Дивендариум

Амалия Лилиан Коллинз

Последние августовские дни радовали жителей Кристалла теплой погодой, поэтому многие выбирались на улицу, чтобы насладиться последними лучиками летнего солнца в компании со своими близкими и родными людьми. Сейчас, когда во всем магическом мире бушевала война, такие дни были особенно ценны для каждого волшебника в заколдованном городе, потому что в любой момент небо могло стать багрово-черным и несколько десятков темных магов опустятся на землю, чтобы заявить свои права, убивая и калеча при этом мирных жителей. Из-за того, что правительство просто не могло принять их условия, они с каждым рейдом по улицам города становились все более жестокими. У этих людей не было чувства сострадания, жалости или милосердия, они несколькими движениями уносили жизни детей, женщин и стариков, не моргнув при этом и глазом. Темная магия была запрещена во всем магическом мире, потому что она отравляет сознание человека, забирает его душу, по крупицам унося все человечное. В конечном итоге, человек перестает быть человеком, его заменяет темное, жестокое существо, не умеющее любить, сострадать и радоваться жизни. Война пока развивалась медленно, потому как последователей у лишившегося разума фанатика, который хотел поработить всю светлую магию, было недостаточно, чтобы завоевать крупные города, как Кристалл, но было вполне достаточно, чтобы покалечить. Но у мирных жителей была надежда, светлые волшебники, которые защищали города, прогоняя или упекая за решетку нарушителей. Защитники. Боевые маги высшего ранга, способные постоять за себя и защитить невинных. Все надеялись, что когда-нибудь защитники освободят весь магический мир от тирании темных. Рыжеволосая девушка вместо того, чтобы наслаждаться погодой, как все остальные, бежала в сторону порта, который находился на самом знаменитом пляже в Кристалле. Она чертовски опаздывала, потому что все никак не могла уместить все фолианты в небольшой желтый чемоданчик, предназначавшийся в общей сложности для обуви, но у девушки были на него свои планы. Поэтому, пока ее мать занималась упаковкой теплых вещей, девушка незаметно вытащила несколько пар туфель на высоком каблуке, которые ей точно не понадобятся в институте, и попыталась впихнуть несколько увесистых книг, только через четверть часа, вспомнив, кем является и как просто сделать это с помощью магии. Прощание с родителями Мия Лилиан Коллинз выдержала стойко, умудрившись не проронить ни одной слезинки, даже в тот момент, когда мать начала говорить, какой взрослой она стала и как они с отцом ей гордятся. Безусловно, миссис Коллинз была категорически против выбора дочери, потому что это было безрассудно и опасно, но предпочитала помалкивать, зная, насколько уперта ее дочь в своих суждениях, которые считает правильными. А сейчас она стала слишком взрослой, чтобы они имели право ей что-то запретить. Мия хотела стать защитницей, именно поэтому сразу после окончания одной из лучших магических школ Кристалла, она поступила в Институт Боевой Магии имени Кордейла Непобедимого, который находился в отдалении на одноименном острове. Это одно из лучших учебных заведений современности, в котором воспитываются самые храбрые и отважные защитники, которые впоследствии спасают огромное количество жизней. И Мия мечтала стать одной из них, несмотря на то, что в школе ей все пророчили блестящую карьеру целителя из-за ее выдающихся способностей в области целительной магии. Она практически добежала до порта, попутно левитируя за собой свои вещи, как вдруг врезалась в кого-то, теряя контроль над вещами, которые мгновенно посыпались ей на голову. Едва сдерживая себя, чтобы не выругаться вслух, Мия исподлобья взглянула на человека, который намеренно перегородил ей дорогу. Вот сейчас ей действительно хотелось выругаться, как матерый