Тайна клятвы

С восходом, к Алстаду, начали стекаться обитатели болот, которым, после возведения моста, не было нужды пересекать пролегающую, меж двух королевств, реку вброд. С высоты отвесных скал, Малефисента видела, как солнце, касаясь первыми лучами шпилей башен, разлилось смолой по белокаменным стенам дворца. Сегодня, это был рассвет новой жизни, наполнивши сердце феи тихим, трепетным шепотом спокойствия и счастья, который Маефисенте, сейчас так хотелось продлить.       — Ты опаздываешь. — Ответила она, не оборачиваясь на шум крыльев за спиной, но в голосе слышалась улыбка.       — Я просто решил не отвлекать вас. — Низкий хрипловатый голос рядом, такой знакомый и правильный. Малефисента вдруг поймала себя на мысли, что успела даже отвыкнуть от него. Она развернулась, бросив в него свой извечный насмешливый взгляд.       — Ладно, если вам угодно. — Он поднял глаза к небу и, уперев руки в бока продекларировал: Я — Диаваль, непунктуальный, непутевый слуга, летевший сюда всего восемь дней и имеющий наглость опоздать на полчаса, прошу у тебя прощения, о, всегда рассудительная, правильная моя Госпожа. Диаваль прищурился, ядовито ухмыльнувшись. Он ждал.       — Еще слово и перьев не соберешь.       — Ладно — ладно, молчу. Он с трудом подавил смех и подошел ближе к госпоже, практически на самый край скалы.       — Я рад вас видеть. Диаваль склонил голову в поклоне, а она промолчала. Как обычно. Несколько секунд, он с самым заинтересованным видом рассматривал породу под ногами и как-то, словно замялся, решая сказать о своем опасениях или нет.       — Что такого интересного ты нашел в куске камня?       — Госпожа… — Он поднял на нее глаза. — Скорее всего, мое беспокойство беспочвенно и я за зря отнимаю ваше время глупостями… Диаваль сам не знал, почему эти слова даются ему так тяжело, но ощущение было такое, будто с каждым произнесенным словом, на его шее, все сильнее затягивается удавка.       — И все-таки, ты до невозможности несмышленая птица, а казалось бы, ворон. С чего, ты решил, что я твою тревогу расценю, как глупость? — Она подошла ближе, заставляя его выпрямиться и смотреть ей в глаза. — В чем дело?       — Я… — Он выдохнул и наконец, произнес. — В общем, я сегодня опоздал, потому что запутывал след. Уверен, на меня велась охота… Я не знаю, что это было за существо, но его клыки мне совсем не понравились. Фея нахмурилась, сильнее обхватив посох и Диаваль заметил, как в нем начинают плясать зеленые искры.        — Чтобы ты, и не знал, кого-то из обитателей болот? Стало быть, оно пришло сюда с той стороны. — Она кивнула на замок. — В любом случае, главное, что ты цел.       — Ну, уж куда я денусь. — Диаваль склонил голову в бок и потер шею, с улыбкой исподлобья глядя на фею. Она обернулась, посмотрев на него, каким-то долгим, вдумчивым взглядом и Диавалю, вдруг стало стыдно. До невозможности несмышленая птица.       — Ну, полно вам… неужто, вы переживали? И снова молчание. «Еще лучше. Молодец, Диаваль!» — Пронеслось в голове у ворона. Придумать, что он может еще сказать, чтобы хоть как-то спасти ситуацию, так и не получилось, но фея сама пришла на помощь.       — Пойдем, мы и так, уже задержались.

