Это вам не игрушки!

Проснувшись, Гарри почувствовал, что его одолевает дежавю – он лежал в постели Снейпа, ему срочно было нужно в туалет, а из-за двери доносился голос Дамблдора. Справившись с тем, что не терпело отлагательства, Поттер на этот раз не стал подслушивать, а сразу вышел в гостиную покоев в Блэк-хаусе. Дамблдор и Снейп беседовали за чашечкой чая. – Добрый день, профессор Дамблдор, – поздоровался Гарри, жадно поглядев на тарелочку с печеньем и сдобой. – Потерпи, тебе пока не стоит есть. Правда, чай ты можешь выпить, – Северус заметил, что Гарри чуть не облизывался, уставившись на выпечку. Он призвал из шкафа еще одну чашку, налил в нее чаю и подал парню, расстроенно закусившему губу. – Здравствуй, мальчик мой, – ответил Дамблдор, тепло глядя на Гарри. – Как ты себя чувствуешь? – Терпимо. А что вы сказали в школе о моем отсутствии? Или никто не интересовался? – Гарри надпил из чашки. Чай был очень вкусным и необыкновенно душистым. – Твоя невеста просто-таки не находит себе места, однако что-либо расспрашивать остерегается. Декану я сказал, что появились осложнения с травмой, поэтому пришлось срочно принимать меры. Она предположила, что тебя отправили в больницу Святого Мунго, а я ее не разубеждал. На будущее… Гарри, думаю, тебе стоит сказать, что ты лежал в закрытых комнатах больничного крыла. Да-да, такие существуют. Не думаешь же ты, что заболевшие преподаватели согласятся находиться в одном помещении вместе со студентами, к которым ходят толпы друзей? Мадам Помфри по собственной инициативе никому ничего не скажет, но и отрицать, что ты якобы проходил лечение в больничном крыле, не будет, – Дамблдор отставил пустую чашку и поднялся из кресла. – Спасибо, Северус. Чай просто изумительный. К тебе стоит наведываться только для того, чтобы насладиться таким замечательным напитком. – Я не делаю секрета из его состава, – отмахнулся Снейп. – Не забудь принести Омут памяти, – напомнил он директору, собиравшемуся покинуть комнату. – Полагаю, часа через два максимум я справлюсь, если Гарри не станет сопротивляться. – Я обязательно принесу, не волнуйся. Если будете готовы раньше, сообщи мне, – Дамблдор напоследок ободряюще улыбнулся Гарри. – В чем я не должен сопротивляться, – стоило Дамблдору скрыться в зеленых всполохах магического огня, как Поттер сразу же начал приставать с вопросами к Снейпу. – Ты выпил чай? – тот, видимо, не был настроен праздно болтать. Он выглядел собранным, сосредоточенным и очень по-деловому уставился на Гарри, отчего у того по спине побежали мурашки. – Выпил. Так что… – Сейчас все узнаешь. Вот лучше бы ты раньше проявлял такое неуемное любопытство, тогда, возможно, мне не пришлось бы сейчас с тобой возиться, – раздражение и легкое презрение в голосе все же не укрылись от Гарри, хотя Северус и старался держать себя в руках и не третировать его. – Ты сказал правду директору? Ты действительно себя нормально чувствуешь? Я не собираюсь разбираться еще и с твоими обмороками, не говоря уже о том, что это очень вредно в твоем случае. – Да, я вполне нормально себя чувствую. Только есть хочется, – Гарри не жаловался, но решил уточнить, а то вдруг и это тоже важно «в его случае». Тут уж не до скромности, когда на кону стоит жизнь. – До вечера не умрешь от голода, – резковато бросил Снейп, а затем наконец-то объяснил, чем они будут заниматься: – Чтобы выбрать в каком направлении нам следует двигаться для оказания тебе полноценной помощи, необходимо наверняка знать причины бедственного состояния твоего магического потенциала. Сейчас я, с твоего безусловного разрешения, применю к тебе особые методы работы с сознанием. Это очень сложные манипуляции с разумом, поэтому после них могут быть побочные эффекты – головокружение, тошнота и даже потеря сознания. Именно поэтому я оставляю тебя голодным и интересуюсь состоянием твоего самочувствия. – Вы уже проделывали это со мной, не спрашивая моего согласия, – Поттера задело уточнение о том, что он должен дать позволение на проникновение в его разум. – Ты жалеешь, что я не позволил тебе сдохнуть? А именно так и случилось бы, если бы я не сделал того, что посчитал необходимым. Можешь подать на меня жалобу в Визенгамот, – Снейп был готов раскричаться, не пряча злость и негодование. – Дверь не заперта. Отправляйся! – Никуда я не пойду. Не кричи на меня, – надулся Гарри, мысленно ругая себя за несдержанность, а Снейпа – за бесноватый характер. – Я же не против того, что нужно для спасения моей жизни. – Включал бы хоть изредка мозги – не пришлось бы спасать твою жизнь, – не удержался от чтения морали Снейп. – Итак. Сейчас я полюбуюсь на все твои глупости, которые ты совершил с начала учебного года. Раньше, думаю, смотреть нет необходимости, потому что в сентябре ты казался еще