Часть 3
6 ноября 2019 г., 19:15
прошло два месяца
- Никогда не думал, что ангелы болеют, - задумчиво произнёс Кроули, в который раз обтирая покрытое холодным липким потом личико и смачивая полотенце в жестяной миске с холодной водой. - Похоже, что это побочные эффекты... вызванные получением нового тела... - чередуя слова с сухим лающим кашлем, просипел Азирафаэль. - Лучше молчи, - в голосе падшего проскочило беспокойство, - как думаешь, тебе земные лекарства могут помочь? - Не уверен... Они же для смертных, а я... а-ангхе-кхе-ел... - мальчик снова зашёлся в кашле. Кроули отложил полотенце, приподнял ангела с постели и прижал к себе. В положении сидя тому удалось откашляться. Азирафаэль дышал так, словно в его лёгких проделали дырку наружу, и воздух бесконтрольно гуляет туда-сюда только через неё. Ему было очень трудно вдыхать, и это постоянно провоцировало мучительный кашель, который, к тому же, никак не облегчал его состояние. Смуглая рука успокаивающе поглаживала мальчика по спине, пока он не задремал, опустив голову на затянутое чёрной тканью водолазки плечо. Его дыхание замедлилось и стало ещё более шумным и свистящим. Свободной рукой Кроули взял лежащее на коленях сухое полотенце и обтёр им влажные от пота белые кудряшки, а после постелил полотенце на подушку и уложил на него насквозь пропотевшего из-за болезни мальчишку. Щелчком пальцев демон сменил на нём одежду, хотя это было бесполезно, ведь он снова пропотеет через каких-то минут двадцать. Уорлок всегда отличался довольно слабым иммунитетом. Простуды он подхватывал стабильно каждые полгода. Нянюшка Аштарот бессменно дежурила у его постели денно и ночно, никого, кроме врачей, не подпуская к мальчику. В какой-то момент она и сама уже выучила, чем и от чего нужно поить смертного ребёнка, потому семейные врачи о большинстве простуд Уорлока даже не подозревали. Аштарот подхватывала болезнь ещё на первом этапе, вследствие чего сын посла мог проваляться в постели не три недели, а один день, за что он всегда был безмерно благодарен бдительной нянюшке. Но сейчас Кроули вовремя не среагировал на самочувствие Азирафаэля, и потеря сноровки тут совершенно не при чём. Аксиома "ангелы не болеют" настолько прочно укрепилась в его восприятии, что он далеко не сразу отреагировал на жалобы ангела, которые, к слову говоря, и появились-то не в ту самую нужную минуту в силу неимоверной ангельской скромности и нежелании причинять неудобства другим. Они оба спохватились довольно поздно, когда обычная болезнь смертных уже прогрессировала. Уорлок в своё время переболел почти похожим заболеванием, только он переболел в пять лет и называлась эта болезнь "ложный круп", но Кроули был уже научен, потому прекрасно знал, что делать. Но не в случае с ангелом. Будет ли безопасно давать ему лекарства, предназначенные для смертных? Этого никто не знает. И это пугает. Потому Кроули пытался справиться более-менее безопасными для ангела методами нетрадиционной медицины. Температура росла, что не очень хорошо сказалось на состоянии мальчика, который начал капризничать и при этом умудрялся совершать это вполне естественное для детей действие во сне. Кроули разбудил его, дабы напоить тёплым чаем, а после закутал в одеяло, усадил себе на колени и начал медленно раскачиваться, убаюкивая ангела. Азирафаэль продолжал хныкать, но делал это всё тише, пока мерные покачивания не успокоили его. - Кроули... - прохрипел он, содрогаясь всем телом, - мне очень холодно... согрей меня... пожалуйста... - Если б я знал как... - начал было падший, удивляясь тому факту, что тёплого шерстяного одеяла оказалось недостаточно, но его в одно мгновение озарило, - хотя постой... кажется, я придумал... только не пугайся... - У меня нет сил... - Азирафаэль оглушительно закашлял, чуть не захлёбываясь воздухом, - Кроули, мне холодно... - Сейчас, - рыжий, не выпуская мальчика из рук, забрался на кровать и лёг поперёк. Его тело, повинуясь демоническому чуду, начало изменяться. На коже проступила блестящая чёрная чешуя, голова округлилась и увеличилась в размерах, волосы втянулись внутрь, очки растеклись, принимая вид тёмных пятен вокруг янтарно-жёлтых глаз, туловище удлинилось, ноги и руки слились с ним в одно целое. Огромный тяжёлый