***

      — Ну вот, уже не так плохо, как в первый раз, — Прошептал Диаваль фее, пока они шли по главной площади Алстада, что вела в замок, сквозь толпу приветственно склоняющих головы людей.       — И не так отвратительно, как во второй. — Она посмотрела на него, хищно улыбаясь и весело изогнув бровь — сама невинность.       — Вы помните, о чем мы договорились?       — Диаваль, в этом уже нет необходимости. Нам нечего опасаться.       — И все-таки, следует быть осмотрительнее. Она закатила глаза и раздраженно поджала губы, но, в конце концов, сдалась.       — В случае чего, я обещала держать себя в руках и не испортить Авроре столь важный для нее день.       — Да, иначе, это уже будет смешно. Крестины, знаете, все такое… Он осекся, пронзенный взглядом горящих глаз.       — В любом случае, я буду рядом, чтобы помочь или, что-то подсказать, если нужно.

***

      — Неужели, всегда обязательно заканчивать торжественные мероприятия поеданием чего-либо?.. — Полным отвращения голосом протянула Малефисента, когда они вошли в сверкающую золотом обеденную залу.       — Они, часто даже начинаются с этого. — Снова шептал ей на ухо Диаваль, аккуратно стягивая с ее плеч плащ. — Прошу. — Он отступил в сторону, пропуская ее к столу, попутно, жестом останавливая прислугу.       — Я сам. — Ответил он на немного растерянный взгляд феи и отодвинул ее стул.       — Что с тобой такое?       — В смысле?       — Ты как на иголках. — Малефисента опустила взгляд на его сжатые в кулаки ладони.       — Со мной все в порядке. — Он выпрямился на стуле и немного закашлялся, заметив блеск ножа на столе, а потом, как-то запоздало сообразил. — Госпожа! — Он перехватил ее руку. — Приборы, они…       — Диаваль. — Стальные нотки в ее голосе заставили его опомниться. В руке феи была деревянная вилка. Аврора не могла не позаботиться об этом заранее.       — Простите… В этот раз, им повезло больше и в качестве первого блюда, была предложена рыба, хотя Диаваль не спешил притронуться и к ней.        — Ты должен попробовать хоть, что-нибудь. И еще, — Она легонько толкнула его в бок, — не забывай дышать. Диаваль кивнул, но вид у него был при этом такой, словно его заставляют лезть в огонь. В приглушенном свете залы, выступившая бледность лица Диаваля, была слишком заметна, чтобы это укрылось от Малефисенты, но она промолчала, не желая в очередной раз получать в ответ на свой вопрос односложное: «У меня все в порядке». И может быть, это было спасением для ворона, потому что если утром ему казалось, что смерть подкралась слишком близко, то сейчас она положила руку ему на плечо. Выждав момент, когда фея отвернется, чтобы поговорить с Авророй, — Теперь они сидели по правую руку от Ее Величества — он взял вилку, крепко сжав ее в пальцах, съел несколько кусочков уже остывшего блюда и резко разжал дрожащую ладонь. Вилка со звоном ударилась о столешницу и тогда фея, наконец не выдержала:       — Ты сам сегодня решил все испортить?! — Сквозь зубы прошипела она, отражение Диаваля в ее глазах горело изумрудным огнем.       — Это вышло случайно. — Промямлил он себе под нос, все еще пытаясь унять дрожь в спрятанной в складках плаща руке.       — Только попробуй еще что-нибудь учудить. — Диаваль поежился. Ее интонация не предвещала ничего хорошего, в случае если он опять не справится с собой, так что лучше ему просто сидеть и поддерживать светскую беседу с послом соседствующего королевства. Черт, ну почему ему вечно так не везет на этих праздничных пиршествах?

