ХИМЕРА

Реджи бочком проскользнул в столовую на первом этаже. Он опоздал. Сна после визита Химеры ни в одном глазу не было, но под утро мужчина задремал и проспал завтрак. Собирался в экстренном режиме. Вдруг Сирруш соврал, и они там вовсю уже обсуждают, что к Реджи по ночам шастает Химера? Внутри помещения стоял лишь один стол из темного дерева, а за ним располагались всего трое знакомых мужчине Колдунов. Если в этом корпусе и жили учителя, трапезничали они в другом месте. Реджи едва заметно поправил оберег Химеры под голубой рубашкой и плюхнулся на стул. Его даже и не заметили. Сирруш и Леон о чем-то оживленно спорили. Таглат сосредоточено пережевывал яичницу, стараясь максимально отрешиться от происходящего. Леон снова был в бесформенной зеленой мантии, Таглат - в бежевом костюме, а Сирруш - в кожаных брюках, белой рубашке с воротничком-стойкой и синим, пышным бантом под цвет глаз на шее. Типичный учитель, чего уж там. - Как ты можешь так говорить? - орал Леон, размахивая вилкой и ножом - и где его манеры? - Про своего отца? Он был великим! Могущественным! И... - И его испепелил отряд Государственных Колдунов во главе с Верховной Колдуньей, - спокойно завершил его речь Сирруш, - Абсолютно справедливо испепелил, прошу заметить. - Да ладно, - фыркнул Леон, - Он был Проводником смерти! Кто из нас безгрешен? - Никто, - согласился Сирруш, - Но в последние лет пять своей жизни он за день съедал примерно одно-два сердца... Реджи передернуло. Он слышал о тех сумасшедших Колдунах, которые буквально сидели на игле - жрали сердца своих сородичей. Но раньше мужчина напрямую с подобными маньяками не сталкивался. Это было редкостью. Иначе бы всех Колдунов просто сожрали рано или поздно. - Да, но тебя он любил, - возразил Леон, - И он воспитал тебя. Достойно воспитал. Да и в конце концов, он твой отец! По крови! - Кровь - всего лишь вода, - рассмеялся Сирруш, аккуратно разрезая ножом сардельку и отправляя ее в пухлый рот, - Жидкость. Набор химических элементов. В ней никакого смысла, кроме поддержания жизнедеятельности организма. Какая разница, что течет в твоих венах? Родство, оно внутри. Вот здесь, - Колдун указал на левую сторону своей груди - там, где находилось сердце. - Сразу видно, что с кровью ты не работал, - презрительно усмехнулся Леон, - Что ты - не Проводник смерти! Кровь - все для нас! Самый важный ингредиент! Наша суть! Зачем я с тобой разговариваю, вообще? - Я пробовал работать с кровью, - чуть улыбнулся Сирруш, - Меня увезла реанимация. Леон, кажется, аж засиял от самодовольства. - Ох, понимаю, - насмешливым, елейным голоском проворковал он, - У тебя широкий спектр магии, но Проводником ты быть не можешь из-за своей... Болезни. - Да, из-за нее, - равнодушно кивнул Сирруш, отодвигая в сторону тарелку и делая глоток красной жидкости из хрустального бокала на тонкой ножке. Реджи нахмурился. Колдуны чем-то болели? Он впервые об этом слышал. К сожалению, мужчина был абсолютно не подкован в этом вопросе. Леон открыл рот, чтобы сказать очередную гадость, но дверь в столовую приоткрылась, и в комнату зашла рыжая секретарша Сирруша. За ее спиной маячила мелко дрожащая смуглая девочка лет одиннадцати. В ее темных глазах застыли слезы, но она не плакала. - Приятного аппетита, мистер Готхольд, и простите за беспокойство, - чуть поклонилась рыжая Колдунья, - Но я думаю, дело не требует отлагательств. Секретарша выдвинула вперед девочку, и та, покачиваясь от нервов, согнула колени в реверансе. Ее черное и строгое бархатное платье, казалось, шевелилось - так ее колотило от дрожи. - Гизель, дитя, подойди ко мне, - властно произнес Сирруш и протянул ей руку в белой перчатке. От силы в его голосе у Реджи по спине поползли мурашки. Что тут происходило, никто ему объяснить не хотел? Трясущаяся маленькая ладошка Гизель утонула в большой руке Сирруша. На минуту в столовой повисло молчание, а потом Готхольд задрал девочке рукав черного платья, обнажая свежие кровоподтеки и лиловые синяки на коже, и задумчиво произнес: - Значит, вот, что они сделали? И все просто потому, что ты Проводник смерти? Из глаз Гизель внезапно хлынули слезы. - Да! - всхлипнула она ломким голосом, - Нас здесь так мало! Они говорят, что всех, даже самых ужасных Проводников, забирают