Вот такие скелеты в шкафу есть

      Наверное это плохо… грустно… и больно, когда ты бросаешь своих друзей. Особенно настоящих друзей. Которые тебя поддерживали, защищали… И сейчас стоя в аэропорту эта компания провожала их друга, одноклассника, партнёра по команде. До этого они специально пришли как можно раньше, чтобы провести остаток последних двух часов и вспомнить «былые времена». Парни много болтали, веселились, гуляли… Алан вспомнил тот момент в своей жизни, когда он нашел настоящих друзей. Это был тот самый переломный момент. Он начал смотреть на мир по другому. Он заметил, что когда хотел поболтать с тогдашней командой по хоккею, те были очень насторожены. Тогда Алан вел себя очень плохо по отношению к другим. Но он хотел это исправить. Он хотел стать лучше. Он ушел из той компании, что была в школе и стал засиживаться в библиотеке. На тот момент прошло два месяца и американец уже было отчаялся найти себе друзей, как однажды придя в библиотеку, а она была довольно маленькой, парень не нашел свободного места, чтобы сесть одному. Пришлось подойти к одной кучке людей, что сидела за большим столом. Это были его одноклассники. Компания состояла из трёх человек. Раньше он часто с теми «друзьями» их доставал. Он вместе с ними считал их какими-то странными. Он думал, что те его отправят куда подальше или просто проигнорируют. Алан глубоко вздохнул собираясь с силами и подошел к ним с книжкой в руках. — Ребят… можно к вам присоединиться? Те оторвали головы от своих книжек и посмотрели, на того кто их побеспокоил. По их взглядам, парень сразу понял, что они против. Они так играли в гляделки довольно долго, пока Алан не решил уйти и почитать в другом месте, но его остановили: — Конечно можно! Присаживайся. — сказал один из парней и подвинулся чтобы Алан мог сесть. Проговорив «Спасибо», Ал сел и начал читать с теплотой внутри, с еле заметной улыбкой. Потом все чаще Алан встречался с этой компанией. И как-то начали потихоньку общаться. Сначала о любимых книгах, авторов или о программе этой школы. Потихоньку ребята стали общаться вне библиотеки, стали больше открываться друг другу и как оказалось, у них было на самом деле много общего. Потом Алан как-то извинился за то свое поведение, как он раньше доставал их и о том, что жалеет что вел себя так. Ведь те парни были намного лучше тех идиотов. А те в свою очередь ответили, что давно простили его, ведь они друзья. Ал не ожидал таких слов… Они правда его друзья…? Не уж то они у него и вправду есть…? В тот момент он был самым счастливым человеком, если не на всём свете, то хотя бы в стране или даже просто в штате. Потом ещё как-то русоволосый подсадил их на хоккей. Те довольно долго расспрашивали Алана о том чем он занимается. Как играть в хоккей? Какие там правила? В той команде после встречи с новенькими стали узнавать об Алане много нового и вскоре все стало намного лучше. И потом парни стали больше чем друзьями, они стали братьями. Они помогали друг другу, веселились вместе, шутили, смеялись. Он чувствовал себя счастливым. Ведь рядом были те, кому он мог доверять больше чем семье. И сейчас эта тройка прощалась с их братом. С Джоном. С тем кто и предложил Алану к ним присоединиться тогда. У Джона была очень строгая консервативная семья, он должен был быть серьезным, хорошо учиться чтобы потом перенять их семейный бизнес. Пареньку почти ничего не разрешали и растили они его очень строго. Но на удивление он остался весельчаком и только со своими братьями он мог быть собой. Мог делать все что захочет вместе с ними. Но сейчас они прощаются. Возможно они никогда больше не встретятся. Хотелось побольше растенуть этот ужасный и больной момент. Но время не остается на одном месте. И вот прозвучало оповещение, что идёт посадка на тот самый злосчастный самолет, который вот-вот улетит вместе с их другом. Джон прощался с друзьями, с братьями, пока его родители ждали его. — Что ж, брат. Мы будем скучать. — проговорил Сэм положив руку на плечо друга. — Я тоже буду по вам скучать. По всем