сапожник. Кто угодно, но только не он! Она даже зажмурилась, а затем снова открыла глаза, чтобы убедиться, что это не галлюцинация. Но нет. Джеймс Портман стоял прямо над ней, протягивая ей руку. Мия руку демонстративно проигнорировала, самостоятельно поднимаясь на ноги, резким движением рук вновь поднимая все вещи в воздух. Пересекаться с ним ей хотелось меньше всего, хотя она и понимала, что это неизбежно. Куда же еще мог поступить самый сильный волшебник на их потоке, который всегда самый первый рвался в бой против темных магов? Ну, конечно же. Мия едва сдерживала себя, чтобы не застонать от разочарования. — Коллинз, скажи мне, пожалуйста, что ты прямо сейчас направляешься в сторону Кауша, — медленно произнес Портман, грубо хватая девушку за руку, когда та попыталась его обойти. Лечебница имени Джорджа Кауша являлась не только больницей, где оказывают первоклассную медицинскую помощь, но и также университетом, в котором обучают первоклассных квалифицированных целителей. Именно туда по всем параметрам и качествам проходила Мия, ее мать с детства мечтала, что дочь станет целителем и будет спасать жизни именно таким способом, да и сама Коллинз была совершенно не против такого развития событий до тех пор, пока не началась война, в которой защитники нуждались в большем количестве людей, нежели целители. Она чувствовала, что будет более полезной в боевой сфере. Поэтому ее выбор пал на Институт Боевой Магии, несмотря на то, что в самой боевой магии, которую в школе преподавали очень узко, она была посредственной ученицей, в отличие от того же Портмана, которому все удавалось без особых на то усилий. Выпендрежник. — Нет, Портман, я поступила в Кордейл, и если ты сейчас меня не отпустишь, то мы опоздаем на паром, — раздраженно проговорила Мия, даже и не пытаясь вырваться. Потому что если Джеймс Портман решил, что ты должна стоять и слушать его, то ты должна стоять и слушать, несмотря на все свои дела, ведь пока он не скажет все, что хотел, ты в любом случае никуда не уйдешь, как бы ты не старалась вырваться. Мия училась с ним в одном классе, и за все время обучения в школе парень успел порядком достать ее своими извечными попытками добиться ее внимания и расположения, путем приглашения на свидания. Впрочем, стоит отметить, что за прошлый год он слегка поубавил свой пыл, встречаясь с разными девушками, на время забывая о существовании Мии Коллинз, но это продолжалось недолго, и он все равно возвращался к ней с его излюбленной фразой. Коллинз, а, может, ты перестанешь ломаться и позволишь показать тебе весь мир? Она никогда особо не реагировала на его знаки внимания, потому что знала, что это лишь очередная прихоть богатенького мальчика, который привык, что ему все вокруг должны. Но она не хотела, чтобы ее считали еще одной победой Джеймса Портмана. За это лето она не получила ни одного сообщения, хотя на прошлые каникулы ее телефон буквально разрывался от любовных посланий, а в один вечер он подкараулил ее у самого дома, когда девушка возвращалась с привычной вечерней пробежки. Он сидел на лавочке возле ее дома с огромным букетом роз, который впоследствии полетел прямо ему в лицо. Этим летом не было и намека на присутствие высокого брюнета с пронзительными темно-зелеными глазами в ее жизни, хотя она иногда с опаской поглядывала на свой телефон, даже несколько раз заходила на его страницу в местной социальной сети, чтобы проверить, жив ли он вообще или их с его дружками выходки все-таки добили его. Возвращаясь с пробежки, она не раз представляла, что он ждет ее у крыльца, даже придумывала колкие фразы, которые скажет ему, но никто так и не пришел. От осознания, что парень, наконец-то, отцепился от нее, внутри словно чего-то не хватало, странное непривычное опустошение. — Ты окончательно тронулась умом, Коллинз? — снова грубо