Birds fly in different directions...

      Шли дни. Шрам сдержал своё обещание и начал беспощадно гонять Одиннадцатого по спортзалу, заставил учиться владеть мечом. Разумеется, Капитан не мог оставаться долго с ребятами на тренировке, потому что нужно было готовить новое оружие для революции, поэтому часто оставлял всех на Бойца и Джеймса. Но, когда Шрам заглядывал в спортзал хотя бы на пол часа, он лично следил за Флешем. В те моменты Одиннадцатый мечтал поскорее откинуться, но он понимал, что ещё рано.       В связи с тем, что скоро нужно будет идти на миссию по спасению сразу двух клонов, гонять стали не только Одиннадцатого. Каждый страдал по-своему. Например, после пропажи Эля стала готовить Дженни. Она была не против, ведь у себя дома готовила каждый день. Но Девятая не учла один факт: завтрак в 7 утра, все встают в 6:30, ну а Дженни теперь приходится вставать в 6. В своём мире она без проблем вставала в это время, но учитывая спартанские условия и тяжелые тренировки встать рано — неимоверно сложно даже с будильником. Поэтому поднимает Дженни всегда Шрам. От его криков Девятая вылетаяет из комнаты пулей.       Страдают и другие. Раньше большую часть времени уделяли внимание рукопашному бою и придумыванию небольших стратегий. Сейчас, чаще всего, стали драться со своим оружием или с другим, который до этого не брали в руки, чтобы по среди боя не встать в ступор. Ребята стали усиленно обучаться бою на мечах и чаще выходить на «задний двор», чтобы стрелять из лука, который Дженни припасла для себя. Шрам объяснял это так: «Когда окажетесь без оружия, вы должны будете найти и взять первое попавшееся, чтобы продолжить бой». Это было поверхностным объяснением, но спорить никто не стал. Стрелять учил Хельсинг, поскольку на эксперименте в основном пользовался револьверами, а значит и опыт есть хороший. Владением мечом учил Джеймс. Агент и Боец не могли позволить себе отдых во время перерыва длиною в целый час. Они оставались в спортзале и тренировались друг с другом. Их целью было совместить несколько боевых искусств, чтобы быть более мобильными.       В тренировках не участвовали Пустыня и Шизо. Шизо не жаловался на какие-либо боли. За это время у парня было всего два приступа сильного кашля, вялости, как у Пустыни не было, да и выглядит он по лучше старшего брата. А вот состояние Классика ухудшилось. На следущее утро после раскрытия предателя, он еле открыл глаза. Обычно Шрам заходит в комнату, включает свет и будит младших. Но в то утро Пустыня в прямом смысле не мог открыть глаза.