вам. — оглядел тот своих братьев. — Я предлагаю, поддерживать связь. Может мы когда-нибудь всё-таки встретимся. — предложил Мак. — Да, я тоже об этом думал. Как же хочется поскорее вырасти и жить независимо от родителей. — грустно произнес тот. — Джон! Где ты ходишь?! Мы так на самолёт не попадем! — послышалось откуда-то сзади парня. Это был его отец. — Тебе пора… — печально сказал русоволосый. — Джон я хотел тебе сказать… Спасибо, что принял тогда мою компанию в библиотеке. Тогда для меня это было очень важно. — Ал, не стоит. Я тогда давно видел, что ты изменился и стал совершенно другим. Словно переродился из пепла прям как феникс. После всех этих слов ребята обнялись на последок очень крепко. После ещё одного крика его отца, парень развернулся и ушел. Его братья провожали его до самого конца. От того как тот ушел из их поля зрения и до того как самолёт с их другом оторвался от земли и полетел в тот другой штат. Было больно. Словно у тебя отобрали часть тебя же. Они ещё долго так стояли… провожая его. После всего этого они пошли в ближайшее кафе или даже Макдональдс. Тройка просто была опустошена. Им не хватало того заводного парня, что несмотря на запреты родителей, стал самым лучшим человеком, с котором они все только виделись и общались. И не просто человеком, но и другом… Мало таких людей существует. И парни это понимали. Они очень дорожили своей дружбой. Позже парни ещё сильнее сплотились. Они все вместе звонили другу и болтали все вместе. Тому было приятно, что друзья не забывают о нем, а парни всегда поддерживали его говоря, что тот сильный и он справиться, что тот самый лучший человек, которого они только встречали. Алан также и не отделался от разговора с его русской подругой. Та тоже поддерживала его и его друзей. Она говорила, что если ты очень дорожишь теми людьми, то вы вскоре снова с ними встретишься. Главное не забывать о них и хранить самые теплые о них воспоминания.

***

Однажды Алан прогуливался по городу. Он не смотрел куда идет, ноги сами его несут куда-то. И тут он оказывается на одной из площади. Парень просто так прогуливался там и ни на что не обращал внимание. Почти ни на что. Он проходил мимо одной кучки людей, что столпились около чего-то. Алану стало любопытно и он подошёл к ним. В середине этого круга была девушка, что рисовала баллончиками. Уличная художница. Он вспомнил как он проезжал мимо этой площади и увидел как она рисовала. На девушке все также была потрепанная одежда, в каких-то ее местах была краска. Также неподалеку от нее были уже законченные ее картины. На них были ценники. Каждая ее картина была не похоже на другую. Они были самыми разными. Где-то был космос, где-то океан, где-то лес. Хоть они все и были и разными, но их соединял автор, что рисует их с помощью краски из баллончиков. Она водила баллончиками иногда настолько быстро, что казалось, что она вообще не думает, что делает. Все было на автомате. Перед ней ещё была похоже кепка куда люди могли складывать деньги. Все скидывали максимум по пять долларов, но иногда и были те что бросали туда и пятнадцать или двадцать. А по ценникам картины продавались по пятьдесят долларов. Некоторые их покупали. А другие снимали как она рисует. Смотря на ее завораживающие движения, Алан просто не мог сдвинуться с места. С каждым движением эти пятна переходили в просто воистину великолепные изображения. Он стоял и смотрел как она работает очень долго и в какой-то момент он понял, что пора возвращаться домой. Уже так круто стемнело. И все сборище походило по домам. Но он не собирался уходить отсюда просто так. Когда она уже собирала свои вещи и уже потянулась к той кепке, американец положил в кепку сто баксов. Удивлению девушки тогда не было предела. Она забрала деньги и посмотрела на подлинность этих ста баксов. Они были настоящие. Девушка подняла голову и осмотрелась чтобы найти того кто оставил эти несчастные бумажки. Но увидела только единственную удаляющуюся фигуру какого-то парня. Она быстро собрала свои вещи и убежала к себе домой.

