ХИМЕРА

Реджинальд Скотт гнал со всей мощью своей потасканной жизнью легковушки по ночным улицам Акрополя - не столица, конечно, но город достаточно большой. Было где разбежаться. И Реджи бежал так, что фонари мелькали за окном, будто волшебные желтоглазые светлячки. Побелевшие пальцы мужчины мертвой хваткой вцеплялись в руль, а машина браво вихляла на поворотах. Казалось, за ним несся дьявол. Хотя он маячил где-то впереди, судя по яростным выкрикам общей радиоволны. На пассажирском сидении рядом с Реджи ехидно хихикал младший лейтенант Тарасенко, в быту просто Алекс - его напарник и главный лентяй полицейского управления Акрополя. Он, не торопясь, поедал мармеладных червячков, таская их из бардачка, и совершенно не переживал о том, что в ювелирном магазине на центральной пешеходной улице разом лопнули все стекла, а сигнализация сдохла в страшных муках. Вор, убийца и Колдун пятнадцатого уровня по кличке "Химера" вышел на охоту. Хотя чего тут было удивляться? Химера терроризировал их поселение уже около года. В отличие от своих родичей, Колдунов и Ведьм, он не похищал ни детей, ни взрослых, не проводил над ними злодейских опытов, не жрал их сердца, чтобы получить силу и молодость, не проводил кровавых ритуалов, чтобы победить смерть. Химера просто грабил крупные заведения Акрополя - от банков до особняков местных богачей. И управы на него не было. Магия Химеры заключалась в простом - стены там порушить, выбить стекла, превратить в пепел дома и совершить прочие мелкие пакости. За весь год Химера ни разу никого не проклял. Хотя при желании мог умертвить половину города. Пятнадцатый (запредельный) уровень магии обязывал. Даже если бы на место преступления вызвали бригаду Колдунов, сумма их уровней вряд ли бы переплюнула силу Химеры. Реджи был в этом уверен. Поэтому государственных Колдунов не беспокоили, а предотвращением грабежей занималась полиция. Ни черта они, конечно, еще ни разу не предотвратили, но Химера хотя бы не был серийным убийцей. Это успокаивало совесть Реджи. За весь год своей злодейской практики Химера убил только одного человека. Полицейского из другого отдела. Несколько месяцев назад Колдун взял заложника после ограбления банка, сел вместе с ним в машину, через минуту выкинул оттуда отчаянно вопящего несчастного, а потом внезапно выскочил из автомобиля, ринулся в толпу полицейских, оцепивших дорогу, свернул одному из них шею и словно растворился в воздухе. Почему Химера это сделал, до сих пор оставалось загадкой. Какой в этом был смысл? До этого он никогда не опускался до человеческих жертв. А тут вдруг специально выхватил полицейского из толпы, чтобы его умертвить, хотя уже почти скрылся. Алекс предлагал не париться. Преступники - все психи. Но Химера отличался от других Колдунов, свернувших на противозаконную дорожку. Он был более опасным, потому что никто не знал, чего от него было ждать. Зачем ему деньги, тоже оставалось неясным. Колдуны могли получить их более скрытными путями. Обманом, например. Тем более, по направлению своей магии Химера был Проводником Смерти. То есть платил за колдовство своей кровью и болью. И при желании мог превратить город в толпу зомбаков. Какие там деньги! Но Химера всего лишь активно воровал, оставаясь тайной за семью печатями, пока другие Проводники пытались развешивать по своему балкону чьи-нибудь внутренности. Реджи посмотрел на свои запястья. Браслеты из коричнево-белого агата, его единственная защита от магии, были на месте. Агат полностью поглощал колдовство. Если проклятие ударяло в браслеты, то собственная шкура могла быть спасена. Заговоренные государственными Колдунами деревянные побрякушки, болтающиеся у Реджи на шее, доверия не вызывали. Так, обычные игрушки! К сожалению, обвешаться с ног до головы агатом он не мог - слишком тяжело было бегать с таким грузом. Реджи резко затормозил у перекрестка. Дальше придется идти ножками. Драйв, с которым мужчина гнал по ночным улицам, улетучился. На Реджи навалилась вся тяжесть действительности. Где-то совсем рядом шатался Химера. А подкрепление не спешило. Их патруль оказался ближе всех к месту преступления. Но несмотря на видимое зло Химеры, и его злодеяния в виде разрушений и материального ущерба, Реджи хотелось все бросить и оказаться там, где находился совершенно другой Колдун. Или, может, Колдунья. Они все должны были гоняться за другим преступником - в их городе уже вторую неделю заболевали дети. Преимущественно, девочки пяти-девяти лет. Слабые, беззащитные, они были легкой