Янтарь

            Эрза с раздраженным вздохом отложила бумагу в сторону и взяла в руки чашку чая, но потом, подумав, вернула ее на место. Помассировав виски, она откинулась на спинку кресла и сделала несколько вдохов, которые должны были помочь ей выпустить пар и не думать сгоряча. Однако, как было известно, она не настолько отходчива, как бы ей хотелось. Внутри горела злость вперемешку со слабой долей обиды.             Грей послал еще одно письмо. Мало того, что сначала он снова бросил их на месяц, ничего не объяснив, так еще теперь пишет, что «у нас с Нацу все хорошо. Приедем — обязательно расскажем». Поступая таким образом, он будто показывал, что они не так уж и важны ему, что ему не кажется обязательным разъяснять такие вещи более подробно.             Подумав об этом, Эрза покачала головой. Нет, это не так. Он любит и ее, и Люси. Просто сейчас слишком взбудоражен своей любовной удачей, чтобы думать о чем-то, кроме этого. А Эрза обязательно с ним поговорит и попросит больше так не делать. В конце концов, они безумно волновались, получив первое письмо. Никому не был известен исход пребывания Грея на Ирбис. Но только потому, что это было для него важно, они не бросились вдогонку.             Что же, радует, что он цел, невредим и, кажется, полон счастья.             В последнее время у них была какая-то белая полоса. Эрза не могла сказать, что до этого была черная, скорее, нейтральная — ничего интересного не происходило, простое, родное однообразие всех устраивало. А сейчас жизнь заиграла яркими красками, подкидывая все новые и новые события, окрашивающие ее в самые разные тона. От самых темных до настолько светлых, что болели глаза.             Особенно это было заметно у Люси с Джувией. После похорон девочки стали еще ближе друг к другу. Джувия цеплялась за Люси, будто видела в ней спасение, которого не было ни в ком другом, а сама Люси смотрела на свою подругу таким взглядом, каким не смотрят даже на самых близких друзей.             Эрза не была глупой и прекрасно видела, что между ними происходит. Она едва ли не физически ощущала исходящие от них волнами эмоции и надеялась, что когда-нибудь все у них образуется.             Люси не поделилась с ней подробностями того дня, который провела с Джувией после похорон, и Эрза понимала ее. Люси не ощущала себя готовой к такому разговору и не хотела нарушать интимность того момента. Хотела, чтобы он принадлежал только им двоим. Эрза не была против — их отношения не ее дело, она не станет вмешиваться и требовать, пока к ней не подойдут самостоятельно.             Но это относилось только к девочкам. Грея и его Нацу ожидал долгий допрос с пристрастием хотя бы потому, что такого уговора не было, и она была слишком зла, чтобы думать рационально.             Из коридора послышались шаги, и через несколько секунд из-за поворота появилась голова Люси. Она выглядела несколько обеспокоенной:             — Все хорошо? Я слышала какой-то шум, — разъяснила она причину своего визита.             — Да, все хорошо, — вздохнула Эрза. — Я просто прочитала письмо.             Глаза Люси наполнились пониманием.             — А. Да, мои эмоции были примерно такими же, — она смущено усмехнулась. — Ну, ничего, приедет и мы устроим ему взбучку.             Эрза важно кивнула:             — Разумеется. Научится все планировать заранее, а поступать спонтанно. Как вообще…             Ее прервал звук открывающегося замка. На взлом это не было похоже, но все же она схватилась за клинок, который они использовали для экстренной обороны. Но нужды в нем не было — когда дверь отворилась, на пороге предстал почесывающий затылок Грей, а за ним стоял Нацу, с интересом разглядывающий интерьер дома.             — Какого… — пробормотала Эрза и убрала меч на место. — Как ты… вы тут оказались?             — Ты о чем? Мы же отправили письмо, — не понял Грей.             — Оно только что пришло, — Эрза переводила взгляд с одного парня на другого, и точно могла сказать только одно: она совершенно ничего не понимала. Люси стояла в точно таком же шоке, а на весь этот шум вышла и Джувия.             Грей посмотрел на нее очень странным взглядом, а потом он постепенно прояснился, наполнившись осознанием. Он неловко захихикал и посмотрел на Нацу, который, в свою очередь, смотрел на него, приподняв одну бровь.             — Ты чего?             — Ну… Мы же… Летели… Вот и быстро добрались… А письмо, видимо, нет, — с небольшими паузами пробормотал тот.             — А, — многозначительно выдал дракон. — Точно.             — В смысле летели? — Эрза немного не поняла эту часть разговора. А потом поняла. — Оу…             Только Джувия была в неведении и хлопала глазами, ничего не понимая.             Неловкий момент оборвал Нацу:             — Приятно… эм… познакомиться.             Эрза запоздало кивнула, а потом направила полный праведного гнева взгляд на Грея.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            Грей, увидев, какими глазами на него смотрит подруга, только устало вздохнул. Он прекрасно догадывался — хотя, скорее, знал — что она будет злиться больше Люси или даже Джувии, (хотя в последней он несколько сомневался) но все равно лелеял ложную надежду, что ему удастся избежать конфликта. И прямо сейчас эта надежда обратилась в пепел и унеслась прочь, гонимая ветром.             — Сильно злишься? — робко поинтересовался он, стараясь всеми силами стать меньше или даже слиться со стеной. Было обидно, что не получилось.             — Я чертовски зла, Грей Фуллбастер, — подобно змее прошипела Эрза. — Как ты посмел бросить нас, посвятив в происходящее одним жалким письмом?             Она не кричала, но тон ее заставлял вжимать голову в плечи и желать поскорее где-нибудь спрятаться. Эрза слыла рассудительной и умной девушкой, но стоило появиться чему-то, что ее раздражало, как она превращалась в фурию, способную уничтожить одним только взглядом. За это Грей и боялся, и уважал ее. За силу.             — Ну… — он замялся, а потом перевел многозначительный взгляд на Джувию. — Можем мы сначала поговорить наедине?..             Эрза сложила руки на груди и смерила его строгим взглядом, но одобрила:             — Разумеется.             После этого, развернувшись, она ушла в дальнюю комнату дома, которая принадлежала ей. Грей, взяв Нацу за руку, повел его за собой. Люси же в это время попросила Джувию подождать ее в комнате, а после проследовала за ними.             В комнате Эрза села на кресло и закинула ногу на ногу, всем видом показывая, что готова к разговору. Люси присела на кровать, тоже ожидая объяснений. Пусть она и выглядела менее злой, чем ее подруга, но в глубине ее глаз Грей отчетливо видел обиду. И это сильно его задело. Он был готов вынести их гнев, но не это.             — Если ты пытаешься подобрать слова, то ничего страшного, мы подождем, — голос Эрзы вырвал его из мыслей. Грей рассеянно кивнул, и через какое-то время все же заговорил:             — Я… эм… мне жаль, — он почесал затылок. — Правда, жаль. Тогда я понимал, что поступаю не очень хорошо, но мне казалось, что у меня есть причина… Да и сейчас так кажется. Может быть, это делает меня херовым другом, но я правда так считаю. Для меня это… — он кинул взгляд на молчаливого Нацу, продолжающего рассматривать интерьер и делающего вид, что его тут нет. — Было очень важно. И вы понимаете это. По крайней мере, я надеюсь на это. Я понимаю вашу злость… И мне правда очень жаль.             С каждым его словом лицо Эрзы становилось все мягче, а из глаз Люси пропадала обида. Ему совсем не хотелось заставлять их прощать его, он понимал, что заслуживает эту злость, Грей хотел только донести до них то, что тогда он искренне считал, что у него есть веская причина. Окрыленный своей удачей, он совсем позабыл о чувствах других.             — Ладно, — Эрза вздохнула. — На этот раз ты прощен. Я, по правде говоря, так и думала.             