Глухая акула

***

Утро встретило Билла не банальной романтикой, которую он ожидал после пробуждения, а стуком в дверь и голосом матери: — Билл, проснись! — негромко, но весьма настойчиво произнесла женщина. Сон парня растворился моментально, а мысли вяло перетекали из одного полушария в другое и никак не хотели собраться в единое целое для устранения последствий бурной ночи — Тома. После нескольких затянувшихся секунд, показавшихся вечностью, Билл наконец принялся будить Тома, который, к счастью, проснулся после первого же толчка. За дверью снова раздался голос матери. Парни замерли, осознавая всю ситуацию. И Биллу ничего не оставалось, как показать Тому на окно. У парня глаза округлились. На стекле мороз нарисовал такие картины, что окно даже не хотелось открывать, не то что спасаться через него бегством. Он жестом показал, что предложение бредовое и он с ним категорически не согласен. Билл сосредоточенно стал думать, а затем очень быстро надел свои «брендовые» вещи. Всё действо проходило под пристальным взглядом Тома, явно непонимающего суть тяжелых раздумий. Но всё оказалось проще простого, и Билл, не успев приоткрыть дверь, тут же в неё проскочил, очутившись лицом к лицу с матерью. Сын обворожительно улыбнулся. Фелицию немного смутил такой бодрый выпад Билла. — Эмм… я просто хотела сказать, что твои вещи с аэропорта привезли. Совсем не стоило так вскакивать, — растерянно произнесла мать и отправилась вниз, время от времени посматривая на сына, который продолжал стоять и глупо улыбаться. Билл облегченно вздохнул, перевел дух, успокоил нервы и отправился за багажом, о котором он мечтал с момента приземления. Сотрудник аэропорта извинился за доставленные неудобства и попросил в его присутствии осмотреть багаж. Чемодан был в полном порядке, наспех просмотренные вещи вроде тоже оставались нетронутыми. Подписав кое-какие бумаги, Билл попрощался с доставщиком и решил заглянул на кухню, где мать наводила порядок. — Доброе утро, мам. Женщина добродушно улыбнулась: — Доброе, — ответила она сыну и опять прикинула фронт работ на это утро. — Надо будет разбудить Алису. У нас столько гостей осталось с ночёвкой, боюсь, что одна я с завтраком на всех не справлюсь. Кстати, я не видела, чтобы Том уходил. Он у тебя ночевал? — мать не заметила изменений в лице Билла, который экстренно соображал, что ответить. — Ну… да. Просто вчера заболтались… в общем, Том заснул, и я не стал его будить, — постарался как можно беззаботнее ответить Билл и слегка нервно улыбнулся. — У нас все комнаты заняты. Надо будет найти Алису, — у матери сейчас была цель накормить всех гостей, и ничего в словах сына ей не показалось странным. А Билл лишь чуть неслышно выдохнул, быстро схватил поклажу и отправился наверх, где наконец можно было предаться романтике. Когда Билл вошел в комнату, Том, к великому сожалению, был уже одет. Легкий момент неловкости повис в воздухе. Ситуацию спас чемодан, на который уставились парни. — Наконец буду выглядеть, как человек. Мои вещи вернулись из путешествия, — Билл махнул в сторону поклажи. — Да, ладно? И я теперь больше никогда не увижу твой офигенный свитер? — иронично спросил Том и приблизился к Биллу, заключая его в объятия. — Твою мать! — с наигранной досадой отозвался парень. — Я-то думал, что ты вчера весь вечер клеился из-за симпатии ко мне… а это всё из-за свитера! — Конечно, — утвердительно сказал Том, слегка касаясь губ Билла и немного углубляя поцелуй. — А ты ревнуешь? — Очень, — тихо ответил он. — Мне теперь ради вашего совместного счастья придется его подарить тебе. Том засмеялся: — Предложение заманчивое, но на тебе он лучше смотрится. Давай мы с ним будем видеться по праздникам, — не задумываясь, произнес Том. — Оу, а у нас планируются совместные праздники? — заинтересованно спросил Билл, цепляясь за сказанные слова. Том немного растерялся: — Ну… да, хотелось бы. А тебе нет? Билл ничего не ответил. Он мягко погладил затылок Тома, улыбнулся и прильнул к нему с глубоким поцелуем. Весь спектр вчерашних чувств в одно мгновение захлестнул обоих парней. Время остановилось… но ненадолго. На этот раз бодрый голос Алисы оповестил парней, что неплохо было бы помочь с завтраком, так как их с мамой рук не хватает.