***

      Шрам как обычно ходит по комнатам и будит младших, а за ним Дженни. Комната карантина находится рядом с ванной, чтобы больные могли без лишних проблем туда попасть, например, если из вдруг затошнит.       В большинстве случаев ребята быстро умываются и у них есть ровно 20 минут, чтобы проснуться или полежать в кровати, а к семи утра все завтракают. Но сегодня Дженни быстро собралась и все приготовила, поэтому решила позвать старших к столу. Девятая шла прямо за Шрамом: он поднимал, а она подбадривала и звала завтракать. Парень открыл дверь и зашел в комнату.       — Подъëм! — громко сказал Капитан и включил в комнате свет.       — Пора кушать! — лучезарно добавила девушка.       — Све-е-ет!!! — прокричал Классик.       Оба вздрогнули. Шрам с испуга ударил по выключатель кулаком. Они подбежали к брату, который лежал под одеялом.       — Что случилось? — беспокоился Шрам.       — Что происходит? — подорвался с места Шизо от шума.       — Ты чего прячешься? — с интересом спросила девушка.       — Я… Я глаза не могу открыть, — стыдливо ответил парень.       — Чего? — непоняли брат с сестрой.       — У меня глаза словно слиплись.       — Покажи, — настаивал Лидер.       — Нет. Я сам разберусь.       — А-а-а, — протянула девушка, словно прозрела. — Шизо, нужна помощь.       — Слушаю.       — Бери ваты побольше и смочи её кипятком. Кипяток в чайнике на кухне. Ещё принеси сухое полотенце.       — Бегу!       — Капитан, откройте дверь и включите в коридоре свет. Потом закройте окно одеялом, чтобы свет с улицы не слепил.       — Сейчас.       Через две минуты все было сделано. Шрам и Шизо стояли у окна и держали одеяло. Увидев, как младший судорожно бегал в поисках ваты и полотенца, пришли и другие. Никто не понимал что происходит. Капитан сильно беспокоился за младшего, но доверился девушке. А вот Девятая чуть ли ни сияла от счастья.       — Классик, ты слышишь меня? — ласково обратилась девушка, но никто не ответил. — Вылазь давай! — гаркнула она, хлопнув старшего по спине. Парень вылез из-под одеяла. — О, как я и думала! Это гной.       Света было достаточно, чтобы разглядеть лицо больного. На глазах и вокруг них скопилось много грязи, которая потом засохла, от этого ресницы и слиплись. Помимо этого глаза стали очень восприимчивы к свету.       — Не бои-и-ись, — успокаивала девушка. — Сестрёнка тебя быстро вылечит!       — Вот мне и страшно от того, что ты здесь «врачуешь», — сидел и бормотал Классик, за что получил с любовью от сестры шелбан подзатыльник. Парень лишь посмеялся.       — Молчи давай и ложись, — сказала девушка. Из сырой ваты Дженни сделала диски и положила их на глаза больного. Шрама удивили такие отношения. Он был рад, что все хорошо ладят друг с другом.       — Что там? — спросил Джеймс.       — Ох, и блесну я сейчас знаниями, — обрадовалась девушка. — Рассказываю. Это обычный гной, который скопился вокруг глаз. Возможно это из-за яда. Но такое может произойти, когда носишь неправильно линзы. Такое было у моего брата Джонатана. В подростковом возрасте на ночь он надевал специальные линзы, а на утро снимал и его зрение повышалось до единицы. Вот только однажды он не помыл эти линзы, надел грязные и на утро проснулся с такими же воплями, — на полном энтузиазме рассказывала девушка.       — Я не вопил, — перебил парень.       — Вопил, вопил. Ещё как вопил, — пошутила сестра.       — Тц.       — В общем, нужны увлажняющие капли для глаз, иначе в следущий раз будет хуже, — сказала девушка, протирая ресницы и кожу вокруг глаз старшего.       — Я понял, — ответил Капитан. — Сегодня на вылазку три человека.       — Так точно.       — Открывай глаза, — сказала Дженни. Старший выполнил указание, а сестра заботливо убрала остатки грязи. — Вот и всё! — улыбнулась девушка.       — Спасибо большое.       — Не за что.       — Черт. Больно-то как       — Да, — подтвердила свою просьбу Дженни, посмотрев в глаза Классику. — Капли нужны в обязательном порядке, хотя бы их. Все сосуды восполились.       — Хорошо, — ответил Шрам.

***

      После этого было решено, что Классик будет сидеть в комнате, не выходя из неё без надобности. Завтрак, обед и ужин приносила ему Дженни. За это время были и веселые, и грустные и страшные моменты.       Грустно было от того, что состояние Пустыни ухудшалось с каждым днём. Разумеется, он отмахивался, говорил, что с ним все хорошо, но другие прекрасно понимали, что ему плохо. Шизо каждую ночь слышал, как Классик мучается и плачет от резких болей в сердце, как он каждый раз задыхается от кашля и как он еле доходит до ванной. Организм Шизо оказался более устойчивым, что удивило и порадовало одновременно. Но Шрам боялся, что это всего лишь затишье перед бурей.       Каждый раз, когда Классик думал о смерти, что было видно по его лицу, его подбадривали. Один момент очень ярко отпечатался в его памяти. Это было вечером после вылазки. Пустыня очень хотел спуститься вниз ко всем. Не смотря на то, что его часто посещают, ему становится грустно от того, что он стал обузой для команды. Поэтому по возможности он старался спускаться ко всем, но было это всего два раза.       Самой страшной вестью был доклад Шрама, Алекса и Бойца после вылазки. Однако и доклад не прошёл без происшествий.

***

На вылазке

      Шрам спешит и толком не читает названия препаратов, чуть ли не берёт все с подряд. Алекс и Боец помогают набрать провизии, ведь совсем скоро они вернут домой Эля и спасут новенького, поэтому нужно хорошо запастись.       — Боец, Перец, вы как? — позвал Капитан младших через наушник.       — Всё хорошо.       — Уже заканчиваем складывать.       — Хорошо. Сейчас п…       Но парень не успел договорить. Послышался звук больше похожий на взрыв в одной из части BOBSOC, а потом сирена. Началось землетрясение. От неожиданности и сильной тряски парень сел на пол. Чтобы защититься, он залез под ближайший стол. Стеклянные баночки с разными сиропами и растворами упали, разбившись вдребезги.       Подобное произошло с Бойцом и Алексом. Они тоже не смогли устоять. Коробки, стоявшие друг на друге, начали падать и чуть не придавили Алекса.       — Вниз на улицу! Быстро! — кричал Шрама, чтобы его услышали.       — Это был взрыв?! — в ответ кричал Боец.       — Возможно! Сейчас все внимание на другую сторону, так что мы сможем сбежать. Скорее вниз!       Парни застегнули сумки и поспешили на улицу. Как и ожидалось, на пути никто не встретился, поэтому группа выбралась без происшествий. Оказавшись снаружи, они увидели клубы пыли и дыма.       — Бежим в лес, — скомандовал Капитан.       Над местом взрыва летали дроны и квадракоптеры. Оказавшись в безопасном месте, ребята смогли разглядеть все, что там происходило. Был виден небольшой огонь.       — Неужели взрыв? — тихо спросил Боец.       — Похоже Диктор окончательно слетел с катушек. Опять что-то строит, — ответил Перец.       — Но что нужно такого построить, чтобы это снесло половину этажа?!       — Похоже, это не этаж, а специальный пристрой, — добавил Шрам. — Наверное, Диктор специально его сделал, чтобы проводить тестирования. Скорее всего он создаёт какое-то оружие.       — Ребята… — сказал Алекс. — А это что… Т-такое… — он указал на то, что было в воздухе. Парни подняли голову и остолбинели.       В воздухе висел какой-то силуэт с огромными то ли крыльями, то ли руками, который махал ими. Потом оно издало громкий вопль, из-за которого пришлось закрыть уши. Нечто хотело улететь, но его опередили дроны и квадрокоптеры. Они начали стрелять в существо. Монстр не мог улететь, так как его окружили сотни дронов. Долго он не продержался и рухнул на разрушеный этаж здания. Снова поднялась пыль, но дроны и квадрокоптеры продолжали обстрел.       — Всё. Уходим! — скомандовал Капитан.       Ребята бежали. На их лицах был ужас. Подобного никто ещё не видел.       — Что это было? — спрашивал Алекс.       — Неужели нам придется сражаться с этим на революции?       — Отставить панику. Сейчас вернëмся на базу и доложим нашим обо всём.       Каждый бежал и старался выбросить из головы увиденное, но подобное вряд ли вылетит из памяти. Хоть само неведомое существо было трудно разглядеть, парни увидели красные штаны на нём. Осознав это каждый сам для себя решил, что не расскажет об этом другим, им было страшно ставить какие-либо теории.

