Миротворец

Джирайя смотрел на своего ученика и удивлялся его упорству и обстоятельности. А также серьезности и мудрости, которую нельзя ожидать от ребенка семи лет. И это не спишешь на сиротство — его друзья пусть и были талантливыми и рано повзрослевшими, но все же именно детьми. Они уставали, жаловались и радовались своим успехам. Нагато же… был вечно недоволен собой. Когда он обучал детей хождению по деревьям, а потом и воде, то после первого успеха Яхико и Конан были счастливы настолько, что прыгали вокруг него, а Нагато улыбнулся только тогда, когда идеально смог ходить и прыгать по воде и стоять к верх ногами под веткой дерева. Когда он дал задачу лично Нагато, используя стихии, разрезать, сжечь, смять или намочить листок, то парень не успокоился, пока это не начало получаться у него всегда и именно так, как он хотел. Думая, что учитель не заметит, он даже создал пять теневых клонов, каждый из которых занимался одним элементом. Да, ребенок обладал всеми пятью стихиями и Джирайя видел в этом влияние риннегана, додзюцу бога шиноби. Он же позволял парню повторять техники увидев их один — максимум два раза. Но вот то, что он не успокаивался, пока не доводил технику до уровня одной печати или вообще без них, уже не спишешь на риннеган. Когда Джирайя спросил, на кого же он равняется, то получил ответ «На бога шиноби». Ками, он равняется на Рикудо Сэннина! Но откуда он мог знать какой силой тот мог обладать? Впрочем, он же говорил о пророческом даре Цунаде, так что кто знает. Джирайя мог обучить Нагато только техникам ветра, огня, земли и воды. Да и количество техник было ограничено: Порыв ветра, ветряные лезвия и воздушные пули из первой стихии. Великий огненный шар, цветы феникса, стена огня и огненный дракон из второй. Подземное плавание, каменная стена, каменные копья из третьей. И, наконец, водяная тюрьма, водяные пули и водяной дракон из четвертой. Остальные были его собственные и комбинированные с призывом техники и делиться ими даже со своим учеником он не хотел. Правда, общие Саннин преподал сразу после того, как дети научились ходить по воде: шуншин, иллюзорные клоны, техника замены, остановка чакры для снятия иллюзий — кай и техника превращения — хенге. И если иллюзорные клоны Нагато не особо заинтересовались, уж очень легко они определялись додзюцу или по колебаниям воздуха, замена предполагала специально подготовленный предмет примерно твоего веса, чтобы обменяться с ним, а техника превращения также не сможет обмануть опытного шиноби, разве что скрыть истинную личность, если у твоего противника нет додзюцу, то на Шуншин или технику телесного мерцания он насел со всем пылом. Он вспомнил как обучал ею парня: — Ты разобрался с общими техниками быстрее чем я ожидал, — Сказал тогда Джирайя, — Поэтому сегодня дам тебе еще одну, посложнее. В качестве печати используется только тигр, называемый еще как… — Печать концентрации, вы говорили. — Ответил с серьезным выражением лица красноволосый мальчик. Что выглядело бы скорее мило, чем грозно, если бы не его странные сиреневые глаза с концентрическими кругами вокруг зрачка. — Не перебивай учителя, — он отвесил подзатыльник попытавшемуся увернуться Нагато, но куда ему до Саннина? — Так вот, смотри внимательно. Джирайя сложил руки в печать и мгновенно исчез, оставив на месте только вихрь листьев. А потом появился также стремительно за спиной мальчика. — Как вы это сделали? Я увидел только смутное движение. — Обернулся назад Нагато. — То, что ты вообще что-то увидел уже удивительно. Используя эту технику шиноби облегчает свое тело и двигается с невероятной скоростью. Но реагировать на такой скорости практически невозможно, даже Учихам это не под силу, кроме разве что самым сильным. Поэтому эта техника используется в основном для побега и перемещения. Как и замена. Замену ты зря недооцениваешь, ее можно использовать вместе с клонами. — Я не недооцениваю, — ответил мальчик. — Просто у этой техники есть ограничения в количестве заготовленных бревен, а клонов в качестве замены использовать затратно, если они заранее не созданы. А вот шуншин очень для меня интересен. — Что ж, у каждого свой путь ниндзя. Но для начала, попробуй его хотя бы применить. — С гадкой улыбочкой предложил Джирайя. И верно, применить-то применил, да только в дерево врезался сразу. Правда и улыбка Джирайи померкла, ведь это был теневой клон. — Эх, малец, не даешь повеселиться учителю…

