Глава 7
12 ноября 2019 г., 08:32
Примечания:
Вы сами это выбрали 🐱
Итак... Перенесёмся же в прошлое на пару сотен тысяч лет 😏
И да, я не я без воспоминаний... как вам это? 👀
Люблю ❤️
Он ненавидел бумаги. Просто терпеть не мог! Сходить, что ли, к лекарю, чтобы у него признали непереносимость отчётов и отправили в отпуск… Хотя нет, нет, игра свеч не стоит. Улетит он куда-нибудь далеко, не вернётся ещё на радостях от осознания настоящей жизни, а Академия через пару лет просто возьмёт и превратится в руины после хаоса, который обязательно устроит какой-нибудь его собрат. Если не собственный отпрыск, бррр…
Так, что у нас тут… Снова отчёты о смертности и рождаемости? Проклятье, он точно прибьёт Мей. Это её обязанность! Она, как Мать, должна этим озаботиться. Чёрт, вот угораздило же на ней жениться… Почему из всех вариантов ему досталась именно она? Эта женщина выводила дракона из себя одним своим присутствием. До скрежета в зубах!
С тех пор, как они создали Академию, которую (на минуточку!) Юнги построил сам от основания до крыши, Мей не перестаёт притворяться хрупкой и беззащитной дамой в беде. Нарожала спиногрызов и думает, что на этом всё? Ха, как бы не так. Если она думает, что Мин позволит ей проводить всё время на прогулках по разным городам, якобы в поисках новых «достойных», то эта дама очень сильно заблуждается.
И ладно! За несколько столетий к отчётам он уже привык. И привык к безответственному поведению собственной жены. Даже смирился в какой-то мере со всем этим кошмаром! Но Юнги никогда бы не подумал, что разбираться с этим ему придётся параллельно работая…
— Юнги-хён!
…нянькой.
— Ты мешаешь мне работать, Тэмин, — в тысячный раз, наверное, повторил мужчина, подписывая несколько бумаг и сверяя данные, чтобы проверить, есть ли ошибки в бумагах. — Почему бы тебе не поиграть со своими сверстниками, друзьями?
— Но ты ведь мне тоже друг! — дракончик высунулся из-под стола и положил подбородок на колени сонбэ. — Мы ведь друзья, да, Юнги-хён?
— Дааа, даааа… — отстранённо кивал дракон. — Друзья мы, друзья… Но ведь не ровесники. А я имел ввиду тех, кто тебе по возрасту подходит, с кем ты ходишь на занятия. Или ты тут у меня отсиживаешься каждый день, потому что прогуливаешь, ммм? Пользуешься методикой «прятки у всех на виду»? Я ведь накажу.
Тэмин захихикал, обнимая одну ногу Наставника и продолжая улыбаться «другу». И что, что ему всего лишь девять? Ему уже не интересно со своими ровесниками. Они все такие глупые, что трясти начинает. Только и мечтают о том, как вырастут их крылья, чтобы можно было летать далеко-далеко. А смысл? Зачем далеко лететь, если ты не знаешь, куда ты именно летишь? А если там, куда ты долетел, тебя не ждали? И что тогда? Лететь назад? А тебе уже и дома не рады. И к чему тогда была эта глупая мечта?..
— Я не прячусь, у нас уже кончились занятия на сегодня… — произнёс малыш, продолжая ёрзать под креслом хёна. — И я их не прогуливал, честно-честно! Можешь спросить у наших учителей, они скажут, что я там был, даааа…
— А что, ты уже сделал все задания, которые тебе были даны сегодня? — вскинул бровь дракон, запуская руку под стол и вылавливая егозу из-под него, чтобы поставить рядом и несильно хлопнуть по попе. — Брысь заниматься.
Тэм-и забавно сморщил носик и убежал к подоконнику под мысленный победный танец Юнги. Отлично! У него есть где-то около часа, чтобы закончить со своими отчётами, пока мелкий занят самообразованием. Вообще, мужчине бы и правда возмутиться тому факту, что мелкий всё своё время проводит в кабинете у Наставника Академии. И однажды такой разговор с родителями мальчишки у него состоялся, когда шестилетний несмышлёныш пролил чернила на восемь отчётов, а после одним чихом поджёг их с перепугу. Конечно, он сделал это всё ненарочно, это прекрасно понимал каждый. Но отцу Тэмина в тот день влетело крепко. Ему самому пришлось летать по всей Академии, чтобы собрать необходимые сведения для новых документов. И всё это время Тэм-и был серьёзно наказан. Где-то около недели Наставник дышал спокойно, покуда маленький монстрик не явился к нему мириться. Он сам испёк булочку! Да, немножко подгорела, но Боги, шестилетний малыш! После такого на него было просто невозможно сильно сердиться.
