Переиграю или Новая жизнь

Семья Вендетта или Виндиче была самой странной семьей в мире мафии, не считая семью Каркаса конечно-же, ее оригинального босса и ее не менее оригинальное место жительства. В Виндиче входили Аркобалено, что потеряли свой путь, обычные люди которые жаждали справедливости, и просто те, кто утратил последний смысл и счастье в своей жизни. Аркобалено конечно редко влюблялись, но иногда подобное все же случалось. Ноооо… Большинство из них были приверженцами старого стиля жизни и не всегда могли понять веяния новых времен. Обычные люди, их избранники, по большей мере не понимали возлюбленных и в большинстве своем уходили искать счастье с другими. Тут то и появилась так сказать проблема, на ровном месте. Аркобалено Неба конечно могла передать пустышку новому хранителю без вреда и потери сил носителя, и у многих из них наконец-то появился бы выбор, но этот выбор был бы билетом в один конец, с довольно высокой оплатой. Их жизнь сокращалась ровно на половину, а чувства постепенно меркли и угасали, исчезая во тьме одиночества. Многие бывшие хранители, меняясь со временем, осознавали свою ошибку, их сердца разбивались, чернели, но дороги назад уже не было. Для них Вендетта стала не просто тюрьмой с мрачными стражами, а настоящей семьей. Иные же из них предпочитали смерть и вечный покой.

***

Бермуда, чье пламя отличалось от других с самого рождения, за свою долгую жизнь повидал слишком много дерьма, к удивлению сохраняя оптимизм светлого будущего. Приправленного мраком, но будущего. Со временем он немного ожесточился, стал холоднее и отстранение, забыл вкус жизни и медленно стал терять и эту надежду. Те кто был с ним, шел рука об руку, в итоге хотели от него чего-то, боялись его, а после просто бежали в ужасе, разбивая его и без того потрескавшиеся чувства на маленькие осколки. Сердце мужчины, от боли утрат остановилось и в итоге разбилось вдребезги, пока в черной пустоши его мрачной души не полыхнул вредный маленький лучик света. Гордый, независимый, упертый и такой милый его сердцу лучик. Когда он увидел его первый раз, его, орущего на стража, сильного и такого очаровательного мальчика, его сердце подпрыгнуло в груди и забилось с удвоенной силой. В голову лезли ненужные мысли, поэтому Бермуда одергивал себя, пока это нечто не решило на себе его женить. Его, главу Вендетты! Самого страшного и мрачного мафиози в мире! Женить? Того, от кого убегает все живое, того, кого не любят и боятся, того, кто внушает ужас лишь одним упоминанием своего имени и женить? Душа и сердце пели, а вот мозги пытались вытянуть его из глубин счастья и подумать хотя бы чуть-чуть, но рот буркнул согласие раньше, чем мозг осмыслил данное предложение, а потом Бермуду просто унесло. Занзас орал на него, пытался ударить, обзывал и явно хотел убить, осознавая последствия, не чураясь угрожать самим Реборном. Подростку просто напросто ничего от него не было нужно, ему было плевать на его статус и влияние. Даже его пламя мальчика не страшило! Но мужчине происходящее явно было только в радость, поэтому он лыбился в ответ на все как идиот, и явно ловил кайф от происходящего. Бермуда очнулся от прекрасного сна, когда в дом его сокровища приперся Джаггер, который и попыталась вытянуть его обратно в реалии реальности. Как оказалось, мужчина витал в облаках почти месяц, отбросив все дела и заботы. Забыл обо всем на свете, невольно пробуждая в своем пламени иные чувства помимо ненависти. Тогда-то он, наверное, впервые в жизни и испугался по настоящему. Он влюбился, влюбился как глупый мальчишка. Попытка больше никогда не видеть Занзаса уже через неделю закончилась экстренным возвращение в его дом, так как Бермуда просто не мог уснуть, не увидев свое сокровище перед сном. Он конечно мог вообще и не спать, пламя позволяло, но не обнять, потискать, черт возьми увидеть сияние этих алых глаз, едкую ухмылочку, переживать не случилось ли чего, нервничать и в итоге смириться с тем, что он влюбился окончательно и бесповоротно. Занзас бухтел, терпел и в итоге сдался, разрешив быть рядом, так как сталкер с пламенем мрака, что пугал все живое в радиусе пары километров, ему явно сейчас был не нужен. Реборн тоже был не в восторге и почти выкрикивал свое категорическое «против» подобных отношений. Он ворчал на Бермуду в надежде вправить мужчине мозги, но в итоге тоже сдался, так как его сынишке он определенно понравился. Да и такой союзник на дороге просто так не валяется… Сам же Занзас, находился в каком-то подвешенном состоянии. Он хотел связаться с Виндиче попозже и договориться о защите своей семьи, но этот мир где-то явно навернулся или, быть может, они все умерли и это его отдельный ад? Ад неожиданностей, всякой нереальной хрени и полного упоротого звездица? Вначале он думал что это шутка, все же стражи тут были более чувствительны. Потом, когда подозрения переросли в серьезную паранойю, а стражи в чертовых сталкеров, Занзас понял — он в полной жопе. Из-за недопонимания мальчик стал защищаться, шипеть и бранится на всяких извращенцев. Потом решил просто найти способ убить Аркобалено и, возможно эпично, сдохнуть в процессе. Но Бермуда стоически вытерпел все, все что смог придумать он, Реборн, и его детки, поэтому Занзас плюнул и решил, а почему бы и нет. Мафия определенно оценит его кавалера и отбросит копыта.

