Пирожные как символ чего?

Конечно в такси, которым я решила воспользоваться чтобы не тащиться на метро, меня потряхивало. Я плакала и переживала за Германа, даже нашла профиль его друга и написала ему несколько сообщений с вопросом о Гере, но пока ответа не получила. Не важно, что на такси придется выложить крупную сумму, это будет быстрее чем какой либо другой способ доехать до закрытой школы. Я думала, что стоит позвонить Лене, даже нашла ее телефон и долго на него смотрела, но так и не нашла в себе силы позвонить ей. Действительно, а что я могу сказать. Ваш сын сбросил мне фото порезанной руки, я буду у него через полчаса? А что я могу сделать в конце концов? Когда я наконец добралась до школы, я набрала Германа. К счастью он ответил мгновенно. -Где ты, Гера, я у ворот… В ответ мне было тяжелое сопение, потом парень прошептал, что у себя в комнате и поинтересовался где я. — Сейчас поднимусь… Не делай только больше ничего… Я сама не заметила, как взлетела по лестнице и открыла дверь в спальню даже не глядя на номер комнаты чтобы убедиться в своем выборе. Парень сидел на кровати, в джинсах и толстовке, рядом стояла банка энергетика, а на тумбе открытая пачка сигарет. — Что с руками? — я подошла к нему хватая ладони, а Герман поднял на меня взгляд. — Ничего. Просто по другому ты бы не согласилась приехать… — Что… — остановившись и с непониманием глядя на парня я потребовала, чтобы он поднял рукава и я конечно увидела идеально чистые руки с голубоватыми венами под тонкой кожей. — Ты считаешь что это дохуя смешно? — я не выдержала напряжения и вскрикнув залепила ему по щеке рукой. — Больно, — Гера сразу приложил ладонь к своей краснеющей щеке, а другой рукой схватился за мою. — Ты не знаешь что такое больно, — я закатила глаза, но все же села рядом, придерживая голову рукой, — зачем ты это сделал. Ты мог просто позвонить. Или тебе доставят удовольствие играть моими нервами и чувствами. Ощущаешь себя сильно важным, если девочки по тебе плачут? Герман нахмурившись посмотрел на меня и взял за руки подтягивая еще ближе к себе.Я не стала сопротивляться, решив что лучшим вариантом развития событий будет позволить ему высказаться и просто уйти, если мне не понравится то, что он скажет. Уйти навсегда, попробовать забыть и жить заново. — Значит, ты думаешь что я не знаю, что такое больно. Тебе, разумеется, вряд ли знакома ситуация, когда твой старший брат с которым всегда хотелось дружить вдруг обращает на тебя внимание, дает советы, дарит одежду, проводит с тобой время. А потом говорит что просто хочет секса. И практически, блять практически насильно это делает, когда ты мечтал о том как это произойдет с другим человеком. С любимой в этом плане, самой красивой девушкой, а не блять с братом, которого двадцать минут назад вырвало на кровати и который трахаясь с тобой, каждый раз плачет по члену своего бывшего, описывая в подробностях? Конечно, ты это не поймешь, и не подумаешь как это может быть неприятно. Когда я не мог бросить его, потому что он говорил что умрет. И почему он говорил это мне, а не своему парню, маме, мне блять? Из-за этого я поругался с тобой, а ты правда охуенно много для меня значишь, — Герман, наконец, перевел дыхание, а я вытерла слезы, первой обнимая его, — а потом когда ты легла с ним я просто охуел. Сначала я не понял, что это попросила мама. Просто не поверил, потому что все телки, с которыми я общался обязательно интересовались моим братом. А ты… Блять, ты даже не говорила о нем… И я подумал что… Вернее не подумал, я понял, что ты лучшая. И я не могу тебя потерять… Я смотрела на его лицо, смаргивая слезы. Любовалась им и восхищалась одновременно. Герман обнял меня за шею и я первая поцеловала его, поглаживая по спине и оттягивая на себя его губу. Парень активно отвечал, но когда он отстранился я поняла, что тоже должна кое-что сказать. — Ты тоже прости меня, я должна была тебя выслушать… Постараться понять, теперь я понимаю тебя, просто. Просто поклянись, что ты меня больше не бросишь. — О господи, Евочка, — Герман взял меня за руки, целуя пальцы и заглядывая в глаза, — я клянусь, клянусь, что никогда тебя не брошу. Глеб в порядке, его забрали… Совсем недавно и я сразу понял, что теперь нашему счастью никто не помешает. — Забрали? Кто? — я все же решила поинтересоваться, пока Гера лег на спину и взял меня за талию укладывая рядом, на маленькой кроватке. Я сразу устроила голову на его груди, пока он дотянулся до сигарет, вытаскивая одну и закуривая прямо в кровати. — Саша забрал. Не знаю что у них случилось тогда, но когда он забирал его они были счастливы. Оба плакали кстати. Я теперь понимаю, что такое плакать от любви. — Ну молодец… Умница моя, — коснувшись губами груди парня через футболку, я пробежалась пальцами по его животу, оголяя его и Герман сразу тихо простонал освобождая руки, -мне кажется, или кто-то собирался извиниться передо мной? — М, да… А ты позволишь? — в одну секунду Гера оказался на мне, он провел рукой по моей груди, сжимая пальцы, а я улыбаясь чуть сильнее развела ноги. — Да. Думаю да, я хочу… Герман довольно улыбнулся целуя меня в губы, а я закрыла глаза, настраиваясь на то, чтобы насладиться тем, что сейчас впервые в моей жизни должно случиться.