Сказки на ладошке

— Не спишь? Пушистый рыжий хвост скользнул по щеке, прошёлся под подбородком и исчез — так же неожиданно, как появился, напоследок пощекотав за ухом. Я указала на безнадёжно остывший кофе: –Думаю. Лис сунул любопытную мордочку в кружку и отпрянул, недовольно фыркнув: — Лучше бы травы заварила, всё полезнее, чем эту бурду пить. — И полуночным гостям предложить не стыдно? — понимающе усмехнулась я. Лис с независимым видом улёгся на подушку, свернувшись клубочком, как заправская кошка, уткнулся носом в хвост и прикрыл глаза. Обиделся. Он никогда ничего не просит, болезненно реагируя на любые намёки о «неподобающем для его статуса поведении». Это, между прочим, цитата из кодекса Хранителей – Ловцов снов, который мне в первый же вечер нашего знакомства наизусть зачитал Лис. «Так по правилам нужно, — важно пояснил он, чуть не лопаясь от гордости — у него появился Хранимый! – Мы не какие-то там самозванцы, прибегающие разово, лишь бы ухватить чего, пока человек слаб от атаки ночных демонов. Мы настоящие! Поэтому у нас и кодекс есть, и правила, и Надзирающие, и Карающие — если вдруг кто из Хранителей обязанностями своими начнёт ман-ки-ро-вать, — произнёс по слогам сложное слово Лис, явно повторяя за кем-то. – Но ты не бойся, я это самое делать не собираюсь. — Он даже от волнения несколько раз переступил на месте передними, одетыми в чёрные «гольфики», по-юношески тонкими лапками. — Я хороший Хранитель! Хоть и молодой. Ты не пожалеешь, что выбрала меня». Я скосила глаза на притворяющегося спящим Лиса. Он появился в моей жизни полгода назад. За окном багряным пожаром догорали последние кленовые листья, а мне отчаянно хотелось праздника — тёплого, сокровенного, для души. В поисках непонятно чего я бродила по сувенирным лавкам, магазинам для творчества, мастер-классам и прочим местам, где хотя бы в теории могла найти нечто вдохновляющее. Но всё было не то: то слишком простое, то излишне кричащее, то без крыльев, то с перламутровыми пуговицами. Я почти потеряла надежду, когда случайно заглянула в отдел для художников и увидела там картину по номерам «Ловец снов». Хитрая лисья мордочка притягивала к себе взгляд, не отпускала, обещая невероятные приключения. Купив картину, я со всех ног бросилась домой и села раскрашивать её, едва переступив порог. Помню, как старательно выводила каждую шерстинку и яркие пёрышки на головном уборе, как мысленно, в деталях, представляла себе уже готовую работу, как придирчиво выбирала место, где она будет висеть… Лис вышел потрясающим, заняв самое очевидное место — над изголовьем кровати. На то он и Ловец снов. Уже засыпая, поймала себя на мысли, что мечтаю, как в детстве, чтобы мой Лис ожил и хоть иногда наведывался ко мне в гости. А на следующую ночь обнаружила на соседней подушке маленький рыжий комочек. «Ну ты же очень хотела, чтобы я появился, — прикрыв лапки хвостиком, смущённо потупил мордочку Лис. — Вот я и пришёл». Он был совсем не похож на свою рисованную копию. «Это потому, что я ещё маленький — ты у меня первая Хранимая. Подпитаюсь твоими снами, теплом, заботой — и вырасту. Будешь мной гордиться!» Так и случилось. За несколько месяцев Лис наел бока, обзавёлся густым огненно-рыжим мехом, стал красоваться головным убором из мелодично звенящих бусин и тонко насвистывающих на ветру колыбельные пёрышек — их получают за изгнание самых жутких и долгих кошмаров. Но главное — доброта, упрямство, готовность защищать меня — так и осталось в нём. Мой милый пушистый Хранитель. — Эй! — негромко позвала я его. Лис даже ухом не повёл. — Ты, пожалуй, прав — лучше заварить травы. Будешь? А ещё я печенье сегодня напекла. С орешками. — Рыжее ухо заинтересованно дёрнулось. — Там много, я одна не съем. — Ну что же с тобой делать? — притворно устало вздохнул Лис. — С печеньем надо помочь, не пропадать же добру. Мы устроились на кухне. Лис аппетитно хрумкал печеньем (обычная еда Хранителям не нужна, но иногда они могут съесть что-нибудь — в охотку), я потягивала травяной чай, любуясь звёздами. Хандра, мучившая меня последние пару дней, отступала. — Может, спать уже пойдёшь? — фыркнул Лис, долакав чай с блюдца. — А то глаза уже сонные. — Пойду, — согласилась я. — Ты же останешься со мной? — Конечно, — ткнулся мне в щёку холодный мокрый нос. — Я же твой Хранитель.