***

POV Занзас. День рождения в мафии проходят сначала как светский раут, потом постепенно перерастают в конкретную попойку, ссору, драку и как итог в массовый мордобой, где вспоминались старые обиды, долги, и тд. А костюмированный бал — это вообще отдельная и очень красочная история, которая совмещает в себе все и сразу. От обычного тихого вечера, до жертвоприношений неизвестному богу, пьяным чуваком в одних трусах, которое собственно сейчас и происходило. Пчелку-Бельфегора, каким-то для меня неведомым образом, лишили жала, поэтому он решил найти обидчика и отомстить. По горячим следам, а именно выкрикам самоубийцы, он нашел вора и решил расчленить его прямо на столе, под сотнями взглядов. Как ни странно, все только этого и хотели, а потом появился купидон в трусах и предложил провести обряд призыва, то ли бога, то ли дьявола, то ли санитаров. Я тихонько прошел мимо, здраво рассудив что мне оно сейчас не надо… Рядом, почти в центре зала, по чисто мужской традиции, уже более века проводилось соревнование, доказательство чести и смелости, именуемое как «Перепей и докажи, что ты мужик.» Дон Джакомо, в возрасте пятидесяти лет был победителем уже шесть раз подряд и явно собирался выиграть и в этом году. Рядом с ним уже лежали пьяные в стельку проигравшие участники данного торжества, которых по возможности скидывали на пол, чтоб не мешали. Мое появление было не замечено никем, пока я не сел напротив него и не ухмыльнулся. — Какие правила? — Хмуро буркнул я еле сдерживаясь дабы не вернутся и не набить морду Бельфегору. Так как по его матерным завываниям, он почему-то вызывал именно меня. Мужчина скептически приподнял бровь. Вайпер от нетерпения дёргался за моей спиной туда сюда, размахивая какими-то бумагами. — А ты не мелковат? — Грозно проворчал дон Джакомо ухмыляясь, развалившись в кресле. — А ты не староват? — Хмыкнул в ответ я, с пофигистическим выражением лица. — Ахахаха, а малец то с характером. — Приподнялся мужчина. — Правила простые, пей пока лезет. На столе по пятьдесят рюмок, если допьешь, жди оппонента и снова по новой. Сдохнешь в процессе, твои проблемы. — Хихикнул он, подзывая официанта. — Ясно, наливай уже, — ухмильнулся я во все тридцать два. Два часа попойки для меня пролетели как-то незаметно, что-ли. Счет шел уже на тысячи, когда мой оппонент начал сдавать, а я почему-то веселеть. И чем больше я пил, тем интереснее приходили в мою голову идейки. Где-то рядом Бельфегор дрался с рыцарем за его жало, очень похожее на меч для посвящения в консервированных воинов, чем и настроил мои усталые мозги на волну пьяненького веселья. А что, рыцари всегда нужны. Выполняют приказы, вечно в железяках, считай, живой щит и таран в одном флаконе. Рож не видно, настроение не портят. Говорить могут с трудом, это определенно гигантский черт возьми плюс. Пить не пьют. В туалет сходить просто не смогут из-за железяк на заднице, значит им и не надо. Идеальные блин воины. И почему я раньше этого не замечал? Боевая пчела тоже круто. Незаметная, летает, жалит метровым жалом все живое, кидается острыми железками, слепит врагов короной, хотя…откуда у нее корона? А плащ, какой плащ! Вжик и нет человека. Так тоже берем в рыцари. О, Бермуда приперся, и почему-то смотрит на меня напряженно. Он явно в хреновом настроении, да? И морда, морда, такая милая и недовольная. Милая? Хмммм? Милая! Темный мужественный