более-менее при памяти. И не думай, что мне будет приятно рассматривать, как ты трахался со всеми подряд, как продажная сучка. У тех хоть оправдание есть – они таким образом зарабатывают себе на кусок хлеба. А вот чего ты хотел добиться, практически не пропустив ни одного парня-старшекурсника? – Но это же Поиск… – Поттер был уже не очень уверен в том, что правильно понимал принципы этого процесса. – Поиск предусматривает связь с тремя-четырьмя партнерами, чтобы раскачать потенциал. Для выбора как такового не обязательно подставлять всем зад или лезть членом в их дырки. Расчет по формулам и общение – этого вполне достаточно для Поиска. Откуда я и директор узнали, что моя магия идеально совпадает с твоей? – наблюдая, как заалели щеки удивленного его словами Поттера, Снейп понял, что о Поиске тому практически ничего не известно. Действительно, Гарри иногда ловил себя на мысли, что в составлении пар, совокуплявшихся под «его» окном, была какая-то закономерность, но он так и не смог сосредоточиться на этом вопросе, продолжая просто бездумно наблюдать. Поэтому теперь он только молчал, давая себе слово, если выживет, обязательно разузнать все-все подробности и условия Поиска. Снейп решил по достоинству оценить выдержку Поттера, который еще не кинулся на него с кулаками, доказывая, что не виноват в своем бедственном положении, и сваливая вину на других. – Прошлого не воротишь, Гарри. Давай работать. Я просмотрю твои воспоминания и выберу те, которые, по моему мнению, могут дать нам подсказку, где искать причину потери тобой потенциала. Потом Альбус принесет Омут памяти, а я помогу тебе извлечь из памяти именно выбранные мной воспоминания, и мы будем смотреть их втроем. Проси Мерлина, чтобы твой враг оказался не очень профессиональным. Если он сделал ошибку – мы ее найдем, определив отправную точку для наших действий в помощи тебе, – под конец фразы голос Снейпа снова стал успокаивающим, расслабляющим и уговаривающим сдаться. Точно таким, каким был вчера, перед тем как Гарри согласился на ритуал, позволивший наполнить его под завязку магической силой. – Что я должен делать? – только и спросил Гарри, на этот раз отставив свое любопытство в сторону. – Ты должен смотреть мне в глаза так, словно от этого зависит твоя жизнь, – сказал Северус, подвигаясь к Поттеру на диване и устанавливая с ним зрительный контакт. – Она и так зависит от этого, – успел сказать Гарри перед тем, как его сознание всколыхнулось, недовольное глубоким чужим проникновением. Через час Снейп обессиленно откинулся на спинку дивана, одной рукой притягивая к себе полубессознательного Поттера, чтобы тот не свалился с дивана. Искать зацепку было трудно. Бесконечные голые задницы, члены и анусы, накачанные спермой, постоянно всплывавшие в памяти Гарри, раздражали и вызывали злость на его безрассудство. Отыскивать в этом мусоре сцены с участием Малфоя и Уизли для более детального изучения было нелегко. Но результат стоил того. Даже без Омута памяти Северус мог сказать, кто виноват, и в общих чертах определиться, что он сделал для того, чтобы лишить Поттера способности колдовать. Оставалось выяснить магический принцип воздействия, и тогда можно будет приступить к разработке операции по спасению. – Это был Драко? Те его камни, да? – просипел Гарри, у которого после рытья Снейпа в его сознании беспощадно болела голова. – Догадался… А раньше не мог включить эту голову? – Северус ткнул пальцем в висок Гарри, вызвав у него болезненный стон. – А не эту, – он бесцеремонно положил ладонь на налившийся член Поттера и слегка его сжал. Принудительно заставив Гарри просмотреть свои воспоминания, что являлось обычным делом при легилименции, Снейп не удивился, что молодой и здоровый парень возбудился. Он и сам, несмотря на то, что увиденное вызывало брезгливость, сейчас, дотронувшись до Поттера, тоже почувствовал свой проснувшийся интерес. Конечно же, как вполне взрослый и контролирующий себя маг, Северус мог проявить свой вредный характер, еще раз ткнуть Поттера носом в его любовь к неразборчивым связям и наблюдать, как тот будет мучиться: и с головной болью, и с невозможностью быстро сбросить сексуальное напряжение. В ванную пойти Поттер постесняется, а наличие уз помолвки помешает ему просто так забыть о возбуждении. Эти коварные узы очень заинтересованы в том, чтобы лоно невесты было как можно чаще и всласть залито спермой. Альбус наверняка рассердится, если достижения вчерашнего ритуала так безжалостно смоют в унитаз. Да и самому Северусу отказываться от близости с молодым магом, настолько идеально ему подходившим, было просто глупо. Рука Снейпа продолжала легонько сжимать член Гарри прямо поверх нескольких слоев одежды. Через двадцать секунд Поттер не выдержал и застонал, пытаясь