красно-чёрный хвост рухнул на кровать, отчего та немного пошатнулась. Мощь огромной рептилии мало что может выдержать в этой реальности. - О, да-а-а-а-а... - зашипел Кроули, вытягиваясь во всю длину и разминая затёкшие от долгого нахождения в человеческой плоти мощные мышцы, - как давно я не примерял этот облик... Надо бы почащ-ще это делать... А то будет с-сплош-шной зас-стой... - Кроули... - Азирафаэль снова захныкал, - холодно... пожалуйста, дай мне одеяло... - С-сейчас-с, мой ангел... - Змий подполз к свернувшемуся под одеялом в комочек мальчику и начал медленно обвивать этот кокон своим мощным чешуйчатым телом. Несмотря на то, что змеи животные холоднокровные, внутри конкретно этого змея бушевало Адское пламя. Но оно не причинит вреда ангелу, а лишь согреет, ведь его контролирует умудрённый миллиардами лет суровой жизни демон. Змеиные кольца бережно сжались вокруг одеяла, чувствуя под собой живую плоть. Огромная голова опустилась рядом с лицом Азирафаэля, раздвоенный язык всего на мгновение показался из разинутой пасти, касаясь разгорячённой бледной кожи на щеке. - Так лучш-ше? - прошипел Кроули, воззрившись немигающим охряным с вертикальным чёрным зрачком глазом на друга. - Гораздо... - просипел в ответ мальчик и зарылся в одеяло глубже, - спасибо... Кроули в ответ одобрительно зашипел и устроил голову поудобнее, дабы тоже немного поспать. Конечно, в облике рептилии это будет довольно проблематично, ведь глаза он закрыть не сможет, да и сон будет чутким, даже нечто среднее меж явью и дремотой. К тому же, нужно быть начеку, если ангелу станет хуже. Тогда уже можно попробовать дать ему каких-нибудь лекарств. Если нетрадиционная медицина окажется бессильна в данном вопросе. Через какое-то время температура начала падать под благотворным действием тепла Адского пламени. Азирафаэлю стало даже жарко, и он высвободил руки из-под одеяла. Продолжая спать, он нашарил рядом с собой змеиную голову, повернулся к ней лицом и опустил ладошку на чёрную чешую. Кроули прошипел что-то невнятное, передвинул голову ближе, утыкаясь носом в сладко пахнущий бок мальчишки, и продолжил дремать и охранять чужой сон. Рука переместилась в то место, где, по определению, должна быть шея, и крепко обняла сильное змеиное тело. Кроули верил, что это поможет его ангелу выздороветь и больше не подхватывать такие ужасные болезни. А если и подхватит, то сразу сказать, а не молчать. И тогда всё будет хорошо. Няня Аштарот всё сделает. К тому же, вполне существует вероятность, что это единичный случай, ведь Азирафаэль очень быстро растёт. Сейчас ему уже на вид лет двенадцать-тринадцать. Совсем скоро он вернётся к своему прежнему облику. "Всё-таки странно, что за мной до сих пор не пришли, - внезапная мысль посетила голову Змия, - я думал, нас уже на следующий день после Армагеддона заметут. Очень странно и очень подозрительно. И ещё более странный этот домашний арест ангела. Может, мои и правда забыли обо мне? Нет, вряд ли. Они бы точно не пропустили мои косяки. Может, Антихрист меня защищает? Его сил вполне достаточно на то, чтобы отпугивать от нас наше начальство. Надо бы с ангелом обсудить этот вопрос. Интересно: а он об этом думал? Надо будет узнать. Когда выздоровеет".* * *
- Твоя земная оболочка с момента нашей последней встречи существенно изменилась, Азирафаэль, - Гавриил аккуратно прикрыл дверь книжной лавки и слегка дрогнул из-за звука медного колокольчика, который всегда его, мягко говоря, раздражал. - Я этому очень рад, поверь. - Я тоже этому рад, Гавриил, - Азирафаэль широко улыбнулся. - Случилось что-то важное, раз Вы пришли? Я сделал что-то не так? Превысил лимит ангельских чудес? - Нет-нет, как раз совсем наоборот, - Гавриил опёрся обеими руками на свой серый зонт-трость. - Ты проявил себя одним из самых послушных ангелов. Даже немного подозрительна твоя покорность. Но я надеюсь, что для подозрений поводов нет? Правда ведь? - Да, конечно. Я просто следовал Вашим указаниям. Проходите, Гавриил, присаживайтесь. - Я ненадолго, - архангел поднял руку, совершая жест отказа от приглашения. - Я только хотел сказать, что сегодня утром подал запрос в Светлый Совет на снятие с тебя всех обвинений по делу с несостоявшимся Армаггедоном. Как-никак, мы