прикид придает таинственности и мрачности. Охо, мой верный черный рыцарь, хехе… Грохот рядом, прервал мои путанные мысли. Дон Джакомо, кажется, перебрал и таки вырубился. Достойный противник. Я подавился виски, когда на меня налетел чертов осьминог и радостно пробухтел, что я умница, а он теперь богат. Чуть не блеванул на него. Мой верный черный рыцарь спас меня и, шипя про то, что мне рановато пить, попытался утащить в свое логово против моей воли. Извращуга. А потом в голову пришла просто гениальная идея! Или меня просто все достало, или же напитки в желудке наконец-то смешались, или во мне просто проснулся диктатор, потому что резко захотелось захватить мир и поржать по ходу дела. — Steh ein Pferd! (Стоять лошадка!) — Рыкнул я на немецком, немного пошатываясь из стороны в сторону. Бермуда в моей голове резко сменил свою деятельность с рыцаря на лошадку. Мужчина остановился как вкопанный, и я вырвав руку из захвата, использовав рядом стоящий стул как трамплин, запрыгнул ему на спину и пришпорив ногами, томно прошептал. — Zum Stachel der Bienen, mein treues Pferd! (К жалу пчелы, мой верный конь!) Плечи Бермуды немного начали подрагивать, смешно ему видите ли. Но он все же потащил меня в нужном направлении, бухтя что-то про наказание. Накажу я тебя, накажу, не сомневайся! Катаясь на спине мое верного рыцаря или коня, рассматривая свои владения с высоты его широких плеч, я был счастлив. Не зря учил немецкий язык. О немецкий, он был прекрасен. Что не слово, то матерное и грозное ругательство. Просто шикарный из шикарнейших языков. Даже Бермуда вон оценил. Наше приближение к себе, Бел заметил моментально, но то что за ним потом последовало, он явно не предугадал. Отобрав жало у ошарашенной пчелы, я треснул его им по голове и торжественно произнес. — Теперь ты мой мус… рыцарь, пчел-жужжащих, — Бельфегор удивленно приподнял брови, — будь же палачом для врагов мусорных моих. — Громко и торжественно произнес я, чуть не свалившись со своего верного скакуна. — Шишиши, каких врагов? — Нервно проговорил он, осматривая потрепанных мафиози, что все еще стояли на ногах. Я задумался. Нам нужен опознавательный символ. Оглядевшись, я заметил Франа, что зеленой краской раскрашивал лицо привязанной к стулу тучной дамы, которая закатив глаза не подавала признаков жизни. Рядом на столе, в импровизированном гробу, лежали лягушачьи лапки, которые видимо эта дама и пожирала, а теперь к ней пришла расплата. Лягушки, павшие в бою, а после в желудках мазохистов. Вы были отважными и бесстрашными. Я клянусь мы отомстим за вас, нахрен всем и сразу. Пришпорив своего верного скакуна в нужном мне направлении, я огрел Франа жалом по голове. — Непонимание. — Поднимая голову и смотря на меня, проговорил обиженно мальчик, прерывая для себя священный обряд мести. — Лягух, теперь ты мой верный рыцарь-покрасочник, во имя лягушек всего мира мы идем мстить тупому мусору. Окрась же в зеленый цвет неверный мусор, а пчел-жужжащих убьет и расчленит их, во имя озеленения. — Проорал я, мысленно давая себе оплеуху. Я перебрал, конкретно так, перебрал, но язык почему-то не слушался, как и руки. Глаза Франа расширились и заблестели в восхищений. — Дааааа, за лягуууушеееек. — Проорал он, хватая ведерко с краской со стола, уже мчась нести всем мою справедливость в дали дальние. Бельфегор пожав плечами поплелся следом. END POV Занзас.