дергая ее за руку так, чтобы она посмотрела на него, рыкнул Джеймс. — Ты же всегда была при мозгах, так какого черта сейчас поступаешь, как полнейшая идиотка? Надо было признать, что за это лето Портман возмужал. И Мия не могла отрицать это, глядя на подтянутую фигуру, которая возвышалась над ней на целую голову. Портман, как и его дружок Кастелл, всегда привлекали достаточно много внимания женского пола. Оба обладали привлекательной внешностью, родителями с огромными счетами в городском банке и абсолютно точно невероятным талантом в магической области. Каждая мечтала о таком парне, но не Мия Коллинз. Она всегда считала, что мальчики постоянно выпендриваются, хвастаясь своими умениями, задирая тех, у кого получалось не так хорошо. А они действительно порой вели себя очень грубо, издеваясь над теми, кто был хотя бы в чем-то с ними не согласен. А еще ее до ужаса раздражало, что им все дается слишком легко. Они никогда не сидели за учебниками, не штудировали библиотеки, однако всегда получали отличные отметки, и каждое заклинание выходило у них блестяще. — В чем, мать твою, дело, Портман? Тебе последние мозги на тренировках отбили, и ты уже на людей кидаешься? — возмущенно проговорила она, в душе надеясь, что ей все-таки удастся вызволить свою руку из его хватки. Таким злым она его еще не видела. Мия была готова поклясться, что чувствовала, как кипит магия внутри него. Даже ветер поднялся, развевая длинные темно-рыжие волосы девушки. В зеленых глазах парня бушевали, казалось, все четыре стихии одновременно, но Мия не боялась его, потому что прекрасно знала, что Портман, в каком бы состоянии ни был, никогда ей не навредит. Однако сейчас даже она слегка стушевалась под этим взглядом, но сдаваться не собиралась. Это ее жизнь. Ее выбор, в конце-то концов. Почему какой-то Джеймс Портман вздумал решать что-то за нее? Внутри нее поднималось целое цунами из негодования, которое было готово вот-вот обрушиться на несчастную голову парня, который абсолютно точно сейчас этого заслуживал. — Ты прямо сейчас собираешь свои вещички и идешь домой, Мия! — выкрикнул он яростно, размахивая свободной рукой. — А потом вместе со своим красным аттестатом идешь в чертову лечебницу Кауша, где тебя с твоими блестящими баллами и рекомендациями возьмут даже без чертовых проходных экзаменов. Кордейл – это не место для тебя, это слишком опасно. Мия едва ли не топнула ногой от возмущения и праведной ярости. А для него, значит, не опасно? Так почему же ему можно рисковать своей жизнью, а ей нет? Чем она отличается от несравненного Джеймса Портмана? — Я поступила в Кордейл, и сейчас направлялась именно туда, пока ты меня не сбил, — упрямо проговорила Мия, ежась от холода из-за пронизывающего ветра. Все-таки, Портман — невероятно сильный волшебник, она не могла этого отрицать. Сейчас это чувствовалось особенно сильно, она буквально каждой клеточкой своего тела ощущала, насколько сильная энергия от него исходит. На данный момент энергия эта была не совсем теплой и мягкой, какой она обычно бывала, а скорее, словно тысячи маленьких льдинок пронизывали ее тело. Только лишь его рука, до боли сжимающая ее руку, являлась единственным источником тепла. Они неотрывно смотрели друг другу в глаза, словно борясь друг с другом, хотя это было бесполезно. Они оба были слишком упрямы, чтобы признать правоту другого. Мие хотелось стукнуть его чем-нибудь тяжелым, чтобы он, наконец, понял, что она не нуждается ни в чьей защите, а тем более в его. Конечно, Мия прекрасно знала, что ей придется столкнуться с ним в институте, но она надеялась, что они попадут в разные отряды, поэтому их встречи будут сведены к абсолютному минимуму. — Привет, солнышко, — произнес знакомый бодрый голос над самым ухом, заставляя ее вздрогнуть от неожиданности. — Как каникулы? Ветер прекратился