***

Ал возвращался с тренировки. Его дядя опять уехал в Канаду, как он сказал по делам и снова на его замену встал его коллега. Чтоб этот человек задохнулся на своих же тренировках! Ну вот реально. Они там не играют, не придумывают свои замысловатые тактики, а только бегают туда сюда на коньках. Даже клюшки не держали и шайбу не вели! Надо будет рассказать дяде об этом. Потому что его «коллега» просто издевается над ним и его командой. Ему надоело слушать возмущения его команды в раздевалке и самому там пыхтеть. Они словно не хоккеем занимаются, а фигурным катанием, ведь однажды этот тренер просто взял и заставил их растягивать и садится на шпагат прямо на льду. Поэтому он сегодня, как настоящий капитан высказал недовольство всей команды. Его друзья по команде поддержали своего капитана. На что «заместитель тренера» отвёл парня в сторону и сказал, что ему похер на них и их мнения, ему не за это платят чтобы выслушивать их. И на тренировке «тренер» их просто «убил». Сейчас Алан понимал, что надо рассказать об этом дяде, ведь это не может так долго продолжаться. Я на понимаю, что тренировки у них были каждый день кроме выходных, а эти пытки уже длились две недели. Тут американец слышит как что-то упало на асфальт. Стоит ли говорить, что он шел самой длинной дорогой домой через площадь? Он осмотрелся и увидел все ту же уличную художницу. Он ее иногда видел когда случайно проходил мимо этого места. У девушки были небольшие проблемы. Все ее баллончики и холсты с картинами были на не очень чистом асфальте. Был уже вечер, было темно, она наверное уже собиралась домой. И никто не подошёл и не помог ей. Им до нее было до лампочки и вообще фиолетово. Так что Алан подошёл к ней. — Позволь помочь. — сел он перед ее вещами на корточки и стал собирать их. Девушка как обычно удивилась, но ничего не сказала, а просто продолжила собирать свои вещи. Наконец собрав их, они оба встали. Парень протянул ей несколько ее баллончиков и картин, а она протянув руки к ним, посмотрела на незнакомца. Они просто застыли. Алан увидел перед собой милое лицо этой художницы. Ему показалось, что похоже она была его возраста. Глаза у нее были разного цвета. Правый — светло-голубой, а левый — светло-жёлтый или зелёный, не очень понятно. А на щеках и немного на носу были небольшие веснушки. — Эм… Что ж, держи, это ведь твое. — сказал американец отдавая ей ее баллончики. Она взяла и посмотрела на них сказав: — Спасибо. — потом развернулась и пошла. Алан немного постоял и тоже развернулся и ушел. А девушка просматривая свои картины на грязь, заметила в одной из них бумажку ста баксов. Снова. — … Ну у меня такие новости. Кио говорит, что я уже очень скоро смогу заговорить по японски без проблем. — вдохновлено рассказала девушка своему другу. Но посмотрев на него она поняла, что тот похоже даже и не слушал ее. Алан просто сидел облокотившись о правую руку и смотрел куда-то в сторону. — Алан ты меня вообще слушаешь?! — А. Что? — повернулся он к экрану. — Прости, ты что-то сказала? — Ну да. Я тебе рассказала, что у меня за последние две недели случилось. А то мы стали немного реже болтать. — Прости, просто я… У меня были небольшие проблемы и вот я о них и задумался. — Какие именно проблемы? Что у тебя уже случилось? Ты опять с мамой поссорился? — Что? Нет. Просто. Вот в эти последние две недели. Дядя опять уехал и оставил нашу команду на попечении какого-то нового тренера. И это какой-то был кошмар. — закрыл он лицо руками. — Думаю ещё раз хоть как-то поставить его на место. — Мне кажется, что тебе надо позвонить своему дяде и все ему рассказать. — Да… Надо бы… — У тебя ведь ещё что-то случилось? Вот же ж. Спустя почти два месяца знает теперь его в доль и поперек. И как ей об этом сказать? — Мы же ведь просто друзья? — спросил он внимательно посмотрев на собеседницу. — Ну да… Ведь у меня есть тот о