Не понимая любви

У каждого в жизни есть кто-то, кто никогда тебя не отпустит, и кто-то, кого никогда не отпустишь ты. Чак Паланик. Колыбельная.

      Прозвучал звонок с урока, и все одноклассники Натали благополучно подорвались со своих мест, похватали рюкзаки, наскоро засовывая в них свои школьные принадлежности, и пулей вылетели из класса. И к чему такая спешка, как и всегда задавалась вопросом Санкёр, попутно разглядывая тех, кто остался тут вместе с ней. В классе было от силы человек пять, не больше. Просто основная масса народа настолько сильно жаждала еды, что помчалась в столовую со скоростью света, сбивая остальных учеников на своём пути. Девятый класс, как никак! Ну, а те, кто оставались в кабинете, просто не хотели кушать, и Натали была одной из них. Нечего в раннем возрасте толстеть, всегда говорила себе девушка, потом во взрослой жизни от этого не избавиться. И, похоже, те, кто остались тут, разделяли её точку зрения. Это были Эмили, да-да, та самая, которую Санкёр уже давно ненавидела всей душой, отличник Андрэ, его подружка Одри и тихоня Том. Вообще Натали ни с кем из них, кроме Тома Дюпена, не общалась, да и с ним тоже изредка. Слишком уж он много смущался и заикался. Одри была слишком важной особой и не позволяла себе общаться с «нищенками», она разговаривала только с Андрэ, так как была его «типа» девушкой, с Габриэлем, потому что его родители были важными людьми, и с обворожительной Эмили! Конечно, как же без неё?!       Иногда Санкёр задумывалась, а правильно ли поступает, что втихую ненавидит Грэм де Ванили с самого их знакомства? Когда им было по шесть лет, её обида на Габриэля сыграла плохую шутку, и девочка на время перестала с ним общаться, хотя мальчишка и хотел этого. Натали надеялась, что он не опустит руки и добьётся своего — вытащит её из дома, но спустя несколько попыток это сделать он сказал: «Я пытался, Натали, но Агрест сказал: «Ты не хочешь общаться со мной и Эмили, тогда сиди дома и смотри дурацкие мультики и сериалы для таких дурочек, как ты!» Вот тогда ей вдруг перестало быть обидно, несмотря на то, что друг назвал её дурочкой. Натали просто поняла, что и вправду вела себя по-дурацки: из-за какой-то новой знакомой перестать общаться с другом детства? Она точно дура. Но кое-что её расстраивало: когда Натали всё же выходила гулять, Габриэль не смотрел в её сторону и общался только с Эмили! Именно в эти моменты в душе Санкёр всё больше вспыхивала ненависть к белобрысой девке, но это чувство Натали скрывала, как и многие свои эмоции теперь.       С тех самых пор девушку было не узнать. Она кардинально изменилась, причём поменяла в себе совершенно всё! Вместо распущенных волос, она теперь носила безвкусный пучок на затылке, причём свою красивую чёлку Натали вообще зачем-то покрасила в красный цвет. То есть, именно сейчас она была красной, но в начальной школе девушка ходила с зелёной, однако тот цвет ей уже приелся. Ещё с тех пор у Санкёр испортилось зрение, а потому отец купил ей новые, более грубые очки, делающие её похожей на серьёзную математичку. Также Натали сменила свой гардероб на строгие костюмы. Только брюки, блузки, пиджаки, ну и пара официальных платьев, да и то, надевала она их в пятом или шестом классе. Ещё девушка стала наносить строгий макияж — серые тени, тушь и всё! Ну, а самое главное — её характер стал уже не тем, и заметил это первым именно Габриэль. Ещё в день знакомства с обворожительной Эмили Санкёр смекнула, что Габриэль намекнул на то, что девушка очень болтливая, а потому говорить Натали стала только тогда, когда это нужно, или лишь по важному делу. В общем, от старой веселой и озорной девчонки Нат не осталось ничего, кроме голубых пронзительных глаз.       