так же неожиданно, как начался. Судя по всему, присутствие лучшего друга успокоило Портмана, а Мию обдало приятным теплым воздухом, согревая и успокаивая. — Кто бы сомневался, Кастелл, — Мия едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. — Вы как попугайчики-неразлучники с Портманом, скоро склеитесь. Парень лишь ухмыльнулся ей своей идеально-ровной белой улыбкой, от которой сходили с ума девчонки и подмигнул. Кристиан Кастелл имел репутацию заядлого бабника и женского угодника, каждая девушка в этом огромном городе считала, что именно она станет для богатого представителя одного из старейших магических родов последней, единственной и неповторимой. Одних только фактов «аристократичности» и «богатства» хватило бы, чтобы сделать Кастелла завидным женихом, но к этому всему прибавлялась практически идеальная внешность и неоспоримый талант. Мию едва ли не выворачивало, когда она слышала, как за соседней партой вовсю обсуждали, как Кастелл хорош в постели и как замечательно было бы затащить его в укромное место на одной из частых вечеринок основателей. Наивные идиотки. Мия презирала таких, ведь подобного рода девицы думают лишь о том, какие туфли будут идеально подходить под сумочку и кто с кем проводит ночи в Кристалле. Мия Коллинз предпочитала думать о других вещах. Например, о том, как то или иное заклинание использовать для самозащиты или о том, какой ингредиент добавить в снадобье, чтобы оно действовало более эффективно. В школе многие считали ее заучкой и противницей веселья, так как ее редко можно было увидеть на городских вечеринках. Мия не привыкла к излишнему вниманию к своей персоне, а когда за тобой показательно ухлестывает самый популярный парень в городе, тяжело казаться незаметной. — Я тоже рад тебя видеть, Коллинз, мои каникулы прошли прекрасно, я рад, что ты спросила, — ухмыльнулся он, упираясь спиной об кирпичную стену, откидывая с лица отросшие светлые волосы. — Нам с тобой сегодня по пути? — Нет, нам не по пути, — рыкнул Джеймс раздраженно, не давая ей даже рта открыть и бросив предупреждающий взгляд на Кастелла, который тут же поднял руки вверх, капитулируя. — Коллинз как раз направлялась домой, правда? Мия едва сдерживалась, чтобы прямо сейчас не запустить в парня каким-нибудь мощным заклинанием, которое сбило бы с него спесь. Этого наглого выскочку и позера спас его же собственный друг, который появился из ниоткуда со своей мягкой улыбкой. Мия невольно сама улыбнулась ему, а Портман удивленно на нее посмотрел, не понимая причину перемены настроения, ведь небо должно было расколоться пополам, если бы Коллинз ему искренне улыбнулась. И сейчас чуда не произошло. — Брось, Джим, ты же знаешь, что не можешь сделать за нее этот выбор, — тяжелая рука Луиса Малтона опустилась на плечо Портмана, а затем теплые карие глаза окутали ее своей невероятной добротой. — Добрый вечер, Мия. Луис Малтон являлся самой спокойной и рассудительной частью этой компании. Пожалуй, он был единственным, с кем девушка поддерживала относительно дружеские отношения. Мия вообще не понимала, как такой прекрасный человек, как Луи, мог хорошо общаться с Кастеллом и Портманом, за которыми вечно следуют неприятности, которые они сами себе создают из-за своего непостоянства и взбалмошности. Мие иногда казалось, что если бы не русоволосый худенький парень, которому каким-то непостижимым образом удавалось останавливать их, то их школа не выстояла бы до выпускного вечера, о котором Мие совершенно не хотелось вспоминать. Но всю школьную жизнь эта троица провела неразлучно друг от друга, хотя они были абсолютно разные, если рассматривать каждого вблизи. Мия порой завидовала такой дружбе, потому что у нее никогда такого не было. За всю школьную жизнь Коллинз так и не смогла обзавестись лучшей подругой. Нет, безусловно, она общалась с девочками, но человека, которому она смогла бы доверить свои секреты, мысли и чувства у нее не было. Иногда она даже грустила по этому поводу, в тайне надеясь, что в университете сможет найти человека, с которым ей будет хорошо. Руку, наконец, отпустили. Мия потерла то место, которое несколько секунд назад сжимала сильная рука Джеймса Портмана, и вскинула на парня злобный взгляд пронзительных зеленых глаз. Она практически всегда на него так смотрела, но в этот раз все было по-другому. Все было иначе, ведь они уже давно не дети. Она уже не та рыжеволосая маленькая девочка, плачущая в самом дальнем углу школы, потому что мальчишки дразнили ее из-за ее родителей, которые не входили в совет семей основателей города, как большинство в этой элитной магической школе. И Портман уже не тот мальчик, который с яростью во взгляде без помощи магии бил лица каждому, кто скажет кривое слово в ее сторону. Пора было уже повзрослеть, наконец. — Пожалуй, я одолжу тебе учебник с бытовыми заклинаниями, — Луис поспешил сменить тему, а затем приятное голубое сияние, идущее от его рук, окутало чемоданы девушки, уменьшая их до такой степени, что они свободно помещались у девушки в ладошке. — Как раз для таких случаев. Мия аккуратно поместила их в карман своей джинсовой куртки, с благодарностью посмотрев на Малтона. Когда не было необходимости контролировать вещи, дышать стало намного легче, а Мия поняла, насколько отвыкла от колдовства за лето. Бесспорно, она пользовалась магией, но настолько редко, что теперь даже от такого простенького заклинания, как левитация, руки немного подрагивали. Конечно, она старалась штудировать тот материал, который у нее был, но она почему-то была уверена, что в университете ей придется столкнуться со многими сложностями. — Лу, тебе нужно было поступать в Академию Домохозяек Розмари, — засмеялся Кастелл. — Приняли бы с распростертыми объятьями. Солнышко, ты бы видела, как он моет посуду, упала бы в его объятия мгновенно. Мия на эту шутку лишь неопределенно хмыкнула, бросив беглый взгляд на экран телефона, который уже буквально кричал о том, что нужно спешить, иначе они все дружно пойдут в Академию Домохозяек, которая обучала на самом деле первоклассных жен, любовниц, хранительниц очага. И их совершенно точно нельзя было недооценивать. Все-таки любовь – это страшная штука. Взгляд невольно зацепился за Портмана, который уже не смотрел на нее, а хмурился, уставившись в свой телефон, который, наверняка, стоил целое состояния. Длинные пальцы быстро набирали сообщение, а Мие вдруг стало невообразимо интересно, кому так активно строчит парень, но она подавила в себе желание аккуратно заглянуть в его телефон. Если вдруг заметит – шуток не оберешься, а ей итак достаточно было внимания от самой популярной троицы города. — Пойдем уже, юморист-затейник, опаздываем, — по-доброму ухмыльнулся Малтон, протягивая руку Кастеллу, словно хочет пожать ее. — И если ты еще раз сократишь подобным образом, уменьшишься точно так же, как чемоданы Мии, а я понаблюдаю, как ты будешь пищать свои шутки из кармана. — Ох, дорогой мой, если это будет карман Коллинз, то я согласен, — засмеялся Кастелл, заговорщицки подмигивая девушке. А затем они оба растворились в воздухе, словно их никогда и не было здесь. Мия нахмурилась и удивленно уставилась на Портмана, который все еще находился в трех шагах от нее и, судя по всему, не собирался исчезать, продолжая глядеть в свой телефон. Просто слов нет! Неужели ей мало было их в школе? Почему ей придется терпеть их выходки еще целых четыре года учебы? Оставалось лишь надеяться, что они попадут в разные отряды и не будут так сильно мозолить ей глаза. Вся ситуация начинала ее раздражать все больше и больше, потому что именно из-за него она опаздывала, а он даже не соизволил взгляд поднять, когда его друзья испарились в воздухе. Мия едва сдержала порыв кинуть в него чем-то тяжелым, но потом вспомнила, что ее чемоданы были уменьшены, поэтому ограничилась лишь тем, что резко выхватила телефон из рук Портмана, пряча его за спину, снова сдерживая себя, чтобы не бросить взгляд на экран. — Эй, какого черта, Коллинз? — возмущенно проговорил парень, наконец-то удивленно оглядываясь по сторонам. — А где эти придурки? Мие просто хотелось то ли расплакаться, то ли разрыдаться, потому что если корабль отправиться без них, то у нее больше не будет ни единой возможности добраться до института, потому что он скрыт настолько сильными магическими заклинаниями, что пропускают только лишь один корабль. Она читала об этом в учебнике по истории магических заведений. Кордейлу в этом учебнике был отведен самый большой раздел, по которому она проходилась несколько раз. Портману было, судя по его спокойному поведению, абсолютно плевать, что он может не попасть в институт. Его больше заботил его телефон, который Мия так нагло отобрала, прерывая контакт. — Неужели великий и ужасный соизволил оторвался от своих «важных» дел? — Мия язвительно фыркнула, показывая в воздухе импровизированные кавычки, возвращая ему его аппарат. — Испарились твои дружки. Портман лишь раздраженно фыркнул и запустил руку в волосы, словно она намерено выводила его из себя. По большому счету, ей было наплевать на то, что он опоздает, поэтому Мия, закатив напоследок глаза, и направилась чуть ли не бегом в сторону порта, надеясь все-таки успеть, как вдруг ее ладонь схватила большая сильная и теплая рука. Мир перевернулся с ног на голову, затягивая ее в водоворот, а изо рта вырвался приглушенный вскрик. В следующее мгновение в лицо уже ударил прохладный морской бриз, а вокруг стали шуметь нарастающие волны. Она на пляже. Господи, она успеет. Коллинз сдержала рвущуюся наружу улыбку, рассматривая до боли знакомый пейзаж. Лазурное море всегда неуловимо, но притягивало девушку. Мия часто приходила на пляж, расстилала плед и подолгу сидела, наслаждаясь хорошей книгой и шумом волн. Ей также нравилось купаться, когда никого нет, когда она спокойно может надеть купальник, не боясь странных взглядов, окунуться с головой в прохладную воду, наблюдая, как вода меняет цвет волос, делая их еще ярче. Она и не заметила, что Портман продолжает держать ее за руку, внимательно всматриваясь в ее лицо, наблюдая за реакцией. Очнулась от мыслей она, когда услышала знакомый громкий смех, а Портман выпустил ее руку и стремительно направился к порту. Мия удивленно уставилась на него, всем своим видом требуя объяснений, но Портман сделал вид, что не заметил ее, спокойно шагая в сторону красивого белого корабля под названием «Кордейл», который должен был отправить их в институт. — Как вы это сделали? — с нескрываемым любопытством спросила она, догоняя парня. — Я не помню, чтобы телепортация входила в нашу школьную программу. На самом деле, в школе не делали из них воинов, не учили защищать себя. Все, что там проходилось, было направлено, в основном, на мирное, благополучное существование, ведь редко кто использует магию, как оружие. Их учили превращать одни предметы в другие, влиять на погоду, изготавливать полезные для быта снадобья, но никак не защищать себя, хотя неповторимая троица и с этим разделом магии неплохо справлялась, судя по всему, доставая боевые заклинания из фамильных библиотек своих семей. — В нашу школьную программу практически ничего полезного не входило, — вдруг как-то совершенно раздраженно рявкнул Портман, заставляя ее чуть ли не отшатнуться от подобного тона. — Крис и я, если ты успела забыть за лето, Коллинз, из семей основателей, а когда нам исполняется девятнадцать, нас обучают телепортации в пределах города. В конце его тон все-таки смягчился, однако Мия не понимала, с каких пор