и без него сможем сойтись с демонами в битве, для этого необязательно уничтожать какую-то конкретную перенаселённую планетку. - То есть Вы хотите сказать, что ангелы и демоны... будут воевать... в другой части галактики? - глаза Азирафаэля расширились от ужаса. - А если там тоже есть жизнь? - Не исключаю, что она пострадает, - ни тени сочувствия не скользнуло по лицу начальника, - но такова цена нашего противостояния. Гибель чего-то живого. - Нет... Вы этого не допустите... Гавриил... - По крайней мере, не сейчас, - Гавриил шумно выдохнул через рот, - но я не по этому делу пришёл. В общем, Светлый Совет будет решать твою дальнейшую судьбу. Как только они вынесут вердикт, я тут же оповещу тебя об этом. Договорились? - Да, конечно, - блондин сдавленно кивнул. - Тогда я могу идти, - Гавриил развернулся и взялся за ручку двери, - всего хорошего, Азирафаэль. - До свидания, Гавриил... Едва медный колокольчик снова мелодично звякнул, дверь задней комнаты с грохотом распахнулась, и в торговый зал в прямом смысле слова вывалился Кроули. - Ты всё слышал? - Азирафаэль натянул на себя маску учтивого безразличия. - Вс-сё, - демон прислонился спиной к стеллажу и запрокинул бутылку с остатками вина, проливая половину на пиджак. - Вот с-сукин... ик... с-сын, войну ему... ик... подавай на другом к-конце Вс-селенной, - почти каждое слово сопровождалось лёгкой пьяной икотой, - между... ик... прочим, я тоже с-создал час-сть... ик... кос-смоса и имею... ик... право на голос-с, где... ик... можно войну развязывать, а где н-нельзя! - Твоего права у тебя никто не отбирает, Кроули, - ангел подошёл к другу и подставил плечо, чтобы тот опёрся на него. Со стороны, если не знать, конечно, о том, что это два сверхъестественных существа, смотрелось довольно необычно, что на вид шестнадцатилетний подросток спокойно держит еле стоящего на ногах пьяного в усмерть мужчину средних лет. - Но я тебя хочу попросить не лезть. Главное, что мы знаем о том, что это ещё далеко не конец. Думаю, у нас ещё есть время, чтобы предотвратить и эту войну. У нас есть Антихрист, а втроём мы чего-то да стоим. - Ты прав, ангел, - прошипел Кроули, роняя голову на белокурую макушку и зарываясь щекой в мягкие кудри, - вмес-сте мы... ик... с-сила... - Но ты пока сходишь с дистанции, судя по тому, сколько ты выпил, - Азирафаэль выудил бутылку из цепких длинных пальцев и не спеша отпил немного. - Эй! - падший резко дёрнулся. - Тебе ещ-щё... ик... нельзя! Ты нес-соверш-шеннолетний! ...ик... Я не разреш-шаю! - Немножко можно. - Я тебя... ик... опекаю, ангел, и я буду реш-шать, когда... ик... можно. - Ладно, не занудствуй, - блондин подтянул сползающего по стеллажу на пол Змия. - Может, приляжешь пока? Ты еле стоишь. - Я могу протрезветь в один ми-иг... - Но не хочешь... - Не хочу... - А чего ты хочешь? - Чтоб ты... ик... отвёл меня наверх. - Как скажешь. Ангел всё понял. Весь смысл желания Кроули был заключён в одной фразе, в нескольких, казалось бы, ничего не значащих словах. Он аккуратно затащил повисшего на нём друга на второй этаж в свою спальню и уложил на расстеленную ангельским чудом кровать. Пиджак, предварительно очищенный от вина, ботинки и ремень аккуратно разместились на кресле, хотя по поводу ремня Кроули пытался предпринять некие попытки протеста. Но не в его состоянии сейчас протестовать. - Бутылку тебе не оставлю, - тут Азирафаэль был непреклонен, - и новую начудесить не дам. В тебе и так много алкоголя. - Па-а-аш-шёл ты... - Кроули повернулся на бок, вытягиваясь на постели и обнимая пропахшую ангелом подушку, - не очень-то и хотелос-сь... Смуглые веки слегка дрогнули, когда на рыжую шевелюру опустилась прохладная ладонь и мягко провела по ней. Кровать прогнулась под чужим весом, но у Кроули уже не было сил, чтобы открыть глаза и взглянуть на севшего рядом с ним ангела. Азирафаэль медленно водил рукой по волосам, спустился на шею, тихонько разминая её и чувствуя скрытые под человеческой кожей мощные змеиные мышцы, дошёл до спины, и его пальцы наткнулись на уплотнённый воздух над лопатками. Демонические крылья. За всё время своего "взросления" Азирафаэль видел, как они постепенно бледнеют в его глазах. Ещё каких-то пару месяцев, и они вовсе исчезнут из поля его