толкнуться в руку. – Скажи, – прошептал Снейп ему на ухо своим самым обворожительным тоном. – Скажи, что я должен для тебя сделать? – Спаси меня! – ответ был столь неожиданным, настолько прозвучал искренне и трогательно, что Северус, ожидавший просьбы о более насущном, даже вздрогнул. Он приподнял лицо Гарри, придерживая его большим пальцем под подбородок и охватывая ладонью его шею, и сразу же впился в губы требовательным поцелуем, наваливаясь на него всем весом и подминая хрупкое тело под себя. Поттер вздрагивал, стонал прямо ему в рот, прижимался так, словно хотел раствориться в Северусе. – Идем! – резко вскочив с дивана и рывком подняв Поттера, Северус потянул его в спальню. Одежда была сброшена за считанные секунды. – Коленями на край кровати, – скомандовал тихо Северус, подсказывая Гарри, что делать. Представшая глазам Снейпа картина, заводила еще сильнее. Магия уже начала сплетаться прядями, довольно урча и ластясь в ожидании пира чувственности. – Скоро придет Альбус, у нас нет времени на игры. Северус и сам не знал, зачем он это сказал, ведь Гарри уже встал на четвереньки, подставляя ему пульсирующий от нетерпения анус. Снейп использовал невербальное заклинание, чтобы не разыскивать лубрикант, и сразу два его пальца нырнули в жаркую глубину. Пока те были заняты своим делом, Северус произнес несколько непонятных Поттеру фраз, смутно похожих на строки из катренов, звучавших накануне во время ритуала. И только потом Гарри почувствовал, как в него входит член, плотно заполняя задний проход и сразу же скользнув под нужным углом, тем самым вызвав непроизвольный вскрик, сопровождавший прошившую тело молнию удовольствия. Гарри оказался не в состоянии себя контролировать, он, резко подаваясь назад, принялся неосознанно говорить что-то бессвязное севшим от наплыва эмоций голосом. Он старался насадить себя как можно резче на член Северуса, приносивший столько неимоверного наслаждения. Снейп наклонился над ним, поцеловал в основание шеи, провел губами по плечу, не переставая вбиваться в податливое тело. Его рука скользнула по груди Гарри, зацепила чувствительный сосок, а затем направилась прямиком к средоточию сладкого до боли напряжения. Плотно обхватив член пальцами, Северус задвигал рукой в такт своим толчкам в упругую задницу, так гостеприимно подставленную ему. Оргазм, достигнутый одновременно, заставил их обоих на миг задохнуться, захлебнуться воздухом и собственным криком. Даже Северус на этот раз не сдержался, громко рыча от невероятно пьянящего чувства полного единения, поддержанного магией. Через пятнадцать минут Северус и Гарри, принявшие на скорую руку душ и не забывшие полностью одеться, встретили Дамблдора, который на этот раз пришел не с пустыми руками: он принес Омут памяти – довольно объемную чашу, испещренную рунами и особыми знаками, тут же пристроенную на столе. Директор внимательно посмотрел на Гарри, затем на Снейпа, но ничего не спросил, а только улыбнулся. Будучи сильным волшебником, он смог различить еще не совсем успокоившуюся магию, вившуюся над ними после секса. – Северус, ты нашел что-то стоящее? – Если ты о воспоминаниях Поттера, то да. Я уже выяснил – кто, догадываюсь – зачем, и в общих чертах знаю – как был сворован потенциал. Осталось определить магическую составляющую, то есть, с помощью какого именно колдовства это было сделано. – Драко каждый раз что-то шептал перед тем, так же как и… – Гарри порозовел. Он чуть не сказал «как и ты». Дамблдор сделал вид, что не заметил его замешательства, а Снейп только стиснул зубы, чтобы не высказаться по поводу безнравственных и безголовых юнцов, подставляющих… и так далее, и тому подобное. – Поттер, закройте рот и помолчите минуту. Смотрите мне в глаза и не дергайтесь, – ледяной приказной тон и безразличный колючий взгляд не располагали к обсуждению приказов, и тот подчинился. Снейп, сосредоточившись, с помощью волшебной палочки перенес несколько перламутрово мерцавших белесых прядей воспоминаний, выуженных из головы Поттера, в зачарованную чашу Омута памяти. – Гарри, ты присоединишься к нам? Возможно, у нас появятся вопросы по ходу просмотра, – Дамблдор жестом предложил ему подойти к столу. Гарри, понимая, что именно сейчас будут смотреть, залился краской. – Поттер, от этого зависит ваша жизнь. Я же не устраиваю порносеанс из всех ваших похождений? Здесь только факт вашей помолвки и последние встречи с мистером Малфоем. Как-нибудь уж потерпите, что мы будем детально рассматривать, как вам в зад запихивали морионы. – Что?! – Дамблдор вскинулся в таком ужасе, словно ему сказали, что Поттер стал вторым Темным Лордом. – Но… – Альбус, сначала посмотри, – бросил Снейп, решительно наклоняясь над чашей Омута памяти, в которой серебристым туманом вились воспоминания Гарри.