***

Спустившись на кухню, парни словно окунулись во вчерашний праздник. Гости к тому моменту уже встали и активно помогали Фелиции на кухне. Шумные разговоры, смех, всё заново переплелось, и прекрасная теплая атмосфера захлестнула с головой. Места за столом хватило не всем, но никто не остался в обиде. Гости расположились кто где и приступили к завтраку, попутно вспоминая, что было накануне. Не забыли обсудить и кулинарные изыски хозяйки дома. Фелиция чувствовала себя королевой, с легким румянцем благодаря гостей за их слова. Отец Билла постоянно пытался над всеми подшучивать, за что получал замечания от жены. Алиса непременно вставала на сторону отца. Но Фелиция выдерживала оборону обоих домочадцев. Все дружно смеялись над простыми и незатейливыми перепалками. Наконец, оставшиеся гости, решив не злоупотреблять радушием хозяев, покинули гостеприимный дом Фелиции и Генри. — Это был прекрасный праздник, — говорили они после трапезы, выходя за дверь. За столом остались только самые близкие, к коим присоседился и Том, который тянул время и не желал уходить. Но его присутствие никого не смутило. Только Билл подозрительно поглядывал на домочадцев, ища подвоха и не находя его. Особенно была рада Тому Агнес. После ухода гостей все разместились за столом и продолжили затяжное чаепитие. Престарелая девушка выбрала место непременно возле Тома, что вызвало улыбку у всех присутствующих. А у самого виновника любовных треволнений Агнес — Тома — легкое смущение. — Ну вот, вечер не прошел бездарно, и судьба соединила два одиноких сердца, — поспешил подколоть Генри, глядя на то, как Агнес заботливо подкладывает Тому в тарелку сдобные булочки. — Генри! — шикнула Фелиция, пытаясь урезонить мужа. Несмотря на такое теплое отношение Агнес и Тома друг к другу, все прекрасно осознавали, что данной паре не бывать. Даже если случится Армагеддон, и они останутся единственными выжившими на этой земле. — Мама, как всегда, на страже порядка, — беззлобно пошутила Алиса, за что получила недовольный взгляд от матери, который красноречиво просил попридержать язык за зубами. Дочь лишь театрально закатила глаза: ну вот, даже пошутить нельзя. Агнес все это время была далека от разговоров за столом. Все внимание было приковано к понравившемуся ей Тому. Но объект обожания, пытаясь скрыть свое смущение, уплетал булочки, искоса поглядывая на Билла. Последний широко улыбался сложившейся ситуации и иногда сочувственно качал головой. Настенные часы размеренно отстукивали минуты, приближая час, когда нужно будет покинуть гостеприимную провинцию и отправиться назад в большой город немаленьких проблем. Билл посмотрел на двигающуюся секундную стрелку и немного нахмурился. Сейчас как никогда хотелось отмотать время назад и вернуться в недалекое прошлое с приятными песнями и беззаботным весельем. За столом повисло секундное молчание. Видимо, настроение Билла подхватили и остальные домочадцы. — Тебе когда в аэропорт надо? — спросил отец и тут же пояснил, — Просто машину немного привести в порядок нужно. — Я могу подвезти. У меня тачка на ходу, — как-то слишком быстро предложил Том и немного осекся, глядя на удивленные лица. Билл тоже напрягся, всматриваясь в сидящих за столом. — Просто… — начал было оправдываться Том, но его перебил Генри. — Здорово! А то, боюсь, моя заглохнет на полпути, — отец семейства довольно хлопнул в ладоши, как бы приветствуя то, что одной проблемой будет меньше. Но не тут-то было. — А я тебе говорила, что пора покупать новую, — укоризненно вступила в разговор мать. — Не нужна мне новая. Я свою старушку не брошу, она мне дорога как память. — Поставь на лужайку перед домом и любуйся, а для езды нужна новая. Последнее слово за матерью так и не осталось. Отец ещё долго с ней спорил и перечислял все достоинства своей старенькой машины. Атмосфера за столом была тёплой, уютной. Глядя на Генри и Фелицию, все улыбались, иногда вставляя шутки по поводу упорства отца. Биллу, глядя на это всё, совершенно не хотелось покидать родовое гнездо. И было бы прекрасно, если б этот момент продлился подольше. Но увы! Его ждал самолет. Поездка в неуютный дом и тяжелый разговор, который он не собирался откладывать. Все же этот контраст между уютным провинциальным праздником и серой жизнью в большом мегаполисе был настолько ярок, что возвращаться в прежнее русло Билл не собирался. Пора все кардинально менять.