И Агресту было очень не по себе находиться в её обществе, их общение вскоре прекратилось. До поступления в школу, конечно же. Ведь именно благодаря родителям Габриэля, которых мальчик очень-очень долго уговаривал, мадемуазель Санкёр смогла поступить в эту школу для детей важных персон. Именно поэтому Одри часто называла и её, и Тома нищенками. На самом деле, Том таковым не был, ведь благодаря своей матери, которая была известной путешественницей, он и учится в этой школе, а вот его отец, да, к сожалению, работает всего лишь пекарем. Родители Агреста очень много отрицали, что не будут устраивать или даже пытаться устроить Натали в эту школу, но всё-таки уговоры сына подействовали, и теперь Санкёр учится в «Колледже Франсуазы Дюпон», о котором, кстати, ходят легенды, что когда-то в этом заведении училась сама супергероиня Фантометта — Франсуаза Дюпон. Но Натали, конечно, не верила во все эти бредни про супергероев, ведь волшебства и магии не существует!       Но иногда девушка надеялась, что именно чудо рассорит Эмили и Габриэля, которые, кстати говоря, уже два года как встречаются. После того, как Натали узнала об этом, то надолго обиделась на своего лучшего друга, а тот даже не понял, что случилось с ней. Санкёр отнекивалась тем, что просто заболела и не может говорить, так и провалялась дома около двух недель, даже не посещая школу. Ещё девушка заметила после того, как вернулась в школу, что Том положил глаз на девочку в седьмом классе, такую мелкую китаянку, но Натали совершенно её не знала. Дюпен просто сказал, что, похоже, влюбился, а Санкёр сначала удивилась, ведь он сказал это именно ей! Но почему, так и не догадалась, да и неинтересно было. Габриэль почти не замечал томных взглядов, которыми его одаривала подруга детства, он постоянно находился со своей обворожительной Эмили, что только и делала, что молчала и говорила изредка по паре слов, отчего Натали воротило. Эта девчонка настолько ей надоела, что Санкёр стала желать ей… смерти.       А сегодня как раз таки был день рождения Эмили Грэм де Ванили, на который белобрысая пригласила уже многих девочек из класса, с которыми любила общаться, а именно: Одри Буржуа, Амели Грэм де Ванили, которая являлась её сестрой-близнецом, у которой тоже был праздник, но вечеринки закатывали в разные дни, Надью Шамак и, конечно, свою лучшую подругу Бриджит Вернесон. Эта девочка была такой же напыщенной, как и Одри, но Эмили почему-то часто брала с неё пример, а всё из-за того, что Бриджит была философом, психологом, в общем, очень понимающим человеком, который хранит чужие секреты, как свои собственные. А теперь о сестре Эмили. Амели была непохожей на неё, не на внешность, конечно, а по характеру, ведь её поведение было непредсказуемым, чем-то напоминало прошедшее детство Натали. Но и Амели, как подруга, совершенно не интересовала Санкёр, ведь с Грэм де Ванили у неё были навеки свои счёты.       И сейчас, выйдя из класса, Натали снова наткнулась на сладкую парочку — Габриэля и Эмили, стоящих рядом с лестницей на второй этаж и о чём-то щебетавших. Они выглядели так мило, но для Санкёр это было отвратно. Девушка скривилась, как вдруг Эмили повернулась и уставилась прямо на неё, мило улыбаясь. Они смотрели глаза в глаза друг другу, а потом Грэм де Ванили приветливо помахала рукой и подозвала жестом Натали ближе. Габриэль тоже развернулся лицом к лучшей подруге и улыбнулся, махая. Всё-таки у них были разные кабинеты в группах, а потому они ещё не успели сегодня поздороваться. Кое-как перебирая ногами, Санкёр двинулась им навстречу со всей серьёзностью на лице, и вскоре оказалась рядом с друзьями.       — Привет! — весело улыбнулась Эмили, снова махнув рукой. — Слушай, у меня сегодня день рождения, и так как мне исполнилось пятнадцать лет, то я решила устроить вечеринку и пригласить всех своих друзей. Ты как, за?       — Э-э-э… — протянула Натали без единой эмоции. Ей совсем не хотелось идти на этот идиотский праздник обворожительной Эмили, но если там будет Габриэль… — Я не знаю, надо уроки выучить, завтра всё-таки в школу… — пробурчала девушка, пытаясь как-то отвязаться.       — Да ладно тебе, Нат! — хлопнув подругу по плечу, весело воскликнул Агрест, а та лишь поморщилась от боли. — Обещаю, мы круто повеселимся, да и тебе надо развеяться, а то сидишь либо дома, либо в библиотеке, либо в школе! Надо повеселиться!       — Эх, ладно, — сокрушенно вздохнув, согласилась Санкёр, потому что спорить с тем, в кого была влюблена, было делом невозможным. Она могла сразу же смутиться и покраснеть, а перед Эмили этого делать не хотелось, — пойду на вашу вечеринку.       — Вот и отлично! — воскликнули одновременно голубки, а Грэм де Ванили вручила Натали приглашение. Санкёр ещё хотела немного пообщаться с Габриэлем, ведь для этого предоставилась отличная возможность, но Одри, как нарочно, позвала Эмили, а та утащила за собой своего бойфренда. Натали вспылила и ушла в библиотеку. День точно просто так не кончится…

