Превыше плоти

      Воды Средиземного моря лениво лизали бледный песок. С неба светил полный лик Селены, заливавший всё вокруг расплавленным серебром лунного света. Аид сидел на шезлонге и неотрывно смотрел на свою жену, плескавшуюся в волнах. Он мягко улыбался, даже не отдавая себе отчёт, как мечтательно выглядит. Раньше бы бог мёртвых задумался, а не сделать ли ему лицо чуть серьёзнее, чтобы души не посчитали его слишком мягким, но недавние события немного поменяли его отношение к миру. К тому же, души сейчас его не видели.       Персефона наконец вышла из воды и сладко вздохнула.       — Нет ничего лучше, чем купание в парной воде Средиземного моря ночью.       — Рад, что ты довольна.       — Ты мог бы присоединиться ко мне.       — Давай дома. Когда мы нырнём в воды Стикса, например.       — Но Стикс обжигающе холодный!       — А с каких пор мне нравится температура выше десяти градусов тепла?       Персефона улыбнулась и обняла мужа.       — Вот теперь я ещё и мокрый.       — Душнила.       — Кто?!       Персефона рассмеялась и села рядом с мужем на шезлонг. Пока она вытиралась и переодевалась, она не сводила глаз с мужа, думая о чём-то.       — Говори.       Богиня весны с улыбкой вздохнула. Аид читал её как книгу.       — Не хочешь как-нибудь вместе отправиться жить на землю?       — О-о, так тебе было мало?       — Нет, просто иногда думаю, что провести свою человеческую жизнь без тебя было упущением. Вместе мы смогли бы отлично провести время.       — И перевернуть весь мир с ног на голову.       — Конечно, ради этого всё и затевается. Мы же с тобой хтонические существа.       Аид вгляделся во тьму моря.       — Может быть, в следующей жизни?       Персефона вопросительно приподняла бровь.       — Не сейчас. Когда здесь свою жизнь проживает Минта. Пусть она... вернётся сначала туда, куда её приведут Мойры. Потом мы сможем выдохнуть. Персефона хотела ответить согласием, но внезапные шаги, раздавшиеся на пустом пляже её отвлекли.       — Она здесь, — шепнула Персефона мужу. Они оба обернулись и увидели, как на шезлонг чуть поодаль села девушка.       Кики.       Персефона не могла забыть свою подругу и часто думала о том, что яркой и жизнерадостной девушке пришлось тяжело. Она не знала горя и бед, пока в один прекрасный момент её подругу Кору не убили. Когда началась вся заваруха, Геката, которую Кики знала как Кат, тоже была вынуждена проводить всё больше времени в Подземном мире, и Кики внезапно осталась почти одна. Персефона переживала за неё и хотела навестить, но не знала, как начать разговор и стоит ли ей скрывать свою личность? Дать понять, кем она была на самом деле? Или же навести морок, чтобы Кики не понимала, с кем разговаривает?       Девушка достала из сумочки телефон, приняла звонок, и до Персефоны донеслись слова: «Привет, ты где? Я на пляже. А? О-о!» Кики обернулась и помахала кому-то, кто шёл со стороны ресторанов. Персефона охнула, и Аид тоже его узнал.       — Костас! — крикнула Кики и подбежала к нему. Парень с радостью и нежностью обнял её, а затем... поцеловал. Персефона чуть было вслух не охнула от удивления, а Аид тихо рассмеялся.       — Кажется, Ангелики оправилась ото всех потрясений.       Персефона ещё несколько мгновений посмотрела на влюблённую парочку и широко улыбнулась.       — Я рада, что она не одна.       Богиня весны положила голову на плечо своего мужа. Всё налаживалось. От титанов избавились, Петрос был помилован и отправлен обратно на Елисейские поля. Деспина вернулась в мир богов и нашла Ангелоса в Подземном мире, а Гера повысила его до горного духа, и теперь пара снова была вместе, кажется, теперь навсегда. Минта ещё не родилась в новом мире, но скоро её ждут множество интересных открытий в человеческом теле. И Кики, кажется, тоже была счастлива.       Но самое главное, Аид и Деметра примирились. Это было самым главным достижением всей этой истории. Глядя на то, как они обнялись при встрече, когда Персефона вышла из Тартара с Аидом, богиня весны подумала, что если бы её спросили, сделала ли она бы то же самое, если бы вернулась назад, она бы ответила — да. Но на Олимпе никогда не бывает спокойно. Поэтому почти наверняка их ждут новые истории, которые уже никто не запишет в книгу о мифологии. ***       Шестьдесят лет спустя Танатос вёл по коридору душу одного старика из Ларнаки.       — Дайте пройти, — гремел он, расталкивая всех вокруг. Это был особый гость, которого Аид ждал все эти годы. Он не забыл, как тот однажды спросил его на пляже: «Так кто ты такой?», и бог мёртвых ответил: «Скончаешься и узнаешь». Он был уверен: мужчина помнил этот момент всю жизнь.       Старик посмотрел на Аида с широко распахнутыми глазами и открыл рот от удивления.       — Быть того не может...       Бог мёртвых торжественно улыбнулся.       — Добро пожаловать в Царство мёртвых, Костас.