зрения. Но он и так знает, что они всегда здесь, просто спрятаны от людских глаз. Интересно, а Эти видят их крылья? Они оба никогда не интересовались у них об этом, хотя возможностей было бесконечно много, ведь они часто видятся. Надо бы как-то поднять этот вопрос. Если вспомнят, конечно. Едва видимое чёрное, точнее, почти прозрачное крыло медленно раскрылось, когда его основания коснулись прохладные пальцы, и бережно укрыло Азирафаэля. Тот почувствовал тепло чужих перьев на своих плечах, и его собственные крылья прижались к спине, давая крылу демона возможность обнять его полностью. - Ты и Уорлока так же обнимал? - шёпотом спросил ангел, понимая, что его не слышат, а если и слышат, то явно не ответят. - Когда он приходил к тебе после ночных кошмаров? Или когда он болел? Я этого не видел, но я видел кое-что другое. Великое множество раз я наблюдал, как вездесущий мальчишка, бегая по саду и парку, лишь чудом избегает падения на землю. А ты стоял рядом и даже не двигался. Но Уорлок чудесным образом не падал. Ты каждый раз ловил его и держал своими крыльями, если не было возможности дотянуться руками. Он не понимал, каким образом ему удаётся не только не падать, но и на несколько мгновений зависнуть в воздухе. Он не видел твоих крыльев, но знал, что они есть. Видимо, его воображение и мировоззрение не позволяло их узреть. Зато позволяло ощущать. Либо же ты прятал их даже слишком хорошо, подозревая о том, что дети могут видеть то, чего не видят взрослые. Быть может, Уорлок однажды их увидел, и ты, осознав это, спрятал их более тщательно. Но вряд ли он забыл об этом, если всё же я прав, - ангел перевёл дыхание. - Надеюсь, однажды я смогу спросить тебя об этом, когда ты не будешь пьяный в дрова спать на моей кровати. Дел в лавке уже не осталось, потому Азирафаэль решил остаться со спящим. Чудеснув в свои руки недочитанную книгу, он раскрыл её в нужном месте, ссутулился и упёрся локтями в колени для большего удобства. Круглые очки материализовались на кончике его носа, он лишь поправил их и возобновил чтение. Совсем неважно, сколько Кроули будет спать. Они друг другу никогда не помешают. Чем бы не были в данный момент заняты. Кроули громко причмокнул губами во сне, а затем грузно перекатился вместе с подушкой, которую обнимал, на левую, пока ещё прохладную половину кровати. Его крыло, всё ещё лежащее на плечах ангела, потянуло этого самого ангела в кровать, мол, неудобно так сидеть, ложись. Азирафаэль понял неосознанный самим демоном намёк, избавился от лишней и стесняющей тело одежды и улёгся рядом. За неимением подушки пришлось использовать в качестве опоры свои крылья, а крыло падшего улеглось поверх его живота и бёдер наподобие пледа. Блондин улыбнулся уголком рта и продолжил читать, постепенно погружась в свой привычный литературный транс, из которого даже пробуждение Кроули не сразу сможет его вывести.* * *
Белоснежные крылья яростно рассекают ледяной воздух, словно нагретый нож масло. Блестящие в свете солнца маховые перья напоминают лезвия смертоносных кинжалов, способные разрубить всё, что только попадётся: и случайную птичку, и даже крыло самолёта. Несколько мощных толчков плечами и лопатками, а затем - плавное планирование. Порывистый ветер треплет мелкие пёрышки, отчего по всему телу пробегают тысячи мурашек. Уже давным-давно забытые ощущения от размеренного полёта вернулись в эфирное тело. Датчик слежения на правой лодыжке нервно мигает зелёным. Значит, Гавриил не так уж недоволен своеволием подчинённого. И летать не запрещает. И слава Всевышней. Правое крыло резко ушло вниз, и ангел завертелся вокруг своей оси, входя в горизонтальный штопор. В ушах свистел ветер, глаза слезились от холода, но это всё оказалось ничем, по сравнению с былыми ощущениями от долгожданного полёта. Как же давно он не летал. Наверное, с самого Сотворения Мира. Просто не возникало настолько острой необходимости. А впоследствии как-то и времени особо не находилось. Так же быстро, как до этого вошёл в штопор, он выровнялся и снова полетел прямо. Для следующей фигуры нужно немного набраться сил и подождать, пока голова перестанет кружиться. Одно из его любимых развлечений - падение. Не то Падение, которому подвергли миллиарды лет назад десять