Грей уставился на нее с немым вопросом.             — Ну, что ты действовал, так скажем, в состоянии аффекта, — она чуть улыбнулась. — Поэтому я готова тебе простить эту оплошность. Но только в этот раз. В следующий ты получишь по полной программе.             Она встала и, обняв его, прошептала на ухо:             — Я ужасно волновалась…             К объятиям присоединилась и Люси.             — И я тоже тебя прощу, — шепнула она с озорной улыбкой. — Если ты поделишься своей любовной историей.             Грей усмехнулся, а Нацу, до этого молчавший, подавился воздухом.             — Это обязательно?.. — тихонечко спросил он. И на его плечо опустилась рука Эрзы.             — Разумеется, молодой чело… — она запнулась.             — Ничего страшного, — Нацу улыбнулся. — Ладно. Только я ничего не буду рассказывать.             — Будешь.             Никто не осмелился сказать хоть слово против приказного тона Эрзы.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            Тецуя хрипло рассмеялся и хлопнул своего младшего сына по плечу, а после обхватил и его, и Грея за плечи, и прижал к себе. Его кожа была неестественно теплой, как и Нацу с Зерефом. Он тоже был огненным драконом? Скорее всего.             — Ты отхватил лакомый кусочек, — мужчина погладил смущенного Нацу по голове, а после обратился к Грею: — Ты действительно хороший парень, Фуллбастер. Я надеюсь, у вас с моим сыном будет долгая и счастливая жизнь.             Грей почесал затылок.             — Мне бы тоже этого хотелось.             Грей с удовольствием поделился с подругами деталями всего произошедшего. Умолчал он только о ночи, проведенной накануне отправки второго письма, за что Нацу был искренне ему благодарен.             Эрза и Люси оказались очень приятными в общении девушками. И, несмотря на то, что они продолжали косо на него посматривать, Нацу действительно наслаждался общением с ними.             Кира, по которой он так скучал, накинулась на него, стоило ему выйти из комнаты Эрзы. И сделала она это с такой силой, что Нацу едва не упал на спину, но его поддержал идущий позади Грей. После этого она отказалась слазить с его рук, так что даже за столом он поглаживал ее спинку. Лисичка удобно устроилась на его коленях и требовала не только внимания Нацу, но и Грея. Если же про нее забывали, она начинала вертеться и кусаться, напоминая о своем присутствии.             Нацу было лестно слышать, с каким восхищением Грей отзывался о его отце. Он считал его прекрасным родителем и ответственным мужчиной, что было абсолютной правдой. Нацу не доводилось встречать кого-то, кто был бы наравне с его отцом. Это если не брать в счет глав кланов — все они по умолчанию были трудолюбивыми и справедливыми драконами, вызывающими такое же бескрайнее уважение, как и его отец.             Нацу испытал укол разочарования, когда узнал, что ни Зереф, ни папа не полетят с ним сюда. Но когда он узнал причину, это сразу же прошло.             Они собирались навестить могилу Мавис.             Когда он думал о ней, ему становилось горько. Она и Зереф заслуживали счастья, а судьба так жестоко с ними обошлась… Она ушла в столь молодом возрасте, как и его мама.             Теперь он отчетливо понимал, что нет никакого проклятья. Что это просто случайные совпадения и нет в этом ничего божественного. Вспоминая свои едва ли не истерики по малейшему поводу, Нацу чувствовал себя идиотом. Хотя он им и был.             Нацу подумывал о том, чтобы самому навестить могилу.             Вроде бы совсем недавно он считал ее историю уроком, а сейчас сидит рядом со своим Избранником, счастливый и полный мечт и надежд. И что странно — он не испытывал никакого чувства вины за это. Нет, это было нормально — не испытывать вину за то, в чем не виноват, но зная себя, он предполагал, что ему будет стыдно за то, что он счастлив, когда его брат и отец потеряли своих Избранников.             