hero.

      — Один херес, пожалуйста.       Звон стеклянных бокалов, бьющихся друг о друга, скрип полуразвалившихся стульев, громкая ругань одной не очень дружелюбной на вид компании вовсе не способствовали рождению хоть какой-нибудь стоящей мысли по поводу самого странного из дел, которое только мог рассматривать работник Отдела тайн при Министерстве Магии в Англии.       Мантия прибывшего во всеми забытое полуразрушенное временем заведение привлекала внимание блеском определенно качественной ткани, которую местные ранее не видели. Платиновый цвет волос буквально светился под дешевым искусственным освещением бара, еще более выделяя странника из общей толпы пьяниц-неудачников на заднем плане. Молодой человек, восседавший как настоящий аристократ на сломанном барном стуле, лишь недовольно цокнул, желая, чтобы ему побыстрее подали его напиток. Официантка, что сейчас очень даже вовремя заменяла бармена, уставилась на парня: магов, такого статуса еще не бывало в их баре.       — И… извините, что вам? — девушка умудрилась даже разбить небольшой стеклянный стакан, пока переспрашивала заказ, из-за чего покраснела еще гуще.       — Херес. Быстрее.       Оправившись от шока перед незнакомым красавцем, она подняла взор на самую верхнюю полку бара. Этот дорогой напиток никто не заказывал со времен войны: народ стал еще беднее после того, как пришлось чинить не только дома, но и души, а денег не хватало даже на первый пункт. Какой всемогущей ни была бы магия, не все могли с помощью нее превратить свой дом в шикарные хоромы или даже просто починить его. Приходилось выкручиваться самыми разными способами. Маги Лондона вряд ли когда-нибудь об этом поймут.       Звук булькающей жидкости приводил в чистое сознание, избавляя от навязчивых мыслей. Все-таки после войны произошло множество событий. Как хороших, так и плохих. Не думать об этом не могли те, перед чьими глазами разворачивались события. Стакан со стуком опустился на деревянную поверхность бара. Парень кивком поблагодарил девушку и, произнося про себя отвлекающее заклинание, отправился за один из дальних столиков.       Парень, забредший в бар, в любое другое время с гордостью бы произносил свое имя в присутствии людей. Но только не после войны. Драко Малфой звучит скорее, как приговор, чем как имя. И хоть все обвинения с него были сняты, его отец все еще находится в заключении в Азкабане, а метка Темного Лорда все еще портит белоснежную кожу предплечья. Ему бы хотелось, чтобы всего этого не было. Чтобы еще на шестом курсе школы его отца не посчитали виновным за упущенное предсказание. Чтобы он не был настолько глуп и доверчив всему, что касалось Волан-де-морта. Чтобы его исключили из этой чертовой школы. Или в конце концов прикончил тогда в мальчишечьей уборной Поттер. Поттер.       Прошло уже целых шесть лет. Война, закончившаяся разгромным поражением Волан-де-морта и его Пожирателей Смерти, закончилась шесть лет назад. Было невероятное количество жертв и пропавших без вести. Магическое общество оплакивало всех еще долгое время. Но самой большой утратой стал Гарри Поттер. Национальный герой исчез, как только его заклинание достигло Темного Лорда. Изначально все считали его пропавшим, но уже через три года его признали погибшим. Кингсли тогда объявил второе мая днем траура. После его ухода с поста министра этот день стал и вовсе странно приниматься в магическом обществе. Все относились к этому дню по-разному. Многие просто радовались тому, что война окончилась, не задев настолько сильно их жизни. А участники битвы за Хогвартс с каждым годом все больше понимали какой ад им пришлось пережить. В этот день они обычно сидели дома, не праздновали так шумно, как остальные маги. Они просто смотрели на огонь в камине, пытаясь понять, как теперь жить дальше, как снять отпечаток войны со своего сознания.       — Где же ты, идиот?       Тем временем Драко уже смотрел на магическую карту перед собой. Эта карта являлась одним из артефактов Отдела тайн, пока не была утеряна, а после найдена Малфоем. Уже в то время он загорелся идеей найти пропавшего героя Англии, ведь до него дошел слух о том, что похожего парня видели на границе Англии. Конечно, доверять слухам не в его правилах, но другой информации у него не было. Дело в том, что эта карта показывает выплески магической энергии, которые появляются при любом использовании магии. Проработав в Отделе тайн три года, парень научился настраивать карту под нужные ему критерии. Но даже проделав это Драко все еще не может выяснить местоположение Поттера: от него нет никаких выплесков. Абсолютно никаких. Сначала Малфой думал, что найдет Гарри буквально по щелчку пальцев, но его магию карта не засекала на протяжении двух лет. За это время он практически свыкся с той мыслью, что слухи были лишь слухами, не содержащими и грамма правды. Но произошедшее год назад изменило его точку зрения на первоначальную.       Год назад карта магической энергии висела на стене дома Драко. Из-за того, что карта жутко кричит и сияет при выбросах, парень решил, что повесит ее без очистки настроек под Гарри. Не издававшая никаких звуков карта на протяжении двух лет уже не привлекала никакого внимания, хоть блондин изредка и посматривал на нее в надежде увидеть сигнал. Поздний вечер накатывался на Англию тяжелым смоляным полотном тьмы и тишины, из-за чего парень решил закончить этот день побыстрее и направился в ванную комнату. Как только тот переступил порог между комнатами вся спальня залилась белоснежным светом вперемешку с звенящим в ушах криком карты о сильном выбросе. Малфой не сразу понял, что случилось в его доме, но как только все происходящее прошло обработку в мозге, он бросился к кусочку материи на стене, пытаясь высмотреть откуда все-таки взялся сигнал. Все его попытки оказались бесполезны. Белый свет полностью заслепил красный — источник энергии.       И хоть разочарование Драко можно было буквально ощутить физически, теперь он знал. Поттер жив. И теперь он каждый день смотрит на карту в надежде, что выброс повторится. Прошел уже год, но все еще надеется, что не все еще окончено.