миллионов мятежников. Эта фигура будет чуть попроще. Азирафаэль взлетел перпендикулярно земле, элегантно сложил оба крыла и камнем рухнул вниз. Его тело полностью расслаблено, потому он просто кувыркается в воздухе, а ветер играет с ним, словно шаловливый кот с клубком ниток. Он закрыл глаза, отдаваясь ощущениям стремительного затяжного прыжка, но не в бассейн с кипящей серой, а в озеро с вполне реальной водой. Но он упадёт в него не сейчас. Сейчас он преследует совершенно иную цель. Крылья резко раскрылись, отчего тело перевернулось в очередной раз, а Азирафаэль почувствовал себя так, словно его дух резко выдернули из него. Но это лишь иллюзия, вызванная резким прекращением падения. Ангел завис в считанных метрах от земли, поднимая ветер мощными махами своих огромных крыльев. Парочка слабеньких кустарников с корнем вырвались из почвы и разлетелись в разные стороны, не выдержав ангельской мощи. Азирафаэль широко улыбнулся, глубоко вдохнул и стрелой взмыл вверх, чтобы повторить свою фигуру. На этот раз он падал не так безынициативно. Он намеренно вытянулся в струнку и целенаправленно направлял себя в область ярко-голубого овала, коим и было озеро. Его гладь поблескивала в лучах солнца среди тёмно-серых и коричневых пятен вспаханных полей. С каждой секундой озеро было всё ближе, адреналин кипел в крови и разгонял её по телу, зрачки расширились так, что практически заполнили серо-зелёную радужку глаз. Он не собирается выходить из этого крутого пике. Он собирается нырнуть. Только лишь в последний момент Азирафаэль понял, что озеро покрыто толстым слоем льда, чего не было видно на большой высоте, но ни увернуться, ни выставить руки уже не успел. Головой он пробил толстую корку замёрзшей воды бело-голубого цвета, и его тело кануло в ледяную глубину водоёма. Он был в сознании, ведь ангелы способны и не на такое, однако земное тело он повредил знатно. Хруста шейных позвонков и черепа не услышал бы только глухой, а окрашивающуюся в красный воду вокруг упавшего не увидел бы только слепой. - Вот чёрт! - выругался своим духовным началом ангел, которого совершенно не заботило, что его тело, возможно, может утонуть. Ангелы могут говорить в любых условиях, и под водой тоже. Земные законы природы на эфирных существ не распространяются. В проделанную ангелом прорубь с размаху, расплескав ледяную воду по льду, сиганул кто-то ещё. Азирафаэль уже приготовился спасать неудавшегося суицидника, однако необходимость в спасении отпала, едва он понял, кто это. - Кроули! - блондин улыбнулся, совершенно не замечая, что он продолжает терять кровь и, как следствие, силы. Падший, отталкиваясь в воде своими крыльями, молча подплыл к ангелу, завис перед ним и обхватил руками его голову. - Кажется, я сломал себе шею, - ангел мягко улыбнулся. Он произнёс эту фразу настолько буднично, словно он каждый день себе ломает шею и это его уже давным-давно перестало удивлять. - И не только её, - холодно отчеканил Кроули, кладя ладони на вышеупомянутую шею и смыкая пальцы в замок на её задней части, где предположительно должен находиться перелом. - Не двигайся, сейчас я поправлю. Будет больно. Хруст вправляемых костей оказался не так приятен слуху, как предполагалось. Обещанная боль появилась сразу же, но ни один мускул на лице Азирафаэля не дрогнул. Он привык к боли, ведь ангелы для неё и были созданы. А для чего же ещё создавать боевые машины смерти? Кроули демоническим чудом собрал раздробленные позвонки по частям и выровнял их по оси, а после принялся за проломленный череп. Вся кровь, что успела до этого вытечь, начала возвращаться обратно. Если бы падший залечивал переломы на суше, так просто вернуть кровь он бы не смог. А вода позволяет ему неограниченно пользоваться демоническим чудом в плане исцеления. Затылочная кость вправилась на место, и тогда и позвоночник выровнялся окончательно. Порванные сосуды восстановили форму, едва вся кровь втекла обратно. Проломленные теменные кости в громким хрустом вернулись на свои законные места, и швы закрылись. Залатать надкостницу, порванный сухожильный шлем и кожу оказалось проще простого. - Всё, я закончил, - Кроули покрутился около ангела, проверяя его тело на наличие других повреждений. - Ты цел и невредим. - Спасибо, - спаситель