательства на сновидениях. Если даже сейчас, будучи взрослым, я страдаю по гибели несуществующей девушки и люблю её всей душой, то что же творилось со мной в детстве? Видимо, этого они и испугались. Пытались спасти меня от этого безумия. По итогу, ничего не получилось. Сны всё равно вернулись! А я снова сошёл с ума… Чёрт! Столько вопросов, неизвестного и неясного, и никто не может подсказать мне, что делать теперь, когда всё повторилось… Зачем повторилось? Что я должен понять, уяснить? Зачем?! Ведь я видел не просто сны… Это была история жизни. И все эти знания, термины… К чему всё это?! Чья это жизнь?! И все те люди, которых я видел во сне, с которыми общался там… И где это “там”? За своими мыслями я не с первого раза услышал, как разрывается домашний телефон. Сил подняться и отключить трубку не было совершенно. Я не мог даже пальцем пошевелить, не то, что бы встать, куда-то пойти или что-то сделать. Поэтому я лишь дождался включения автоответчика и услышал голос Киры: - Андрей, ты где?! Почему твой мобильный выключен? Я звоню тебе весь день! Ты куда пропал?! Я звонила в отель, и мне сказали, что ты уехал оттуда в семь вечера! А сейчас уже час ночи!!! Я тебя ждала у себя весь вечер!!! Кира-Кира-Кира… вот уже почти год как моя невеста. Подруга детства. Родители нам давно говорили, что мы “Созданы друг для друга!”, ведь мы дружили семьями. И им хотелось бы, чтобы семьи породнились. Когда мы были детьми, всё было проще: всю правду и прямо в лоб, просто задорная дружба, защита хрупкой девочки от хулиганов в школе, провожания из балетной школы до дома, если я заканчивал свои занятия на каратэ чуть раньше Кирюшки, чтобы довести её до дома. Мы тогда ещё были друзьями с Сашкой и чередовали наше “дежурство” и защиту нашей девочки. Это потом между нами пробежала “чёрная кошка”, а вот тогда… Эх, вот только теперь эта “девочка” из милой и очаровательной леди превратилась в до ужаса надоедливую и ревнивую стерву, принижающую людей ниже её по статусу. Не скажу, что в этом только её вина. Я слишком непостоянен в плане женщин, а ей это было неприятно, разумеется. Но она всегда принимала меня обратно, после каждого похода “налево”, предварительно знатно пропесочив и устроив скандал. Казалось, внутри неё слишком много энергии, но она не способна пустить её на что-то иное, помимо скандалов и бурных ночей. Но этого мне было мало. Я это понимаю только сейчас, когда познал и ощутил то, что действительно для меня, с какой девушкой я ощущаю себя собой. А вот Кира… Совершенно не мой человек. Не по пути нам с ней, к сожалению. Да, это будет ужасно, мерзко и больно, вот так, за несколько месяцев до свадьбы просто взять и порвать с ней. Но я так больше не могу… Душа разрывается от того, что я знаю теперь, как оно может быть! Как я умел любить, и как любили меня. И я хочу, чтобы сейчас было также, как тогда. А с Кирой было не так. Она, скорее, как та Светлая Княжна из моих снов: идеальная партия, знатный и близкий к трону род, знаем друг друга с детства. Вот только нет у меня любви к ней, как бы омерзительно это сейчас не прозвучало. Да, я сделал ей предложение, чтобы гарантировать себе место президента, когда папа отошёл от дел и демонстративно проголосовал за Сашу… Я лишь хотел, чтобы у меня было достаточно полномочий и возможностей, чтобы воплотить свои амбиции и развить любимую компанию, выйти на мировой рынок… Доказать отцу, что я – достойный наследник семейного дела, нашего трона… Теперь ясно, почему отец боялся моего президенства. Точнее, теперь я нащупал более глубинные причины этого. Я - слишком увлекающийся и пропадающий вне реальности человек. Могу выкинуть “номер” или поддаться эмоциям, порыву вдохновения, не озаботившись дополнительными размышлениями и рассуждениями. Как мальчик, посещавший художественную школу и видевший мистические сны… Папа ведь это помнит, в отличие от меня. И его страхи и недоверие полностью оправдались. Так… Теперь надо думать, что делать со вновь открывшимися фактами, как