***

Том вёл машину аккуратно, и было совершенно непонятно, что было тому причиной: то ли небольшой гололед, то ли простое нежелание расставаться с Биллом. Почти всю дорогу Том трещал, как сорока, рассказывая всё подряд. Это были и воспоминания прошлого, и то, как он жил все эти годы. Истории из жизни, малозначительные эпизоды, которые совершенно не раздражали. Напротив, Билла этот монолог устраивал. Парень сидел вполоборота к водителю и смотрел на него, лишь иногда улыбаясь забавным фразам, тому, с каким азартом Том описывал некоторые моменты. Это было удивительно, ещё вчера вечером он принимал своё возвращение как должное. А сейчас ему хотелось, чтобы лопнуло колесо, гололёд стал настолько невыносим, чтобы остановиться у обочины… да вообще, всё что угодно, только бы не ехать в аэропорт. Самолёт увезет его назад в реальность, а душа желала остаться здесь. Потому что здесь было тепло. Но дорога не может быть бесконечной. Вскоре показались знакомые очертания небольшого аэропорта. И желание вернуться во вчерашний вечер усилились. — Ну, вроде добрались без приключений, — произнёс Билл, когда, пройдя все этапы проверки, они стояли у огромного окна зала ожидания. Говорить сейчас хотелось меньше всего, но и молчание душило. — С папой было бы веселее. Например, заглохла бы машина, и вы б её всю дорогу до аэропорта толкали. А со мной скучно, — «заскромничал» Том и иронично улыбнулся. — Ну да, особенно вчера вечером… в комнате, — вернулись воспоминания, и парни лукаво улыбнулись друг другу. — Это точно. Снова повисла пауза в разговоре. — Я, наверное, пойду, — начал Билл, понимая, что рано или поздно им все равно придётся расстаться. — И, может… телефонами обменяемся? — Твою мать, — чертыхнулся парень, — я чуть не забыл. Том вынул из кармана визитку, взяв взамен номер Билла. А затем, порывшись во внутреннем кармане куртки, он извлёк потёртый брелок в виде божьей коровки. Билл сразу же узнал предмет и улыбнулся: — Это же мой талисман на счастье! Я думал, что безвозвратно потерял его. — Я нашел твой талисман в школьной раздевалке. Извини, что сразу не отдал тебе. Тогда я считал, что мне безумно повезло. Знаешь, существует поверье, если взять чью-то вещь, то её хозяин обязательно к тебе ещё вернётся. Том взял руку Билла и положил на ладонь брелок, зажимая ее в кулак. — Не хочешь больше, чтобы хозяин вещи вернулся? — Билл лукаво прищурил один глаз. — Ну, во-первых, эта вещь теперь моя. И сейчас твоя очередь меня ждать. А во-вторых… я очень долго искал работу в твоём городе, так что через недельки две поселюсь в твоём районе и буду досаждать своими визитами по вечерам. Удивление было сложно скрыть, а Том лишь улыбнулся: — Я как бы планировал подселиться возле тебя и потихоньку начать налаживать отношения. Но вчерашний вечер сократил мой план на несколько месяцев. Всё-таки в Рождество случаются чудеса, — парень усмехнулся. — Занимательная история. Мне кажется, она будет долгой, — с наигранной серьезностью констатировал Билл, — и твоих вечерних набегов будет недостаточно. Может, тебе через пару неделек переехать ко мне? Том сдержанно улыбнулся и счастливо прикусил нижнюю губу, но затем совершенно серьезно добавил: — Твоя девушка? — Я думаю, всё решится уже сегодня. — Это из-за меня? Билл невесело усмехнулся: — Нет, что ты! Это всё закрутилось задолго до твоего появления. Просто… я не хочу, чтобы жизнь прошла мимо меня, а Эмили… — Билл замолк, не зная, как подобрать нужные сейчас слова. — Занимательная история. Мне кажется, она будет долгой, — ободряюще сказал Том и улыбнулся так, что на душе у Билла стало тепло и уютно. — И моих вечерних набегов будет явно недостаточно. — Тогда договорились. Замучаем друг друга разговорами. Объявили посадку на рейс. Том без лишних слов мягко, ненавязчиво поцеловал Билла. Расставание, хоть и ненадолго, все же было неминуемым, но это к лучшему. Каждому из них надо было навести порядок в своей старой жизни, чтобы начать новую. Том до последнего смотрел, как с каждым шагом отдалялся Билл, а затем громко сказал: — Я по ночам храплю. — Куплю беруши, — засмеялся Билл, помахав Тому рукой. За огромным окном совершали посадки и взлеты самолеты. С неба сыпался мелкий снег. У кого-то на телефоне ненавязчиво играла рождественская мелодия. Простые вещи, на которые перестаёшь обращать внимание, порой начинают играть новыми красками. Том вышел на улицу и, подставив лицо навстречу чуть усилившемуся снегу, произнес: — Две недели… обожаю Рождество!