был одарён одной из самых искренних ангельских улыбок, на которую спасённый был способен. - Ты был поблизости, раз успел так вовремя? - Я всегда был рядом, - уклончиво ответил падший. Он не собирался в очередной раз отчитывать ангела за его безрассудство. Всё равно это бесполезно. По меркам смертных, он переживает кризис амбиций, когда выбранная ранее жизненная цель не даёт полного удовлетворения. Это, конечно, ненадолго, примерно на месяц, но на страже ангельского существования демон был всегда, в этом он не лгал. - Тогда поиграем? - Азирафаэль коснулся плеча падшего и резко отплыл от него, обдавая демонические крылья потоком ледяной воды. - Ты вода! Догоняй! Кроули поначалу непонимающе уставился на уплывающего от него хохочущего ангела, как его мощные крылья расталкивают воду и та бурлит и пенится от его телодвижений, но после до него дошло, чего от него хотят. И вот он уже активно несётся за блондином, загребая воду крыльями, дабы передать ему право быть водой и самому улепётывать от него. И их игру даже никто не прервёт. Просто потому что никто её не видит и никто о ней не знает.* * *
- Ангел, я вернулся! - Кроули щёлкнул замком, закрывая дверь квартиры, бросил ключи на полку перед зеркалом и сразу прошёл в свой кабинет. Квартира ответила ему гробовой тишиной. Похоже, Азирафаэль снова куда-то отлучился. Но поводов для беспокойства не было, на демонической душе спокойно, значит, он не в опасности. Возможно, какие-то срочные дела могли заставить его отправиться в книжную лавку. Или ещё куда. А может, Гавриил нанёс ему очередной визит. В последнее время он частенько заходит к ангелу, дабы лично передать какое-то задание. Издержки тотального ангельского контроля. Телевизор включился, стоило демону щёлкнуть пальцами, и сам настроился на кулинарный канал. Несмотря на то, что Кроули не так сильно, как Азирафаэль, любит поесть, а вот смотреть кулинарные шоу и поединки он просто обожает. Наблюдать, как смертные виртуозно готовят, - настоящая услада для змеиных глаз. И удовлетворением своего змеиного взора Кроули и занялся, усевшись в своё кресло-трон и закинув ноги на стол, однако уже через некоторое время он задремал под монотонный голос диктора шоу. Правая рука плавно соскользнула с подлокотника и повисла в воздухе, голова упала на грудь, шумное дыхание замедлилось и выровнялось. Кроули уснул. А с ним уснула и вся его обитель. Даже цветы.* * *
- Как я рад тебя видеть, Азирафаэль! - Гавриил с жаром пожал руку ангелу и широко улыбнулся. - Я пригласил тебя сюда, потому что хотел, чтобы ты сам услышал вердикт Светлого Совета. Надеюсь, ты не против такого расклада? - Конечно, нет, Гавриил, - Азирафаэль улыбнулся в ответ и высвободил руку из крепкого захвата. - Конечно, я ждал услышать вердикт от Вас лично, но так даже лучше, я думаю. Услышать всё из первых уст. Надеюсь, приговор не будет слишком строг, а если и будет, то лучше его сразу привести в исполнение. Не мешкая. - Тогда идём, тебя уже ждут, - архангел пригласил блондина пройти за ним в распахнувшиеся бело-золотые двери. Они оба оказались в просторном помещении, созданном, казалось, целиком из сплошного белого света. Кроме длинного узкого стола, стоящего поперёк, и окружающих его стульев в комнате из мебели больше ничего не было. За столом сидела вся каста архангелов во главе с Гласом Божьим Метатроном. Гавриил подвёл Азирафаэля к свободному месту, а сам сел в другом конце стола, рядом с архангелом Михаилом. Азирафаэль же остался стоять, любезно отказавшись от стула. - Итак, Азирафаэль... - Гавриил решил начать первым, - Светлый Совет некоторое время назад принял мой запрос на рассмотрение твоего дела. Мы досконально изучили его. - Причины обвинения следующие, - Михаил поднялся с места и начал читать с листа: - предотвращение Армагеддона, пособничество демону Кроули, дезертирство, неподчинение Божественному замыслу, укрывание настоящего Антихриста от Небес и лживая подмена его на обычного человека, попытка предотвращения запланированной ещё шесть тысяч лет назад войны меж ангелами и падшими. И это лишь верхушка айсберга. - Да, спасибо, Михаил, пока достаточно, - архангел сел, и слово снова взял Гавриил. - Несмотря на такой внушительный список обвинений, я