На базе

      Все сидели в зале и ждали ребят. Не смотря на боль Классик спустился вниз, а Шизо вместе с ним. Тренировка закончилась. Дженни заканчивала готовить, ребята разговаривали, шутили. Даже Хельсинг охотно разговаривал со всеми, один только Флэш сидел в сторонке.       В дверь постучались. Хельсинг услышал кодовое слово и открыл дверь. Алекс и Боец аккуратно сняли сумки и поставили перед диваном. Парень забрал рюкзак у Шрама, который решил по-быстрому сделать обход вокруг базы.       — Вы столько всего набрали, — отозвался Шизо.       — Как все прошло? — спросил Классик.       — Все плохо, — сказал вошедший Шрам, который закрывал дверь. Все молчали.       — А что… — хотел спросить Классик, но парня прервал звук разбившейся кружки, Капитан даже остановился на пол пути к дивану. Все посмотрели в сторону кухни.       — Дже-е-еймс!!! — громко прорычала девушка. — Черт возьми-и-и! Господи, да как та-а-к! Это была моя кружка!       В эту же секунду вылетел Агент, а за ним разьяренная сестра с половником в руке. Они бегали вокруг дивана. Шрам ни как не мог отойти, потому что младшие быстро оббегали его то справой, то слевой стороны. Девятая бегала со словами «верни мою кружку», остальных позабавила эта ситуация.       — Дженни, давай! — подбадривал Классик.       — Догони его! — присоедиился Боец, чтобы развеять приевшиеся после вылазки мысли.       — А кто за меня болеет?! — нервно спрашивал Джеймс.       — Дáмам нужно уступать, мой дорогой братец, — съязвил Алекс.       — Да я его и без уступок поймаю и отправлю искать мне новую кружку! — возмутилась девушка.       Боец даже вспомнил, как на самой первой тренировке Джеймс и Дженни подрались по-настоящему, а сейчас общаются и бегают, словно этого все не было никогда. Но девушка уже устала бегать. Она резко остановилась и кинула поворешку со словами: «Почувствуй боль дамского сердца!» Вот только попала она не в Джеймса, а в Шрама, которого они только что оббегали, словно какое-то препятствие. Половник прилетел прямо Капитану в лицо. Шрам действительно ощутитил боль дамского сердца. В этот момент перед лицом Дженни пролетела вся жизнь. Все замолчали. Капитан стоял с опущенной головой и правой рукой прикрывал лицо.       — Это и есть вся боль дамского сердца? — спросил Командир.— Больно…       — Здоровья тебе, Дженни, — прошептал Перец, с нетерпением ожидая реакции старшего.       — П-прос… — хотела извиниться девушка, но послышался смешок Шрама. Ему стало резко стыдно, и он отвернулся, после чего тихо рассмеялся.       Да, когда брат с сестрой начали бегать на его лице была еле заметная улыбка. Он радовался не только тому, что младшие стали быстрее бегать и ориентироваться во время погони, но и просто потому, что в команде сложились хорошие и теплые отношения.       «Это ж надо: увернуться от пули, но не от поворëшки. Черт. Больно, конечно, но они на самом деле, как дети малые. Но мне даже нравится.»       Именно от этой ситуации и этих мыслей Шрам еле сдерживал смех. Он все так же закрывал лицо рукой, стесняясь посмотреть на команду. Перец не стал церемониться, встал с места и открыл лицо Командира, который был уже весь красным. Тут он не здержался и ещё раз посмеялся, но уже чуть громче, всё так же пряча лицо. Такое событие было впервые и не могло не поразить младших.       — Братья и сестра, мы наконец-то, увидели радость на лице командира! Троекратное «ура»! — продолжал Перец.       — Ура! Ура! Ура!       «Вы издеваетесь. Я ж его чуть не убила, а он… Смеётся?!» — думала девушка, но потом сделала полный ужаса вдох с характерным писком. «Я ему мозг сломала. Он точно с ума сошел, вот и смеётся».       Дженни стояла вся красная от стыда. Она решилась подбежать к Шраму.       — Прошу простить меня! Я не специально! Извините!       — Ничего, — успокаивая смех ответил Капитан, вытирая слезинки, и погладил Дженни по голове. — Я еще никогда так не смеялся. Спасибо, — сказал парень и стыдливо отвел взгляд.       — Д-давайте все сядем за стол! — нервно сказала девушка, все еще смущаясь от его жеста.       Эта ситуация так всех развеселила и завела, что ребята забыли про то неведомое существо в BOBSOC. Шрам рассказал о нём только после обеда. Вся команда сидела в том же зале. После рассказа многие сначало не поверили, но поняли, что это все суровая реальность. Даже Флэш удивился подобному. Он и не думал, что Диктора могут интересовать какие-то другие эксперименты и опыты кроме клонов.