***

      — Этот щенок Малфой… почему он все еще не в Азкабане со своим папашей?       Кабинет министра магии буквально дрожал от злости находящихся в нем людей. Особенно сильно был зол сам министр. В его глазах горела ярость вперемешку с чистой ненавистью к, как можно было догадаться, Драко Малфою. Табличка на столе, содрогающемся от ударов кулаков разозленного мужчины, сияла золотыми буквами «Роджер Маккензи. Министр магии Англии». Она уже практически упала с края стола, но ее все же успел перехватить первый помощник министра, Гилберт Каннингем.       — Г-господин министр… вы же знаете, что суд посчитал его неприча…       — Помолчи, Каннингем! И без тебя помню.       Грузный высокий мужчина, что выглядел словно кобра с раскрытым капюшоном, медленно встал из-за стола и повернулся лицом к единственному окну во всем кабинете. Он долго что-то осмысливал у себя в голове, казалось какие-то планы действий или же проклинал человека, с которого и начался весь разговор. Напряженная тишина закладывала уши с самым неприятным чувством, заставляя немного потрясти головой. Но министр стоял неподвижно все это время: ему было важно знать, что задумал Малфой. Конечно, министр не так уж и глуп, он следит не только за населением, но и за своими подчиненными, которые иногда замышляют что-то за его спиной. И одним из таких непослушных, по мнению Роджера, оказался Малфой-младший. Он все еще не понимал, как Кингсли мог пригласить Драко на работу в министерство, еще и на такую должность. Отдел Тайн был сформирован не для того, чтобы в нем работали всякие дети Пожирателей. Но и уволить Малфоя он просто так не мог, ведь тот исправно выполнял свою работу. Все это одновременно злило и вызывало недопонимание. Ведь любой другой уже обязательно воспользовался своим положением.       — У меня есть одно предположение насчет Малфоя. Мы должны намного более пристально следить за ним. Иначе все разрушится, — Маккензи развернулся к помощнику и тот увидел тот самый опасный огонь в самой глубине его глаз. — А теперь если ты все понял, можешь возвращаться к своей работе.