счёл своим долгом встать на защиту своего подчинённого. И я выяснил, что Азирафаэль - единственный ангел, который всё это время, начиная с Сотворения, жил на Земле и опекал смертных. Всех смертных, от индейцев до китайцев. По сути, он один был ангельским Стражем Земли, как в своё время был Стражем Восточных Врат Эдемского сада. Он один занимался всеми смертными, потому мне пришлось просмотреть горы его отчётов. И я нашёл множество заслуг, которые могу противопоставить его последним действиям. Несмотря на то, что Землю сотворила Наша Всесильная Мать, оберегала её вовсе не Она. Оберегал её Азирафаэль. Я думаю, это веская причина, по которой он достоин продолжать своё дело и дальше. Он, как никто другой, достоин этого звания. И как никто другой, он разбирается в земных делах куда лучше, чем мы все вместе взятые. И я считаю, что Азирафаэль искупил свою вину за Армагеддон. Я ни в коем случае не хочу обвинять Всевышнюю, я думаю, я даже уверен, что Она со мной солидарна. Мы всегда найдём способ одолеть падших в новой войне. Видимо, Ей угодно, чтобы это случилось не сейчас, а ещё чуть позже. Но это случится всё равно. А пока Азирафаэль может продолжить свою работу на Земле, как и раньше. Завершив свою пламенную адвокатскую речь, Гавриил сел на место и слегка победоносно глянул на Метатрона, который сидел в центре между Уриилом и Михаилом, оперевшись подбородком на руки, а локтями на стол, и размышлял. Азирафаэль смотрел на начальника со смесью благодарности и непонимания в глазах. Его терзали смешанные чувства. С одной стороны, он был благодарен Гавриилу за такую мощную поддержку, с другой же - недоумевал по поводу его слов о войне. Он правда хочет её наступления? Или же это лишь утешение для остальных архангелов, мол, не сейчас, так потом, а когда потом, одной Ей известно. Очень хотелось верить во второе, более мирное развитие событий. Хотя и оно выглядело неоднозначным. Придётся жить словно на бочке с порохом. - КОМУ-НИБУДЬ ЕСТЬ ЕЩЁ ЧТО СКАЗАТЬ В ОБВИНЕНИЕ ИЛИ ЗАЩИТУ АЗИРАФАЭЛЯ? - наконец, молвил Метатрон. Архангелы отрицательно покачали головами. - ХОРОШО. СВЕТЛЫЙ СОВЕТ В МОЁМ ЛИЦЕ, А ГОВОРЮ Я ОТ ЛИЦА ГОСПОДА, И ГОСПОДЬ ПРИНЯЛА РЕШЕНИЕ. АЗИРАФАЭЛЬ... ТЫ НЕВИНОВЕН. ТВОИ ЗАСЛУГИ ПЕРЕД ГОСПОДОМ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЗАСЛУЖИВАЮТ ЕЁ ОДОБРЕНИЯ. ОНА ОТПУСКАЕТ ТЕБЯ НА ЗЕМЛЮ. ХРАНИ ЕЁ ТАК ЖЕ, КАК ХРАНИЛ ДО ЭТОГО. И ПОМНИ, ЧЕМ МОЖЕТ ОБЕРНУТЬСЯ НЕПОВИНОВЕНИЕ ВСЕВЫШНЕЙ. - Я помню, Глас Божий Метатрон, - Азирафаэль сдержанно улыбнулся, - и я благодарю Её за благосклонность и защиту. И вас всех благодарю. За великодушие. Я могу идти? - Можешь, - ответил за всех Михаил, и судя по её тону, он не так уж и доволен вердиктом Метатрона, но возразить ничего не может, - ведь ты свободен и прощён. Азирафаэль покинул зал Светлого Совета в приподнятом настроении и направился в конец белоснежного коридора к лифтам, уже собираясь спуститься к эскалатору, ведущему на Землю, когда его нагнал Гавриил. - Азирафаэль, подожди! - он легко подбежал к стоящему у дверей лифта блондину и, остановившись в считанных дюймах от него, с размаху опустил ладонь на его плечо. Что было для него удивительным, Азирафаэль даже не пошатнулся, хотя раньше его и недолгий бег мог заставить сложиться пополам. Видимо, новое тело открыло в нём новые возможности для развития. - Вы были очень убедительны, Гавриил, я Вам за это признателен, - сдержанная улыбка словно прилипла к губам ангела. - Я сделал это ради тебя. Ты мой лучший ангел, Азирафаэль. Я рад иметь в своём штате такого коллегу, как ты. - Взаимно, Гавриил, взаимно. - Ты сейчас обратно? - Да, конечно. Как Вы видите и как я могу судить по своим собственным ощущениям, я могу и даже должен возобновить свои земные дела. - Я очень рад, что у тебя всё хорошо. Продолжай работать тем же ударным трудом. Верь, что ты очень нужен нам. - Я верю. Кстати, а что насчёт домашнего ареста? - Азирафаэль указал пальцем на датчик слежения. - По этому поводу Вы не говорили со Светлым Советом? Я всё ещё под контролем? - Ах да, точно! - Гавриил хлопнул себя по лбу. - Забыли сказать, что ты теперь свободен ещё и от моего контроля. Это, конечно, не значит, что, едва я сниму с тебя эту штуку, нужно сразу бежать творить всякое непотребство. - Да, конечно, я понимаю. Гавриил сел на колено перед правой ногой ангела и одним движением отключил и отстегнул датчик от лодыжки. Азирафаэль сразу почувствовал себя свободнее. Да, и ногу теперь ничего тяжёлое не сковывает, что вдвойне приятно осознавать. - Теперь ты свободен во всех смыслах, - подытожил архангел, пряча датчик во внутреннем кармане пиджака. - Я не буду контролировать тебя денно и ночно, так что теперь ты волен делать, что считаешь нужным. Но, как ты помнишь... -...