i trust you

Эрен избегал его. Поначалу, Леви не особо задумывался об этом. Приближались недельные каникулы, и занятия по зельеварению закончились, поэтому в том, что они стали реже видеться, не было ничего необычного. Но на четвёртый день каникул он начал это осознавать. Эрен бы точно навестил его за это время, скорее всего даже не один раз, или столкнулся с ним на заросшем травой холме с видом на окрестности школы. Однако, по-прежнему, не было ни следа Эрена. Их контакт ограничивался единственным взглядом, которым он однажды обменялся с ним в коридоре, но тот исчез из виду спустя секунду. На пятый день Леви был преисполнен уверенности. Он намеренно поймал взгляд Эрена, но как только он начал пробираться сквозь толпу, чтобы поговорить с ним, Эрен резко развернулся, утягивая своих друзей в боковой коридор подальше от Леви. Именно в тот момент он понял, что всё это было заранее спланировано. Почему же ему тогда было так больно? Петра решила помочь с едой, которую раньше доставал для него Эрен, но в какой-то момент Леви отмахнулся от девушки и зашёл за ней сам. Несмотря на благие намерения Петры, всё в этой ситуации казалось неправильным без Эрена. Имир начала посмеиваться над его нервозностью, но быстро прекратила, когда поняла, что с каждым днём всё становилось только хуже. Ему захотелось вдруг сделать те вещи, о которых он раньше даже не задумывался. Как будто всё это время он воспринимал Эрена и его компанию, как должное. Он даже не осознавал, как же много он считал самим собой разумеющимся до этого. Поначалу, Леви просто скучал по разговорам с Эреном, но в этом не было ничего странного, потому что всего пара человек могла разговаривать с ним так непринуждённо, как Эрен. Затем ему захотелось коснуться Эрена. Ему не хватало каких-то незначительных вещей, вроде того, как он обычно взъерошивал его волосы, трепал за щёку, поправлял его вечно перекрученную мантию. Леви хватило бы даже, если бы Эрен заснул у него на плече, как обычно на перерывах. А затем он понял, что хочет поцеловать гриффиндорца. В последнюю ночь каникул Леви подскочил в кровати, как только это осознание накрыло его с головой. Он хотел поцеловать Эрена. Блять, он очень, очень сильно хотел поцеловать Эрена. Ему потребовалась минута, чтобы перевести дыхание и собрать в кучу все свои мысли, после чего он лёг обратно и пролежал так до рассвета, уперевшись пустым взглядом в полог. Он так и не сумел сомкнуть глаз. Окончание каникул ознаменовалось первым в новом семестре занятием по зельеварению, которое Эрен пропустил, подцепив простуду. Леви в тот день варил зелье в абсолютной и болезненной тишине. Ему казалось, что сердце у него в груди кто-то вдруг взял в руку и крепко сжал, чудом не раздавив. Пережить остаток дня оказалось тяжелее, чем Леви думал. Эрен занимал собой не только мысли Леви, но и сны. Все они начинались безобидно: там были просто они с Эреном, иногда они держались за руки, иногда целовались, а иногда… куда больше. Каждую ночь он просыпался в холодном поту, и уверенность в том, что он сможет перетерпеть, падала с каждым днём. Для Леви это был первый раз, когда он желал кого-то настолько сильно. Тот поцелуй, который Эрен подарил ему ранее, всего лишь короткое касание губ, был одновременно ничем и всем для Леви. Он совершенно завис на том моменте, прокручивая его в голове снова и снова. Ему хотелось продолжения. Он хотел получить ещё один такой поцелуй, затем ещё один, и ещё один, снова и снова, до тех пор, пока им обоим не надоест. Блять, он так глубоко погряз во всём этом. Все