***

      Вокруг царил полный хаос. Как только Натали вошла в этот огромный особняк семьи Грэм де Ванили, то на неё сразу обрушился огромный многоголосный шум. Вечеринку устроили именно в том особняке, в который переехала Эмили с родителями девять лет назад, но Санкёр ещё никогда здесь не бывала, не считая только один раз, и то у дяди Рофуса в три года от рождения. Особняк выглядел тогда старым и мрачным, тогда-то девушка и решила, что в нём водятся призраки. Но сейчас Натали была уже очень взрослой, потому не верила в подобную мистику. В доме находились люди, которые очень смахивали на злобных привидений. Все серьёзные, равнодушные, высокомерные, прямо как Одри. Оно и понятно, ведь все они  дети таких же высоких личностей, и родители совершенно не занимаются воспитанием детей, да и сами ведут себя по-свински! А потому желания общаться с кем-либо из этой комнаты у Санкёр не было. Она лишь хотела найти Габриэля и поговорить с ним.       Но своего друга Натали никак не могла найти среди этой толпы. Она пролезала сквозь народ, многие возмущённо что-то шептали ей в след, но девушка не обращала на них внимания. У неё была одна цель — найти Габриэля, чтобы наконец разрешить их отношения. Ей хотелось рассказать о своих чувствах, хватит прятать их в себе, нужно открыться… Но сделать это страшно.       Вдруг Санкёр резко остановилась, потому что врезалась в какого-то человека. Девушка подняла голову и посмотрела в зелёные глаза Эмили Грэм де Ванили, которая облегчённо выдохнула и улыбнулась. Она выглядела очень привлекательно и соблазнительно, что не понравилось Натали. На белобрысой было чёрное короткое платье, еле-еле прикрывающее пятую точку, но и оно считалось длинным, потому что от её «просвечивающей» юбки шёл подол в сеточку. Сам корсет был без лямок, казалось, что сейчас платье вообще слетит. В этом наряде Эмили была совершенно непохожа на ту воспитанную девушку, что знала Санкёр, а была схожей со стриптизёршей. Неужели для Габриэля оделась? Заметив, что Натали уже некоторые время рассматривает её образ, Эмили немного смутилась и поспешила завязать беседу:       — Неужели, тебе понравилось моё платье? — восторженно поинтересовалась белобрысая, озаряя своей лучезарной улыбкой Натали. — Оно сделано специально на заказ, стоит бешеных денег! — похвалилась девушка. Натали скривилась, потому что почувствовала резкий запах алкоголя. Её родители что, реально разрешили выпивать?       — Э, да, — помахав перед носом ладонью, продышалась Санкёр, язвительно отвечая. — Не знала, что ты такое предпочитаешь в одежде… — её высказывание поддатая Эмили пропустила мимо ушей, глотнув из стакана поила, что держала в руке. — А Габриэль?       — Он… ещё не пришёл… его родители отпустят только к семи, в общем, к началу, — пошатываясь на месте, ответила Грэм де Ванили и ушла, прервав беседу с Санкёр, так как её позвала Бриджит.       Натали оставалось лишь тупо смотреть ей вслед. Она была в настоящем шоке. Девушка развернула приглашение на праздник и ещё раз сверилась со временем. Там написано, что все должны прийти к шести часам, но почему праздник начнётся только в семь?! Санкёр была по-настоящему зла на Эмили, и почему её не уведомили об этом ранее, она бы пришла к семи! Лучше, чем торчать среди этих подвыпивших подростков целый час! Девушка сокрушённо и зло выдохнула, про себя выругавшись, а потом ушла в конец особняка, подальше от толпы. Как же Натали хотела вернуться в свой дом в этой деревеньке, но, к сожалению, отец уже несколько лет назад продал его, чтобы поселиться в квартире в Париже, всё-таки дочь пошла в школу…       Спустя некоторое время, Санкёр