мишенью для разных паразитов, которые сосали из них жизненную силу. Какая-то шушера снова решила, что проклинать детей будет замечательной идеей. Реджи видел своими глазами девочку, пострадавшую первой. Она была в коме, на ИВЛ*, ее кожа посинела и иссохла, на некоторых участках покрываясь темной коркой, а на лбу малышки выступили черные вены. Реджи хотелось одного - задушить тварь, способную на такое, голыми руками. Но никаких улик не было - проклятие - это не показательное ограбление со взломом. Колдуны - хитрые твари. И они заботились о своем самосохранении. - Ну пойдем, что ли, Химеру вязать, - с нулевым энтузиазмом и явным сарказмом крякнул Алекс, - Любит он в твои смены вылезать из своей канавы. И что в такую спокойную ночь дома не сидится? Что правда, то правда. Химера как назло для своих диверсий выбирал именно те ночи, когда дежурил Реджи. С тяжелым вздохом пришлось выбираться из машины. Реджи выхватил из бедренной кобуры пистолет, заряженный агатовыми пулями. Камень не мог убить Колдуна, по крайней мере, сразу (все-таки дырки в теле обычно к добру не приводили), но парализовать был способен. Реджи мягко прыгнул на мостовую под аккомпанемент раздавшегося рядом хлопка - Алекс поспешил последовать за ним, и они устремились вниз по улице, безлюдной и тусклой в начале третьего ночи. Реджи было немного страшно. Он лишь один раз подбирался так близко к Химере. Алекс, чтоб ему пусто было, во время одного из ограблений решил погеройствовать - прыгнул на Колдуна, когда тот выползал из очередного банка, нагружённый украденным добром. Химера незамедлительно схватил глупого младшего лейтенанта за горло, и дуло пистолета Реджи, направленное Колдуну в голову, нисколько его не испугало. Алекс продолжал тупить, пафосно изрекая: - Пристрели его, Реджи. Я отдам свою жизнь за справедливость... Не плачь обо мне. Я умру счастливым. В общем, бедолага нес откровенный бред, и Реджи вежливо и спокойно попросил отпустить заложника, пообещав не стрелять, отчаянно скрывая, что его буквально трясет от страха за напарника. Химера равнодушно пожал плечами и просто отбросил Алекса в сторону, словно ненужный мусор. На этом близкое взаимодействие Реджи и Химеры закончилось. Не сказать чтобы оно было удачным, но хотя бы никто особенно не пострадал. А сегодня Реджи с Алексом вновь были одни, и опять глупый напарник убежал далеко вперед. Яростно чертыхаясь, Реджи погнался за ним, но было поздно. Сначала раздался приглушенный вскрик: - О! Сбитый фонарь! Сто пудов, его Химера обрушил! Потом Алекс попытался через этот бренный фонарь перепрыгнуть (Святая Богиня Плодородия, зачем?), а затем послышался гулкий хлопок - напарник запнулся о резное железо и решил проверить прочность своего черепа, встретившись лбом с мостовой. Да! Это, мать вашу, был их отдел! Они умели самоуничтожиться еще до встречи со злом. Тело Алекса, распластавшееся рядом с искусным изящным фонарем, не подавало признаки жизни. Да что за невезение? Замирая, Реджи проверил пульс на шее напарника. Есть! Реджи вздохнул с облегчением. Жив, спасибо и на этом! Но лоб напарник явно разбил. С такой координацией Алексу определенно надо было работать в психушке. В том отделении, где мягкие стены. Но рассуждать было некогда. Реджи остался один. Накинув на напарника свою куртку (было холодно, а большим он пока помочь не мог), Реджи начал крадучись двигаться по направлению к ювелирному магазину. Кажется, они опоздали. Стеклянные витрины исчезли, на бархатных подушках было пусто, а от самого помещения веяло одиночеством и прохладой. Магазин выглядел неприветливо, так, будто в него не ступала нога человека несколько лет подряд. Тьма, царившая в зале, по ощущениям имела глаза - была материальной, живой. Но Химера, похоже, ушел. По крайней мере, в тусклом свете фонарей зрение Реджи не смогло распознать ни одного движения. Мужчина отвел дуло пистолета в сторону, чуть скосив глаза, и вздрогнул всем телом. Химера стоял на мостовой буквально в двух метрах от него. На плечи Колдуна была накинута толстовка с капюшоном, скрывающим все его лицо. Химера всегда прятал свое тело. Колдун не просто так получил свое прозвище - его личность так и не установили. Просто внешность Химеры была не из рядовых. Колдуны постоянно экспериментировали с магией, и не всегда эти опыты заканчивались удачно. Последствия были фатальны. Лицо Химеры выглядело как творение безумного маньяка - оно было буквально сшито из разных лоскутов кожи. Одна щека загорелая, другая - мертвенно бледная. Нос