Но этого не случилось. И Нацу не знал, почему. Возможно, он просто повзрослел.             Но, в любом случае, он был рад этому.             — Я хотела бы сказать кое-что важное, — Люси привлекла его внимание.             Она явно нервничала — теребила край кофты и все поглядывала в сторону Джувии, девушки, которую до этого дня он не знал. Сама Джувия отложила приборы в сторону и посмотрела на нее с улыбкой.             — Я… я придумала название для своей книги, и хотела бы сказать его вам, — она едва заметно покраснела.             — Конечно, — Эрза кивнула.             — Э-эм… поскольку на написание этой книги меня вдохновил один человек, я решила назвать ее в его честь, — она снова бросила мимолетный взгляд на Джувию.             Нацу сразу же обо всем догадался.             — Книга называется «Джувия из Великого моря».             Сказав это, она перевела испуганный взгляд на свою обомлевшую подругу. Джувия раскрыла рот от удивления и смотрела на нее круглыми глазами.             — Это не шутка?.. — выдавила из себя бедная девушка.             — Нет! — слишком резко стала отрицать Люси. — Это правда! Ты… Ты очень красивая, милая, добрая… И похожа этим на принцессу. В-вот как-то так и получилось.             Нацу отвел взгляд от них и посмотрел на Эрзу. Та совсем не казалась ошарашенной, скорее всего, она обо всем догадывалась, как и он. Зато Грей пару раз хлопнул ресницами и прошептал ему на ухо:             — Вот это да…             Нацу улыбнулся:             — Как считаешь, как Люси признается ей?             Грей замер:             — Подожди, она что?..             — Да, — он кивнул. — Я знаю этот запах. От тебя так же пахнет.             Грей шлепнул его по бедру.             — Ящерица, — фыркнул он.             Вместо ответа Нацу положил голову ему на плечо.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            Люси легла в свою постель, уставшая и совершенно опустошенная, будто бы эта новость отняла у нее все силы. Хотя, почему «будто»?.. Она ужасно волновалась, словно в любви признавалась. И, наверное, со стороны это так и выглядело…             Люси вздохнула и перевернулась набок, лицом к окну, и стала рассматривать многочисленные звезды.             Она действительно не понимала, в какой момент все так повернулось. Когда ее дружеские чувства к Джувии переросли во что-то большее? Или они всегда таковыми и были? Она абсолютно ничего не понимала и не знала, сможет ли ответить на этот вопрос хоть когда-нибудь.             В дверь робко постучали. Люси, внутренне ужасаясь и догадываясь, кто был ее ночным гостем, понадеялась притвориться спящей, но когда дверь приоткрылась, она поняла, что метаться поздно.             На пороге стояла смущенная Джувия. Люси ушла в свою комнату как раз тогда, когда подруга удалилась в туалет, чтобы избежать перехвата, но эта попытка оказалась. От разговора ей хотя бы на сегодня отвертеться не удалось.             — П-прости, что без приглашения, — Джувия закрыла за собой дверь и села на стул напротив кровати. — Но Джувия не могла ждать до завтра.             Люси устало вздохнула и слабо улыбнулась:             — Конечно, я понимаю. Ты хотела поговорить о книге?             — Да, — Джувия кивнула. — В это немного… сложно поверить. Джувия действительно стала источником вдохновения?             Люси покраснела. Если там, с другими, ей было хоть немного легче говорить об этом, то сейчас не было никого, кто мог бы поддержать ее и подтолкнуть. Она должна была сама справиться со всем.             И она справится. В конце концов, сколько она может полагаться на других? Она уже давно не маленькая девочка. Она сбежала от отца, чтобы перестать быть безвольной игрушкой в его руках и жить своей собственной жизнью. И в чем смысл, если она не может набраться собственной смелости?             — Да… да, — Люси повторила чуть увереннее. — Я действительно вдохновилась твоим образом. Ничто и никто не вдохновлял меня настолько сильно, никогда. Я надеюсь, ты не против этого.             