— Хён-а, а какой размах крыльев у тебя? — спросил Тэмин, что-то записывая на своих листах с заданиями. — Просто в учебных свитках сказано, что у подростков длина одного крыла под двенадцать метров, а у взрослых они ещё больше и прочнее. Но ты же самый старший из нас! Значит, у тебя крылья шире всех, да?
Юнги хохотнул в ладонь, подписывая очередной отчёт и перекладывая его в проверенную кучку. Этого, вообще-то, малыши ещё не проходили, историю и анатомию Драконов по обучающей программе Тэмину ждать около двух лет. Опять он лазил в свитки к старшим и думает, что Мин не заметит. Как жаль, что именно Наставник составлял обучающую программу!
— Да, у меня крылья шире всех, — усмехнулся мужчина, убирая перо в чернильницу. — Но у тебя в заданиях такого вопроса точно нет, чем ты уже занимаешься?
— Просто любопытствую, — надул губки мальчишка, продолжая что-то записывать. — Кстати, хён, а вот ты самый старший, ты прародитель драконов. Ты, получается, мой родственник? Или как тогда? Это что, нам можно жениться на своих…
— Стооооп-стоп-стоп! — взмахнул руками Юнги, вставая со своего места и подходя ближе к ученику. — Ох… До тебя в таком возрасте никто об этом не задумывался… Придётся кое-что пояснить. Садись.
Дракончик послушно опустился на ковёр под боком у сонбэ, тут же забираясь ему под руку и всем своим заинтересованным видом показывая, что он готов внимать новым знаниям. Хёна так легко уговорить на какую-нибудь интересную историю! Он становится очень спокойным, когда о чём-то рассказывает, а не читает свои дурацкие отчёты…
— Итак… Да, маленький, я и Наставница Мей — прародители драконов. Наши дети, внуки, правнуки и далее — наши родственники. Но не все в этой Академии таковыми являются. Чтобы… Не допустить кровосмешения, наши дети изобрели специальный эликсир на драконьей крови, чтобы обращать в драконов простых смертных. И твои мама с папой такие же. Они обращённые драконы. То есть… Они не родились ими, как ты. Они были людьми до того момента, пока мой сын не нашёл их и не предложил стать относительно бессмертными.
— А почему относительно? — удивился Тэмин. — Разве мы не бессмертные?
— Абсолютное бессмертие недоступно никому в этом мире, — продолжал пояснения Юнги. — Бессмертны, в какой-то мере, наши души, но любое тело имеет… свой предел. Каждому живому существу уготовлена своя судьба, у каждого своё время. И когда оно подходит к концу… существо погибает. Это может быть не естественная смерть от старости организма. Возможно, кому-то уготована смерть в бою и он погибнет героем…
Наставник скосил взгляд на малыша. Тэмин сидел со сложным лицом, пытаясь переварить информацию и осознать её на должном уровне. Было непросто, ведь… Ох, в конце концов, ему девять лет! И вряд ли родители говорили с ним о смерти…
— Не хочу умирать… — шмыгнул носиком Тэм-и. — Даже героем не хочу! Не честно! Почему за меня всё решает какая-то Судьба? Я хочу себе много времени!
— Маленький мой, — вздохнул Юнги, поглаживая дракончика по медным волосам. — Дорого, поверь мне, вовсе не время. Дорога память. Если память о тебе живёт, то и ты сам не умираешь. Никогда.
— Но ты сказал, что даже души не бессмертны совсем-совсем! — продолжал упорствовать мальчик. — Даже у души есть своё время?
— Так… Давай я попробую сказать другими словами, — дракон посадил юнца к себе на колени. — Малыш… всё на свете живёт за счёт чего-то. Ничего не бывает просто так. Наше тело живёт до тех пор, пока не истечёт наше время, которым, между прочим, драконы способны делиться друг с другом. Но душа… Это твоё сознание, твои чувства, твоя любовь. И душа живёт до тех пор, пока в народе жива память о тебе. Понимаешь? Даже если ты погиб, если твоё тело обратилось в прах… Душа может жить ещё долго после этого. До того момента, пока последнее существо в этом мире о тебе не забудет.