в семьи, а я и до этого не дотягиваю! От меня все отказались! - Но я же не отказался от тебя, Гизель, - мягко поправил ее Сирруш, - Почему ты не прокляла их, дитя? Разве они не заслуживали? Девочка истерично помотала головой. - Не хочу проклинать! - почти взвыла она, - Не хочу умирать! Не хочу, как мои родители! Сирруш притянул ее ближе к себе, приобняв за плечи. Девочка зарыдала, уткнувшись носом ему в шею. - Ты молодец, что не прокляла. Ты выше этого, - погладил ее по голове Сирруш, - Но не бойся своей Хозяйки. Просто относись к ней, как к госпоже. С уважением. Она не подруга. И не торопись к ней раньше времени... Колдун осторожно отстранил от себя девочку и почти нежно произнес: - Пойдем восстановим справедливость, Гизель. Зло должно быть наказано. - Извините, господа. Приятного вам аппетита. Дела, - пожал плечами Сирруш и, не выпуская руку Гизель из своей ладони, вышел из комнаты. Юная Колдунья смотрела на своего директора с таким восхищением, что Реджи даже стало нехорошо. В голове возник диссонанс. Сирруш с такой любовью относился к детям, но при этом их сосал! Как такое было возможно? Что за лицемерие? - По-моему, он просто педофил, - со злостью проворчал Леон, яростно пережевывая пищу. Таглат поперхнулся, не вовремя сделав глоток воды. - А по-моему, педофил здесь только один, - с намеком едва слышно проворчал Реджи, но его услышали. - О! Реджинальд, - ехидно оскалился Леон, - А я как раз о тебе думал. Что-то ты сильно расслабился. Я пришел к выводу, что тебя нужно растормошить. Иль Итон изъявил желание остаться на время в Акрополе. Это не случайно. Ты должен нанести ему визит и вынюхать ВСЕ об его планах. Он тебе все равно не навредит. Да, и ты, что ли, агатом с ног до головы обвешался? На тебе прямо блок! Вообще, не пробиться! Реджи чуть побледнел - лунный камень буквально обжег его кожу между ключиц, но мужчина быстро сориентировался и делано равнодушно сказал: - Конечно, обвешался. С вами по-другому никак! Я здесь пленник, вообще-то! И за Илем я следить не буду. Я на это не подписывался. Вынюхивайте все сами. До вечера! Реджи спокойно встал из-за стола и выскользнул в темный коридор. Вслед ему донеслось: - Ты пожалеешь об этом. Реджи не принял слова Леона всерьез, а зря. Через несколько часов ему позвонила истерично вопящая Кэт, отчитывающаяся перед мужчиной о благополучии сестры несколько раз в день. Анна пропала. Воспитательница ничего не помнила, хлопала глазами и была уверена, что сестру забрала Кэтрин. Мисс Кларк явно околдовали. Реджи вместе с Кэт затрясся в истерике. *** Анна сомневалась. Она была послушной девочкой, хорошей. По крайней мере, Анна не хотела расстраивать брата. Ну, разве только когда очень хотелось чего-нибудь... Она не смогла противиться аквапарку. То решение далось ей нелегко. И сейчас Анна тоже не знала, что делать. Мисс Кларк сказала, что ее вместо Кэт заберет знакомый их семьи. Но день еще не закончился - других детей не увели домой, воспитательница выглядела как-то странно, а спрятавшаяся в кустах Анна в первый раз видела странного мужчину с рыжими волосами и в длинном одеянии, который за ней пришел. Она, правда, не была уверена, как поступить. Реджи говорил - не ходи с незнакомцами. Но если действительно что-то случилось, а Кэт не смогла за ней зайти? Анна надула губы - хотелось заплакать. - Я бы на твоем месте никуда с ним не пошел. Он подозрительный, - раздался справа низкий, вкрадчивый голос, и Анна резко обернулась на звук. Недалеко от нее стоял взрослый мужчина, привалившись спиной к стволу дуба. Одна из его ног была согнута в колене так, что он стопой сдирал кору. Еще один незнакомец был... Таким клевым! У него были белоснежные волосы и брови, его глаза скрывали узкие и овальные темные стекла очков, ноги обтягивали джинсы с дырами на коленях, на теле красовались полупрозрачная водолазка с высоким горлом и кожаная куртка с косым замком и закатанными рукавами. Довершали картину кожаные перчатки. Все было абсолютно черным. Одежда создавала такой контраст с белоснежными волосами, что Анна раскрыла рот. Серебряные звезды, свисающие из ушей незнакомца, окончательно завладели ее вниманием. Она зависла, как старый компьютер. Мужчина мягко усмехнулся, и Анна, моргнув, очнулась. - Почему мне не стоит