котором я даже и не догадывалась. — сказал она немного порозовев. — О, так ты ещё и стеснительная. А Вася мне так и не рассказал как там у вас все было. Ладно-ладно успокойся. Я молчу. — усмехнулся он, но увидев ее убийственный взгляд, сразу успокоился. Как Матрена сама говорила, этот взгляд достался ей от отца. — Так что же у тебя случилось? — с интересом и огоньком в глазах спросила русская. — Так. Ну… Я как-то проходил мимо одного места. И встретился там с уличным художником. Ладно художницей. Мне было немного обидно из-за того, что люди кидали ей по пять или максимум пятнадцать долларов. За свои работы она продавала за пятьдесят и не больше. А они реально красивые. Я тебе потом их покажу. Ты представь: офигенный космос или не знаю, морские волны, нарисованные с помощью красками из баллончиков. Я серьезно остался там до самого вечера и пришлось уходить только из-за того, что она сама уже собиралась уходить, но перед этим я оставил ей сто баксов. Я всегда беру их на всякий случай. И я просто взял их и отдал ей. Так потом я опять с ней встретился. У нее вещи упали на асфальт и всем было на нее плевать. А я… просто подошел и помог ей. Я не знаю зачем я это сделал. Просто взял и сделал. — рассказал парень подруге. А та немного задумалась. — Ты мне как-то говорил, что хотел быть немного похожим на Джона. Помогать людям и все такое. Может ты просто хотел помочь той художнице? — Не знаю… — пожал он плечами и посмотрел в сторону. — Может быть ты и права. А ты случайно на психолога не хочешь пойти? У тебя отлично это все получается. — повернулся он к ней обратно. — Хм… Да нет. Мне и так нормально. Хотя… Я всё-таки подумаю над этим. Ал немного призадумался перед тем как ответить. Он пытался понять смысл и ответить ей. — Ну понятно. — как-то произнес он. — А ты молодец. Уже намного лучше. — усмехнулась россиянка. На что американец ответил: — Ну, до тебя мне ещё далеко.

***

Моросил дождь. Небо было затянуто тучами. А на улице было сыро и немного холодно. Конец февраля чего ещё можно было ожидать? А Алан прогуливался после школы по набережной. Он прогуливался после школы, натянув капюшон и вставив наушники в уши. Он смотрел вниз, себе под ноги думая о утренней перепалки. Что ж… зато он теперь понял, что его мама умеет лучше всего делать. Что можно было от нее ожидать? Только… — О Господи. Простите, извините. Я вас не заметила… Он кого-то не заметил и с кем-то столкнулся. Среди своей музыки он услышал чей-то голос. Парень снял наушники и посмотрел, на того человека. И какого же было его удивление, увидеть перед собой те разноцветные глаза с милыми веснушками. Только с ними было, что-то не так. — Простите ещё раз. Я пойду. — голос ее немного дрожал и она поспешила удалиться. Но Алан ее остановил схватив за руку. — Постой. С тобой что-то случилось? — на него посмотрели те глаза и он увидел в них страх, боль, обиду. Они были красными. Красными от слез. — Нет. Со мной все нормально… — она снова попыталась уйти, но… — А мне кажется, что это не так. — посмотрел он ей прямо в глаза. Не знаю как он смог это сделать, но он ее уговорил пойти с ним в ближайшее кафе или что-то типа этого. Как оказалось ближе всего в к ним оказался в Макдональдс. Алан и повел ее туда. Зайдя в помещение, в нос сразу ударил запах еды. По лицу девушки, он понял, что та похоже голодна. Оставив ее на одном из дальнем столике, он пошел заказывать. Дождаться еду для него было тогда сложно. Народу было немало, а интерес почему та художница плакала, все не угасал. Он все посматривал на нее иногда, проверяя, не ушла ли она. Она все сидела на месте, уставившись в одну точку. Он подошёл к ней с подносом еды и сел передней. Та среагировала и немного села поудобнее. — Я не знал есть ли у тебя пищевая аллергия, так что… Надеюсь все будет хорошо. — Спасибо. Нет у меня нет никакой аллергии, все хорошо. — успокоила