Джувия замахала руками:             — Нет-нет, Джувия не против! Это даже… льстит, — она неловко засмеялась. — Просто… правда неожиданно. Что такого ты нашла в Джувии?             Люси замялась:             — Я уже сказала… Там, за столом.             Она заметила, как глаза Джувии странно заблестели.             — Не могла бы ты повторить?.. — с мольбой в голосе попросила подруга. — Пожалуйста…             Люси облизнула пересохшие губы. Ей просто сказать это было чертовски сложно, а ее еще и просят повторить в такой обстановке…             — Н-ну… — Люси вздохнула и собралась с силами. — Ты красивая, добрая, милая, и похожа на принцессу. Это меня и вдохновило.             Джувия улыбнулась, и Люси не смогла оторвать взгляда от нее. Серебряный лунный свет красиво играл на ее волосах и лице, отражался в глазах, делая их похожими на яркие драгоценные камни. Красота Джувии завораживала.             — Люси, ты тоже очень красивая! — вдруг выпалила Джувия. — Очень… И добрая, и милая, и сострадательная!             Джувия в каком-то странном порыве схватила ее за руки сжала их.             — Джувия так рада, что мы познакомились! Без тебя… Джувии было бы хуже, — вдруг сказала она, и глаза ее утратили какой-то свет. — Если бы Джувия тогда осталась с мамой и она умерла… У меня не было бы тебя, чтобы ты была со мной… Д-Джувия знает, это звучит глупо, но…             Люси молча прижала ее к себе. Прошел всего месяц, разумеется, душевные раны Джувии еще не зажили. Она не должна была извиняться за это.             — Не надо, — произнесла Люси свои мысли вслух. — Не извиняйся. Я понимаю.             Джувия, всхлипнув, уткнулась ей носом в плечо и обхватила руками талию, сжимая настолько сильно, будто боялась, что Люси вот-вот исчезнет. Эта мысль едва не разбила сердце Люси на множество крошечных осколков.             Когда-нибудь она признается ей. Но не сейчас.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            Этот день Гажил планировал провести наедине со своей Избранницей. С того дня, как они выяснили, что предназначены друг другу, он загорелся идеей доказать ей, что действительно способен измениться. Гажил знал, что в большинстве своем она доверяла ему и закрывала глаза на его прошлое из-за связи, и ему это не нравилось. Он хотел, чтобы сама Леви была в этом убеждена. Что ей не нужно опасаться, что однажды он не совладает со своей натурой и причинит ей боль.             Еще с вечера он постарался тщательно проработать план дня и речь, которую должен был сказать ей после насыщенных эмоциями событий. Он был абсолютно уверен, что ему удастся привести ее в восторг, и так же был уверен, что ничто не сможет испортить этот день.             Что же, он ошибся.             Только проснувшись рано утром и убедившись, что Леви крепко спит, он решил заняться завтраком. Яйца, бекон, десерт и сок — все, как она любит. Но не успел он сделать и половины, как почувствовал приближение другого дракона. На мгновение ему захотелось зарычать от досады, потому что он знал, кто приближается. А когда нежданный гость оказался совсем близко, Гажил только окончательно убедился в своей догадке. Чертов огненный ублюдок.             Оставив продукты на столе, Гажил, стараясь не топать, пошел ко входной двери. Раньше, чем Огнедышащий успел постучать, он резко открыл дверь, и с наслаждением услышал глухой стук.             — Скотина, — проворчал Нацу, потирая лоб. — Чего злой такой?             — А какого хера мешаешь? — прорычал он настолько тихо, насколько мог.             — А что? Я пришел в неподходящий момент? — он попытался заглянуть Гажилу за плечо, на что он только цыкнул и затащил его в дом.             — Вообще-то, да, — Гажил сложил руки на груди и смерил его недовольным взглядом. — Так что говори, зачем пришел, делай это и проваливай. Я тебе морду набью, если из-за тебя планы пойдут крахом.             Услышав это, Нацу только кивнул, на что Гажил был благодарен. Избранники друг для друга были самыми важными существами, но у магических созданий эти чувства были обострены. Так что, если что-то мешало или угрожало жизни их Избранника, они могли и убить. Или как сейчас — угрожать.             — Я пришел проверить вас, — пожал плечами Нацу. Гажил на это закатил глаза и развел руками, мол, «серьезно?» — И не делай такое лицо. Я пообещал, что буду следить, значит, буду. И не переживай, я ненадолго. Просто посмотрю, как у вас дела, и уйду.             Услышав это, Гажил расслабился.             — Ладно, — нехотя согласился он. — Но после я тебя вышвырну.             — Бу-бу-бу, — тихонько рассмеялся Нацу и прошел мимо него, оглядывая квартиру. Гажил встал возле комнаты Леви, молчаливо охраняя ее.             — И чего тебе дома не сиделось? Миловался бы дальше со своим парнишкой, нам бы не надоедал, — проворчал Гажил, но уже менее зло.             Нацу повернулся к нему и усмехнулся:             — Да я бы радостью, но брат вернулся на Цитадель, так что единственным, кто может сделать это, остался я. Ты думаешь, я с превеликой радостью мчался сюда всю ночь?             У Гажила не нашлось ответа. Пока Огнедышащий шатался по дому, в спальне завозилась Леви, и через несколько секунд вышла — заспанная и растрепанная, в своей нелепой пижаме. Но Гажил не хотел, чтобы даже в таком глупом виде на нее кто-то смотрел, поэтому быстро загнал ее обратно переодеваться. Она не успела даже возмутиться, как оказалась за закрытой дверью.             Через несколько минут она вышла, но уже причесанная и в свежей одежде, разве что не умытая. Она пожелала ему доброго утра, и, увидев Огнедышащего, широко улыбнулась:             — Нацу! Привет!             Нацу обернулся и кивнул:             — И тебе привет. Как у вас тут дела?             Леви на несколько секунд замолчала, видимо, еще слишком сонная, чтобы с ходу выдать развернутый ответ, и потом сказала:             — Ну… хорошо. Ничего такого, если ты о… — она перевела взгляд на Гажила, не зная, заденут ли его ее слова. Но он только закатил глаза.             — Понял, — он кивнул. — В таком случае, я ухожу.             — Как? — Леви, казалось, была разочарована. — Мы же увиделись минуту назад…             — Да я и ненадолго заходил, — он улыбнулся, пересекая комнату в несколько шагов. — А Гажил готовит тебе какой-то сюрприз. Так что я тут явно лишний.             Огненный ублюдок выбежал из дома быстрее, чем Гажил успел отвесить ему хорошую оплеуху.             Леви долго смотрела ему вслед, а потом вздохнула:             — Даже не попрощался нормально… — после чего медленно повернула к нему голову. — Сюрприз, да?             Гажил мысленно поклялся оторвать ему голову при следующей встрече.             — Ну… как сказать… — он не знал, что должен ответить на этот вопрос. Он действительно планировал сделать это сюрпризом, но все было испорчено.             — Не нужно, — мягко улыбнулась Леви. — Я догадывалась об этом.             Гажил замер, удивленно на нее воззрившись.             — Откуда?             — По твоему поведению. Ты вел себя не так, как обычно. И такие вещи скрывать точно не умеешь, — она хихикнула, наблюдая, как по его лицу постепенно расползается разочарование от самого себя. — Брось, не нужно переживать. Я как раз хотела поговорить с тобой по этому поводу, дай только умоюсь.             Гажил кивнул и позволил ей пройти в ванную, а сам уселся на диване и тяжело вздохнул. Ну вот. Первый сюрприз для девушки, которая ему нравилась, благополучно испорчен. И не было в этом вины чертового Драгнила. Аж обидно стало.             Когда Леви вернулась, он уже успел переварить ее слова и смириться.             — Так вот… — она села на диван и села на диван и поджала губы. — Как я уже сказала, я догадалась, что ты хочешь сделать что-то приятное для меня. И…             — Не тяни, пожалуйста, — простонал Гажил. — Иначе я не вынесу.             