***

Спустя уже год обучения я понял, что Джирайя не может мне ничего больше дать, разве что свои личные техники, но тут он был тверд и делиться был ими не намерен. Хотя я не особо и настаивал. Нет, в спаррингах он уделывал меня как котенка, особо не напрягаясь, за счет опыта, большего чем у меня резерва чакры и просто физической силы. Но вот что-то новое я получить от него уже не мог. Поэтому кроме создания своего стиля боя, я принялся за потрошение своей памяти о техниках из Мира Наруто. Но как бы я не старался, ручные печати вспомнить я не мог, зато была одна единственная техника, описанная подробно и это разенган. Сама техника мне не особо нравилась — слишком затратная по чакре, требовательна к контролю и действительно сильных противников не пробьет. Да еще и требует сближения с противником. Но вот именно требовательность к контролю мне понравилась. Когда я накупил воздушных и толстых резиновых шариков, Джирайя неодобрительно покачал головой. Когда я начал их взрывать, он заинтересовался. А когда через месяц попыток мне удалось самому, без помощи клонов, создать разенган, он попросил обучить его. Я не отказал, все-таки он многое для нас сделал. А так я хоть немного уменьшу свой долг перед ним. — Джирайя-сенсей, — подошел я однажды к учителю. — Вы как-то рассказывали о печатях фуин, мешающих применять чакру. — Печать пяти элементов. А что такое? — Он как раз держал в руке резиновый мячик и пытался его лопнуть вращением чакры в разные стороны. Второй этап уже, однако. — Можете на меня ее наложить? — От неожиданности моей просьбы, Джирайя лопнул шарик, но сделал это избыточным давлением чакры, а не вращением. — Зачем тебе это? — Спросил он, беря из ящика следующий мячик. — У меня проблемы с контролем. -Признался я. — У тебя? С контролем?! — Еще один мячик лопнул от неожиданности. Учитель чертыхнулся и полез за следующим. — У тебя контроль один из лучших, особенно в твоем возрасте! — Вы не поняли, Джирайя-сенсей. Я знаю что у меня хороший контроль, но именно поэтому мне тяжело его дальше развивать. — Я уже все листья с десятка деревьев разными элементами уничтожил. — Хм, хорошо, но будет неприятно. -Понял мою идею он. — Я готов. И в тот же момент, саннин врезал мне горящими синей чакрой пальцами в живот. На месте удара, вокруг очага, появились пять небольших печатей. — Большое спасибо, Джирайя-сенсей! — Сказал я уходя, а он только покачал головой в ответ. Печать нарушала движение чакры и усложняла контроль над ней. Поэтому даже хождение по воде стало для меня снова сложным, хотя я и быстро приспособился. А вот создать разенган стало просто титанической задачей, для решения которой мне понадобилось целых полгода. Зато когда у меня это вышло и Джирайя снял печать, я обалдел. Мои техники, кроме драконов, создавались одним желанием и вливанием чакры, вообще без жестов. Не то, чтобы эти техники были сложными, но даже так я не зря это затеял. Да и тело за это время неплохо прокачал. Когда тратил всю чакру на техники, я шел тренироваться, ведь именно так повышается скорость восполнения и качество телесной чакры. А с моим перевесом духовной составляющей, и это у Узумаки-то, это было просто необходимо. Последние же полгода я занимался риннеганом. У меня есть теория, что чакра это нечто большее, чем просто энергия для использования. Что это энергоинформационная матрица, содержащая в себе копию сознания и строения тела человека. Иначе как можно было бы создавать теневых и стихийных клонов? Да и с кеккей-генкаями очень интересная картина, особенно с додзюцу. Почему бьякуган не имеет никаких встроенных техник, а шаринган имеет? Как и риннеган? Как по мне, все техники мангеке и ринне, это техники, придуманные потомками Учих и самим Рикудо, которые просто намертво запечатались в ДНК и чакре потомков. Почему не передались они же Сенджу? У них не было достаточно сложной и гибкой структуры вроде додзюцу, куда их можно было бы вписать. А «реинкарнация» Асуры и Индры, это не что иное, как пробуждение «памяти» чакры, вот тебе и объяснение, почему Саске мог существовать в одном времени с Мадарой и почему сам Мадара мог использовать Сусаноо, которая является вроде как техникой только глаз. Да и объясняет пробуждение риннегана у Саске при получении чакры Рикудо. Так что обычный шаринган — это не первая форма, а деградировавшая, за поколения смешений и загрязнений генома. Правда, проверить я это пока что не могу. Зато было то, что мог. Начнем с того, что с какого-то момента риннеган стал неотключаем. Я пробовал его вырубить, но у меня не получилась, из-за чего мне приходится на людях маскировать глаза хенге. И именно с того момента я начал чувствовать, что направляемая в глаза чакра меняется на в разы более плотную и качественную. Вот только вытащить я ее не мог, никак. Только когда мой контроль сильно вырос после снятия печати, мне удалось «откусить» буквально каплю этой энергии, которая сначала никак не хотела смешиваться с моею и вообще не поддавалась контролю. Я двигал ею при помощи собственной. Зато, когда она наконец-то смешалась, все мое тело прострелило адской болью и я потерял сознание. — Нагато-кун, ты очнулся! — Обрадовалась заплаканная синеволосая малышка и бросилась ко мне в объятья. — Рад, что ты в порядке — Вздохнул с облегчением Яхико. Он тоже переживал, но был более стеснителен на проявление «девчачьих нежностей», поэтом просто стоял рядом. — Напугал ты нас всех — Сурово посмотрел на меня Джирайя. — Что ты такое делал, что у тебя чуть все каналы в теле не порвались, а чакра мгновенно стала плотнее?  — Глаза попробовал использовать. Простите. — Повинился я, гладя по спине Конан. Приятно все-таки, когда за тебя волнуются. Но и неприятно одновременно, что заставил их переживать. Странное ощущение теплоты и вины. — Вижу, что ты понял свой просчет. — Не стал меня больше распекать он. — В следующий раз лучше меня позови. — И вы не будете мне запрещать? — Удивился я. — А смысл? Ты же все равно еще раз попробуешь, даже я не буду отрицать, что за одно мгновение ты стал сильнее. И путь шиноби невозможен без риска. Если постоянно бояться действовать, так и останешься позади всех. — Спасибо, сенсей. — Поправляйся. — Кивнул он и вышел.