вечно улыбающийся и не затыкающийся Портман стал таким задумчивым и агрессивным. Девушка практически не узнавала его. Обычно они не могли провести наедине и пяти минут без того, чтобы парень не отвесил какой-то изящный комплимент или не пригласил на чашечку кофе, приправляя все это обаятельной улыбкой. Но сейчас этого всего не было. Неужели он, наконец, отпустил ее? Портман разговаривал с ней так, словно это она навязывала ему свое общение, а он этого не хотел. Даже сейчас, когда они шли рядом, парень даже не смотрел на нее, а отвечал с такой неохотой, что Мия предпочла не задавать больше никаких вопросов, хотя и любопытство сжирало ее изнутри, ведь ей тоже хотелось научиться так перемещаться в пространстве, как это делали они. Возле мостика, который вел на корабль, столпились люди, которые ждали свою очередь для входа на корабль. Приглядевшись, Мия увидела, что на борту стояли мужчина и женщина со списками, которые тщательно проверяли каждого, кто входил на борт. Среди этих людей они нашли Кастелла с Малтоном, которые вновь спорили о чем-то. Годы идут, а они не меняются. Мие даже хотелось улыбнуться от этой картины, хотя обычно ее раздражали эти их вечные перепалки. Но со стороны они действительно смотрелись комично. Весь такой до ужаса аристократичный Кристиан Кастелл со своими знаменитыми на весь город светлыми локонами, одетый в одежду из самых дорогих элитных магазинов города, которая так четко подчеркивала его красоту. И Луис Малтон в красном свитере под горло и потертых джинсах, пытающийся что-то объяснить упрямцу, который только лишь хмурил брови и приводил сотню аргументов в свою сторону. Все это было так по-домашнему, что Мия даже на секунду порадовалась, что они будут где-то поблизости, ведь так будет не так страшно вдали от дома. Коллинз не сразу заметила, что в их компании был еще один человек, пока этот самый человек не запрыгнул на шею к Портману, попутно целуя его в щеку. Мия словно приросла к земле, наблюдая, как парень ловит ее за талию и притягивает к себе. Внутри что-то заныло от осознания, что эта девушка не просто хорошая знакомая, а девушка. Все встало на свои места, у рыжеволосой не осталось больше никаких вопросов к поведению Портмана. Все стало абсолютно понятно. И тишина все лето, и его поведение сейчас. Он просто забыл про нее, он действительно забыл ее. Наверное, Мия должна была почувствовать удовлетворение и радость от осознания этого факта, но ни того, ни другого почему-то не ощущалось. Лишь полное опустошение, сопровождаемое стойким чувством разочарования, но она могла справиться с этим. — Привет! — задорно улыбнулась девушка своей белозубой ровной улыбкой, протягивая руку. — Мы с тобой не знакомы, Камилла Ролингс, но друзья называют меня просто Ками. Как бы Коллинз не хотела придраться, но девушка была красивой. Действительно красивой. Светлые волосы, коротко обрезанные по плечи, слегка подведенные черной подводкой серые глаза, пухлые губы, точеная фигура проглядывалась даже через свободные джинсы и объемную куртку. На ее фоне Мия мгновенно почувствовала себя замухрышкой, несмотря на то, что всегда считала себя довольно-таки миловидной. И Камилла определенно была не похожа на обычную «пассию» Портмана или Кастелла, слишком уж те были вычурными и вульгарными, от них прямо таки несло Академией Розмари. И тут Мию в буквальном смысле осенило. Ролингс. Семейство, владеющее главным городским банком города и входящее в совет семей основателей. Прямо идеальная партия для Портмана, теперь понятно стало, почему он выбрал ее, забыв про свою детскую влюбленность, если это и можно было так назвать. Мия ведь всегда считала, что для Портмана она что-то вроде трофея, который он хочет поставить на свою полку побед, ведь он может получить все, что хочет. Но не ее. — Мия, — коротко ответила она, попытавшись