Лонг Бич

Тендо задумчиво покручивает в пальцах карандаш, обводя вокруг костяшек одна за одной. Тема для эссе по истории кажется ему интересной, и это единственная более-менее положительная вещь, что случилась с ним за всю неделю. В голове десятка два разных подходов к рассмотрению того, что до него изучали тысячи студентов. ― … прошу вас постараться уместить все свои мысли на десяти листах, ― преподаватель бросает внимательный взгляд на Цукишиму, который даже бровью не ведет, как будто это не к нему относится, ― и не нужно демонстрационных моделей, это не школьный конкурс по физике. Тендо поджимает губы и мотает головой, отметая сразу половину своих идей под всеобщие беззлобные смешки. ― Я считаю, что если процесс получения образования слишком скучный, к нему надо менять подход, и в первую очередь свое отношение, ― уверяет Тендо Цукишиму на перерыве. ― Я понимаю, что колледж дал тебе больше свободы, но не советую пользоваться особым положением у мистера Уилсона. Твоя креативность может быстро надоесть. Тендо аж задыхается от возмущения и даже отстает на пару шагов. ― Да как ты смеешь. Во-первых, я не пользуюсь никаким положением, во-вторых, моя креативность никогда не… Его обрывает на полуслове женский голос. ― Кей! Цукишима оборачивается и расплывается в улыбке при виде Мики. Аж расцветает весь, двуличная сволочь. Девушки в присутствии Цукишимы менялись в той же степени, что и он менялся при них. Молчаливый, циничный и саркастичный Цукишима превращался в чрезмерно вежливого и внимательного принца, в мечту какой-нибудь школьницы, и это не переставало забавлять Тендо. Он замечает, что уже давно не видел этих метаморфоз, и за своими наблюдениями упускает половину диалога, пока Цукишима не произносит: ― Нет, я в этот день занят. Спроси лучше Сатори. Мика оборачивается и улыбается, Тендо кажется, что вынужденно, но быстро понимает, что это не так, когда она с улыбкой протягивает ему листовку с большим заголовком «RUNNING MAN». ― Ты не хотел бы поучаствовать в… ― Хотел бы, ― Тендо расплывается в радостной улыбке, пробегаясь глазами по информации о дате и месте проведения. ― Отлично, ― она радостно помечает себе что-то в блокнот. ― Я так понимаю, правила ты знаешь. ― О да, ― кивает Тендо. ― Взнос тридцать баксов? Когда платить? ― До пятницы желательно, сбор в семь вечера, и не забудь удобную обувь, ― Мика машет ему рукой уже наверняка торопясь к следующей цели. Он прячет листовку в карман и спешит за Цукишимой. ― Только не говори, что собираешься променять королевскую битву на свидание. ― Собираюсь и променяю, ― легко соглашается Цукишима. ― Не думал, что ты так быстро после травмы решишь рисковать коленом. Наверняка всю команду футболистов записали в участники автоматом. ― Колено у меня давно в порядке, и если ты забыл, я сам, вообще-то, тоже бывший футболист. Кроме того, мог бы и поддержать меня. ― Ставлю двадцатку, что ты не продержишься и десяти минут, ― усмехается Цукишима. Тендо чувствует, как от возмущения раздуваются щеки. Он тычет в Цукишиму пальцем и угрожающе щурит глаза. ― А ты… ты тоже не продержишься и десяти минут! ― затем прикидывает в уме рост и вес Цукишимы, выносливость и стратегические способности и добавляет. ― Двадцати, двадцати минут. У Цукишимы в глазах пляшут веселые искорки, он поправляет очки, пряча за жестом польщенную улыбку. Цукишима вообще последние пару недель едва ли не светится, как фосфором обмазанный, и слишком часто пребывает в хорошем настроении. Тендо завидно до скрежета зубов. ― Даже если бы я решил участвовать, могу полагать, что дошел бы до финала, ― заявляет он. Какой смелый. С чего бы? ― Ты, конечно, умен, но сил у тебя не хватит, ― Тендо разом веселеет. ― Против Мацукавы, например. Что будешь делать? ― Бежать, ― спокойно отвечает Цукишима. ― Разве не это главный принцип всей игры? Тендо смеется, останавливаясь