надежды, которые возводил у себя в голове Леви перед вторым занятием по зельеварению, были разрушены, как только он вошёл в класс. Эрен пересел к прошлому партнёру Анни, сославшись на то, что хочет помочь ему разобраться с новой рассадкой, и Снейп ему позволил. Он всё ещё заглаживал перед ним вину, очевидно. Их парта была также ближе всех к выходу, так что со звонком Эрен вылетел из класса быстрее, чем Леви даже подумал о том, чтобы подойти к нему. Он ускользнул прямо из-под носа Леви. Это оказалось последним, сокрушительным для него ударом. Однажды утром он проснулся и обнаружил, что всё вокруг него безостановочно вращалось. Спотыкаясь, он прошёл в общую гостиную и остановился напротив трёх одинаковых дверей, хотя ещё вчера там определённо была только одна. Имир тут же остановила его и попыталась заставить вернуться в кровать, но Леви с лёгкостью отмахнулся от неё. Ему не нужны были проблемы ещё и с учёбой. Когда сонливость прошла, ему стало немного полегче, но в голове всё ещё будто бы была каша. Леви пережил первый урок, хотя он едва ли понял хоть слово из лекции. Зельеварение было по расписанию четвёртым. Если он только сможет дотянуть до него… Леви упал в обморок прямо посреди коридора по пути на второй урок. Проснулся он уже в лазарете. Оглядевшись, он наткнулся на окруживших кровать и явно обеспокоенных Эрвина, Ханджи и Петру. — Чёрт, сколько времени? — Третий урок, — ответила Ханджи. Он дёрнулся в надежде поскорее подняться, но был тут же остановлен всей троицей. Петра крепко держала его за плечи, предотвращая попытки вырваться. — Я ещё успею на четвёртый урок! Пустите меня! — Мадам Помфри сказала, что ты попал сюда из-за сильного стресса, — проговорила Петра, снова прижимая его к кровати. — Тебе нужно отдохнуть, Леви. Она не отпустит тебя до завтра. Леви обессиленно откинулся на подушки. Ещё одно занятие по зельеварению пропало. Шанс, пусть и призрачный, увидеть Эрена снова пропал вместе с ним. Он прижал ладони к глазам, ощущая, как оставшиеся силы покидают его, а усталость только умножает чувство безнадёжности. Леви вдруг почувствовал, что начинает ускользать. Всё глубже и глубже, пока не исчезнет навсегда. Подоспевшая мадам Помфри настояла на том, чтобы Леви засыпал, но он отказался. Тогда ей пришлось насильно накачать его лошадиной дозой магического снотворного, и он вскоре отключился. Когда он проснулся ближе к вечеру, солнце уже садилось, окрашивая комнату в оранжевый с тёмными полосками теней. Он потёр всё ещё болевшую голову, пытаясь взбодриться, и только после заметил на прикроватном столике несколько конфет. Он протянул руку и взял знакомую шоколадную лягушку, к которой снизу была прикреплена небольшая записка. Поправляйся скорее! — Петра Леви долго разглядывал упаковку, после чего как можно сильнее зажмурился и подтянул колени к груди. Внезапно он снова почувствовал тяжесть в груди. Возможно, причиной была слабость, или тот факт, что он недавно проснулся, или же сердце, которое вдруг потяжелело в два раза. Однако Леви был твёрдо уверен в двух вещах: во-первых, шоколадные лягушки были его любимой сладостью, а во-вторых, почерк на записке явно не принадлежал Петре. Леви прикрыл глаза, тяжело вздыхая. Под закрытыми веками глаза пекло, и вскоре по его щекам потекли горячие слёзы. Интересно, когда вообще в последний раз он плакал? Он сейчас даже и не вспомнит. — Какого хера, Эрен… — прошептал Леви, рвано усмехнувшись. Он рассыпался на части. Леви превратился в настоящую катастрофу. Пора было положить всему этому конец. И Леви намеревался это сделать.