***

Зал был разделен невидимой туманной стеной, так как не все гости любили напиваться и бить потом кому-то за что-то морду. Поэтому веселая западная часть зала гудела и сходила с ума, а восточная, где собрались спокойные и рассудительные люди, тихо переговаривалась. Ноно и Реборн были как раз в восточной части, слушая классическую музыку, еще не зная, что им предстоит разгребать в обозримом будущем. Они сидели за столиком и попивали вино в блаженном неведении, набирающего обороты хаоса. В это время леди Скуало организовала фронт сопротивления и пыталась успокоить людей, своим громогласным ором. Но попытки мирного решения конфликта потерпели фиаско, поэтому он взялся за меч и с ухмылкой попытался навести порядок традиционным методом. Кея, который очень хотел отомстить одной беловолосой даме, кидался в принцессу всем подряд из засады, попутно вырубая людей, что попадались на пути, преграждая ему дорогу. Вайпер, подсчитывая деньги, по ходу дела был наречен счетоводом душ. Но Занзас немного не рассчитал удар, поэтому мужчина валялся в отключке возле стола, с дебильной улыбкой на лице, под охраной рыцаря-тарана, которого тоже таки нарекли верным воином, чуть не сломав при этом жало о его крепкую голову. Бельфегор радостно гонялся за всем живым и зеленым, пока Скуало и несколько варийцев не решили его поймать. Битва была жаркая и к сожалению пчелку, подвесив за костюм, решили использовать как заложника. — Вроййй, — рыкнул Скуало со второго этажа балкончика, который они временно оккупировали, — Занзас, мелкий отброс, ты же обещал папочке не разносить особняк. — Мусор бабский, я держу свое слово. Особняк цел, а вот о его внутренней целостности мы не договаривались, — ухмыльнулся подросток, поглаживая Бермуду по голове. — Вройй! — Пытался подобрать слова мечник, так как страж к беседе по душам явно не располагал. — Думаешь Реборну не плевать. Он просил вести себя скромнее и сдержаннее, и хоть раз в жизни его не опозорить, — рассуждал Скуало и, забравшись на перила, ухмыльнулся, — но ты же сам себе на уме. Безответственный и недисциплинированный малец. — Намекнул на его рост мечник. — Хочешь сказать, что я тут один единственн ….погоди, малец? Ты тупой патлатый отброс, — рыкнул Занзас, — да я тебя… Договорить мальчик не успел, так-как что-то врезавшись в перила под ногами Скуало, нарушило его координацию и парень начал заваливаться вперед. Варийцы попытались схватить своего босса за платье, но ткань подобное не оценила и начала рваться. Зацепившись одной ногой за бывшую юбку, Скуало немного протащило в воздухе в сторону стола, в который он с грохотом и врезался, так как варийцы неудачно и очень не вовремя дернули ткань на себя в последней попытке спасти своего босса. Второй резкий рывок рядовых, приподнял шипящего от боли босса Варии почти до второго этажа, а потом, под оглушающую тишину, раздался повторный треск ткани. Скуало вереща, очень звучно шлепнулся на пол, добивая и без того бедный стол и все что на нем было и выжило после его первого визита. Настала гробовая тишина. Все смотрели на лежащего на полу мечника, пока Кея не подошел к нему и не потыкал его тонфа в бок. — Сдох? — Спросил громко Занзас, поглаживая своего верного скакуна по голове. Цилиндр у него он отобрал еще при первой волне нападения на его великую новую империю. Пнув тушку ногой, тем самым перевернув ее на спину, Хибари ответил. — Жив. — Отлично. — Хихикнул Занзас. — Вы поймали пончик? — Гаркнул он своим приверженцам. Мысль кого-нибудь наконец-то поженить, въелась в его голову довольно давно, с подачи Тсунаеши. Ведь свадьбы родителей он, будучи еще в стадии планирования не видел, и мало что о ней знал. Лишь рассматривал странные фотографии, где его отец щеголял в одежде шахтера, а Нана в милом беленьком платье отрешённо стояла рядом. Мальчик хотел увидеть, увидеть этот торжественный и прекрасный момент из жизни его родителей в реальности и Занзас, плюнув на все, решил показать ему свадьбу. Именно сейчас и именно в своем радикальном стиле. Мафиозную, странную, местами наигранную, но свадьбу. Толпа пьяных и радостных людей расступилась, явив слегка растрепанный и связанный пончик — Луссурию. — Радуйся, овощ крашеный, мы нашли тебе жену, — хихикнул Занзас, указывая на лежащего мечника, в котором ошарашенный мужчина быстро опознал Скуало. Толпа восторженно загудела, о связанном Бельфегоре никто так и не вспомнил.