на повороте. У них занятия в разных аудиториях, так что времени на уговоры остается мало. Прежде, чем они разойдутся, надо успеть внедрить в сознание Цукишимы идею, что игра в Бегущего не так уж и неинтересна, как ему кажется. ― Я уверен, что мы с тобой вдвоем долго не продержимся, так что ты все равно успеешь на свое свидание. Скажешь Тецуро забрать тебя сразу от колледжа, ― бросает Тендо. ― И меня заодно поддержишь. Цукишима лишь незаинтересованно хмыкает. ― Я же сказал, что с большей вероятностью дотяну до финала. Тендо расплывается в довольной улыбке. ― Ты, может, так и сказал, а может даже ты и прав, но просто на секунду представь, вдруг мы не только продержимся, а выиграем? С нашими умом и сообразительностью обведем футболистов вокруг пальца, вот у Мацукавы лицо будет. Тендо мечтательно прикрывает глаза. ― Запах чужого унижения всегда так сладок… ― Сомневаюсь, что унижение пахнет именно так, ― говорит Цукишима голосом Мацукавы и Тендо от неожиданности даже глаза открывает. Цукишима стоит напротив, с весельем в глазах глядя Тендо куда-то поверх плеча. ― Мацукава стоит позади меня, ― утвердительно произносит Тендо, чувствуя, как из тела уходит вся легкость. ― Мацукава стоит позади тебя, ― произносит сам Мацукава, пока Цукишима утвердительно кивает. Подсознательно Тендо уже ждет, что Цукишима сейчас развернется и свалит от них куда подальше, оставив решать все проблемы самостоятельно, но тот почему-то не уходит. Тендо с неохотой оборачивается к Мацукаве, который сегодня без привычной компании. ― Вряд ли твоему другу для участия будет достаточно моего унижения, ― говорит он. ― Вот в этом ты совершенно не прав, ― не соглашается Тендо. ― Так ты играешь, Иссей? ― с вежливой улыбкой интересуется Цукишима. ― Думаю, да. Звучит весело, ― с такой же вежливой улыбкой отвечает Мацукава, и Тендо с подозрением смотрит сначала на одного, потом на второго. ― А ты? ― Возможно, ― Цукишима меняет мнение буквально в считанные секунды, и Тендо следовало бы обрадоваться, вот только почему он чувствует в этом всем подвох? Не может быть, чтобы у Мацукавы получилось уломать Цукишиму быстрее Тендо. Слишком подозрительно. Они что, флиртуют? ― Вот и отлично. Может нам повезет быть в одной команде, ― тянет Мацукава. ― Надеюсь на это. ― Эй, ― встревает Тендо и тычет пальцем в грудь Мацукаве, ― ты должен быть в другой команде, иначе я не смогу посмотреть на твое унижение. ― Если тебе так хочется меня унизить, просто попроси. Или укуси еще раз, вряд ли всем надоест это обсуждать у меня за спиной, ― говорит тот, кивая на проходящую мимо группу девчонок, старательно сдерживающих смех. Цукишима смеется открыто, и Тендо почти горд за себя. Но когда тот разворачивается и уходит по коридору в направлении своей аудитории, Тендо больше не чувствует себя так уверенно наедине с Мацукавой. ― Ой, мне пора, ― бросает он и торопится за Цукишимой. Его никто не останавливает, и вообще плевать, что лекция вот-вот начнется, а он лишь отдаляется от класса. ― Так ты все же со мной? ― Тендо щурит глаза, больше надеясь прочесть ответ по лицу Цукишимы, а не услышать. ― Посмотрим. ― Я знаю, что ты делаешь, ― сравнятся с шагом Цукишимы не так уж и сложно, и Тендо остается лишь миновать спешащих на занятия студентов. ― Ты меня опекаешь. Мацукава лев, а я антилопа. Но ты тоже лев и еще хороший друг. ― Я даже комментировать этот бред не буду, ― с каменным лицом говорит Цукишима. Но Тендо уже все просек и теперь довольно улыбается, не скрывая своей радости. ― Если бы я знал, что для манипулирования тобой мне всего лишь нужна угроза хищника, давно бы использовал эту стратегию. ― Отвали. ― Да-да, уже отвалил, ― Тендо тормозит, сразу же увеличивая между ними расстояние. ― Но я все запомнил и я люблю тебя, Цукишима Кей! Довольный собой, Тендо разворачивается обратно, полностью игнорируя чужие любопытные взгляды.