***

Простонав, Эрен принялся усерднее оттирать грязную доску. Он, конечно, сам виноват в том, что заснул на трансфигурации (настоящее преступление), но заставлять его отмывать каждую доску в классе без использования магии было по-настоящему жестоко, если учесть, что задремал он всего на секунду. Леви отпустили из лазарета пару дней назад. Всё это время Эрен пытался дать ему немного свободы или, другими словами, он попросту избегал слизеринца. Эрен поклялся самому себе, что больше не будет доставать Леви, но когда он услышал о том, что ему стало плохо, то не смог не заскочить в лазарет и оставить немного его любимых сладостей. Он подписался, как Петра, но, на самом деле, даже не надеялся, что сможет этим провести Леви. В любом случае, это было куда лучше, чем писать своё имя, а других вариантов у него и не было. Эрен отложил тряпку и принялся разминать затекшие пальцы. Опять же, жестокое и нетипичное наказание. Он же не сможет потом неделю взять в руки перо из-за этого. Он оглянулся, невзначай замечая стопку своих учебников, которые так и были разложены на парте. Мисс Макгонагалл не позволила ему сложить вещи, сразу же отправив к доскам, но её не было рядом сейчас, а покосившаяся стопка книг не давала ему покоя, так что он решил сделать перерыв и дать отдохнуть рукам, заодно собрав вещи. Эрен с трудом запихнул все учебники в сумку и теперь рассматривал свои записи, когда тишину классной комнаты нарушил скрип открывающейся двери. Он не обратил внимания на звук, укладывая последний свиток, но сразу же замер, подняв голову. В дверном проёме, широко распахнув глаза, стоял Леви, и в груди Эрена тут же больно кольнуло. — Эрен? — выдохнул Леви. Тот лишь упёрся взглядом в парту и с удвоенной скоростью принялся собирать перья. — Ох, прости. Тебе что-то нужно? Я просто отмывал доски, так что… — Эрен, — пробормотал Леви, и тот вздрогнул от того, как близко прозвучал его голос. Не успел он полностью развернуться, как Леви схватил его за грудки, смотря прямо в глаза. Низкий гортанный рык сорвался с его губ, после чего он подтолкнул Эрена к парте, не отпуская воротника и заставляя парня запнуться. — Леви, я… прос… — но Леви не дал ему договорить, буквально швырнув его на столешницу. Эрен резко выдохнул. С его губ были готовы сорваться тысячи сдавленных извинений, когда Леви наклонился к нему и запечатал их поцелуем. Его глаза бегали по всему лицу Эрена, когда он отстранился. Выдох так и застрял в горле Эрена. Прекрасные серебряные глаза Леви были всего в какой-то паре миллиметров, так близко, что Эрен смог бы разглядеть вкрапления голубого на их радужке, и они смотрели на него с такой животной напряженностью, заставляя гриффиндорца задрожать. След от губ Леви всё ещё призрачным теплом оставался на губах Эрена. — Леви? И он поцеловал его снова, уже более напористо. Эрен дёрнулся и затылком приложился о парту. Было больно, но времени на мысли об этом не было, потому что, о боже, Леви целовал его. Губы Леви двигались грубо и быстро, не задерживаясь надолго в одном положении. Эрен сильно зажмурился. Было горячо, словно он вот-вот растает и впитается в эту самую парту. Он вдруг осознал, что всё ещё не отвечает на поцелуй, и быстро это исправил. Обвивая руки вокруг его шеи, Эрен почувствовал, как знакомое тепло растекается по его телу. Забывшись, он приоткрыл рот, и Леви не упустил возможности проскользнуть туда языком, прижимая Эрена всё ближе к себе и заставляя гриффиндорца удивлённо охнуть. Однако Эрен быстро ответил ему тем же, опомнившись, не в силах умерить свой пыл. Это было восхитительно. Прошло уже больше двух недель с тех пор, как он последний раз видел Леви, и несколько месяцев с тех пор, как он впервые захотел поцеловать его, но он и представить себе не мог, как всё обернётся. Ещё большим сюрпризом для него стало то, что инициатива в этот раз исходила от Леви. Тот как раз обхватил Эрена покрепче, заставляя парня издать тихий стон наслаждения, что только сильнее распалило Леви. Он выглядел так, словно собирался проглотить его целиком. Эрен едва ли поспевал за ним и вскоре отстранился со вздохом. — Леви… Леви, я не могу дышать… — но тот утянул его в очередной поцелуй. Эрену понадобился весь его самоконтроль, чтобы упереться обеими руками в плечи Леви и легонько отпихнуть. — Леви! Тот перехватил его запястья и прижал к столу над головой Эрена. Он пискнул, извиваясь под напором Леви, особенно, когда тот наклонился и принялся покрывать шею Эрена короткими поцелуями. Его язык скользнул вверх до челюсти, где он прикусил кожу достаточно сильно, чтобы гриффиндорец простонал. — Леви, пожалуйста… — глаза Леви метнулись к лицу Эрена, который, прикусив губу, тихо хныкнул. Выражение лица Леви моментально смягчилось. Его ладонь скользнула вниз по руке Эрена и опустилась на щёку, придерживая, чтобы он смог оставить последний поцелуй на губах парня, более мягкий и нежный. Отстранившись, он прижался лбом ко лбу Эрена, смотря прямо в глаза. — Никогда… никогда больше не делай так. — Как так? — Эрен прижал ладонь к щеке Леви в ответ. — Просто… не сваливай после такого, — прохрипел Леви. Он потянулся к запястью Эрена, сплетая их пальцы. — Я даже не подозревал… — он прикрыл глаза, роняя голову на плечо Эрена и сжимая его руку. — Я даже не подозревал, как сильно ты мне нужен, пока ты не исчез так надолго. Я не хочу больше терять тебя никогда, Эрен. В глазах Эрена пекло, и он покрепче стиснул руку Леви, стараясь проглотить образовавшийся в горле ком. — Я больше так не буду. Прости меня пожалуйста, Леви, — тот поднял голову, но избегал зрительного контакта, и Эрен заметил слёзы, стекавшие по его щекам. — Ты… ты мне нужен, Эрен, — прошептал Леви. — Могу… могу я быть с тобой? Вот так? — Да. Боже, конечно, — Эрен подался вперёд, оставляя почти невесомый поцелуй на губах слизеринца. — Я хочу быть с тобой. Ты тоже мне нужен, Леви. Чертовски сильно. Ты… ты даже не представляешь, как. Прикрыв глаза, Леви поцеловал его снова, коротко и нежно, и, отстраняясь, Эрен улыбался так широко, как никогда раньше. Сердце бешено стучало в груди, словно вот-вот намеревалось выскочить. Он не был против, к слову, Леви же был рядом. Потом случилось кое-что совершенно удивительное. Леви вдруг улыбнулся, застав Эрена врасплох. Он выглядел таким умиротворённым, счастливым и мягким одновременно, и Эрену захотелось обнять его до хруста костей. Так он и сделал. Леви обнял его в ответ также крепко и поднялся, утягивая Эрена за собой в вертикальное положение. — Прости, что прижал тебя к парте, — пробормотал Леви. — Да ничего. Оно того стоило, — Эрен обхватил его лицо, разглядывая мягкие черты, после чего утянул его в очередной поцелуй. — Определённо стоило того. — Ты отмывал доски? — нахмурился Леви, озираясь. — Бля, даже не напоминай, — простонал Эрен. Он напрочь забыл про это идиотское наказание, что было вполне естественно, потому что все его мысли путались, когда он оставался наедине с Леви. — Ещё так много осталось, чёрт. — Помочь? Забудьте, мисс Макгонагалл была послана ему богом. Провести кучу времени с Леви после двухнедельного молчания? Звучит шикарно, даже если они будут отмывать доски. — Пожалуйста, — рассмеялся Эрен. Леви поцеловал его снова, прошептав: — Для тебя всё, что угодно. Блять, теперь сердце Эрена точно остановилось. Леви помог ему слезть с парты, и они сходу начали рассказывать друг другу о событиях прошедших недель по пути к доскам. Эрену уже было наплевать на болевшие пальцы, потому что Леви был рядом, они разговаривали о всякой ерунде, и больше ничего и не нужно было. — О, спасибо за шоколадную лягушку, — пробормотал Леви, стирая остатки меловой крошки. — Конечно, — вздохнул Эрен. — Прости, что подписался, как Петра. — Ничего страшного. Эрен улыбнулся, но потом вдруг замер. — Погоди-ка, ты всё ещё болеешь? Леви даже не посмотрел в сторону Эрена, продолжая старательно оттирать доску, и проговорил: — Ох, да, я неизлечимо болен. Совсем забыл сказать, прости. — Леви-и-и! — У тебя есть примерно три дня, чтобы разгрести все дела. — Леви, ты же шутишь? — Не переживай, мне уже лучше. — Слава богу! — … по большей части. — Леви!