— А что толку от этой души без тела? — поник Тэмин. — Разве душа может попробовать печенье? Искупаться в реке? У души нет тела и она ничего не чувствует, кроме боли или радости за других. Но я не хочу радоваться за других, я хочу радоваться за себя!
Мужчина сделал вид, что задумался, наигранно касаясь двумя пальцами своих губ, а после нарочно удивлённо и расстроенно поднял бровки домиком, поворачиваясь к маленькому приятелю.
— Что, и даже за меня радоваться не хочешь? — грустно спросил Наставник, комично дуя губки. — Эх, а я думал, что мы друзья…
Как он испугался! Дракончик даже на ноги подскочил, быстро-быстро махая руками.
— Нет-нет! За тебя хочу! За тебя я всегда буду радоваться! — пищал малыш. — И живой, и мёртвый, обещаю!
Наставник засмеялся, притягивая малыша в объятия и тормоша светлую макушку. Дети такие наивные… Но в этом и есть то самое магическое очарование… Возможно, проводи он больше времени со своими детьми, он был бы более лояльным к их промахам.
— Я верю тебе, маленький, верю, — улыбался Юнги, стараясь предотвратить детские слёзы. Только сырости здесь не хватало для полного счастья! — Теперь понимаешь? Время даётся каждому своё и с этим мы не можем ничего поделать. Да, драконы могут им друг с другом поделиться, но… Тогда ведь ты понимаешь, что одному из них жить останется меньше? Подобный дар — большая редкость и использовать его часто нельзя. Ведь согласись, если наш лекарь будет раздавать своё время каждому, кто попадает в его палаты, то через несколько лет он сам умрёт без всякой причины, хотя мог бы прожить долгую и счастливую жизнь. Несправедливо ведь лишать дара жизни других существ без всякой причины на то?
— Несправедливо… — согласно кивнул Тэмин, крепче прижимаясь к мужчине. — Я так делать не буду, честно… Я согласен на свою судьбу… Я проживу столько времени, сколько мне отвела Судьба, да? А потом моя душа будет радоваться за тебя. И за маму с папой! И за их других детей, если потом у меня появятся братик или сестричка.
— Или будешь радоваться за своих собственных детей, — предположил Наставник.
— Фу, нет, — замотал головой Тэм-и. — Не хочу жениться! Мне никто не нравится!
— Прости, маленький, но лет через двадцать-тридцать тебе всё равно придётся на ком-то жениться, — покачал головой Юнги. — Даже если эта девушка тебе не будет нравиться. К примеру, я не очень хотел брать замуж Мей. Она мне совсем не нравится, если говорить на чистоту. Но… Если бы я не женился на ней, то не было бы никого из драконов, понимаешь? Тебя, твоих родителей и всех остальных. Не я ведь придумал эликсир, чтобы обращать людей в драконов, а мои дети. А чтобы они появились, я был должен… — мужчина ненадолго замолчал, смотря в сторону. Почему каждый раз, когда он начинает говорить об этом, в груди так больно? Так больно, словно он кого-то предал, основав расу драконов… — Но, знаешь, во всём есть хорошая сторона. Ведь хорошо, что ты родился, правильно? И остальные драконы должны находить свои пары, чтобы наш род не исчез. Нас не так много, как людей, Тэм-и, и поэтому… Мей издала указ о браке. Она ведь заведует численностью, так мы решили ещё давным давно. А я занимаюсь образованием, обучением и прочими аспектами выживания.
— А… что за указ о браке? — насторожился дракончик, облизывая пересохшие губы. — Это значит, что я всю свою жизнь буду должен прожить с той, кого не люблю?
— Ну, как тебе сказать… — почесал затылок Юнги. — Не совсем, лишь пятьсот лет. А затем… У тебя есть век, чтобы найти свою любовь. Если по истечении ста лет ты не найдёшь ту, с которой хочешь быть всю оставшуюся жизнь, свою любимую, то тебе снова придётся жениться на девушке, которую тебе выберут. И также следующие пятьсот лет ты проживёшь с ней… Ещё, если углубиться в детали, то от каждого брака ты должен… ммм… В каждом браке у тебя должно родиться минимум трое детей. Таковы условия указа.