с ним идти? - поинтересовалась она, - Так сказала мисс Кларк. Она взрослая! Она лучше знает! Она бы не стала врать. - Да, но иногда и взрослые врут, - пожал плечами мужчина. - Мисс Кларк не будет врать, - нахмурилась Анна, - Она хорошая. - Но разве хорошие не врут? - чуть улыбнулся мужчина, - О! Еще как! Вот ты, например, хорошая? И если да, то неужели ни разу не врала? Анна надула щеки, словно хомяк, и принялась думать. Мужчина был прав. Все врали, наверное. А она и подавно. - И что ты предлагаешь делать? - неуверенно побормотала она, - Он ждет меня... - Сбежать, - мгновенно ответил мужчина и протянул ей руку, - Хватайся. Я уверен, что он - не друг твоему Реджи. - Ты знаешь брата? - оживилась Анна. - Лучше, чем он думает, - усмехнулся мужчина, - Я знаю о нем все. Даже, как он спит. На левом боку, пуская слюни на подушку, правда, птичка? Анна аж подпрыгнула, хлопая в ладоши. - Правда! - воскликнула она и зацепилась своими пальцами за чужую руку. Мужчина резко сорвался с места, переходя на бег и почти взлетая, а Анна засеменила за ним следом. Но она была слишком медленной, и незнакомец осторожно подхватил ее на руки. Они пересекли территорию детсада. На оживленной улице мужчина так и не опустил ее на землю. Он был таким высоким, что Анна и не просилась вниз, восторженно оглядывая знакомые дома с нового ракурса. - Значит, ты друг Реджи? - с любопытством спросила она и следом протараторила, - Как тебя зовут? После паузы незнакомец с усмешкой ответил: - Великолепный змей. Анна нахмурилась. - Странное имя, - проворчала она. Или это была фамилия? Фамилия - Змей? Великолепный - имя? Или наоборот? Она совершенно запуталась... - Какое уж дали родители, - невесело усмехнулся мужчина. Анна загрустила. Она видела своих родителей только на фотографиях. - Сколько тебе лет? - чтобы отвлечься, выпалила Анна. - Тридцать четыре, - мгновенно раздалось в ответ. - Большой, - с уважением откликнулась Анна. - Ага, - рассмеялся мужчина, - Каши много ел. Вон каким вымахал! - Давно братика знаешь, Великолепный Змей? - пробормотала после небольшой паузы Анна - она очень скучала по Реджи, - Я тебя не помню. - Чуть больше года, - отозвался мужчина, - Мы у него на работе познакомились. Когда он улицы патрулировал. - Реджи хороший, правда? - с тоской вздохнула Анна. - Самый лучший, на самом деле, - последовал искренний ответ. Анна с удовлетворением кивнула и обняла мужчину за шею крепче. - Куда мы идем? К Реджи? - с надеждой поинтересовалась она. - Нет, к Кэтрин домой. У меня есть ключ, - мягко отозвался Великолепный змей. Анна разочарованно опустила голову. Но как только они пришли в знакомую квартиру, она забыла обо всех своих горестях. Великолепный змей снял очки и оказался прекрасным-прекрасным принцем из сказок, настоящим видением, светлым, как чистое небо, и они играли-играли... В дочки-матери, в штурм корабля, в праведного рыцаря. Потом посмотрели телевизор, покушали кашку и слопали много шариков мятно-клубничного мороженого, которое появилось будто из воздуха, а затем Анна уснула. Когда тетя Кэтрин ворвалась в квартиру, опрокидывая тумбочку и яростно крича ее имя, Великолепного змея рядом уже не было, а Анна с трудом могла вспомнить, как выглядел ее новый знакомый. Его лицо словно расплывалось в ее памяти. *** Реджи тяжело плюхнулся на кровать и спрятал лицо в подушке. Из его горла вырвался нервный смешок. Анна нашлась. Мирно спала в квартире Кэтрин. Ее привел туда дивно прекрасный мужчина с белоснежными волосами по имени Великолепный змей. Они убежали вместе из детсада от подозрительного рыжего незнакомца. Больше сестра ничего вспомнить не смогла. Реджи снова фыркнул. Так Химера или все же Великолепный змей? Как тебя лучше называть, Колдун? Реджи поправил подушку и запустил под нее ладони. Там лежали белые лепестки роз. У него руки не поднялись их выбросить. Они ассоциировались у него с Химерой. Реджи с трепетом заглянул под подушку, чтобы поправить смявшиеся лепестки и обомлел. На простыне красовалась надпись из белых остатков роз: - Я всегда рядом, Реджи... Я в курсе всего. И в этот миг внутри у мужчины что-то сломалось. Грудь обожгло невероятным теплом, почти кипятком, и Реджи уткнулся носом в лепестки, вдыхая слабый, едва уловимый запах. Он был рядом...