в пределах разумного, да, я помню. - Вот и отлично! Не смею тебя больше задерживать. - До встречи, Гавриил... - Удачи, Азирафаэль...* * *
- Кроули... - на подрагивающие во сне худые плечи опустились мягкие прохладные ладони. Рыжий сквозь сон чувствовал их холод даже через плотную ткань пиджака, - Кроули, проснись, пожалуйста... я вернулся... - Я с-слыш-шу, - лениво прошипел в ответ Кроули. Он вытянулся в кресле, чувствуя, как змеиные мышцы, спрятанные в человеческом теле, медленно распрямляются, а затем собираются обратно в привычные за шесть тысяч лет изломы и изгибы, - куда ходил? - В контору, - пальцы начали осторожно мять горячую кожу напряжённой шеи, разогревая её ещё больше. - Гавриил прислал сообщение, что мне срочно нужно быть. Светлый Совет вынес свой вердикт. - И каков их вердикт? - Кроули приоткрыл один глаз и уставился им куда-то вверх, где, по определению, должен быть Азирафаэль. - С меня сняли все обвинения и убрали тотальный контроль. Так что наше Соглашение снова может вступить в силу. - С-соглаш-шение подождёт, - демон снял ноги со стола, поднялся с кресла, высвобождаясь из прохладной хватки ангела, и повернулся к обладателю рук. Тонкие губы растянулись в улыбке. - Ты снова прежний, каким был до Армагеддона. - Правда? - блондин смущённо (совсем как тогда, в больничке болтливых монашек) улыбнулся. - Я ощутил это физически, но особо внимания не обращал. И не смотрелся в зеркало всё это время. - Наконец-то... - падший подался вперёд и обхватил мясистые, но крепкие плечи друга, прижимая его к себе и вкладывая в свои объятия всё, что он чувствует сейчас. - С с-самого Армагеддона я мечтал пожмякать тебя такого... - Теперь ты можешь это делать в любой момент, - Азирафаэль опустил свои руки Кроули на пояс и несильно сжал его в объятиях, - даже если я читаю или занят. Тебе можно всегда. - Ты вес-сьма ведикодуш-шен, ангел... - вихрастая рыжая голова опустилась на чужое плечо, Змий прикрыл глаза и издал еле слышный звук, отдалённо похожий на кошачье урчание. Ангел зарылся рукой в демонические волосы, пропуская их сквозь пальцы. - Ты не жалеешь, что я уже не ребёнок? Ещё никогда ты не был со мной настолько заботлив и нежен, как весь этот год. Когда я такой, твоя забота немного... другая. - Может, капельку жалеть буду. Мне нравилось с тобой играть. Особенно в настольные игры. Я не говорю, что мы прекратим это делать, нет. Просто теперь ты снова прежний, так что... - Я тебе бесконечно благодарен, Кроули, - произнёс Азирафаэль, перебивая Змия, но тот даже не обиделся, лишь замолчал и приготовился слушать, - за всё. За то прошлое, когда я не мог тебя благодарить в силу нашего страха перед начальством. И за прошлое, в котором мы не дали Армагеддону случиться. И за то, что ты всегда рядом. И особенно за то, что ты сейчас здесь, и потому можешь разделить со мной радость от моего же освобождения. Если ты меня сейчас пригвоздишь к стенке, я не удивлюсь и не испугаюсь, но всё равно скажу и не буду даже ни капли об этом сожалеть: ты самый добрый и хороший демон, с которым меня только смогла свести судьба. И хочу ещё сказать, что я тоже всегда буду рядом. Что бы ни случилось. - Вот сейчас, ангел, не хватает цветочной арки, кучи гостей и священника, который продолжит бубнить "в здравии и болезни, в радости и горе..." - последнюю фразу Кроули начал слегка подвывать. - Не утрируй, - несмотря на недовольный тон, ангел улыбался, - вечно всё опошлит... - Ангел, а как правильно: "опошлит" или "опошлит"? - Понятия не имею... - Может, сходим куда-нибудь? Надо же отметить твоё освобождение. - Может, пойдём просто погуляем в парк Сент-Джеймс? - Отличная идея! Но вино я всё равно возьму. - Как скажешь, мой дорогой. Нам многое нужно обсудить.