***

Толпа, радостно урча и улюлюкая, помчалась к одной из боковых лестниц, для проведения церемонии бракосочетания, неся на руках будущих молодоженов. Верде, пообещав кучу людей для опытов, таки уговорили стать священником на сорок четыре минуты, и тридцать три секунды, с последующей посильной поддержкой в дальнейшем. На закономерный вопрос, почему именно на этот срок, Тсунаеши, подло хихикая так и не ответил сбежав за кольцами, скрывшись в толпе. Фонга сделали шафером, и по совместительству отцом невесты, завернув в скатерть для однотонности цветовой палитры с платьем молодой. На его вопрос, почему он то должен это делать, Тсуна хихикнул и ответил туманной, но достаточно понятной для Фонга информацией. Компрометирующей информацией. Мукуро и Скалла, нарекли подружками невесты, и не дожидаясь их согласия, перевязали розовой ленточкой впритирочку друг к другу, и нацепив на узелок гранату, на всякий пожарный, поставив у первой ступеньки лестницы. Семейство ананасов от подобной выходки взъелось и попыталась смыться, пока один из рядовых Вонголы не наставил на них снятое со стены ружье, и вежливо попросил, сияя улыбочкой маньяка, не рыпаться. Хотя-бы до конца церемонии. Тсунаеши, солнечно улыбаясь, стоял рядом с Верде и держал в руках подушку, на которой лежали кольца новобрачных, сияя своим магическим светом любви и вечной верности. Сейчас, его давняя мечта сбудется. Подтолкнув пытающегося смыться Луссурию, к импровизированному алтарю, люди стали ждать начала столь грандиозного события. Верде накатил для храбрости какой-то настройки своего производства, и через мгновение Фонг, выкатил приходящего в себя Скуало, привязанного к креслу на центр импровизированной сцены. Медленно и элегантно, под всхлипы пьяных варийцев и охи мафиози, докатил его до алтаря, гордо приподнял голову и свалил в неизвестном направлении, от греха подальше. — Кхм, — начал Верде, — дорогие мои индивидуумы невменяемые. Мы собрались здесь сегодня дабы лицезреть появление новой ячейки общества… Скуало ожил и оглядевшись, удивленно приподнял брови. Последнее что он помнил это падение на пол, а не как не это вот, все… — Что за нах, — ошалело проговорил он, пытаясь вырватся. — Тихо, — проворчал какой-то мужчина, тыкнув винтовкой в лицо новоиспечённой невесты, заставив «ее» ошалело замолкнуть и перестать дергаться. — В одиночку плыть по нашей дерьмовой жизни очень трудно. Взять хотя бы тающие ледники. В чем связь спросите вы. И я отвечу. — Крикнул Верде, жестикулируя. — Мы гении остаёмся одни, без поддержки. — В это время Скуало вцепился зубами в винтовку и попытался ее отобрать. — Мы живем муторной жизнью от исследования к исследованию. — Луссурия спалил верёвку пламенем, и сейчас пытался отбиться и сбежать от толпы мафиози. — Мы не думаем о мире, и его будущем, ведь наше будущее мрачное. — Луссурию снова связали и заминировали, красиво завязав проводки бантиками. — Поэтому, мы убиваем планету. — Скуало освободившись попытался отобрать винтовку, но несколько мужчин его скрутили, и посадили обратно в кресло, привязав на этот раз к нему цепями, для большей эффективности.