***

      Запах подвала ударил в нос, как только сознание более-менее прояснилось. Все тело моментально пробило болью, заставляя сжаться на полу в клубочек. Захотелось снова уснуть, чтобы не чувствовать все это. Но у жизни абсолютно другие планы на беспомощного парня, что сейчас лежал на полу.       Чувствуя этот редкий момент безопасности, он погрузился в свои воспоминания, которых было не так уж и много. Вот он лежит в руинах какого-то здания, а над ним возникают ужасные лица, что будут преследовать его на протяжении всего времени. Вот он захлебывается в крови и перед тем, как угаснет сознание, слышит тихое «нам всем повезло, что он не помнит, что он маг». А здесь он впервые чувствует магию в своей крови, как она медленно и с приятной щекоткой расходится в каждый уголок его тела. Он привык выбрасывать из памяти то, через что ему приходится проходить каждый день. Об этих событиях ему напоминает только боль в теле. Но один случай он все же запомнил.       Это случилось год назад, если он верно считает время по маленькому окошку в самом верху его камеры. Люди, что заперли его, сказали парню о дополнительном сеансе, хоть он и так был весь в крови, перемешанной со слезами и более неприятными даже в воспоминании жидкостями. От каждого шага за пределами его камеры пробирала сильная дрожь, что грозила в скором времени превратиться в истерику. Со звоном цепь и замок с двери упали на пол, а парень вжался угол. Дверь открылась, показывая высокую уродливую фигуру за собой. Какой-то мужчина с, видимо, опухолями на большей части лица переступил порог, быстро передвигаясь к парню, и уже было вытянул руки к нижней части его и без того хрупкой одежды. Его силой опустили на расцарапанные колени и прижали к земле сильной рукой. Ужас разливался в каждой клетке, глаза полностью заслонил черный цвет, как он услышал самый мерзкий голос в его жизни:       — Ну что, герой, какого быть сейчас на коленях перед всеми, кто только пожелает?       От произнесенной фразы где-то внутри зародился большой сгусток энергии, что он один раз уже чувствовал в себе. Хоть и стало страшно от этого, но хуже ничего случиться уже не могло, поэтому он решил выпустить эту энергию. В следующую секунду все залилось белоснежным светом, от чего пришлось закрыть глаза. Он услышал истошный крик, исходящий от мужчины, что стоял рядом с ним. Свет рассеялся не сразу, казалось он и вовсе не прекратится. Но когда это все же произошло, стала видна вся картина событий. Все, что находилось рядом, превратилось в серебряную пыль. В том числе и мужчина. Когда осознание все-таки пришло, парень отполз в тот же угол с выражением сильного ужаса в глазах. Дальше он уже ничего не может вспомнить. Вероятно, из-за полного истощения он потерял сознание.       Это было так давно, что сейчас парень уже и не надеялся на повторение опыта. Все остальные «сеансы» ему приходилось забывать, пытаясь залатать раны в душе. Забывать удается, но раны растут с каждым днем все больше и больше. Все это продолжается уже около пяти или шести лет. Парень сбился со счета, когда боль стала настолько привычной, что не доставляла много дискомфорта. Сейчас, скорее всего, уже зима. Воздух стал гораздо холоднее, от чего пол по ощущениям был похож на лед. Но наверняка он все же знать не мог, его жизнь началась и закончилась одновременно шесть лет назад.       Сейчас парень решил подползти ближе к двери, желая услышать хоть что-нибудь от людей, что были поставлены на его охрану. Правую ногу будто начала резать боль, похоже что-то с костью. Лишь на секунду разрешив себе отвлечься на боль, он продолжил ползти как можно тише, чтобы не привлечь ненужное внимание.       — Как думаешь, сколько босс уже заработал на этом мальчишке?       — Не знаю. Но уж точно достаточно, чтобы платить нам больше.       Парень резко выдохнул, понимая, что успел вовремя и прижался ухом к двери, чтобы лучше слышать, хоть и противные, но полезные сейчас голоса.       — Этот… Поттер… его голова знаешь сколько стоит? — один из охранников развернулся к другому, выражая в глазах полное недопонимание. — Босс мог уже давно продать его и получить в сто раз больше того, что имеет сейчас!       — Если бы он хотел быстрых денег, то продал бы его еще того, шесть лет назад, — второй был явно более рассудительным, чем первый. Даже голос его был более умным, что ли. — За это время он уже заработал в два или три раза больше того, что ему предлагали за Поттера. Надо уметь загадывать наперед, Тэрр.       Поттер… Поттер, это они о нем? Ауч! Голова мгновенно заполнилась крутящей болью, а где-то в глубине женский голос со смехом кричал «Гарри Поттер! Гарри!». Крик становился все громче, пока вовсе не оглушил парня, сидящего на полу.       — Гер… Герми… — чье-то имя билось в голове, но до конца так и не вспомнилось. Может это имя той девушки, что говорила его имя. Стойте… его имя? Он был совсем не уверен в этом, но все-таки что-то внутри подсказывало ему, что он на правильном пути. Надеясь, что не издал много шума, парень снова начал вслушиваться в чужой разговор.       — Да, понимаю. Но ведь, можно было продать его министерству магии Англии. Он же так ценен для них. Национальный герой все-таки, — тот самый Тэрр со вздохом прислонился к стене, когда второй охранник сказал ему быть тише. — Что? — Он может услышать, бестолочь! Ты хочешь, чтобы он все вспомнил? — раздраженный тон второго можно было буквально пощупать руками. — Да и тем более, если бы босс его предложил министерству, то нас бы моментально накрыли и посадили в Азкабан. Думай, о чем говоришь.       Дальше разговор не продолжился, но этого вполне хватило. Он — Гарри Поттер, национальный герой Англии. Но… как? Почему он национальный герой? Сейчас он снова вспомнил случай годовалой давности, когда тот мужчина назвал его героем. Значит это все было не просто так. Сейчас главное было вспомнить кто он, может так он вспомнит откуда он и как попал сюда. Голова была чертовски не согласна с порывами парня о том, чтобы вспомнить что-либо, поэтому сейчас Поттер обхватил голову руками, желая убрать сильную боль. От всего этого отвлекли тяжелые шаги и звук открывающейся двери.       — Ну что, мальчик, я привел тебе нового папочку.