еле угадывался. Подбородок был сероватым. Левый глаз имел светло-зеленую радужку и был нормального размера, правый - желтую и казался существенно больше второго, чуть косил. На левом предплечье Химеры можно было рассмотреть то ли серебристую чешую, то ли металлический налет, на правом - что-то похожее на шерсть. Неудивительно, что Колдун не спешил оголять свое тело. Почему Реджи распознал в этой темной фигуре Химеру? Во-первых, набитые сумки у ног Колдуна. Он, что, умыкнул кассу? Сейчас кто-то хранит деньги в кассе? Во-вторых, предплечья. Так как Химера работал со своей кровью, его руки были оголены. Чешуя и редкие клочья шерсти были отлично видны. Крупные рваные порезы рассекали кожу на предплечьях Химеры, и темная кровь стекала по его запястьям, чуть тормозя на ладонях и обрушиваясь тяжелыми каплями на мостовую. Длинные черные ногти Колдуна едва заметно подрагивали, будто его пальцы мечтали вырвать из груди сердце Реджи. Последний ощутимо поморщился. Реджи не любил, когда было больно или плохо другим. Кем бы они ни были и чего бы ни заслуживали. Это жестоко. Столько крови... Химера мог умереть. Какой бы ни был его уровень магии, он был хрупок, словно обычный человек. А от кровотечения погибали все. - Есть четкая грань, - внезапно раздался скрипучий, едва слышный голос из-под капюшона, и у Реджи побежали по спине мурашки, - Жизнь может вылиться в смерть, а смерть может переродиться в жизнь. Надо четко знать эту линию. И не переступать ее. С какой стороны ты бы ни стоял. Хозяйка знает лучше. Химера замолчал. Молчал и Реджи, пытаясь оправиться от шока. Колдун умел читать мысли? Или у Реджи все было написано на лице? Полицейский чуть опустил пистолет и неожиданно даже для себя выпалил: - Кому... Кому это нужно? Химера понял его мгновенно. - Лучше спроси, кому это не нужно, - пожал плечами Колдун, - Дети - наиболее ценный продукт для экспериментов. И они слабы. Если ты не заметил, то их убивают достаточно часто. Реджи послышалось, или в голосе Химеры появилась тень сарказма? - Не нужно играть со смертью. Хозяйке следует только поклоняться. Она не подруга, - как ни в чем не бывало продолжил Колдун, - Хозяйка ударила в ответ. Дыру внутри нужно чем-то заполнить. И ее заполняют. Это бесполезно. Ищите тех, кто вздумал считать себя живым богом, но на деле глупый, цепляющийся за жизнь слизняк. Который все равно умрет. Это закон. Реджи ждал, надеясь, что Химера скажет что-то, кроме загадок, но он, будто выполнив свою суточную словесную норму, резко замолчал. Тишина накрыла их ледяным куполом. И только кровь продолжала мерно капать на мостовую. Да что же это такое? Разве можно так относиться к собственной жизни? - Кровь надо остановить, - нехотя пробурчал Реджи, - У меня где-то были дезинфицирующие салфетки... Он порылся в заднем кармане джинсов и извлек помятую упаковку. Химера не двигался. Чтобы отдать Колдуну салфетку, нужно было подойти к нему. Реджи внутренне вздрогнул. Его врожденное милосердие играло с ним злые шутки. Химера этими же окровавленными руками свернул шею другому полицейскому, пусть и совершенно незнакомому, чтобы Реджи чувствовал из-за этой утраты боль. Мужчина сжал салфетку потными пальцами и сделал несколько шагов вперед, стараясь, чтобы его рука не дрогнула. Но когда он поднял взгляд, Химеры рядом не было. Он растворился в воздухе, будто по щелчку пальцев, осел на мостовую каплями начинающегося, холодного дождя... Вокруг клубился лишь предрассветный туман, а вдалеке орали полицейские сирены. На улицу вернулась жизнь. *** Реджи гладил спящую Анну по голове. Что бы он делал без старой Маргарет, живущей по соседству? Она всегда присматривала за сестрой, когда Реджи патрулировал улицы. Мужчина поправил малышке агатовые браслеты на запястьях и бусы на ее шее. Это было тяжело и неудобно - так спать, но выбора у них не было. Анне было пять, а проклятия в Акрополе сыпались как из рога изобилия. Сестренка была молодчинкой. Она никогда не снимала с себя агат. Слушалась его. Была не по годам мудрой. Реджи раздувало от гордости. Он не сломался после смерти родителей. Реджи выдержал обрушившуюся на него ответственность. В их мире, полном магии, продолжали умирать люди. От банальных причин. Родители погибли в типичнейшей аварии, и Реджи поклялся себе сделать так, чтобы их младший, долгожданный ребенок никогда больше не чувствовал боли и страданий. Он любил сестру всем своим горячим, праведным сердцем. Спи, спи, Анна. Крепко и беззаботно. Спи. * ИВЛ - искусственная вентиляция легких