***

Укрытая синей дымкой и кронами деревьев поляна, с каждым шагом Малефисенты наполняется странной давящей тишиной и шелест опавших листьев под мягкой поступью Госпожи, словно отмеряет секунды до того момента, когда свозь молчание, пробьется гнев. Диаваль видит его в напряженных плечах феи, в хватке руки держащей посох, в танцующих искрах его камня. Он чувствует ее злость кожей и спину обдает холод. Тогда он останавливается.       — Если хотите, что-то мне сказать, то я здесь. — Сухо говорит ворон, готовый к любой участи. Фея медленно развернулась, наградив его надменным, ледяным взглядом.       — По-моему это ты должен объясниться. Почему в тот самый день, когда мне представилась возможность, что-то исправить, ты вдруг решил снова все испортить?! –С каждым словом она подходила все ближе к Диавалю, тот стойко выдерживал ее тираду, не отводя глаз. — Что, во имя лесных духов, с тобой произошло?! Отвечай! — Она перешла на шепот. — Отвечай, иначе, на всю жизнь человеком останешься. Она была так близко, что Диаваль мог увидеть, как пульсирует от злости жилка на ее шее и почувствовать исходящий от феи сладковатый запах трав и нектара. Малефисента пытливо вглядывалась в его лицо, пытаясь найти там ответы, а он и не хотел сейчас молчать. Выбора ему все равно не оставили.       — Я просто пытался уберечь вас от того, что может причинить вред.       — Я в состоянии защитить себя сама, глупая птица! Сегодня мне от тебя один вред! Сначала кидается ко мне хватая за руки на глазах у всех, потом сидит, будто воды в рот набрал, и, застыв, словно каменное изваяние, не говоря о том, что ты решил привлечь под конец, своими странными, мучительными гримасами внимание сотен глаз….       — Я снова спрашиваю — что с тобой такое? — Уже мягче спросила фея, видя растерянность и странное смятение в лице Диаваля.       — Еще раз — я пытался вас защитить. — Сказал он полным спокойствия тоном, но Малефисента уже не слушала, недоуменно разглядывая побагровевшую в его руке ткань плаща. Он хотел было спрятать ладонь, но почувствовав прикосновение холодных, тонких пальцев к запястью замер. Фея подняла его руку и аккуратно, стараясь не зацепить тканью свежую рану, высвободила от неё ладонь Диаваля, открывая глубокий кровоточащий ожог.       — Откуда это?       — Какая разница? Зачем вам ещё одна проблема? — Буркнул он отвернувшись и вдруг зашипел от боли. Рука Госпожи впилась в его рану и Диавалю пришлось сцепить зубы, чтобы не взвыть от боли, но она исчезла также быстро, как появилась.       — Видимо он уже не так сильно болит. Справишься сам. — Бросила Малефисента ему через плечо, оставляя поляну.

***

Диаваль знал, что найдет фею здесь. Этот дуб у ручья, многие годы был ее любимым местом на болотах и она часто засыпала на его ветвях, позволяя слуге караулить ее неспокойный сон. Она устроилась на траве, облокотившись спиной о ствол дерева. Диаваль заметил золотое свечение в ее руке, Госпожа вздымая воду ручья, рисовала разные фигуры в воздухе.       — Я так и думал, что вы будете здесь. — С улыбкой сказал он присаживаясь рядом. Лицо феи в этот момент так и осталось непроницаемо, казалось, ее гораздо больше интересует эта водяная забава. — Если вы не против, я останусь здесь сегодня. Сейчас уже глубокая ночь и лететь небезопасно. Хотя, кто знает, может вы и рады скормить непутевую птицу, какой-нибудь зверюге.       — Ну, уж нет. У меня, точно найдется идея лучше. Превращу тебя, скажем в… — Она махнула рукой и нахмурилась. — Помоги мне.       — В червя. — Кивнул он поджав губы.       — Да, точно.       — И тогда, я не смогу досаждать вам своей болтовней?       — Ну, ты представляешь… — Она, наконец, улыбнулась.        — Это будет скучно.       — Возможно. Они замолчали. Диаваль удобнее устроился под навесом листвы низких ветвей, скрестив руки на груди, и прикрыл глаза. Слушая шум ручья, он постепенно провался в сон. Ему снились цветущие весной Топи и песня птиц, в распускающейся листве деревьев. Диаваль чувствовал жар солнца в своих ладонях, но он не сжигал теперь, а приятно грел, проникая под кожу. Сон легкий и парящий как облако, обволакивал в это странное весеннее тепло и тишину спокойствия, забирая усталость. И только проснувшись утром, Диаваль понял, что жар в ладонях, стал здоровой плотью, затянув кровавые раны.