— И так всю жизнь?! — воскликнул Тэмин. — Бегать от одной жены к другой, чтобы плодиться? Не хочу! Мне так не нравится! Проще уж притворяться, что я кого-то люблю, чтобы потом не разводиться и не заводить следующую порцию детей… — малыш вдруг замолчал, поднимая голову на Юнги. — Хён… Так ты тоже скоро разведёшься, а потом… женишься на той, кого не любишь?
— Именно, — кивнул дракон. — Я бы рад отменить этот отвратительный указ, Тэм-и, но у нас с Мей уговор. Мы не можем отменять указы друг друга. Как бы я этого ни хотел…
Юный дракон поджал губки, обнимая себя за плечи. Ему всё меньше нравился разговор… И всё больше становилось жалко хёна. Он же не виноват ни в чём! Так почему он обязан на ком-то женится? А сам Тэм-и? Если он не найдёт любимую девушку? А если?..
— Юнги-хён, а если мне… Совсем не будут нравиться девушки? — смутился мальчик. — Если мне будут нравиться не девочки, а мальчики?..
— Тебе уже нравится кто-то, да? — ласково улыбнулся мужчина, поглаживая Тэмина по плечу. — К сожалению… Вместе вы сможете быть только в свободный век. Мужчина ведь не может иметь детей от мужчины. А именно на продолжение рода нацелен указ Мей. Поэтому, если ты полюбишь какого-то мальчика, даже если взаимно, вам обоим всё равно придётся жениться не друг на друге… — заметив как дракончик поник, Мин поднял его голову за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Но я поговорю с Мей, обещаю. Я уговорю её поставить грань. Например, пять браков — и ты свободен. Ведь тогда выходит, что ты уже привнёс достаточный вклад в продолжение рода и имеешь полное право… на то, чтобы быть рядом со своей настоящей любовью.
Кажется, это подействовало. Тэмин заметно расслабился. Ведь когда у пыток есть конец, то появляется стимул до него дожить!
— Юнги, а… тебе ведь тоже кто-то нравится, да? — спросил малыш. — Я вижу, как тебе грустно, когда ты говоришь о Госпоже Наставнице. Тебе пришлось кого-то оставить, чтобы быть с ней? Ты кого-то любил?
— Я… — дракон тяжело вздохнул, переводя взгляд за окно. — Я не помню, маленький. Я просто, чёрт возьми, этого не помню. Возможно, я кого-то правда любил. Женщина это, мужчина, я даже не знаю. Но я не помню ни минуты… Ни имени, ни силуэта… Был ли я влюблён или же это просто фантазия у меня разыгралась на почве ненависти к собственной жене — я не знаю. Но это… это самое страшное, Тэмин. Когда умирает память… Люди верят в то, что если память о человеке жива, то он может переродиться. В другое время, в другом теле. Но он снова будет жить. Я не знаю, так ли это у нас. Способна ли память и её сила заставить время сжалиться над душой и позволить ей прожить ещё одну жизнь. Но если это правда… Я бы очень хотел, чтобы так и было.
Тэмин погладил дракона по плечу, смотря на свои перебинтованные запястья. Их всегда приходилось заматывать перед обучением, чтобы доспехи не натирали и после на руках не было шрамов, так все делали. Сейчас очень хотелось размотать бинт и перемотать им чужое сердце, чтобы оно побыстрее зажило. Но увы, так сделать нельзя…
— Хён… Хочешь, я отдам тебе своё время, чтобы ты смог дождаться то существо? — тихо спросил малыш. — Мне не жалко пару столетий для тебя. Пусть лучше они достанутся тебе, чем тому, кто этого не заслуживает.
Но мужчина лишь покачал головой, поднимаясь на ноги и сажая ребёнка на подоконник, где он до этого занимался.
— Нет, Тэмин. Возможно, то создание мне просто… приснилось. А ты береги своё время. Проживи свою жизнь так, чтобы о тебе никогда не забывали. Никогда и никто из тех, кого ты знал. А после этого… Возможно, мы с тобой встретимся в другом мире, где ты мне расскажешь, как вы живёте после моей смерти.
Нижняя губа Тэм-и вновь задрожала, но он сдержал слёзы. Он понимал, что хёну-то уже не девять лет, и даже не двадцать. Таков закон природы, закон Времени. Хён уйдёт в другой мир намного раньше него самого. Только вот думать об этом очень больно…
— Я тебя не забуду, Юнги… — обещал Тэмин.
— И я… Я тебя тоже, малыш, никогда не забуду…