***

      Подготовка к самой сложной мисси по спасению сразу двух клонов шла полным ходом. К концу дня все были измотаны полностью. Дженни пришлось немного труднее, так как нужно было готовить ужин. Команда устала на столько, что, как только сели за стол, съели все за 5 минут. Уж очень хотелось полежать. Флеш кое-как держал ложку. С непривычки от таких тренировок его руки тряслись, поэтому его ложка постоянно издавала громкий звон, прикасаясь к тарелке. Ужин прошёл в тихо, без разговоров. Через некоторое время, после водных процедур, команда разбрелась по комнатам. Но кто-то находил ещё каплю сил и выходил, чтобы спросить о чем-то Капитана.       Дженни зашла в свою комнату и села на кровать, не снимая ремень с клинком. Она пододвинула ноги поближе и наклонилась, чтобы снять туфли.       «А-ах… Блаженство-о-о…»— мысленно порадовалась девушка, но задумалась и осталась в таком же положении. — «Чем жëстче тренировки, тем сложнее моим ножкам выдержать мой вес на каблуках. Может попросить Капитана сделать или найти мне более удобную обувь? Нет, наверное, это будет некрасиво и эгоистично с моей стороны. Придется долго терпеть.» — немного загрустила Девятая, но быстро улыбнулась. — «Но зато это будет боль во благо моего будущего, да и будущего других в команде!»       –Дженни, — неожиданно постучался Флэш и приоткрыл дверцу, чтобы его было слышно. — Могу я войти?       Сейчас Дженни никого не ждала и не желала видеть. «Боже, дай мне сил…»— раздражëнно подумала девушка. Туфли обратно надевать не стала. Она встала и разрешила Флешу войти. Девятая вспомнила о предостережении, которое дал парень — сторониться Диктора — и от этого ей стало не по себе, ведь сейчас она одна в комнате с предателем. От этой мысли Дженни положила левую руку на рукоять меча.       Увидев Одиннадцатого девушка поняла на сколько ей было неприятно видеть его. Это не было чувство презрения или ненависти. Было это по тому, что Дженни не может представить сколько клонов погибло на самом деле из-за трусости Флеша, да и Шизо с Классиком, хоть в плохом состоянии, но живы. Скорее это была раздражëнность на фоне усталости.       Разумеется, ей было грустно от того, что Флеш отравил людей, которые за это время стали ещё роднее ей. Она была обижена на парня, потому что многие из-за него пострадали и не известно сколько еще пострадает. Но всë же, как девушке любящей детей и животных, ей было жалко его, и ей хотелось хоть как-то поддержать Флеша, ведь видела в нём запуганного ребенка. Но вспоминая его поступки, Дженни отбрасывала эту идею.       — Я хочу извиниться перед тобой, — с надеждой начал он, встав посредине комнаты.       — Не надо, — отрезала девушка, повернув голову в другую сторону с закрытыми глазами и подняв правую руку. — Передо мной не нужно извиняться.       — Я понимаю. Я только что попросил прощение у Классика и Шизо. Они простили, — снова с надеждой сказал он.       — Не удивлена… — раздраженно прошептала девушка. — Но я не прощу тебя, хоть мне и хочется сделать это. Грустно от того, что у тебя такая участь. Врагу такого не пожелаешь, наверно. Надеюсь тебя не пытали.       — Нет. Я лишь чинил технику и следовал приказам Диктора.       — Ясно… — сказала девушка.       Она ненадолго замолчала, но решила сказать ещё хоть что-то, потому что на неё давила эта неловкая тишина, да и Флеш стоял как маленький провинившийся ребенок и не уходил. Но за это время она точно решила, как дальше будет относиться к Одиннадцатому. Язык так и чесался высказать все, что наболело, но воспитание (спасибо бабушке) не позволяло.       — Да, — успокоившись подтвердила свои мысли Дженни. — Я не прощу тебя… В скором времени я могу потерять родных мне людей… Что ж уже поздно, пойду, проверю Пустыню и Шизо. И тебе стоит идти. Тяжко после тренировок делать что-нибудь.       — Но ты же без обуви, — заметил парень (и заметил, что из-за отсутствия обуви Девятая маленькая по росту).       — Ничего страшного. Босиком полезно ходить, — придумала отговорку девушка, лишь бы скрыть легкий стыд, и направилась к дверце, обойдя Флеша. Однако левая рука все так де лежала на рукояти меча.       — Дженни, — в последний момент обратился Флэш, и девушка немного повернулась к нему.       — М?       — Я понимаю, что поступил эгоистично, подло и отвратительно. Я знаю, что не достоин жизни после этого, но мне нужно сказать тебе кое-что, потому что это неизменно и уже давно. Ты… — затормозил от волнения парень. — Ты мне нравишься! — громко, чуть не крикнул, и зажмурившись сказал Флеш на всю комнату. — Я хочу защищать тебя лично, в качестве извинения за то, что я подверг опасности всю команду.       От такого заявления у Дженни округлились глаза, сердце бешено забилось и резко приступила кровь к щекам. Она отвернулась и сжала рукоять катаны со всей силы, которую она не отпускала весь разговор. Дженни не знала что сказать, ведь это первый раз, когда ей кто-то признался в любви. Ей было некомфортно, жарко и неловко, что даже немного сжалась. Хотелось убежать от этого стыда.       — Прости, — наконец выдавила из себя девушка выарямившись. — Но я не могу ответить тебе взаимностью. Я не испытываю к тебе никаких чувств… Защищать меня или нет — это уже твоë дело. Но это будет эгоистично с твоей стороны по отношению к другим.       — Я… — вздохнул парень. — Я понимаю. Но прошу: будь осторожна. Диктор куда страшнее.       — Хорошо, — слегка улыбнулась сама себе. — Завтра вы пойдëте спасать Эля, поэтому нужно хорошо выспаться. Пойду проверю Шизо и Классика, — сказала она и поскорее направилась к дверце. Дженни услышала вдох, будто Флеш хотел что-то сказать.       — Да, да, я пойду босой, — снова, но уже искренне улыбнулась девушка.       — Стой. Я провожу тебя.       — Не стоит, — уже не скрывала своего смущения она.