***

Спустя два года обучения, от недокормленных сирот мы дошли до уровня личинок шиноби. Я не обольщался, да, мы знаем техники, а я даже умею их хорошо и правильно применять. Особенно мне понравилась комбинация шуншина, замены и теневых клонов. Когда я скакал по полю боя как заяц и фиг определишь, где настоящий я, и все это под градом техник и кунаев от клонов. Яхико стал неплох в тайдзюцу и стихии воды, Конан в стихии земли, фуин и управлении своими оригами, а я… я выучил все, что мне дал Джирайя и даже больше. Я даже контракт жаб выпросил, с условием, что призыв сам должен меня одобрить. Правда, пришлось пригрозить, что иначе в свободный призыв уйду и только после этого, он с неохотой согласился. Все-таки я, Конан и Яхико стали ему дороги и он знал, что если я что-то сказал, то не взирая на риск попробую. Того происшествия с чакрой риннегана ему хватило для понимания этого. Я бы не стал так настаивать, если бы знал точно, что свободный призыв даст мне контракторов, которые знают сендзюцу. А тут даже в моем выживании есть сомнения, не то что в сендзюцу. Я с Джирайей лежал на травке, наслаждаясь облачным, и одним из немногих бездождливых дней, наблюдая как десяток моих теневых клонов теснят клон Джирайи. Тот успел выбить шестерых, но в итоге подставился сам и лопнул. — Что же, мне давно нечему тебя учить. Как, впрочем, и Яхико и Конан. Так что завтра я уйду. — Печально, но я этого уже давно ждал. Тут канон сплоховал, благодаря клонам, он обучил нас гораздо быстрее и лучше. — Жаль, — ответил я. — И это все? — Удивился Джирайя. — Я благодарен вам, Джирайя сенсей — Я встал и поклонился, как ученик учителю, и потом лег рядом снова. — Но я понимаю, что вы дали нам больше, чем кто-либо другой, не попросив ничего взамен и вообще не обязаны были нас учить. Не вы убили наших родителей и нести ответственность не должны. — Я учил вас не только ради вас самих или во искупление вины, но и ради себя. Даже не попытаешься меня уговорить остаться? — Спросил он. — Яхико и Конан попытаются, а я уважаю вас и ваш выбор. — Иногда мне кажется, что ты гораздо взрослее чем выглядишь. — Не могу сказать о вас того же. Вы иногда кажетесь сущим ребенком. — Ах ты… — Он махнул рукой, привык уже. — Это плохо? — Это замечательно, я так думаю.

***

— Не уезжайте, пожалуйста! — Плакала Конан, которую я оттащил от грустного Джирайи и приобнял. Яхико оказался более серьезным и хоть слезы текли по его лицу, но он сдерживался. — Так надо, детишки. Вы уже самостоятельные и сильные, так что не пропадете. Надеюсь еще свидимся! — Он круто пошел вперед, махая рукой. Ну, наверное, так он думал. Вот только не прошел он и десяти метров, как: — А вот и ты, извращенец! Я его значит ищу, а он тут прохлаждается. — Послышался женский крик. Не получилось крутого ухода, Цунаде притащила его обратно за шкирку. — Ах, вот и ты, маленький пророк! А ну иди сюда! — Сбежать я не успел, и грозная куноичи… обняла меня. — Ааа, Цунаде-фама, вы меня фейчас грудью задуфите. Фмерть приятная, но я еще жить хофу — Выдавил из себя я. А по морде получил Джирайя, который пялился на меня и грудь Цунаде с лицом: «На его месте должен был быть я». — Ты чему тут детей учил, подлец? — Мда, авторитет нашего учителя уронили и втоптали в землю лицом ногой. В прямом смысле. — Цунаде-сама, не трогайте пожалуйста Джирайю-сенсея, он хороший учитель. — Вступилась за мужчину добродушная Конан. — Да? Ну пускай живет. Пока. — Отпустила отряхивающегося как ни в чем не бывало Джирайю Цунаде. — А что ты тут делаешь, Цунаде-тян? — спросил он. — Парень был прав, — помрачнела вдруг девушка. — Если бы Дан не слил заранее кровь на хранение, то он бы погиб. Когда я прибыла к нему на подмогу после одного из тяжелых боев с Суной, то от множества ранений он потерял слишком много крови, никакие пилюли не восстановили бы такие большие потери. Тогда-то я и пообещала сама себе, что когда война кончится, обязательно и приду отблагодарить его. — Его зовут Нагато. — Уточнил он для Цунаде мое имя. Я пока не вмешивался. — Нагато-кун, я прошу прощения, что смогла освободиться только сейчас. Даже после войны у меня было слишком много дел — лечение раненых, подготовка к свадьбе. — К свадьбе? Ты вышла замуж? — Закричал удивленный, возмущенный и одновренно опечаленный Джирайя. Вот так оно и бывает, если долго смотреть на девушку, то можно увидеть как она выходит замуж. — Неделю назад, — улыбнулась Сенджу ярко и искренне, любуясь обручальным кольцом на пальце и ошарашенным лицом друга. — Вот, в честь этого отпуск взяла на месяц. — А где Дан? — Спросил он о новоявленном муже. — Чуть позже подойдет, улаживает пока бюрократические проблемы. Он же теперь клановым стал, фамилию меняет. А я сразу сюда. — Она повернулась ко мне. — Ну так что, какие у тебя будут просьбы? Если это не касается вреда моей деревни и в моих силах — я все исполню! — Научите меня медицине, Цунаде — сама! — поклонился я. — У нас есть только месяц, ты это понимаешь? — Спросила она меня, но ответил ей Джирайя. — Кажется ты его сильно недооцениваешь. Очень сильно.

***

Зачем мне нужны были знания лечения? А почему нет? Лечение себя и других всегда полезно. Хотя основная причина не в этом. Мне нужно было проверить мою теорию и вообще глаза в целом. Так как мои клоны также обладают моими глазами, я мог рассмотреть строение риннегана и своей чакросистемы, но видел такую сложную структуру, что совершено ничего в ней не понимал. Именно поэтому мне нужно было изучить ирьениндзюцу. Джирайя все-таки ушел, а вот Цунаде осталась. Мы зашли в наш небольшой домик, когда кое-как мы с Яхико смогли успокоить девочку. — Что это за таблички на полке? — спросила она, показывая на три красные прямоугольные картонки. — Когда мы дома, мы поднимаем свои таблички, а когда нас нет — опускаем. Так враг не сможет притвориться кем-то из нас, не зная о такой мелочи. — Ответил я. — Джирайя, он всегда умел находить простые выходы в сложных ситуациях. — Тепло прокомментировала девушка. — Если бы он еще не был извращенцем, то цены бы ему не было. — Каждый нормальный мужчина извращенец. — пожал я плечами, — Просто сенсей это не скрывает. Правда, такими темпами он никогда себе жену не найдет. — Не думаю, что она ему нужна. — отмахнулась она. — Скорее гарем наложниц. — Жена это не просто тело для удовольствий. Это человек, к которому ты всегда можешь вернуться и который всегда будет тебя ждать. — Очень мудрые слова…для ребенка восьми лет. — Уже девяти, месяц назад исполнилось. Да и возраст — это такой недостаток, что со временем проходит чего не скажешь об уме. — Ладно, ладно, я поняла, что ты умный. — Подняла она руки, признавая поражение. — Давай решим чего ты за месяц сможешь изучить. — Не попробуем, — Я сложил пальцы в печать тигра, хотя даже этот жест мне был уже не нужен, просто так проще. И тут же, без обычного для этой техники дыма из-за излишков чакры, появилось десять моих копий. — Не узнаем. — Не надорвешься? — Уже более заинтересовано, спросила она меня. — Вы же медик, поможете, надеюсь. Да и сам Джирайя говорил, что у меня очень много духовной энергии, больше, чем телесной. — Хотя в последнее время мне удалось свести этот баланс в пятьдесят на пятьдесят. И то, в этом я виню именно рост тела и гены Узумаки, а не свои тренировки, чье влияние довольно ограниченно. — И мозг хорошо оперирует большими объемами информации. Главное всех сразу не развеивать. Гибкий и растущий детский мозг и разум выросшего в гораздо более активной информационной среде взрослого, дает некоторые преимущества.Как и риннеган, который видит гораздо больше обычного глаза. — Что же, посмотрим на сколько тебя хватит. — Она также создала десяток клонов и пять из них пошли тренироваться… контролю. Думаю, ее ждет сюрприз. А еще пятеро, будут слушать теоретические лекции. Я поднялся и пошел на выход. — Ты куда? — Удивилась она. — Для исправления перекоса, мне приходится постоянно тренироваться физически. — Тренироваться, говоришь? Ну пошли. Я считал тренировки с Джирайей сложными? Это был детский сад. Цунаде втаптывала меня в пыль несмотря на все мои уловки и скорость. Меня она спустила на землю словами, что любой сильный чунин меня сделает. Не знаю так ли это, но лучше ей поверить, чем висеть потом трупом на кунае. А уж ее тренировки на силу, это вообще что-то с чем-то. И что самое обидное, не получалось упасть на землю и сказать, что устал — она просто вылечивала меня и снимала усталость. Конан и Яхико она учить отказалась и этим пришлось заниматься снова мне. А точнее моим клонам. Яхико хотел повыпендриваться и повозмущаться, покачать свой авторитет, но повалялся в грязи и передумал. А вот Конан оказалась девочкой послушной и легко следовала моим указаниям. Я всегда считал, что специализация ниндзя — это глупость. Нет, какое-то направление должно быть основным, но заниматься чем-то одним? Во что даже самый сильный Хьюга сделает летающему шиноби? Фак покажет? Кунаями закидает? Или будет постоянно вращаться, обстреливаемый сверху? Поэтому и друзей своих я учил всему что знал и умел и плевать что у них не получается. Хирузен пример того, что можно овладеть всеми стихиями даже без додзюцу или киндзюцу. Но больше всего запоминался вечер, когда я ложился на футон, Цунаде клала свою светящуюся зеленым цветом руку с техникой мистической руки мне на лоб и я по очереди развеивал клонов, получая нехилый такой удар информации и моральной усталости. Где-то на седьмом клоне я вырубался, а те развеивали себя уже сами. На пятый день прибыл Дан, ошарашенный взятым нами темпом. — Ты что, второго Хашираму готовишь? — Спросил он после знакомства со всеми нами. Добрый парень — вот мое первое впечатление о нем. А Хаширама — это дедушка моей учительницы и первый Хокаге, прозванный богом шиноби. — Это он скорее меня загоняет. — Улыбнулась в объятиях своего парня, Цунаде и чмокнула его в губы. Конан и Яхико покраснели при виде этой картины как помидорки. А я человек выросший на интернете, меня таким не смутишь. — Мне стоит начать ревновать? — Притворно возмутился Дан. — Она девушка верная. Даже несмотря на то, что я такой красавец, так и не поддалась моим чарам. — Выгородил я Цунаде и молодожены рассмеялись. — Это тебя мне нужно благодарить за спасение моей жизни? — Спросил меня Дан. — Я бы предпочел помощь в тренировке в качестве благодарности. — Решил схватит быка за рога я. -Хм, я не против, — подумав ответил он. — Все равно своих генинов я уже выпустил, так что хоть развлекусь.

***

Я и пять моих клонов кидают кунаи, Дан их всех отбивает одним своим. Ухожу заменой от его ответного удара и один мой клон развеивается из-за его удара. В шуншине перехватываю еще не успевший упасть настоящий кунай и резко отбиваю нападение сзади. Меняюсь местами с еще одним клоном и выдыхаю огненный шар почти впритык. Дан уходит заменой, но в точке выхода в него уже летят мои воздушные пули и настигают его. Он лопается. Оказался клоном. — Браво! — хлопает в ладоши мужчина с длинными серебристыми волосами в форме джонина неподалеку и тут же отпрыгивает в сторону. На том месте где он только что был, происходит взрыв. — Взрывная печать на клоне и подземное плавание? Знаешь, тебе бы уже сейчас можно было бы давать токубецу — джонина. — Вы меня перехваливаете. — Улыбнулся я, отряхиваясь после боя. -Отнюдь. Ты сражаешься со мной, а твои клоны учат ирьениндзюцу вместе с моей женой. Если бы у меня была такая нагрузка на мозги, я бы сдох. — Любит парень детей, но, как мне кажется, слишком уж балует и хвалит. — Ко всему привыкаешь, — Пожал я плечами. — И я не всегда был таким. Когда-то я был крайне ленивым человеком, всегда откладывающим все на завтра. — Что изменилось? -Мир изменился. Я понял, что если буду сидеть на попе, то никакого завтра, на которое можно будет все отложить, может и не быть. А дальше… как-то втянулся. Да и техники шиноби — это круто. — Техники? — Удивился Като. — Разве ты не считаешь себя шиноби? — Шиноби могли бы построить лучший мир, а вместо этого его разрушают. Шиноби со стихией воды и ветра, могли бы стать отличными мореходами, но они топят корабли. Шиноби камня могли бы строить величественные дворцы, а не ломать их до основания. Я уже не говорю о других, более редких и смешанных стихиях. — Ответил я то, что действительно думаю. — Мир не так прост, да и не всё у шиноби связано с разрушением. Мы часто делаем то, что ты только что сказал. Да и Хаширама, дед Цунаде построил почти всю Коноху своими техниками мокутона и раздал биджу скрытым деревням. — И к чему это привело? К двум мировым войнам шиноби, жертв которых было больше, чем во время всех клановых войнах вместе взятых, а самому, Первому, отплатили за его доброту смертью. — И что ты предложил бы сделать для исправления этой ситуации? — Запретить заказы на убийства. — Я хмыкнул. — Но на это никто не пойдет, это же основной источник доходов. Джирайя-сенсей рассказывал мне, что за разграбление вражеского каравана и убийства платят в несколько раз больше, чем за его же охрану. — Воля огня, воля камня и прочие, все они созданы для того, чтобы юные шиноби считали себя правыми. Правыми, убивая за деньги с детства. Видимо такого будущего основатели хотели своим детям. — Я отправился к небольшой душевой в нашем доме, оставляя о чем-то крепко задумавшегося Дана за собой.

***

Прошло три недели, из-за необходимости практики, мы с Цунаде оставили Дана с Яхико и Конан, после чего отправились путешествовать по стране Дождя, леча всех, кто под руку попадется. А рука у моей учительницы тяжелая. Не хочешь лечиться — переломает конечности и заставит. Мне нужна была практика и практика уже не на рыбах, а на людях. Прямо на ходу девушка рассказывала, как мне лечить и что я делаю не так. Бывало, я прямо в грязи скальпелем чакры разрезал усыпленного пациента и следовал инструкциям. И ведь пользоваться клонами мы не перестали. Правда, чтобы не сильно светится мы всегда были под хенге — техникой превращения. Так что вскоре о нас заговорили как о легенде. Легенде об ученике и его учителе, которые лечат всех бесплатно. Так-то теорию в мою чугунную, от такого количества информации, голову, кое-как впихнули, а вот с практикой прогадали. Впрочем, вернулись к дому мы к условленному сроку. — Нагато, Яхико, Конан, нам пора. — Сказала Дан и потрепал нас по головам. — Вы хорошие ученики, а некоторые даже слишком. — Да, Нагато, теперь ты можешь считаться учеником двух Саннинов. Еще Орочимару уговори и будешь учеником трех. — Рассмеялась Цунаде, а я внутренне перекрестился. Не дай бог! Если уж Цунаде в первый же день спалила у меня додзюцу, то он мои глазки просто вырвет и в формалине замочит. Переживал ли я, что мои учителя доложат в деревню о риннегане? Нет. Это одни из самых добрых людей этого мира и далеко неглупых. Они знают к чему может привести такая информация и из милосердия им лучше было бы меня сразу зарезать, чем говорить о моих глазах другим. Впрочем, я действительно благодарен им и побежал обнять Цунаде. — Кажется, Джирайя научил тебя таки плохому, — отвесила она мне легкий щелбан. А не тот, которым стены рушит. — Вырастите сильными, детишки. Чтобы наши усилия не пропали даром. Кстати, о даре, не будет ли для меня еще предсказаний? — Вы сами это попросили, — потирал я ушибленный лоб. — Мир долго не продлиться, третья мировая через семь зим. Они ушли, с серьезными лицами обсуждая эту информацию. — Снова нас бросили, — всхлипнула Конан. — Будь благодарна, что они вообще пришли. — Сказал я. — Теперь мы не помрем с голоду и холоду. — И что дальше мы будем делать? — Спросил у меня Яхико? — Как что? Тренироваться конечно же! — ответил я. Я понимал, что несмотря на то, что получил даже больше, чем ожидал, это только основы. Я еще не знаю ни одной техники риннегана, не могу атаковать, не выходя из шуншина, ирьениндзюцу нужно постоянно практиковать, — еще многое предстоит сделать. Почему я не попросился в Коноху? А приняли бы нас без проверки мозголазов Яманак? Вряд ли. Да и это самая опасная для меня деревня. Там и Учихи сидят, которые должны знать о моих глазах, там и Орочимару, который вряд ли устоит перед таким соблазном, как и Данзо, которому убить даже своего шиноби раз плюнуть, а уж шиноби из другой страны, который в будущем скорее всего будет сильным, убрать сам Шинигами велел. А даже если каким-то чудом все это меня минует, в чем я сомневаюсь, то заставят работать на Коноху, пусть и за деньги. Но какой смысл? Техник крутых мне все равно никто не даст, а карьерный рост будет закрыт из-за того что я пришлый. Вариант с временным наемничеством и то лучше, но это уже когда и если у меня будет достаточно сил.