***

В это время в особняк проникла группа вооруженных людей во главе с бывалым мафиози, который слылся самым удачливым туманом из всех. По его мнению конечно же. Вырубив охрану, и взломав сигнализацию, мужчины в чёрном спешно ворвались в зал. Их целью было похищение будущего Десятого босса Вонголы, но увидев то что было внутри, мужчинам резко пришлось притормозить. Сегодня удача повернулась к ним мягким местом. Мебель была перевернута, повсюду валялось оружие, патроны и тела. Странная дорожка из костров, таинственно звала за собой в глубину зала. Здесь явно шел серьезный бой сегодня, а не какое-то мероприятие. Люди что попадались им по дороге, были очень странно одеты, и почему-то все были окрашены в зелёные цвета. Гримасы на лицах, говорили об сильном отравлении и очень, очень медленной и мучительной смерти. Аккуратно продвигаясь, визитеры решили подняться по одной из лестниц наверх. Заняв позиции по периметру, громыхая звукам шагов как слоны, они удивленно замерли, когда громогласное «шшшшшш» раздалось у нужного им подъёма. Мужчины дружно охренели и резко сбились в толпу. Туманный купол, что прикрывал странную церемонию, с тихим шелестящим шепотом опал и исчез. Картина что предстала перед ними логике не поддавалась. Толпа мафиози вооруженная до зубов, пытался женить двух явно не согласных на подобное людей. Невеста в боксерах, обрывках платья и с помятой короной на голове, профессионально отбивалась и пыталась вырваться из захвата пошло улыбающихся личностей, но против целой толпы, как говорится «в одиночку не попрешь». Видимо жених, в круглом заляпанном чем-то костюме, пилочкой для ногтей пытался разминировать чертову бомбу, которая висела на нем же и явно не способствовала побегу. Священник с нимбом, в костюме кактуса, что-то вешал о непонятых гениях и ледниках, явно ловил кайф от своей проникновенной речи и витал где-то в своих кактусовых облаках, не обращая ни на что внимания. А ведь сейчас рядом с ним могло произойти все что угодно, от выстрела из пушки в его сторону, до взрыва десятков бомб. Их цель стояла рядом со священником, и радостно улыбаясь, напевая свадебный марш, раскачивалась из стороны в сторону, явно тоже витая где-то на своей волне — Короче, к чему я это все? — Громко рыкнул священник. Мужчины в черном вздрогнули, мафиози что дремали за столами, подскочили как ошпаренные. — Властью данной мне, мной, им, — указывая на какого-то мальчика, — при, — обводя всех взглядом, — страже Омерты. Я. Объявляю. Вот этих вот принцесс и пончиков, мужем и женой. — И кивнув головой сам себе, достав какую-то пробирку из кармана, выпил ее залпом. После чего отступив на шаг, потерял равновесие и упав на спину, радостно проорал. — Горькааааааа. Невеста перестал вырываться и замерла на месте. Жених выронил пилочку из ослабевших пальцев, резко побледнел и тихо еле слышно прошипел: — Это…а спросить согласие? — А вот и кольца, надевайте, — улыбнулся Тсунаеши, проигнорировав реплику. — А…. — тупил Луссурия, явно не замечая ничего, кроме играющих от света люстры бликах на кругляшках в руках мальчика. Скуало в шоке дотащили до его нового мужа и практически толкнули в его объятия. Лусс отмер, заметив чье-то дыхание рядом, и медленно повернул голову в его сторону. Глаза Солнца Варии резко увеличились в размере и он заорал прямо в лицо своей невесте: — Ааааааааааа, я протиииив, что за произвол. Я требую хотя бы нормальную свадьбу. Скуало поперхнулся воздухом. — Вроййй, что блять? Какую свадьбу? — Рыкнул он. — Вы психи чертовы, я ж мужик. Толпа удивленно охнула. Даже Верде привстал и удивленно скосил на парочку глаза. — Серьезно? — Пролепетал он, непослушным языком. — Прикольно! — Заваливаясь обратно хихикнул мужчина, выливая остатки какой-то жидкости в рот. Мужчины в черном пораженно замерли и решили отступить, когда сзади в них врезался кто-то или что-то желтое. Визитеров помяло от резкого удара. Часть из них таки успела отскочить и осмотревшись, ошалело замерла. Нечто большое и желтое, в короне, подскочило на ноги и помяв лежащих под ним мафиози еще сильнее, захихикало. — Шишиши, а у нее есть стиль, — проворчала гигантская пчела? , сверкая стилетами в руках. — Ох, милый, я профи в расчленении, — с явно французским акцентом пропел женский голос, под дивные звуки визжашей ей в такт, бензопилы?! Из завала мебели вышла девушка в черном вечернем платье, поверх которого был накинут белый докторский халатик. Высокие туфли на шпильках, явно ей не мешали проходить те горы рухляди что образовались по дороге. Волосы были собраны в тугой пучок, глаза горели магическим зеленым оттенком, в руках сияла жидким серебром, такая же опасная как и ее хозяйка, заведенная бензопила. — Примула! — Тихо прошептал Верде, трезвея на глазах, и попытался незаметно улизнуть на второй этаж, наспех выбираясь из костюма. — Верде, — громко пропела девушка, — мой милый изумруд, я так давно тебя искать. Куда же ты так спешить? — Устрашающе улыбнулась девушка, вновь заводя свое оружие. — Нам так много нужно обсудить. — Рыкнула она совершая дикий и резкий рывок в его сторону. Верде вскочил и понесся вверх по лестнице, попутно кидая ей под ноги какие-то реактивы. Девушка, сметя Бела как крошку со стола и воспользовавшись невменяемыми мафиози как дорожкой в парке, залетела на второй этаж. — Мы больше не вместе, — визжал как заведенный Верде, разбрасывая химикаты направо и налево. — Я это исправлю, — хохотала женщина. Мужчины в черном решили воспользоваться неразберихой и выкрасть мальчика, но его уже и след простыл. Желтая птичка размахивая тонфа, пыталась прибить пчелу за несостоятельность, попутно вырубая все живое до чего успевала дотянуться, поэтому мужчинам в черном экстренно пришлось ретироваться. Началась настоящая куча мала. Кто-то стрелял наугад. Кто-то кидался ножами, которые летали повсюду и под нереальными углами меняли траекторию, попадая куда надо и куда не надо. Кто-то просто спал прямо на полу не обращая ни на кого внимание. А потом, какая-то фиолетовая непонятная дымка отключала и без того уставшее сознание и постепенно все вырубились.