***

На следующее утро.

      Все поднялись в хорошем настроении, ведь уже сегодня они смогут встретиться с Элем. Шраму даже не пришлось кричать в каждой комнате «подъем», все встали сами. Каждый был настроен на бой, в котором они вернут брата. Кто-то пытался казаться серьезным, но радость от понимания скорой встречи не давала покоя. Все суетились, проверяли оружие и морально готовились. Этим утром Дженни с большей заботой и любовью накрыла стол. Она делала это всегда, потому что действительно любит своих названых братьев, но сегодня она сама была на «веселых» нервах.       Завтрак прошёл необычно быстро. Шрам был в хорошем настроении, ведь разрешил спуститься Шизо и Классику ко всем за стол. Да, из-за повышенной чувствительности глаз он ел в комнате, где свет был выключен, а на окне висели шторки, которые сшила Дженни. Шизо не мог оставить его в одиночестве, поэтому всегда был с ним рядом. Шрам выключил везде свет и задвинул шторки на кухне. Пустыня хоть и не подавал виду, но он с трудом шëл. Его посадили спиной к окну, чтобы не беспокоить глаза. Шизо хоть и испробовал яда, но у него было всего три приступа сильного кашля, в то время как у Пустыни они были два или три раза в день. С каждым днем приступы становились всё жестче до тех пор, пока он не начал кашлить кровью и гноем.       — Всем приятного аппетита! — сказала девушка с легким поклоном и села за стол.       — Спасибо!       — Тебе то же, — сказал Классик.       — Спасибо, — улыбнулась младшая.       Ребята ели бодро и с их лиц не сходила радость, которую они пытались спрятать за серьёзностью, кроме Шрама (большую часть своей жизни он не поддается чувствам и мало показывает какие-либо эмоции).       — Ребята, — вдруг начал Классик. Все подняли головы. — Я хочу кое-что сказать вам… На всякий случай… — неуверенно добавил он, от таких слов все насторожились, но вида не подали. — Будьте аккуратными. И верните Эля домой. И приведите в команду нового клона… Да, не умею я на публику выступать, — стыдливо прошептал парень, но Боец, сидевший рядом, поддержал его своим добрым взглядом.       После завтрака начались финальные сборы. Сборы так же имели свой план работы. Для начала вся команда подготовила оружие, исключений не было. Затем собрали три рюкзака. В них были вода для пострадавших, аптечка и по два пистолета. В последние дни Шрам почти не выходил из своей комнаты. Ему хотелось обеспечить максимальную безопасность для младших. И теперь оставалось десять минут до выхода.