Леви снова хихикнула, но кивнула.             — Я хотела бы попросить тебя сказать то, что ты хочешь сказать мне, сейчас, — ее взгляд стал серьезнее. Гажил снова удивился. Как она узнала? Неужели он был настолько очевиден в своих намерениях? От этого стало еще хуже.             — Почему? — спросил он, не понимая абсолютно ничего.             — Потому что я хочу ответить на это, думая трезво, а не под впечатлениями твоего сюрприза, — сказала она тихо, чуть покраснев. До него дошло только спустя время. Она верила, что вечер, который он собирался устроить для нее, будет настолько хорошим, что она не сможет думать, опираясь на здравый смысл, а не на свои чувства. И это ужасно льстило.             — Я понял, — Гажил кивнул со вздохом. — Дай мне только с мыслями собраться, я к этому не был готов.             Леви кивнула и инстинктивно подобралась.             Через какое-то время Гажил начал говорить:             — Послушай, я знаю, что часть твоего доверия ко мне принадлежит нашей связи, но я хочу, чтобы именно ты поверила мне.             Леви нахмурилась, не понимая:             — Я доверяю тебе…             — Нет, ты услышала меня, — он прервал ее. — Я говорю, что хочу, чтобы именно ты поверила мне. Не наша связь. Ты. Я не до конца уверен, что ты доверяешь мне, что не ждешь удара в спину. Я не умею красиво говорить, но… Черт.             Он не знал, что сказать. Внутри него было столько эмоций, столько жажды доказать ей, что ради нее он готов измениться, и все это сносило ему голову, опьяняло, не давало нормально мыслить. Он хотел рассказать ей об этом во всех красках и подробностях, но не могу — выразить все это словами казалось невозможным.             — Ох… — Леви посмотрела на него с пониманием и такой нежностью, что у него защемило сердце. — Гажил, я… Я поняла, о чем ты. И с… этим все в порядке, правда. Продолжай.             Гажил вздохнул и сцепил руки в замок:             — Есть еще кое-что. Я не всегда участвовал в делах, а если и был, то чаще всего на подстраховке… Я к тому, что, эм… Я не навредил многим. И я хочу попытаться это исправить.             — Как? — Леви удивленно подняла брови.             — Ну… Не совсем исправить, хотя бы… извиниться. Помочь как-то, если в этом есть нужда. Когда меня принимали в Цитадель, меня попросили встать на колени перед Богами и попросить у них прощения. Я сделал это, но еще и понял, что должен просить прощения не только у них, но еще и у тех, кому причинил зло.             Его глаза загорелись, и он посмотрел на Леви с надеждой. Она смотрела на него в ответ, удивленная.             — Я не знаю, что сказать, — она робко посмотрела на него. — Вряд ли это что-то изменит, но твой порыв благороден.             Гажил усмехнулся.             — Да… Я хочу сделать это в ближайшие сроки.             Теперь на ее нежном лице появились страх и разочарование.             — Ты уйдешь? — спросила Леви печальным голосом.             — Уйду, но… — он сглотнул. — Я хочу, чтобы ты пошла со мной. Я не хочу оставлять тебя одну.             Вот оно. То, что он хотел сказать ей все это время. С тех пор, как он осознал, что его тянет к Леви не только из-за связи, он думал об этом. Леви прекрасная и добрая, начитанная, милосердная… Она могла бы стать прекрасной спутницей не только в жизни, но и в путешествиях. Гажил планировал провести остаток жизни, скитаясь и помогая нуждающимся. Чтобы хоть как-то искупить свои поступки. Конечно, если Леви захочет осесть где-то, он сделает это для нее.             Леви смотрела на него с шоком в глазах.             — Я… Я не уверена, что хочу покидать это место, — сожаление в ее голосе заставило его прикрыть глаза. Ну конечно. Кто согласиться бросить свою прежнюю жизнь и начать новую ради кого-то вроде него… — Н-но я обещаю подумать.             Гажил вскинул голову, удивленный. Она смотрела на него со смущением.             «Еще не все потеряно», — подумал он с усмешкой.             — Конечно. Я дам тебе время.             Леви благодарно улыбнулась и спросила:             — Когда ты собираешься уходить?             — Не знаю. Но планировал дня через два-три после этого разговора.             Леви задумчиво кивнула:             — Я думаю, мне хватит этого времени, чтобы подумать.             Гажил улыбнулся.             — Хорошо.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            Гажил который раз за полчаса посмотрел в окно и с неохотой осознал, что близится закат, а значит, время на исходе. Четыре дня, которые он дал себе на сборы, истекли, один-два часа уже ничего не значат. На самом деле, это был срок даже больший, чем необходимо. Он управился со всем за один день, но продолжал упорно ждать и не хотел признавать, что растянул этот день на четыре только ради того, чтобы Леви подольше подумала. Ему хотелось верить, что таким образом она все же согласится отправиться с ним.             Но время продолжало приближаться к конечной точке, а она все не возвращалась. Несколько часов назад она ушла, сказав, что ей нужно прогуляться, чтобы еще раз все обдумать. Что именно — не сказала, а он и не стал спрашивать. Он не был уверен, что хотел знать ее предварительный ответ.             Пока у него было время, Гажил все больше думал о свой просьбе, и начинал сомневаться в ее правильности. Может, не стоило звать ее с собой? Если она согласиться, то может быть подвержена опасности. Конечно, он понимал, что и здесь она не на сто процентов защищена, но все шансы, что она пострадает, гораздо ниже. А что если он не уследит за ней? Не сможет защитить? Если попадется кто-то сильнее его?             Или кто-то из тех, на кого он напал, обозлиться на него, и захочет приукрасить произошедшее? Или просто рассказать, и это вдруг оттолкнет ее?             Чем больше он думал, тем больше причин находил отказаться от этой идеи. Но не был уверен, что действительно хотел.             — Эгоист, — прорычал он в пустоту комнаты.             Когда стрелки на часах шесть часов вечера, Гажил с тяжестью на сердце поднялся с дивана и покинул дом Леви. Ждать ее более не было смысла — если бы она хотела пойти с ним, она сразу ему об этом сообщила. А ушла, наверное, потому, что не могла смотреть ему в глаза. Или еще по какой причине. Ему не хотелось об этом думать. Заперев дверь и положив ключ на секретное место, он отошел чуть подальше, рассматривая дом. Сколько хорошего здесь с ним произошло. Как жаль, что все хорошее так быстро заканчивается.             Последний раз окинув дом взглядом, Гажил развернулся и быстро зашагал прочь. Не было больше смысла оставаться здесь. Сердце болело, будто было привязано к этому месту. А Метка настойчиво жгла кожу, требуя, чтобы он вернулся к своей Избраннице. В этот момент он даже пожалел, что не является человеком — на них влияние Метки было гораздо слабее.             Когда Гажил подошел к окраине деревни, то услышал быстрые шаги за спиной — кто-то бежал за ним. А потом знакомый голос закричал:             — Гажил, стой! Подожди!             И он замер, словно вкопанный, и через несколько мгновений в его спину врезалась Леви, не успев вовремя затормозить.             — Я успела! — с удовлетворением сказала она, не отлипая от Гажила. — Ты куда так торопишься?             — Я… думал, что ты не придешь, — сказал он и обернулся. Теперь Леви прижималась к его груди, а он мог хорошенько ее рассмотреть. Она была одета в дорожную одежду, а за спиной висел увесистый рюкзак.             — Так ты идешь со мной? — вопрос был максимально тупым, но вырвался быстрее, чем он смог обдумать его уместность.             — Конечно! — она широко улыбнулась. — Я долго сомневалась, но все же решила, что хочу пойти с тобой… — она покраснела, а потом добавила: — Все равно я все книги в деревне перечитала!             Гажил улыбнулся.             — Только шевели своими маленькими ножками и не отставай.             — Конечно!