дружелюбно улыбнуться. — Рада знакомству. Портман улыбался. Мия просто не могла не заметить этого. Он, черт возьми, улыбался во весь рот, хотя еще несколько минут назад едва ли не брезжил ядом в ее сторону. Даже улыбка у этого идиота была такой завораживающей, что она приложила все усилия, чтобы перестать смотреть на него. Сейчас ее словно не существовало, Коллинз почувствовала себя лишней в этой компании, хотелось остаться наедине с самой собой, чтобы обдумать это все и решить, как она будет вести себя дальше, как она будет жить дальше. И определенно надо было подумать над своей реакцией, которая ее совершенно точно не устраивала. Какого черта ее так волнует, кто вешается на Портмана? С каких пор ее так цепляет, что он улыбается кому-то? — Слушайте, как думаете, а здесь кормят? Все-таки нам плыть, насколько я помню, около десяти часов, — разрушил напряженную тишину Кастелл. — Я сейчас съел бы стейк средней прожарки с малиновым соусом. Он блаженно улыбнулся, прикрывая глаза. Мия ухмыльнулась. Это тоже не изменилось. Об аппетите Кристиана Кастелла по школе ходили целые легенды, а первоклассники думали, что он такой сильный, потому что каждый день съедает целого кабана. На самом деле, все было не настолько запущено, но покушать Кастелл, несмотря на всю свою аристократичность, любил. В школьной столовой он умудрялся съедать свою порцию, и порцию еще нескольких девчонок, которые с радостью отдавали ему все, что он пожелает за крупицу его внимания. При этом Кастелл обладал хорошо сложенным телом, если подбирать самые скромные эпитеты для описания его фигуры. В школе в какой-то момент был культ кулинарных талантов, ведь каждая девочка хотела привлечь внимание Кастелла, а ему это только было в радость. — Ты опять? — возмущенно воскликнул Малтон, с вселенским удивлением в карих глазах глядя на блондина. — Ты, бессовестный проглот, Кристиан Кастелл, опустошил весь холодильник у меня дома, пока я собирался, умудрился испортить шоколадный торт на день рождения Луизы, и сейчас заикаешься о еде? Мия не сдержалась и хихикнула в кулак, слишком уж смешно выглядел разъяренный Малтон и Кастелл, строящий невинную мордашку, словно Луис нагло клевещет на ребенка. Портман махнул на ребят рукой, отвлекаясь от их спора на Камиллу, которая, видимо, нашептывала ему на ухо нечто более интересное, нежели испорченный Кастеллом шоколадный торт. Обычно он никогда не упускал возможность подколоть Кастелла по любому доступному поводу, но сейчас они с Камиллой словно существовали в отдельном мире. И Мия не могла не обращать на это внимания, хотя ее это жутко раздражало. Ее все сегодня раздражало. Тот факт, что она не додумалась уменьшить чемоданы сама и потратила кучу энергии на левитацию, Портман, который с чего-то решил, что может сначала решать за нее, в какую сторону должна повернуться ее жизнь, а затем просто делать вид, что ее не существует. — Солнышко, скажи ему, что для растущего организма необходимо много калорий, — деловито попросил Кастелл, но она не успела ничего ответить, так как подошла ее очередь входить на борт. И тут все мысли вылетели из головы, уступая место одной лишь. Самой главной. Ее жизнь меняется, и пути назад уже нет. Как только она встанет на борт этого корабля, она измениться. Внутри все сжалось от предвкушения чего-то нового. Мия всегда была немного трусихой, в отличие от тех же Портмана, Кастелла и Малтона, у которых инстинкт самосохранения отсутствовал напрочь. Она боялась перейти кому-то дорогу, боялась сделать ошибку или запнуться, но сейчас она действовала наперекор своему характеру. И она чертовски гордилась собой, ведь это была ее самая первая маленькая победа во взрослой жизни. А их еще предстояло сделать много. — Амалия Лилиан Коллинз, — проговорила она, поднимаясь на борт, который отвезет ее в новую жизнь.