***

      Второй бокал хереса был полностью выпит, но сознание мага даже не думало помутиться. Все внимание было приковано на тысячу раз проклятую Малфоем карту. Неведомая сила внутри заставляла верить, что сегодня случится что-то, что изменит его дальнейший розыск.       — Вам налить еще раз? — наконец причесавшая свои волосы официантка не теряла уверенности в том, что ей удастся удержать внимание министерского работника на себе.       — Нет, спасибо, — от холода в голосе девушка немного поникла, попутно забирая с собой пустые стаканы.       Драко откинулся на спинку стула после того, как снова навел чары отведения внимания, всматриваясь в темноту улицы. Зачем он вообще подписал себя на эти поиски? Конечно, школьные ссоры остались в прошлом, сейчас он уже слишком взрослый для того, чтобы называть Поттера гриффиндорским идиотом, хотя тот наверняка таким и остался. Просто… они же даже не друзья. Рон и Гермиона спокойно живут для себя и своих многочисленных детей. Ну, почти спокойно. При встрече в них все равно можно почувствовать тех, кто участвовал в войне. Они уже пережили то, что их друг мертв. А Драко — нет. И сколько бы раз он ни спрашивал себя зачем ему это ответа найдено не было. Просто он хотел, чтобы паззл Англии полностью сложился. Будем считать так.       В глаза снизу врывается несильный белый огонек с примесью красного. Сначала Малфой подумал, что кто-то неаккуратно наколдовал Люмос, от чего и прибавился не тот цвет, но после он опустил взгляд. Теперь настало время не верить своим глазам. Небольшая вспышка красного цвета, окруженная белым, возникла в… Колдстрим? Шотландия?       — Что? Почему он там?! — не заметив, как перешел с мыслей на разговор вслух, он прокричал это на всю забегаловку, тем самым снова развевая чары отвлечения внимания. Сейчас все уставились на него с неподдельным интересом.       Поняв, что ему надо срочно в министерство, чтобы взять своих людей на поиски утерянного героя, Малфой выбежал вместе с картой руках на улицу и мгновенно аппарировал.

***

      — Ну что, мальчик, я привел тебе нового папочку. Гарри взглянул на двух мужчин сквозь черные волосы и попытался отодвинуться, чтобы каким-то чудом это все прекратилось. Но у мужчин были другие планы. Стремительными движениями они догнали Поттера и, взяв того за руки, прижали к стене.       — Нет, малыш, здесь тебе не спрятаться. Обслужи гостя, не будь таким негостеприимным.       Внутри вместе с ужасом начала зарождаться та самая энергия, что уже однажды спасла его. И, хоть этой энергии не хватало, он высвободил то, что было, чтобы хотя бы оттолкнуть мужчин от себя. Яркий белый свет вырвался из его тела, снося всех поблизости с ног. Парень почувствовал, как темнеет в глазах, а тело наливается свинцом. Сознание постепенно гаснет под крики испуганных мужчин и лязгающих цепей, сковывающих магию.       — Даже это тебя не спасет, больше никакой магии, малыш.