быть дальше и что-то решать. Ну, в первую очередь, нужно расстаться с Кирой. Хватит уже тянуть эти и так мёртвые отношения. Нам обоим станет легче, когда мы разрубим этот “гордиев узел” и станем свободными. Теперь бы грамотно донести эту мысль до Киры. Потому что она будет с ослиным упрямством доказывать мне, что я ошибаюсь, и мы, созданные друг для друга, должны пожениться, что она и только она способна жить со мной, терпеть меня и мои выходки… Фух, короче… Это будет нелёгкий разговор. Но я обязан это сделать! Обязан избавить её от этой зависимости, и самому избавиться от этого плена, чтобы начать поиски… Поиски кого? Чего? Что ты собираешься искать, Жданов? У тебя же нет ничего, кроме странных снов, рисунков, не всегда понятных имён, которые хрен встретишь в нашем мире, и полного, подчёркиваю, ПОЛНОГО непонимания смысла и сути своих поисков?! Что я могу сделать СЕЙЧАС?! Зачем я ищу Принцессу, которая уже умерла?! Которую, наверняка, и зовут не так, и выглядит она теперь иначе, ведь я… Я сам выгляжу иначе, и зовут меня иначе… Я – слабый, никчёмный и бесполезный человечишка… Чёрт!!! - НУ ПОЧЕМУ ВСЁ ТАК ПРОИСХОДИТ?!! ЧЕМ Я ЭТО ЗАСЛУЖИЛ?!!! – Заорал я во всё горло, ощутив внезапный и резкий прилив сил, заставивший меня подорваться стрелой с постели, и начать в беспомощной ярости громить комнату! Вещи из шкафа – прочь! Бельё на кровати – к чёрту на пол! Лампа на прикроватной полке – прямо в стену, чтобы в осколки!!! Папка с рисунками – вслед за… Стоп… Вывел руку из замаха и принялся внимательнее всматриваться в рисунок, оказавшийся в самом верху. На нём, как и почти на всех, была изображена Галинор, понуро, взволнованно и обречённо глядящая вслед убегающей фигуре Жрицы Света, Стражницы… Стоп… Стражница… Та девочка, что была телохранителем моей Галинор, она являлась Стражницей. Не просто Стражницей, а именно Алой… Это абсолютно точно: похожий облик в превращении, красная маска на лице, несколько надменный взгляд, но при этом, от неё шла сильная энергетика тепла, спокойствия и уюта. Да, она тоже выглядит иначе, чем та Стражница, которую я знаю здесь… Но ведь она тоже могла измениться, поменять внешность и имя… Теперь понятно, почему меня так тянуло к ней. Возможно, я на подсознании ощущал, что лишь она поможет мне что-то узнать, понять. Так или иначе, это единственная связующая ниточка между мной и моей принцессой в этот момент. Хоть какая-то зацепка, возможность разобраться во всём… И почему я не подумал об этом раньше?! Почему обратил на это внимание только сейчас, когда я потратил целые сутки на самобичевание, попытки утопить свою боль утраты в нескольких бокалах виски? Я потерял целый день. Хотя нет… Не потерял. Я получил больше, чем рассчитывал. Я вернул себе то, что было моим ещё с детства. Вспышка ярости и злости на самого себя затухла в тот момент, когда я, сделав глубокий вдох, выдохнул вслух своё решение: - Девушка в Алой маске владеет нужными знаниями. Она подскажет, что может мне помочь, что нужно найти в себе или направить в верное русло… Я должен поговорить с Алой Стражницей… Решение принято… И сразу стало легче. Гнёт самоуничижительных мыслей начал слабеть, гнев на свою же беспомощность больше не был столь сильным и болезненным. Наступило спокойствие. И понимание, наконец, что я знаю хотя бы, что мне делать дальше! И от этого стало легче. Даже умудрился найти в себе силы, чтобы взять трубку домашнего телефона и, включив его на громкую связь, набрал Киру. Нужно приехать к ней завтра утром перед работой, поговорить и забрать свои вещи. Трубку сняли с первого же гудка: - Андрей, это ты?! – Голос, полный слёз, немного севший. Плакала… Действительно переживала… - Привет, Кир… - Выдохнул я пустым и глухим голосом. Прокашлялся, прочищая горло, и быстро заговорил: - Пожалуйста, прости что так резко пропал и не предупредил тебя. Прости, что заставил волноваться. Но, поверь, причина была очень веская… - Настолько веская, что ты даже не включил свой мобильный и не отвечал на домашний?! А имя у этой причины имеется? – Кипя от негодования, ответила Кира, а голос начал шипеть, словно язык у змеи. - Значит так, Кира! – Очень строго и безаппеляционно ответил я, обрубая ей возможность продолжить свои возмущения. – Я не намерен ничего обсуждать сейчас, когда у нас обоих горячие головы. Я приеду завтра к тебе в семь утра. К тому времени мы оба успокоимся и всё обсудим. А сейчас успокойся, выпей вина и ложись спать. Жди к семи. Спокойной ночи! – На одном дыхании произнёс я, после чего резко отключил связь и вынул телефонный провод из розетки. Перевёл дух и поразился тому, как уверенно и чётко я только что говорил с девушкой. Да, принять решение перед звонком было очень важным! Это и помогло мне впервые ничего не бояться! Не бояться расставания, не бояться остаться без поддержки на совете директоров, не бояться потерять место президента. Я больше ничего не боюсь. Я и так уже потерял самое важное, что было у меня, не сумел сберечь и защитить из-за банального страха. Галинор, не знаю, слышишь ли ты меня, но я обещаю, что я больше не буду бояться. Ради нас, ради тебя… Я готов к переменам в себе и вокруг себя… Дав самому себе это обещание, я быстро разделся, залез под одеяло, поставил мобильный на зарядку (поэтому он был отключён), включил на нём будильник на шесть утра. Выспаться не получится, не знаю, смогу ли я сомкнуть глаза после вчерашних снов, однако организм требовал отдыха, и я прикрыл глаза, чтобы свет так не слепил. Чёрт, забыл выключить… Кажется, я только на секунду прикрыл глаза, прячась от света, как внезапно мой телефон включил мелодию будильника. Я что, неверно его установил? Потянулся рукой к источнику шума, разлепил глаза и посмотрел на время… Шесть ноль одна… Вот это да. Я смог поспать. Впервые за весь месяц я смог нормально поспать… Отключил надрывающееся устройство, окончательно открыл глаза и уставился в потолок. Без очков он не был таким чётким, да и так и не выключенная люстра несколько слепила. Может, в будущем сделать освещение более уютным? Менее ярким и пёстрым? А то как-то слишком много красного вокруг. Да, любимый цвет должен присутствовать в интерьере, но его не должно быть так много: на стенах, в мебели, постельном бельё… В общем, утренние сборы прошли в размышлениях о грядущих переменах. Слишком многое изменится с сегодняшнего дня. И, самое главное, надо будет озаботиться поисками Алой Стражницы, чтобы как можно скорее я мог поговорить с ней и всё выяснить. Вот только, где мне её искать? Может, спросить у Малиновского? Он ведь следил за ней весьма тщательно и, думаю, знает, где чаще всего её замечали в городе и в какое время суток… Но в подробности лучше не вдаваться… Хоть Ромка чуть ли не единственный знает о моих снах и рисунках, он уже уверен, что я снова сошёл с ума, да и Алая Стражница – его больная тема… Контрастный душ, крепкий кофе с двумя ложечками сахара, два бутерброда с сыром (в холодильнике даже колбасы не оказалось), чтобы уж не на совсем пустой желудок ехать и вести тяжёлый разговор. Нужно будет набить холодильник продуктами. Надоела эта ресторанная еда, на самом деле… Хочется уже уюта и спокойствия… В полседьмого я выехал из дома, захватив с собой один рисунок, где Галинор, счастливая, улыбающаяся, смотрит на меня прямо с листа. Сегодня оставлю его в своём кабинете, чтобы можно было иногда смотреть на неё, думать о ней, вспоминать… О чём вспоминать? О том, кто ты такой. Кем ты был и должен стать! В каком смысле? В самом прямом! Ты ещё слишком никто, чтобы быть способным найти её. Но ты действуешь верно. Начало положено. Если не собьёшься со своего пути, будешь рости над собой, то отыщешь и вернёшь Её… А пока… Иди, завершай уже поскорее эти отношения. У тебя есть и другие важные дела… Уже не в первый раз я вёл сам с собой диалог. Но то, моё второе “я”, всё пытается показать мне, насколько я слаб и плох, ничтожен и бесполезен в своих планах и надеждах. Оно появилось впервые позавчера, когда Стражница пришла ко мне на балкон, а я метался в противоречиях с самим собой, когда выяснил, что мои страхи потерять президентское кресло, голос Киры на совете, доверие и уважение родителей, раскрыть правду о делах фирмы, оказались сильнее моей внезапно проснувшейся любви к Принцессе Галинор. Оно сурово и наотмашь начало давить и добивать меня, желая мне скорейшего переосмысления и переоценки ценностей. Вот оно, бл***, и случилось! И слишком стремительно, чтобы успеть осознать всё случившееся, но и столь же радикально, что пропустить подобное мимо или отложить на потом, просто невозможно, ибо это слишком глубоко. И болезненно. Как ни странно, на этот раз мысли совершенно не мешали мне вести машину, не отвлекали и не создавали аварийных ситуаций, поэтому, легко и просто, почти без остановок, на все “зелёные”, я быстро доехал до Киры, не создав при этом ни одной аварийной или экстремальной ситуации. Тем лучше. Я не хочу становиться причиной чьей-то боли, чьего-то горя… Но при этом сейчас еду к своей невесте, чтобы отменить свадьбу и, тем самым, сделаю ей больно. Но я уже решил, что так будет лучше для всех нас. Нет, не решил… Я это знаю… Не стал заезжать на подземную парковку, нашлось свободное место снаружи, остановил там машину и, едва я заглушил мотор, меня снова начал снедать страх, неуверенность, сомнения в правильности моих решений. Неохота было выходить из машины, идти наверх и радикально менять свою жизнь. Если на мелкие перемены, например, в обстановке квартиры, я ещё был готов, то вот к ТАКИМ вот кардинальным… Снова эта треклятая трусость и нежелание “выходить из своего постоянного болота”. Но сейчас эта трусость больше не была такой всепоглощающей и внушительной. Всё изменилось. Я сам изменился. И я не отступлюсь от своего решения! Сделав глубокий вдох, я вышел из машины и, включив сигнализацию, направился к дому Киры. Вокруг было ещё темно: солнце встанет ближе к девяти, а пока раннее утро держало весь город в объятиях снежной ночи. Сейчас, правда, снег уже перестал падать, но в ближайшие несколько часов снова обещают метель. Хм, и откуда я это знаю? Ах да, услышал в телевизоре сегодня, пока собирался. Мысли крутились вокруг любой темы, но только не вокруг предстоящего трудного разговора. Я никак не могу подобрать слова, подготовить её, разорвать наши отношения как можно мягче… зная её взрывной характер, ожидать можно чего угодно: от истеричных угроз до догонялок с кнутом в руках. Но, так или иначе, а подойти к двери в квартиру было необходимо. Последние два шага к порогу дались очень непросто: медленно и тяжело. Будто меня снова сдерживает что-то. Опять этот страх! Это нежелание перемен! Нет, я уже решил, что не буду бояться! Значит – не буду! А лучше, ещё раз подумать над тем, что же я скажу своей пока ещё невесте… Я бы мог сколько угодно стоять перед дверью, перебирая в памяти реплики, которые помогли бы мне начать один из важнейших разговоров в моей жизни, но я не видел смысла в том, чтобы оттягивать момент истины. Как бы мне не хотелось сгладить финал нашей с Кирой истории, я отчётливо понимал, что никакие слова не могут дать должного целительного воздействия на душу обиженного человека. Это просто необходимо произнести. Твёрдо и уверенно, чтобы Кира услышала именно то, что я хочу сказать, и не тешила себя надеждой, что это всего лишь размолвка. Сегодня мы подводим итог. Давно отыгранный спектакль нуждается в заключительном аккорде. Мой выход. Едва я ступил за порог незапертой двери в квартиру (кажется, меня уже ждали), тяжёлые оковы страха отпустили меня совсем. Теперь я действительно ничего не боюсь! Я справлюсь и всё сделаю так, как должен! Вынул свой дубликат ключей от квартиры и положил их на полку. Они мне больше не понадобятся... Когда я уверенным шагом прошёл прямиком в комнату Киры, первое, что бросилось в глаза, - несметное количество фотографий, разбросанных по всей постели. Оглядев беспорядок быстрым взглядом, я пришёл к неутешительному выводу, что меня со вчерашнего вечера здесь поджидает грандиозный скандал. Судя по тому, что несколько снимков были безжалостно скомканы и даже разорваны, буря всё ещё не улеглась и мне придётся приложить максимум усилий, чтобы донести до Киры истинную причину своего приезда. Я здесь не для того, чтобы оправдываться. - Я ждала тебя всю ночь, - за спиной прозвучал подавленный голос, приправленный не высказанными обвинениями. - Зачем? Я же сказал, что приеду к семи. - А я всё равно ждала. Привыкла, - хмыкнула Кира и с гордо поднятой головой прошла мимо, намерено задев меня плечом. – Ждать, надеяться, верить. - с последним пунктом я бы поспорил, но решил благоразумно промолчать. - И я дождусь. Чего бы мне это не стоило, - добавила она чуть слышно, задумчиво глядя на моё отражение в тёмном окне. - Кир… - Вдох-выдох, Жданов… - Ты приехал объяснить, почему я не могла вчера к тебе дозвониться? Мог бы не утруждаться. Я и так всё поняла. - Что ты поняла? – поспешно скрывая раздражение, я присел на край постели и устремил взгляд на наши улыбчивые лица в рамке на прикроватной тумбе. - У тебя, как всегда, появились неотложные дела. Телефон разрядился. Это так удобно, правда? Вне зоны доступа и никаких звонков. Никто не отвлекает, не надоедает глупыми вопросами. Приятный выдался вечерок, не правда ли, милый? - Кира, у меня действительно возник один важный вопрос, требующий моего внимания. - А имя этому вопросу, случайно, не Валерия Изотова? - Кира! – не сдержался, сорвался на крик, но моментально взял себя в руки, краем глаза подметив, как сжались женские плечи. - Прошу тебя, давай успокоимся и поговорим. Просто поговорим! Без упрёков и обвинений. - Хорошо, давай поговорим, - лихо развернувшись ко мне лицом, Кира посмотрела на меня с лёгкой улыбкой на губах и ледяной непримиримостью во взгляде. - Скажи, где и с кем ты провёл вчерашний вечер? - Я был у Малиновского. - Смею предположить, обсуждали грядущий показ? - Да, именно так, обсуждали грядущий показ, - покорно кивнул я, придя к неутешительному выводу: у Киры своя правда и другой ей не нужно. В её голове картина вчерашнего вечера искусно расписана самыми яркими красками в мельчайших подробностях с участием другой женщины. Недостаёт лишь имён и моих оправданий. Она ждёт очередных извинений и заверений в том, что она по-прежнему для меня единственная и неповторимая, желанная и самая любимая, а все эти однодневные бабочки – обыкновенное развлечение. “Такого больше не повторится! Никогда! Обещаю!”. Весь этот пламенный монолог, сопровождающийся хаотичными поцелуями, всенепременно завершится горизонтальным примирением на атласных простынях. Последующий день любимая невеста проведёт в благодушном настроении и планировании нашего совместного быта. Скорее всего, временно оставит попытки взять под контроль всю мою жизнь, потому что именно это тихое смирение, в её понимании, будет служить доказательством безоговорочной веры в мои клятвенные обещания. Кажется, сегодня Кира рассчитывала именно на этот вариант развития событий. Не обращая внимания на мою молчаливость, упорно следовала вымышленному сценарию, требуя от провинившегося негодяя именно тех реплик, которые опустили бы меня на колени и привели к её ногам. И всё вернулось бы на круги своя: провинившийся Жданов, прощающая Кира, временное перемирие и образцово-показательная пара вновь покоряет первые полосы московских журналов. А как иначе? Мастерски отточенное шоу нуждается в зрителях! Вот только сейчас не глубокий вечер, переходящий в ночь, а раннее утро. Примирения на атласных простынях не случится, на следующий/наступивший день Кира не будет в благодушном настроении после бурной ночи, не будет совместного быта после свадьбы… Ничего этого не будет. Сейчас не ночь, а утро. Пелена потёмков сошли с моих глаз… - Андрей! Ты меня не слушаешь! – капризное возмущение прозвучало совсем рядом с ухом. – О чём ты думаешь? Или, быть может, правильнее будет спросить “о ком?” – шепчет Кира мне на ухо, тонкими пальцами касаясь пуговиц на рубашке. Смена тактики. – Скажи мне, кто занимает твои мысли? – Понижает голос до соблазняющего гортанного. - Ты, - останавливаю женскую руку, сжимаю прохладную ладонь и поднимаю взгляд к зелёным глазам. Судя по тому, что на её губах расцветает улыбка, Кира думает, что я принял правила её игры. Вот он, ожидаемый момент истины! Сейчас я озвучу именно те заветные слова, ради которых и затевался скандал, затем откатаю “обязательную программу”, и всё встанет на свои места. Чёрт, и как я раньше не замечал, насколько в наших отношения стало мало искренности?! В какой момент всё для нас стало “игрой”, театром со сценарием, актёрами, декорациями?! Даже диалоги и примирение чётко по сценарию. И это и есть любовь? Ответом на свой же вопрос, я просто не оправдываю её ожиданий. Молчу, стою, спокойно рассматривая расширенные зрачки в глазах, затянутых поволокой желания вперемешку с надеждой, и неосознанно дёргаюсь, когда Кира решает прервать несколько затянувшуюся тишину обыкновенным поцелуем. Избегаю прикосновения губ, вырываюсь из цепких объятий и ловлю её совершенно потерянный взгляд. - Зачем же ты…? - Что с тобой? – удивлённые реакцией друг друга, мы одновременно озвучиваем свои вопросы и вновь ненадолго затихаем. - Андрей… - Глухой выдох дрожащим голосом. Она искренне не понимает, что происходит. Да и мне не по себе… - Кира, послушай меня! Внимательно и до конца, пожалуйста! – Почти умоляю я её, вновь поймав этот растерянный взгляд, не знающий, куда метаться и как действовать со мной теперь! - Я хочу, чтобы ты знала, я безумно благодарен тебе за всё, что ты для меня сделала! За то, какую роль сыграла в моей жизни… - Ты так говоришь, будто собираешься… - Перебивает. Так, это бесполезно! Нужно прямо и в лоб! - Я ухожу! – Наконец, твёрдо произношу своё решение и чувствую прилив живительной силы и любопытное ощущение раскрывшихся лопаток и желание вытянуться ещё выше. Я это сказал! Я освободился от этого груза… – Прости! Прошу, прости, что говорю это только сейчас, вот таким образом, но, поверь, так будет лучше. В первую очередь для тебя. Ты сама это прекрасно осознаёшь. То, как мы жили последние несколько лет… - Нет! - отзывается она, рассеянно осматриваясь по сторонам. - Нет, ты просто не понимаешь, что ты говоришь, - глазами впивается в моё лицо и улыбается натянуто, будто желает трактовать и принять мои слова за обыкновенную шутку. – Это же розыгрыш! Ты меня разыгрываешь, да? Андрюш, прекращай! Посмеялись и хватит! – Нервно хихикая, она произносит это всё, изо всех сил пытаясь улыбаться, подошла ко мне и похлопала по плечу. Твою мать, Кира!!! Почему же ты такая холодная?! - Я сейчас завтрак приготовлю. У тебя же, наверное, какие-то встречи назначены на утро, поэтому ты вчера был занят и сегодня так рано приехал. Ну да, точно! Я сейчас…я мигом… - Мгновенно “поймав суету”, она сорвалась с места и уже собиралась со всех ног рвануть на кухню, но я ей не позволил убежать от разговора. - Кир, - в два шага преодолеваю возникшее расстояние между нами, горячими ладонями сжимаю её ледяные плечи, пытаюсь поймать блуждающий взгляд. – Кира, прошу, выслушай меня... - Но у нас же всё хорошо, - нервно кусая губы, Кира непослушными пальцами цепляется за лацканы пиджака и решается посмотреть мне прямо в глаза. – Андрюш, у нас всё хорошо! А будет ещё лучше. Мы просто немножко устали. – Тараторит Кира, глазами невинного ребёнка глядя мне в лицо. Убеждает. – У нас обоих столько работы перед показом, вот немного нервы и сдают. Но в целом у нас же всё прекрасно! – преодолевая собственное напряжение, Кира с усилием разжимает пальцы и приглаживает ткань рубашки на моей груди. – По-другому быть просто не может. Я же люблю тебя! - Кир, я очень ценю и уважаю тебя… - Честно отвечаю я, но… - И любишь? – наивно вопрошает она, глядя на меня снизу доверчивым взглядом. Снова перебила. Снова не хочет слышать и понимать, что я не отступлю, не дам заднюю. - Я испытываю к тебе очень нежные и тёплые чувства, - старательно подбираю слова, только бы не сказать ничего обнадёживающего. Вдох… - Но эти чувства ничтожны по сравнению с тем, что ты заслуживаешь. Я хочу, чтобы ты была счастлива! – Даже киваю для усиления эффекта от своих же слов, мягко начинаю поглаживать холодные плечи, как в детстве. Может, она вспомнит это ощущение и поймёт весь смысл словосочетания “нежные чувства”? - Но я счастлива с тобой! Мне другого счастья и не нужно! А если тебя просто что-то беспокоит, ты мне скажи, я всё исправлю. Обещаю! – С упоением проговорила она, также утвердительно кивнув мне головой. - Мы будто говорим на разных языках... Кира! - повышаю голос, в надежде пробиться сквозь стену непонимания, на секунду схватил девушку за плечи, встряхнул и резко выпустил. Она словно сделана изо льда. – Услышь же меня! - Давай ты мне скажешь, что тебя не устраивает, а я приложу все усилия, чтобы это исправить? – воодушевлённо продолжала Кира, начав нервно расхаживать по комнате, то приглаживая, то разлохмачивая свои волосы. - Например, - воскликнула она, радостно улыбнувшись, и повернулась ко мне лицом, - торжественно клянусь, что больше никогда не побеспокою тебя глупыми звонками! Ты увидишь на дисплее моё имя, только если у меня возникнет острая необходимость передать тебе важную информацию. Я не буду задавать лишних вопросов, и напоминать о свадьбе. Ты можешь даже уволить Вику. Или дать очередное повышение этой своей Пушкарёвой. Я не скажу ни слова… Нескончаемый список всех возможных прегрешений пополнялся абсурдными пунктами, которые, по мнению Киры, имели важнейшее значение в наших с ней отношениях. Чего только не было: и даже отказ от идеи уволить Изотову, разрешение мне иногда оставаться ночевать в своей квартире и так далее-далее-далее… Я не решился перебивать её. Позволил выговориться, чтобы она сама, без моего вмешательства, пришла к отчётливому пониманию, насколько бессмысленно звучат её слова в нынешней ситуации. Насколько тщетны попытки реанимировать уже давно умершие чувства… Моё молчание сбивало её с толку. Я видел, как Кира пыталась отыскать в моём взгляде и расслабленной позе, со скрещёнными крест-накрест руками и ногами, хоть какой-то проблеск одобрения, но натыкалась на спокойное хладнокровие и поддавалась паническому отчаянию. На щеках появлялись первые слёзы, в голосе становилось всё меньше заискивающих ноток. Как я и предполагал, ждать финала разыгранной комедии пришлось недолго. Да, это больно, Кирюш. Но лучше сейчас, чем потом, когда хоть какие-то светлые чувства превратятся в ненависть. Горько всхлипнув, Кира ловким движением смахнула с лица дорожки слёз и подошла ко мне вплотную, чтобы глаза в глаза задать ещё несколько вопросов: - А ты уверен, что поступаешь правильно? – лёгкая ухмылка коснулась уголков её губ. – Ты же понимаешь, что я это просто так не оставлю? – Грозный взгляд в глаза и твёрдый тон. Перешли к угрозам. - Я всё же надеюсь на твоё благоразумие. – Бесстрашно Отвечаю я, понимая, что действительно не боюсь. Будь, что будет! Я готов ответить за всё, даже если Кира окажется настолько мелочной и падёт до столь низкой мести. - Интересное дело. Решил на двух стульях усидеть, Андрюша? И свадьбу отменить, и президентское кресло за собой оставить, да? А не слишком ли много, милый, ты себе позволяешь? Ты дал мне слово, сделал публичное предложение, дал обещание… - Это обещание – моя ошибка, которую пришло время исправить. Пока не поздно. – Выдыхаю я, не отрывая взгляда от покрасневших глаз Киры. - Наши отношения - тоже ошибка, которую необходимо исправить? – хриплым шёпотом звучит последний вопрос, на который я не осмеливаюсь ответить правдой. Это её добьёт, а я так не хочу. – Уходи! – грозно отрезает она и быстрым шагом удаляется к окну. - Кира, зачем ты так? Меньше всего я хочу расставаться врагами. – Изо всех сил стараюсь снова смягчить этот удар, даже тяну руку вслед за удаляющейся девушкой (идиот). - Три с половиной года! – восклицает она, резко развернувшись, и вновь посмотрела