заснула. Ей приснился странный и смутный сон, где она видит что-то страшное, а потом наблюдает Габриэля, который убивает какую-то девушку, чтобы что-то от неё получить. Когда Натали проснулась, то совершенно не помнила свой кошмар, но, взглянув на часы, девушка поняла, что проспала около трёх часов, ведь время уже было без пятнадцати девять. В гостиной особняка давно шла вечеринка! Одни гости кричали новые зарубежные песни, другие просто орали, третьи топали так, что даже дом трясся! Санкёр глубоко вздохнула и встала с дивана, на котором сидела и направилась в сторону центра дома, где боялась быть растоптанной. Натали вошла в комнату и чуть не оглохла. Если уже у стен особняка ей показалось, что там громко, то находиться в эпицентре событий было невозможно.       Санкёр снова пробиралась сквозь толпу и отмечала для себя, что пришедших тут прибавилось, но общее количество людей оставалось тем же. Девушка видела новые лица, а некоторых старых не наблюдала, к примеру, тут не было Одри и Андрэ, которых она точно видела три часа назад, проходя в особняк. Вдруг Натали заметила знакомые длинные блондинистые волосы, промелькнувшие сквозь толпу, и поспешила туда, чтобы снова спросить у Эмили, где её, должно быть уже пришедший, друг. Когда девушка дошла до белобрысой, то, оказалось, что это совершенно не подружка Габриэля, а её сестра Амели. Она выглядела ничуть не хуже своей сестры, но не так вульгарно. Амели, как и её сестра в первый раз, была подвыпившей, только вот в сто раз больше, ведь еле-еле стояла на ногах.       — П-приве-е-т, ик… Т-ты-ы-ы чег-го-о, ик?! — растягивая слова, спрашивала Грэм де Ванили, качаясь на месте, а потом и вовсе упала на диван, продолжая пялиться туманным взглядом на Натали.       — Ты видела Габриэля? — осторожно спросила девушка, но чтобы блондинка её услышала.       — Да-а-а, ик! — кивнула кое-как Амели, отпив из стакана вина. — О-о-он, и-ик, в ко-о-мнате Э-э-эм… ик! — в конце она просто отрубилась и захрапела. Санкёр пожала плечами и развернулась, ища лестницу. Девушка примерно знала, что комнаты жилые находятся на третьем этаже, а потому и пошла в сторону винтовой лестницы.       Натали медленно поднялась на третий этаж и вздохнула с облегчением, ведь комната Эмили Грэм де Ванили находилась в конце длинного коридора, и на двери красовалась светящаяся в темноте табличка с её именем. Девушка тихо шла по коридору, боясь, что кто-то её тут застукает. Она прошла мимо комнаты для гостей и услышала разговор Андрэ и Одри, но о чём он был, так и не поняла. Подойдя к двери в комнату Эмили, Натали хотела постучать, как вдруг прислушалась и в шоке отшатнулась от двери. Девушка тихо-тихо протянула ручку и приоткрыла дверь, вздохнув от облегчения, что она не закрыта и не скрипит.       Комната Эмили подразделялась на две: спальню и мини-гостиную с гардеробом и ванной. И Санкёр попала в гостиную. Девушка прошла дальше и услышала скрип кровати, а потом громкие стоны. Натали тихо выругалась и заглянула в щёлку двери, тут же снова отшатнулась обратно, прикрыв рот рукой, дабы не закричать на весь дом. Санкёр развернулась на каблуках и со всей скорости вылетела из комнаты злейшего врага.       — Ты не понимаешь своих чувств, Габриэль, — шептала Натали в приступе гнева из-за того, что увидела. — Не понимаешь меня… И своей влюблённости… в неё! — зло выплюнула последние слова девушка и, пробившись сквозь толпу, вырвалась на улицу и… убежала.       Сердце Санкёр во второй раз разрывалось от обиды и тоски, ей хотелось рыдать, кричать, убивать, но она лишь плакала, тихо и спокойно. Слезы ручьями катились по её щекам, а перед глазами стояла та сцена. Габриэль и Эмили в комнате белобрысой занимались совсем не теми делами, которыми должны заниматься в своём возрасте. Натали совсем не думала о том, что это может быть из-за алкоголя…       Но почему это происходит именно сейчас, когда они только подростки?!

Влюбленность начинается с того, что человек обманывает себя, а кончается тем, что он обманывает другого. Это и принято называть романом. Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея.