ХИМЕРА

Реджи выключил газовую плитку. Суп приготовил, слава Богам! Анна не любила разваренные фрикадельки. Да, да, Реджи действительно вернулся домой. С Кэт и ее родителей сняли обязанность следить за гиперактивным ребенком. Подруга вздохнула с облегчением, а ее отец, казалось, был искренне расстроен. Внуки ему уже во сне снились. Зато Реджи был искренне счастлив. Почти искренне счастлив. Да, он был дома, опасность в лице Леона исчезла, а его сестренка находилась рядом. Но осталось кое-что, сильно тревожащее мужчину. В первую очередь, ход следствия. На заброшенной фабрике сначала нашли изрезанный труп Леона, а потом порыли и обнаружили тело Иля Итона. Тот был погребен под обломками, искалеченный темным проклятием. Артефакт Леона сработал слишком хорошо, как для сломанного. Когда был найден второй труп, Реджи испытал маленькую истерику. Он еле успокоил себя словами Сирруша. Сильный бы выжил. А Химера был определенно одним из самых могущественных Колдунов. Раз Иль умер, то он автоматически вылетал из списка подозреваемых. Итон не был Химерой. То есть этих самых подозреваемых становилось ноль. Ужасная ситуация. Химера скрывал свое истинное лицо. Реджи постарался выбросить все лишнее из головы. Мужчина только чаще стал сжимать пальцами оберег. Он был теплым, что радовало. Но больше Реджи волновало другое - его пару раз вызывали на допрос. Он говорил там то, чему учил его Сирруш. То есть почти правду. Мужчина рассказывал, что Леон Полонский ему угрожал, вынуждал жить в интернате - практически в плену, а как Реджи мог ему возражать? Злодей же был государственным Колдуном! Никак! А вот про события на заброшенной фабрике мужчина не знал! В это время суток он просто спал! Весть о смерти Леона, конечно, успокоила его и вернула домой, но разобраться с ним сам он бы не посмел. И вроде бы следователи Реджи поверили. По крайней мере, задерживать его никто не стал. А еще через некоторое время Реджи узнал, что Таглат Сагар был арестован по делу об убийстве Иля Итона и Леона Полонского. Реджи лишь таращил глаза. Недаром, Химера говорил, что от Сирруша следует держаться подальше. Как хитрец все это устроил, мужчина даже боялся представить. Лучше об этом было не думать - с ума сойти можно. Но не только следствие омрачало счастье мужчины. Реджи беспокоил Химера. Колдун больше не появлялся. От него не было ни слуху, ни духу. По ночам к мужчине заходили мрачные тени кошмаров - а что если? Что если Химерой все-таки был Иль? Но Реджи вырывал эти мысли на корню. Сиррушу не было смысла врать. Наверное. И Реджи ждал. Он верил, что Химера в один прекрасный день даст о себе знать. Хлопнула дверь. Кэт пришла на обед. Она каждый день доносила ему о всех новостях и трудилась, пока безработный Реджи бездельничал дома. - Что нового? - вышел в коридор мужчина, облокотившись о косяк. Кэт скинула ботинки и устало потеребила волосы на кончике хвоста. - Да ничего, - тяжело вздохнула она, - Это не наше дело, ты же понимаешь. Магия сплошная. Сагар под арестом. Говорят, закатывает истерики и возмущается. Обвиняет во всем Готхольда. Но против последнего нет улик. А вот Таглат чем-то запятнал себя, видимо. Кстати, я тоже думаю, что Готхольд более опасен. Ничего за ним не замечал? Да, Реджи скрыл от подруги то, что произошло на самом деле на фабрике. Мужчина тщательно хранил эту тайну. И у стен были уши. Реджи не хотел подставлять ни себя, ни Сирруша. - Я понимаю, что Леона зарезали, - закатил глаза Реджи, - Формально убили отнюдь не магическим способом. Но он был Колдуном, Кэт. Сильным Проводником смерти. Наверное, его сначала нужно было обезвредить... Ха-ха, вот тут как все происходило в точности наоборот. Сирруш выиграл, скорее, благодаря эффекту неожиданности. - Готхольд не Проводник смерти, - пожал плечами Реджи, продолжая, - Вряд ли он бы победил Леона. Тем более, у него эта... Мужчина вспомнил о гемофилии. В голове опять что-то нервно завозилось. Так, Реджи, сосредоточься... Ты должен понять, что тебя беспокоит. И попытаться это сформулировать. - Кэт, скажи, пожалуйста, - подумав, произнес Реджи, - Проводник смерти работает с кровью... Верно? Да, верно, лишь с ней. Но если у него вдруг не будет останавливаться кровь? Что делать? - Ну, что делать, - почесала затылок Кэт, - Бригаду медиков вызывать - вот что делать! Кровотечение - это не шутки. - А если вот только начала бежать и не перестает? Сильной кровопотери пока нет, - уточнил Реджи, - Что предпринять, чтобы ее и не было? - Может, таблетку какую выпить... Перевязать там... Зачем ты меня мучаешь?! К специалистам обратись! - недовольно сморщилась Кэт, - Мгновенно не получится, наверное. Если только прижечь. Но это жестоко, конечно. Я думаю... - Что ты сказала? - резко перебил ее Реджи, - Повтори! - Так говорю - прижигать жестоко! - по слогам произнесла подруга, - Это реально болезненно. Насколько, даже боюсь представить. - Прижигать! Точно! - внезапно заорал на всю квартиру Реджи, так, что лейтенант вздрогнула, - Кэт, ты гений! Прижигать! - Что... - неуверенно начала лепетать подруга, но Реджи не дал ей больше и слова вставить, срываясь с места и принимаясь с трудом натягивать на себя уличную одежду - мужчину трясло как при лихорадке. Может, он ошибался. Может. Но... - Спасибо, Кэт, - сжал плечо подруги Реджи и, не слушая ее крики, выбежал из квартиры. Сирруш узнал (типа подслушал), что у Химеры были все руки в ожогах. Он узнал и попросил не говорить об этом Леону. Не потому ли, что рыжий знал, что у Сирруша гемофилия и мог заподозрить его... В чем? У Реджи бешено заколотилось сердце. Потому что Леон мог заподозрить Сирруша в том, что он - Химера. Потому что обычно Проводникам смерти не нужно было пускать много своей крови. Да и она легко останавливалась сама. Шрамы на коже Проводников со временем бледнели. Но если Колдун болел гемофилией? Что тогда? Ему нужно было быстро останавливать кровь. Возможно, прижиганием. А у Химеры на руках не было живого места. И не от ранений холодным оружием, например. Именно от ожогов. Реджи не мог перепутать. Он знал, как выглядит и то, и другое. Внутри у мужчины вспыхнула надежда. Он давил ее изо всех сил. Сейчас Реджи мчался в интернат лишь с одной целью - снять с Сирруша Готхольда перчатки. Дальше он не загадывал. На территорию интерната мужчина ворвался беспрепятственно. Охранник вновь полностью его проигнорировал. Отличная защита, чего уж там. Хотя, может быть, у Сирруша просто все было схвачено и без посторонних лиц на входе. Может быть, он уже знал, кто его посещал задолго до того, как в его дверь стучали. Реджи вбежал на третий этаж корпуса для учителей и буквально с ноги открыл темную дверь, вваливаясь внутрь. Сирруш замер у окна, скрестив на груди руки и устремив взгляд в сад. В его ладонях застыла неизменная трость. Сегодня он был одет просто. Темная водолазка с высоким горлом и закатанные на лодыжках черные брюки. Обуви на нем не было. Он был... Босой? Босой, но в белых перчатках! Ну не подозрительно ли? Химера говорил, что только Проводники носят перчатки, чтобы скрыть раны! До Реджи будто сквозь вату долетел его шепот: - Пластыри - некрасиво... - Сними перчатки! - рявкнул Реджи, обращаясь к Сиррушу, а потом, опомнившись, добавил, - Пожалуйста! Мне нужно знать! Готхольд лишь насмешливо вскинул брови. Трость в его руках описала полный круг. - О, бедный Реджинальд! - с неподдельной жалостью проговорил он, - Подменяет одно другим! Переносит одно на другое! Милый мой, я - не он. Да, тебе сложно. Химера помог тебе. Хотя и я спас тебя. Но меня ты знаешь, а его - нет. И ты думаешь - как бы было здорово, если бы благодарность делить не пришлось! Если бы ты испытывал добрые чувства только к одному! К тому, с кем ты знаком... Ты уверен, что я не самый плохой Колдун, я чувствую. Высасываю жизнь из детей, конечно, но не убиваю же их! Ох, Реджи! В жизни встречается все. Но то, что мы хотим, - редко. Мужчина покачал головой. - Нет! Я подумал так не потому, что мне удобнее считать тебя Химерой, - горячо возразил он, - А потому, что ты болен гемофилией! А как останавливать кровь, если не прижигать?! У Химеры все руки в ожогах не просто так, я уверен! - Нет, Реджи, - печально хмыкнул Сирруш, - Ты выдаешь желаемое за действительное! Ожоги могут быть отчего угодно! - Но ты хотел скрыть их от Леона! - не сдавался Реджи, сжимая кулаки. - Конечно! - рассмеялся Сирруш, - Терпеть его всегда не мог! И уж точно не желал ему облегчать задачу в любых поисках! Нет, Реджи! Видимо, ты все равно не понимаешь! Тогда мне