на меня, продолжая бесконтрольно лить слёзы. - Андрей, три с половиной года потраченных впустую. И ты смеешь заявлять мне, что мы обязаны остаться друзьями? Лицемер! – Выкрикнула она с бессильной злобе. Так, не поддаваться… - Мы пережили вместе много счастливых минут… - Прикрыл глаза и стараюсь говорить спокойно, пытаясь не реагировать на поднимающуюся внутри неё и меня волну гнева и ярости. - О, да, Андрюша, ты пережил много счастливых минут в объятиях всевозможной фауны из мастерской Милко. – Ехидно произносила она, взращивая внутри обиду на меня. Плохо… - Пока я обзванивала больницы в поисках любимого мужчины и заливалась слезами, когда ты всё же снисходил до беседы с невестой, пребывая в постели очередной куклы. И ведь утром ты находил какие-то скудные объяснения, а я вынуждена была верить тебе, потому что понимала, как важна для тебя свобода. – Всхлипывает, переводит дыхание и продолжает, - Ждала, когда остепенишься. Когда поймёшь, что я и только я могу стать для тебя любящей и понимающей женой. Ждала, когда ты увидишь во мне женщину своей жизни… Ждала и надеялась. А что получаю в конечном итоге? Ты увлекаешься очередной “юбкой” и бросаешь меня прямо накануне свадьбы! Разве я это заслужила? Неужели я не доказала тебе свою любовь и преданность? Жданов, что тебе ещё нужно? Чего тебе ещё не хватает? – Задаёт вполне резонный вопрос Кира, на который я всё же отвечу ей… - Любви, Кира, - признаюсь на выдохе, испытывая чувство жгучей, приторной жалости по отношению к Кире. – Нам обоим недостаёт настоящей любви… Я хочу найти свою… И тебе желаю того же. – Добавляю я, уже собравшись развернуться и навсегда уйти из квартиры Киры, как услышал в спину. - Любви?! ЛЮБВИ ТЕБЕ НЕ ХВАТАЛО, ДА, ЖДАНОВ?! – Яростный крик и удар подушки по лопаткам донеслись до меня на всевозможных уровнях: физическом, эмоциональном, моральном. – Так давай, вали! Иди, ищи свою чёртову любовь, но ко мне больше НИКОГДА не приползай!!! Знать тебя не желаю, мерзавец! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!! Я услышал, как Кира обессилено рухнула на колени и зарыдала. Горько и честно, как плакала только в детстве и на похоронах родителей. Это очень больно… Ей больно… Но я понимал, что она сама должна пережить эту истерику, выплакать все слёзы, вырыдать и вырвать из себя все эти чувства ко мне. Любви там нет. Я её не почувствовал. Влюблённость есть, привязанность – есть, привычка… Всё что угодно. Но не истинная любовь… Горько выдыхаю и, опустив голову, молча выхожу из квартиры, мягко закрыв за собой дверь. Вот и всё… Перевести дух, чтобы подавить весь спектр эмоций, разбушевавшихся во мне во время разговора; добежать вниз по лестнице, игнорируя лифт (продолжаю себя успокаивать); завести машину с пульта, чтобы хоть немного согрелась; выйти на улицу; встретить обретающее более светлый оттенок пурпурного небо; вновь тяжело вздохнуть... и осознать, что все Кирины негативные эмоции сейчас сидят во мне, клокочут и требуют выхода. Желательно, набить кому-то морду! И это желание нарастало, бесконтрольно от меня. Чёрт, почему я чувствую теперь и Киру вот так?! Громко рыкнув, я со всей силы пнул фонарный столб, после чего он даже пошатнулся и, пару раз моргнув, погас… Стало легче. Часть боли и ярости вышла с этим ударом. Но всё же, что это такое? Ондер был эмпатом. Теперь это ты… Мотнул головой, отгоняя эту мысль. И так слишком много всего в голове и на душе. В окончательно осознанное состояние меня вернул писк ключей от машины: сигнал, что через минуту она заглохнет. Вновь сделал глубокий вдох, перед тем как залезть в машину и, резко сорвавшись с места, уехать из этого места навсегда. За своими вещами потом пришлю Фёдора. Договорюсь с консьержкой по телефону, чтобы дала ему ключи и впустила в квартиру, пока Киры не будет дома. А сейчас… Надо ехать на работу. Пятницу необходимо доработать, а вот на выходных усиленно займусь поисками Стражницы… Заодно разберусь со своими заскоками… Пора начинать новую жизнь…