***

Гости начали разъезжаться ближе к двум часам ночи, поэтому, то что случилось в западной части зала, заметили слишком поздно. Ноно пораженно осматривал развалины, развалины, и тела мафиози, окрашенные в зеленые цвета. Особенно его удивила толпучка тел людей у одной из лестниц. Скуало и Луссурия валялись на полу в обнимку рядом с бомбой. Настоящей гребаной бомбой! Фонг сидел на лестнице, облокотившись на посапывающего в обнимку со Скаллом Мукуро и спокойно попивал чай, как ни в чём не бывало, раскачиваясь из стороны в сторону. Кажется сейчас он познавал дзен, стараясь успокоить расшатанные нервы. Верде на втором этаже, кричал и просил его пощадить, но женское щебетание и шлепки с характерными охами, говорили о том, что помощь ему явно сейчас будет лишней. Какие-то люди в черном, валялись кучей недалеко от лестницы, создавая подобие перины, на которой словно король, посапывал Бельфегор, развалившись в позе звезды. Кажется планировался захват заложников, терракт как минимум, но что-то пошло не так Кея лежал рядом, но на любое прикосновение к нему, просыпался, лупил тонфа все подряд и постепенно снова засыпал. Бермуды, Тсуны и Занзаса нигде не наблюдалось, но Ноно не спешил бить тревогу, зная что страж детишек точно не оставит без присмотра. Тимотео, разобравшись со всем, рвано выдохнул и решил немного наконец-то отдохнуть. Добравшись до своей комнаты, приоткрыв дверь, он даже не удивился, увидев спящих в его комнате потерянных детишек. Тсунаеши спокойно сопел в подушку, сжимая в руке позолоченное колечко. Занзас развалившись на полу наоборот беспокойно ерзал и бухтел что-то во сне, сжимая в руках черную шляпу. Бермуды как ни странно рядом не наблюдалось, но Тимотео его отсутствие сейчас мало волновало. Аккуратно перетащив детишек на кровать, Ноно развалился на небольшом диване в уютном уголке своей комнатки и блаженно прикрыл глаза. Это был трудный день. Очень трудный день!