действительно придется не быть голословным. Сирруш ловко бросил трость на стол и плавно стянул с ладоней перчатки. Его руки... Оказались абсолютно обычными. Изящными и гибкими, на вид мягкими и нежными. С длинными пальцами и белоснежной кожей. Без единого изъяна. Реджи манекеном замер у дверей. Сирруш не был Химерой. Мужчина не ожидал, что разочарование будет столь велико... - С гемофилией, правда, Проводником быть невозможно, Реджинальд, - тяжело и с сожалением вздохнул Колдун, - Это слишком опасно. Я свою жизнь люблю. Прости, что убил твои надежды. У тебя все? Если все, то возвращайся домой, Реджи. Честно сказать, сегодня был очень тяжелый день. Дети будто взбесились... Сирруш повернулся лицом к окну, давая понять, что разговор закончен, и мужчина на негнущихся ногах вышел из кабинета. Сад интерната встретил его приветливым солнечным светом и эхом голосов юных Колдунов. Реджи бродил по нему, как неприкаянный. Запах табака щекотал ему нос. Кругом табак, табак и табак! Ни одного цветка больше! Как это можно выносить? Реджи замер. А что... Что если эти пахучие цветы перебивают другой аромат?! Мужчина ускорился. Что если этот сад что-то скрывает? У одного из нежилых корпусов он видел теплицы! Да, впереди маячила пара из них, высоких и сделанных из темного, непрозрачного стекла. Реджи подбежал к первой встретившейся ему на пути теплице и буквально сорвал с петель старую деревянную дверь - она очень плохо поддавалась. Внутри стоял душный запах - мужчина чихнул, прикрывая нос, и осмотрелся. Его грудь затопило холодным разочарованием - все грядки были засажены табаком разных цветов. - Вам что-нибудь нужно? - раздался вежливый знакомый голос позади. Реджи обернулся - с ним заговорила рыжеволосая секретарша Сирруша, как всегда безупречная и строгая. - Если вам нужны цветы, то я могу предоставить вам саженцы, - спокойно добавила Колдунья, бесстрастно разглядывая его, - У нас есть все сорта душистого табака. - Мне нужны цветы, - после недолгой паузы грустно улыбнулся Реджи, - Но не эти. Я хотел найти розы. - Мистер Готхольд не любит розы, - мгновенно ответила секретарша, ее глаза будто бы осуждающе сощурились, - Слишком банальные, пошлые и капризные в уходе. Сплошное клише. - А что он любит, вообще? - невесело хмыкнул Реджи - почему-то было больно, и он вышел из теплицы, - Простите за беспокойство. Я все понял. Мужчина, стараясь ни о чем не думать, покинул территорию интерната, даже не оглядываясь. В голове было пусто. Он чувствовал себя белкой в колесе. Реджи стремился вперед - ему важно было понять, узнать... Но как только он ускорялся, бешено перебирая лапами, был близок к разгадке, его конечности подводили и подкашивались - мужчина выпадал из колеса. А оно продолжало крутиться без него, пока Реджи находился у разбитого корыта. И Химера, и Сирруш будто издевались над ним. Были для него абсолютными незнакомцами... Реджи, совершенно потерянный, плелся по оживленным улицам Акрополя домой. Несмотря на середину рабочего дня, было шумно. Повсюду выступали уличные музыканты, веселя народ и активно зарабатывая деньги. Один из них вдохновенно пел: - Мы искали долго тишину Иногда мы падали ко дну И опять по кругу, время вспять Любовь не нужно искать - она придет, будем ждать Любовь не нужно искать - она придет, будем ждать Но сколько зим, сколько лет Длится ночь, а мы все ждем рассвет*... Это была та самая музыка. Та самая песня, которую слышал Реджи во время своего первого нормального разговора с Химерой. Она ассоциировалась у мужчины лишь с ним. Навечно. - Заткнись! - сжимая кулаки у груди, рявкнул Реджи на музыканта, пугая почти до смерти бедного человека, и, разрываясь от боли и гнева, продолжил свой путь. Домой он тоже ворвался раздосадованный до невозможности. Нервная Кэт, которая, видимо, ждала его и переживала, выскочила в коридор и выволокла из кухни Алекса, выдернутого с работы ради поисков слишком резко сбежавшего мужчины. - Сирруш Готхольд - не Химера, ясно? - истерично рассмеялся Реджи, огибая друзей и заползая в свою комнату, чтобы рухнуть на кровать, - Сколько зим, сколько лет длится ночь, а мы до сих пор ждем рассвет! Забавно, правда? - Он сошел с ума? - печально спросил у Кэт Алекс. Та лишь тяжело вздохнула. * ALEKSEEV - Камень и вода