Переиграю или Новая жизнь

Когда Верде сказал, что наш дом переплюнет Вендетту, я очень надеялся, что он пошутил. Но черное нечто в пять этажей на фоне пустыря, окруженное кованым не менее чёрным забором, говорило об обратном. Построили его в рекордные сроки и даже начали возводить что-то рядом, забивая пустоту различными строениями, больше напоминающие исследовательские центры. Так медленно и неторопливо мрачные развалины Кокуё, стали превращаться в небольшое тематическое, по словам Верде, поселение. Заселяли его, в основном, подручные Верде, Реборна и некоторые семьи, нацеленные на изучение того или иного пламени, оружия и хрен знает чего еще. Аркобалено Грозы решил разойтись по полной и показать какой он специалист в разных областях. Кинотеатр, магазины, обычные дома и гигантский парк с очень странной подземной зоной, были перестроены и пестрили мрачной атмосферой, подчеркивая влияние мафии и ее непосредственное участие во всей этой архитектурной авантюре. Но вот только нахрена? По прибытию на новое место жительства, произошло небольшое разделение, на скажем так, безопасные от друг друга зоны. Западную и центральную часть подвала нашего нового дома занял, почему я не удивлен, Верде, со своими лабораториями и мини комнаткой для сна, в виде одной кровати и душа. Остальное же гигантское пространство было завалено хламом, какими-то машинами и оборудованием. С улыбкой маньяка, он часто скрывался в дебрях металлолома и гремел чем-то ежечасно хихикая как ненормальный. Восточную, занял Бельфегор и его роскошный интерьер, переходящий в мрачные камеры для его «творений» и небольшой крематории, чтобы эти «творения» никто и никогда не нашел. Я даже не стал это комментировать, а просто плюнул, запретив мелким туда ходить по одиночке. Мини-королевство было отделено от свалки металлолома крепкой стеной и звукоизоляцией, так как принц любит тишину и покой, а Верде хаос и беспредел под металл в любое время дня и ночи. Но иногда, когда Кёя любезно притаскивал им парочку залетных мафиози, они объединялись хихикая на пару и проводили ряд опытов, в виде кровавой резни или же испытывали различные препараты, от которых бедолаги слетали с катушек, и сбегая, пугали отнюдь не мирное население нового городка. Первый этаж представлял собой оборонную мощь дома. Холл был небольшим и отделялся от лестницы стеной в метр толщиной, и тяжелыми дверьми из прочной стали. «Обитель Колонелло и его винтовок.» Правда за двери ему прилетело от меня, поэтому, дуясь и бухтя, что я ничего не понимаю в обороне, он установил двери попроще и полегче, все же у нас дети живут, а не стадо солдат. Комнату он тоже себе построил соответствующую, полевой лагерь не иначе. Установить ему нормальную ванну пришлось силком и под милые уговоры Лар, а то разило от него как от навозной кучи. Даже сильнейшая отмазка, что это запах мужчины, получила от меня удар по челюсти и больше не принималась. Сама же девушка, на пару с Ламбо расположились в восточной части первого этажа, в просторной комнате с бежевыми стенами. Она взяла на себя непосильную заботу о Ламбо, которого в его семье явно недолюбливали. Мальчик остался без матери слишком рано, поэтому он многого не понимал и просто не знал ничего из стандартных вещей обычной жизни. Его просто растили как очередного дуболома-киллера, который погиб бы на первом же задании. Чувствую, семье Бовино недолго осталось. Второй этаж всецело принадлежал Нане и ее большой кухне, которую оснастили по последнему слову техники. Обеденный стол на 50 человек разместился за стеной и пугал немного своими размерами, и что самое странное своей столешницей из непонятного сплава металлов. На мой вопрос, нахрена нам такая громадина и что с ней не так, Верде ответил просто, чтобы была и что у нас живёт Колонелло. Воспоминания недавнего дня рождения и любовь Лар к попыткам убийства своего любимого, отсеяли мой вопрос про стол и я признав поражение, попросил снабдить чудо сталью все стены. Просто чтобы было… Спальню Нана выбрала простую, но не менее большую, с минимальным количеством укрепленной мебели «спасибо опять-таки Колонелло» и небольшой ванной. Смотрелось это очень странно, но кто я такой чтобы судить, так ведь? Третий этаж всецело оккупировал я, Тсунаеши, Фран, Мукуро и Кея с его ручной собачкой именуемой Тетсуя Кусакабе. Да, оно тоже теперь живёт с нами. Комната Тсуны представляла собой помесь всего и сразу. Обычная кровать соседствовала с футонами по краям, стол со шкафами и различными полками под оружие. Потолок был ярко красным, пол чёрным, а стены пестрели кляксами всех цветов и размеров. В глазах любого визитера рябило, но Тсуна был счастлив и доволен. Комната Кёи была оформлена в старинном японском стиле и имела свой небольшой полигончик с искусственным садом для медитации «в чем я сомневаюсь» и для улучшения стиля боя «в этом не сомневаюсь». В комнате Франа все было исполнено в черно-зеленых тонах, и смутно напоминало силуэты яблок и лягушек. Он даже спал на гигантской мягкой лягушке, ходил по мягкому ворсистому ковру-яблоку и одевался как лягушка. Короче. Пора отучать. Мукуро и его комната была отдельной и очень странной историей. Все началось, когда ему исполнилось шесть. Жил он тогда с матерью Данной, довольно бедно, в небольшом домике у моря. Женщина была красавицей с длинными темно-синими волосами и голубыми глазами с отливом морских волн. Зарабатывала на жизнь девушка танцами и представлениями, в чем пламя тумана Мукуро очень сильно помогало, пока она не встретила Скалла и его коммандос. Семейка Каркаса подрабатывала тогда выступлениями в различных приморских городах и не приметить такую жемчужину в маленькой рыбацкой деревушке просто тупо не смогла бы. Мукуро с его матерью забрали на подлодку, что служила домом и транспортом для семьи Скалла, и отправились в плавание по различным островам. Мукуро на новом месте, не нравилось все и сразу. От их нового дома, еды и людей, до нового хахаля его мамочки. Поэтому он методично начал мстить. Маленький диверсант стал занозой в жопе команды подлодки, пока его не вычислили и не надрали уши, чем пробудили в мальчике пакостные и веселые нотки издевательства над ближними своими. Подлодку штормило неделями. Мужчины готовы были прибить негодника любым попавшим под руку предметами, но тот был слишком юрким и проворным, поэтому злоба, маты и закипающая ярость лишь усиливались. Скалл бесился по любому поводу и лупил мальчонку, пытаясь привить у него дисциплину и послушание. Но с учетом его семьи оболтусов и разгильдяев, выходило не очень. Мальчик рос, его пламя становилось сильнее, проблем у семьи Скалла прибавлялось, но жизнь потихоньку стала налаживаться. Мукуро перенимал опыт новоявленного папаши и вносил свои коррективы в его жизнь и жизнь всей семьи. Поэтому его комната напоминала мрачное темное морское дно его жизни, переходящее в лазурное небо его будущего. Этого тоже надо отучать… Моя комната была простая и темная, с минимальным количеством мебели и гигантской кроватью с кучей подушек. «Минимализм, чтоб его.» Тсунаёши иногда заваливался ко мне и тихо сопел под боком. Сейчас за ним, скорее всего, припрется Кёя и, делая рожицу, «тут просто лучше спится, а не потому что я о ком-то забочусь», завялится рядом с мелким. Потом прибежит Фран, Тетсуя, что потерял своего господина и наконец Ламбо, которого сюсюканье Колонелло достанет окончательно. Мукуро обычно сидит рядом с кроватью и посапывает, а Бел приходит под утро и заваливается досыпать. В общем, просыпаюсь я в окружении детишек, их бухтения или же попытки убийства ближнего своего подушкой. Идиллия, чтоб ее. Четвертый этаж занял великий Реборн и его мини арсенал. Хотя тут скорее подошло бы словосочетание, военный склад, прикрытый старинными шкафами и тумбами, с небольшой примесью девяностых. Этакая романтика былых времен, вперемешку с техническими новшествами огнестрельного оружия. Гамак в виде кровати, и недовольный взгляд Леона, который как бы спрашивал, не сошел ли с ума его хозяин, стал тем апогеем, когда бедный хамелеон стал сбегать ко мне поспать, пожить и тд и тп. На нормальную кровать величайшим киллер мира, пока плюет с высокой колокольни и всячески ворчит Тоже надо отучать. Пятый этаж, был всецело отведен под гостиные, где и разместился Фонг, который все никак не сваливает из нашего дурдома, и Тетсуя, который, как оказалось, был из вассалов семьи Хибари, которые служили им столетиями. Теперь понятно откуда взялся отряд элвисов обыкновенных. Хотя, мне вот нихрена не понятно.

***

Мирная жизнь текла тихо, беззаботно и спокойно, пока не настали чертовы школьные соревнования, о которых я благополучно забыл. Средняя Намимори всегда проигрывала и была, мягко говоря, ничтожной, маленькой и бесполезной школой неудачников. Большинство ребят были зашуганными черепахами и тупили так, что я не мог слов не матерных подобрать для описания. Впервые в жизни, меня подвёл мой словарный запас. Но все меняется когда-нибудь, не так ли? Месяц. Месяц, я лично шерстил всех и вся, гоняя и хвост и в гриву этих неудачников, что растеклись от страха лужицей перед какими-то отбросами, пока результат не стал хотя бы нормальным. Большинство наконец-то перестали дрожать как листья на ветру и, наверное, впервые в жизни почувствовали себя нормально и свободно. Некоторые, пылая яростью и жаждой битвы в глазах, готовы были смести все преграды на своем пути, невольно вызывали к себе капельку уважения в глазах окружающих. Начало, как бы, было положено. Сами соревнования проходили на центральном стадионе с кучей зрителей, которым видимо заняться было нечем, кроме как таращится на нас. Хотя, с учетом затишья даже в час пик на центральной улице, действительно нечем. Всего в нашем городке было пять школ: Хорикоси, Акита, Мидори, Намимори и Кокуё. Такие соревнования проводились раз в год, для выявления лучших из лучших в непонятных для меня критериях. Так что зрителей было много. Слишком много для обычных школьных соревнований, ради хрен знает чего. Поэтому наше эпичное появление, вечно последних, произвело неожиданный фурор. Наш автобус сломался и нам пришлось пилить пешком пару кварталов по жаре, поэтому я был зол и походил на демона, что прибыл из ада за их душами, а ребята за моей спиной, невыспавшиеся, озлоблены, с горящими безумием глазами, походили на легион нежити, что следует за своим господином, мной то есть. Видок у нас был потрепанный, плюс Ламбо разлил томатный сок. Вывод, как вы понимаете, был неутешительный, особенно для тех, кто не вник в обстоятельства пятен на нашей форме. Младшие школы тоже участвовали, поэтому Хибари, что прибыл с нами, о котором не слышал только глухой, показательно протирал свои любимые тонфа, сверкая серебром в глазах, как лезвием, пугая и без того зашуганных зрителей. А потом явилась она. Походкой от бедра с Ламбо на ручках, сияя шикарным декольте, Лар вывела из строя всю мужскую часть стадиона, короткими шортиками, даже не замечая этого. Девушка была зла, ей было жарко и она готова была убивать потому что потому. Фран же, облепленный лягушками, пугал уже женскую часть стадиона и детишек из соседних школ до икоты, потому что он очень хотел поделится этим зеленым великолепием с каждым встречным. Лягушки летали в прямом смысле этого слова, расходясь клином во все стороны, вызывая бурный визг и ругательства. Так что врага мы напугали и удивили одновременно. Официально половина победы была уже у нас в кармане.

***

Наше шизанутое семейство конечно же решило поддержать нас, по своему, и прибыло всем составом, в полном обмундировании, на стадион. То есть нормально одетые, без оружия и с милыми прилепленными улыбками. Тут я охренел… Честно. Колонелло переодели в обычный костюм, явно с боем и серьезными потерями в виде нервов. Верде, причесанный, в свежей рубашке и нормальном плаще, походил, о ужас, на вменяемого человека. Фонг просто был собой, то есть в китайском традиционном. А вот Реборн, примчавшись сюда при полном параде, яркая рубашка, шляпка и Леон, сейчас явно был очень недоволен нашим внешним видом. — Это что? — Пропел он, осматривая нас с края трибуны. Аудитория за моей спиной, от тембра его голоса, кажется, замерла и глазела на моего папаню, как на суперзвезду, чуть ли не записывая каждое его слово в тетради. — Это? Общественный транспорт, — осматривая своих людей, проговорил я. — его влияние и предпосылки. — Да неужели? — Прошипел тихо он. — Вы же вроде на своем ехали? — Слышь, — рыкнул я, — не грузи мне мозг, главное победа, а не гребаный прикид. — Занзас, ну что ты за ребенок… — Уйду к Бермуде, — прервал его я, натянуто ухмыляясь. Выводить его из себя, стало делом моей жизни. Хотя почему стало, было и будет смыслом моей жизни. Реборн подавился воздухом, и невольно огляделся по сторонам. — Иди, — выдохнув, спокойно проговорил он, прикрывая глаза шляпой. — Это согласие? — Да. — Отлично. — Прекрасно. — Хорошо. — Чудесно. — Вали уже. — Рыкнул я. — А вот хрен тебе. Буду стоять тут и мозолить тебе глаза! — Проворчал он, рассматривая свои ногти. — Ну и стой. — Хмыкнул в ответ я, и показательно отвернулся. — И постою. — Стой, стой, я разрешаю. — Спасибо. — За что? — Натурально удивляюсь я, снова поворачиваясь к нему лицом. — Что стою. — Рычит он и на мновение замирает истуканом. Да, отцовство и Реборн, это совершенно разные понятия, которые не могут соприкоснутся. Они даже существовать в одном мире не могут. — Не хочешь стоять? — Ухмыляюсь я. — Что? — Тупит он. — Что? — Спрашиваю в ответ. — Что, что? — Что, что что? — Так, мелочь, хватит трепать мне нервы. — Рычит он, полыхая недовольством в глазах — Это не я… — Да неужели. — Что? — Изгибая вопросительно бровь, спрашиваю я. — Чт……. Я тебе сейчас… — Босс таки женится. Вопрос. — Встревает в разговор Фран, роняя на землю лягушек. «Откуда ты здесь? Ну вот откуда?» Реборн теряется, путаясь в мыслях. Сторонние наблюдатели поражено затихают. — Да. — Говорю я. — Нет. — Рычит со мной в унисон Реборн. — Ты разрешил. Лицо Аркобалено багровеет. — О, так ты не против? — Бухтит кто-то, приближаясь со стороны выхода. Глаза почти всех присутствующих устремляются к говорящему, что вальяжной походкой подходит ко мне. Бермуда в нормальной одежде без плаща, и судя по желтой рубашке, выглядывающей из-под пиджака, хотел поиздеваться над моим папочкой, не меньше моего. — Я тебя сейчас…прибью, — тихо шипит Аркобалено, стараясь сдержать свою ярость в узде, но даже поля шляпы не смогли больше скрывали бешенство в безднах его глаз. — За что? Я всего лишь пришел поддержать своего будущего мужа. Я прям услышал падение челюсти моего папани. — Да чтоб вас всех, вашу… — рычит довольно громко Реборн, привлекает к себе еще больше внимания. — Не выражайся, здесь дети. — Ухмыляется в мою макушку Бермуда, для которого любые препятствия были все не почем. «Извращуга чертов» — Мусор, вы мешаете проведению соревнований. Свалите оба куда-нибудь. — прошипел тихо я, силком выпутываясь из загребущих лап. «Если бы кто-нибудь сказал мне, что я буду подъебывать Аркобалено и Стражей, я бы навернулся с любимого кресла и перешел на минералку, но, о дева Мария, как же это охеренно». Реборн хмурится и провожает цепким взглядом Бермуду, что, чмокнув меня в макушку, поднимается на трибуны и мило помахав мужчине рукой протискивается на свое место. — Зарою… — тихо констатирует факт Реборн, показательно поглаживая хамелеона.

***

Соревнования были так себе. Я был зол, ребята тоже. Кёя готов был прибить всех и вся, просто потому что потому. Бельфегор, которого тоже заставили учится, шугал противника лишь одной своей коронной улыбкой. Мукуро в школе тоже «очень нравилось», поэтому от него уносили ноги как только замечали на горизонте или слышали его паранормальное хихиканье. Тсунаёши радостно носился по стадиону за Франом, от которого в итоге разбегались даже взрослые. На трибунах пикировки Реборна и Бермуды, переросли в баталию пластиковыми стаканами, которую хотели посмотреть не меньше, чем сами соревнования. Стаканчики летали под такими нереальными углами, что зрители сами собой залипали и пытались понять: «как они это делают и почему не попадают друг в друга.» К концу соревнований мне уже было все равно кто победит, поэтому я развалился на одном из стульев, закрыл глаза и заснул. Проснулся я уже дома, на диване в обнимку с Бермудой. — Ты же не убил Реборна? — Пробурчал я, сильнее кутаясь в одеяло. От мужчины веяло холодом, как от открытого настежь окна. — А то ты можешь. — Он сейчас в Италии… где-то. — Проурчал мне на ухо Бермуда, полюбому скалясь сейчас как чеширскии кот. — Заебись, — хохотнул я и снова погрузился в прекрасную темноту. «Я тоже так хочу».

Италия.

Реборн сидел в кабинете Ноно и спокойно рассматривал разломанный им же стол. Приземлился на него он очень удачно и очень вовремя, прямо во время переговоров Вонголы с семьей Каркаса. Собственно поэтому сейчас он и был вынужден прослушать бухтение Скалла, о его любимой детинке, с куче всякой всячины в придачу не по делу. — Он мой сынишка, козлина ты земноводная! — Рычал мужчина. — Мой маленький Мукуро, с твоими чудовищами. — Он нашел свое Небо, — потирая виски повторял уже шестой раз Реборн, — и ушел с ним. Это его решение, тупой ты идиот. Аркобалено Солнца вот уже как полчаса пытался вбить в башку Скала эту информацию. Но пока безрезультатно. — Ему тринадцати нет, какое еще его решение! У него молоко на губах еще не обсохло… — Вот ему об этом и скажи. — Прервал его Реборн, подскакивая со стула. — А вот и скажу. — Крикнул в ответ Скалл. — Отлично, тогда может уже полетим в Японию? — Поплывем, — проворчал мужчина, рассматривая паркет из красного дерева по ногами. — Что? — Опешил Реборн, старась понять логическую подоплеку своего апонента. — Мы поплывем в Японию. — Ухмыльнулся Скалл, указывая пальцем в потолок. — Поплывем? Хм. Да, это очень здравое решение. — проговорил спокойно Аркобалено Солнца, — Какой к херам поплывем, — рыкнул он резко, прямо на ухо своему приятелю, — у меня там сына уводят. Мы на твоем корыте только год плыть будем, придурок. — Не ори на меня, я знаю как лучше. — Да? Я тоже. — И схватив Аркобалено Облака за шкирку потащил к выходу. — Неееееет, — орал Скалл, цепляясь за все подряд — только не по небу….прошууууу… — Заткнись, а то пинками погоню. — Рычал на него Реборн, отдирая товарища от стены. — Нееееееет, давай я лучше поплыву, а ты лети, а? — Пришипел мужчина, вгрызаясь зумами в косяк двери. Реборн отпустил его резко и внезапно. — Действительно, почему я с тобой нянчусь, — проворчал он и пошел к выходу, оставляя Скалла лежать на полу. Ноно, наблюдавший за всем этим монологом в кабинете, нервно выдохнул, выпил валерьянки и спокойно продолжил разбирать бумаги, что таки пережили приземление Реборна. Нервы у него уже стали вольфрамовые. А договориться, они еще успеют…

***

Уже сидя в самолете и нервно притопывая от волнения, Реборн обдумывал ряд своих действий и как именно он расчленит кое-кого на маленькие части и прикопает в саду, для так сказать успокоения своей души. — Ё, Реборн, — отвлек его от раздумий чей-то голос справа. Повернув голову, он увидел легендарного бабника всея мафии, именуемого как Трайдент Шамал. — А ты что здесь забыл? — Пробурчал Реборн, отвернувшись в окну, в котором медленно проплывали облака. — Говорят, в Японии очень много прекрасных незамужних дам, — мечтательно проговорил мужчина, расплываясь в хищной улыбке. — Ты? — Реборн немного завис, и кажется прожег в самолете дырень, своим взглядом, — Ты? Ты решил жениться? «Мир что сошел с ума?» Его собеседник подавился воздухом. — Чего? — Прифигел мужчина, от такого заявления. — Нет конечно, я еще в самом расцвете сил. Рано. К тому же, не появилась еще та единственная, кто сможет захомутать такого красавца… — Ага. — Тихо выдохнул Аркобалено, возводя очи к небу. — А ты зачем летишь в Японию? — Спросил невзначай мужчина, подмечая нервозность своего собеседника — Прибить одного козла. — Припечатал Реборн, и впился намертво своим взглядом в окно, показывая тем самым что разговор окончен. Шамал удивленно приподнял брови. — Я его знаю? — Х, — ухмыльнулся мужчина. — Нет и не узнаешь. — Я слышал ты стал папой, уж не связано ли… — Завались и отвали от меня, — грубо прервал его Реборн, сжигая своим взглядом горизонт. Шамал присвистнул. — Кавалер значит… Руки Аркобалено Солнца сжались в кулаки сами собой. — Совет, если этот парень хороший и проверенный, оставь все как есть и не мешай. Твой сын, рано или поздно влюбится и женится, и это факт. Так что пусть он лучше будет с тем, кого ты знаешь, чем притащит какую-нибудь падаль в дом. Он ведь мальчик еще? — Дождавшись кивка, мужчина продолжил, — Значит скоро бомбанут гормоны и настанет период взросления. Я бы сказал, что это простой процесс, но нихрена. Для родителей эта еще та запара. Он будет сматываться из дома, «он как бы уже так делает» выпивать с сомнительными компаниями «твою мать», влюбляться «ТВОЮ Ж МАТЬ», в общем, готовься, быть отцом очень и очень непросто. Лицо Реборна было прикрыто шляпой, поэтому ошарашенного взгляда Шамал попросту не заметил и продолжил засыпать новоявленного папашу информацией.

***

Прибыв в Намимори, Реборн влетел в дом и помчался наверх, сшибая все, что попадалось на пути. В гостиной Верде и Колонелло о чем-то спорили, когда глава Виндичи проходил мимо, поэтому стали свидетелем очень странной картины. — Бермудааааа, — проорал Реборн, чуть ли не налетая на Стража с разбегу. — О, верну…. Но мужчина не договорил и ошарашено замер, когда его обняли и проворчал что-то невпопад: — Я не против, уж лучше ты чем Верде, или Вайпер, или Колонелло… — Кора? — Удивился блондин. — О чем это он? — Да хрен его знает, лучше на ка вот, выпей. — Хихикнул Верде, выставляя на столик какую-то баночку.