его та опустив голову. Как оказалось с собой у нее был только рюкзак. Алан только сейчас это заметил. Что же с ней случилось? — А почему ты не ешь? — просила девушка с разноцветными глазами. — Это я не для себя купил. Девушка удивилась. Никогда такого у нее не было. — А… Спасибо. — поблагодарила она и начала трапезу. Честно говоря, Алан никогда не видел как ел человек с таким аппетитом. — Спасибо ещё раз. Мне никто раньше ничего такого не делал. — вытерла она рот салфеткой. — Мне не сложно. Так что с тобой случилось? По твоим глазам я так понял ты плакала. — попал прямо в яблочко. — Ты мне конечно можешь ничего не рассказывать. Я бы и сам ничего не рассказывал первому попавшемуся человеку. И… Я просто хочу помочь. Она немного посидела и сказала. — Меня зовут Наоми. — Наоми? — переспросил он. Наоми тихо сказала. — Да. Я занимаюсь искусством. Умею рисовать как другие говорят, просто потрясающие картины с помощью краски из баллончиков. — Да, я как-то видел, как ты рисовала. Это просто шедевр. Хмыкнув она произнесла: — Спасибо. — Что ж Нао, я могу тебя так называть? У тебя есть какие-то проблемы? — Ну… Моя тетя просто меня ненавидит. — Погоди, это вообще как? — Ну понимаешь. Я наполовину мексиканка, на другую американка. Всю жизнь я жила в Мексике. Вот только родители погибли в авиакатастрофе, когда мне было двенадцать. — А сейчас тебе сколько? — Пятнадцать. — А, ясно. Продолжай. — У нас была какая-то странная родня. Почему-то все ненавидели мою семью. А когда родителей не стало, то забрала меня к себе тетя, мамина сестра. Она здесь, в США живёт. — Ага. А что дальше было? — Она говорила, что любит меня, но спустя год у нее начались проблемы. И она начала винить во всем меня. — на ее глаза стали наворачиваться слезы. Ал подсел к ней и обнял. Он видел, что Наоми, нужна поддержка. Он ее успокаивал, говоря утешающие слова поддержки. Алан хоть и не знал, какого это ей сейчас, но он мог это представить. Ему тоже было бы больно. Постепенно девушка начала успокаиваться. Так как легко и эффективно действуют объятья. — Спасибо тебе большое. — отстранилась от него та. — Мне… Ещё что-то подобное после смерти родителей, никто не делал. — Ничего я тебя немного понимаю. У меня самого проблема с одним из родственников. — И кто это? Он немного помолчал прежде чем ответить. — Мама. Так они немного и посидели в тишине. — Слушай, ты мое имя знаешь, а я твоего нет. Как тебя зовут? — Алан. — улыбнулся американец. Та в ответ. — И мне тоже пятнадцать. — Приятно познакомиться, Алан. Слушай, а это не ты случайно, кто мне иногда подкидывает сто баксов? — Может быть и я. — пожал тот плечами. — Так это был ты! — стукнула она кулаком по его плечу. Как он заметил, на ее руках были черные перчатки без пальцев. Он видел у нее такие на руках иногда. Да и похоже, ей нравится черный цвет. После оба разговорились. Каждый немного рассказал о себе. И как оказалось Наоми была одной из популярных уличных художников в Мексике. Говорит, что рисование это для нее просто, для самовыражения, но и подзаработать на этом можно. Просто ее тетя ничего ней не давала. Только крышу над головой. Приходится прикармливать себя самой. Если краска заканчивается, то приходится экономить деньги, чтобы купить новую и немного на еду. Одежду старается беречь, если появляются дырки, сама ее штопает. А кто ещё это сделает кроме нее самой? Алан тоже рассказал немного о себе. Ребята подружились и решили встретиться ещё раз в одном из парке. Оба с легкостью смогут до туда добраться. Выйдя на улицу, Наоми произнесла: — Алан, я даже и не знаю, что сказать. Как мне тебя отблагодарить? О, и ещё же надо деньги вернуть за обед. Сколько он стоил? Я верну их как только смогу. — Нао, мне от тебя ничего не надо. — остановил он ее болтовню. — Я просто хотел тебе помочь. И лучше возьми их. — он протянул ещё сто долларов. — Они тебе нужнее.