Пока я жива

Я сидела в своей комнате и плакала. Мне больше нечего было делать. Я, возможно, слишком много плачу. Но это жизнь и слёзы в ней как вода, порой, без них не обойтись. Я прижала колени к груди. Мне было больно, где-то там, слева сильно кололо. То ли от тоски, то ли от печали. Мне было всё равно, что будет дальше. Теперь действительно всё равно. Я надеялась, что за эти пол года смогу забыть Мустафу, но это же невозможно. Опустив ноги на пол, я попыталась собраться и на секунду прекратила дышать. Но это не помогло. Я глубоко вздохнула и заплакала ещё сильнее. Нет, всё это сон. Всего лишь сон. Сейчас я проснусь и снова буду счастлива. Взглянув в окно, я крепко зажмурилась. Но кого я обманываю? Это реальность. - Боже, за что мне это? - прошептала я, положив голову на руки. - Анастасия? - голос Хюррем Султан. Услыша его, я немедленно поднялась и поклонилась. Госпожа вздохнула, увидев моё заплаканное лицо и подошла ближе. Я села обратно и опустила глаза. Султанша присела возле меня и несколько секунд молча смотрела на меня. Мне было всё равно, что рядом со мной жена Султана, мне было не до неё сейчас. - Настя, - начала она, слегка наклонившись ко мне,- Мустафа что-то сказал тебе? Я посмотрела на госпожу. При упоминании шехзаде мне стало ещё хуже, я покачала головой и уткнулась в ладони, заплакав сильнее. Медленно Хюррем Султан положила руку на моё плечо. - Успокойся, - ласково сказала она, - Это временная боль. Её нужно пережить. Я взглянула на неё. Такой добрый взгляд. Госпожа действительно беспокоится за меня, но почему мне от этого не легче? - Я не могу, - тихо произнесла я. - Сможешь, - уверенно сказала Хюррем, - Ты всё сможешь. Султанша сжала моё плечо и притянула к себе. Она обняла меня. Я прижалась к госпоже, словно, она не была Султаншей, а была кем-то близким для меня. Я продолжала плакать, а Хюррем Султан гладила меня по голове. В этот миг я поклялась сама себя. Что бы ни происходило с нами в этой жизни, я всегда буду рядом с госпожой, я всегда поддержу её, как она поддержала меня. Сейчас мне необходима забота и Хюррем дала мне эту заботу. Словно, сестра, она взяла меня под своё крыло. - Ты забудешь, - тихо произнесла Султанша, - Забудешь. Только подожди. Мои глаза были закрыты и слёзы текли по щекам, но я чувствовала, что Хюррем хочет, чтобы её слова дошли до моего сердца и они дошли. Я знала: время лечит всё. И это тоже вылечит... На следующие утро султанши и шехзаде уехали. Я не вышла их провожать. Я сидела в своей комнате и молилась. Молилась о том, чтобы Бог поскорее освободил меня от этой любви, которая сжигает моё сердце. Прошло ещё пол года. Время летело для меня быстро. Здесь, в Эдирне, я не замечала его ход. Моё обучение подходило к концу и я с каждым днём я становилась всё печальнее, ведь это означало, что мне пора отправляться в путь. Моя надежда медленно покидала меня. Любовь к Мустафе не покинула меня. Я вспоминала о нём каждый день и каждый день у меня не было сил, чтобы остановить саму себя. Эта любовь убивает меня изнутри, убивает мою душу. Я чувствовала: когда-нибудь она убьёт меня окончательно. Мумтаз калфа видела мою перемену после приезда гостей, но ничего не могла поделать. Она ни о чём не спрашивала. Наверное, не хотела лезть в мои чувства. Я стала более набожной. Я верила в своего Бога, по-прежнему была православной христианкой. Ничего другого и представить не могла. Каждый день по утрам как только проснусь и по вечерам перед сном, я молилась. Просила Всевышнего лишь об одном и надеялась, что приходом нового дня всё измениться. Но ничего не менялось. Менялась лишь я. Во мне больше не было той радости, что освещала всё вокруг. В моих глазах погас огонь. Вряд ли кто-нибудь сможет зажечь его снова. Я больше не жила для себя. Я жила лишь для того, чтобы выполнить приказ госпожи. Больше ничего не нужно. В этой жизни счастливой я стать уже не смогу. - Настя, - позвала меня Мумтаз калфа, когда мы были на кухне, - Ты пересыпала муку. Я посмотрела в большую тарелку, в которую мы засыпали ингредиенты. Действительно, слишком много муки. Мумтаз учила меня готовить индийские блюда. На самом деле удачно, но не сегодня. - Простите, - сказала я и отдала тарелку повару. - Что с тобой? - обеспокоенно спросила калфа. Я лишь покачала головой. Ничего ужасного. Если, не считать того, что завтра меня снова отвезут в Топкапы, а затем и в пункт конечного назначения. - Ясно, - кивнула женщина, - Я тоже не хочу, чтобы ты уезжала. Мы привязались к тебе. - Я тоже. - Пойдём, - Мумтаз потянула меня за собой, - Я тебе кое-что покажу. Я послушно последовала за ней. Мне было не ведомо, что пришло на ум этой женщине, но, уверенна, что ничего плохого. Мы пришли в её комнату. - Вот, смотри, - калфа указала мне на кровать, на которой лежали разные наряды. Они были настолько красивы, что я потеряла дар речи. - Это последний урок, - произнесла Мутаз, - Я научу тебя надевать индийскую одежду. Она подошла к нарядам и стала что-то говорить. Но я не слышала. Я думала о том, что это невозможно. Невозможно, что мне позволят носить такую прекрасную одежду. Да разве пристало простой рабыне носить такие наряды? Увидев моё смятение, Мумтаз взяла в руки ярко жёлтую шаль и накинула на мою голову. Она улыбнулась, - Ты, наверное, думаешь, что я разыгрываю тебя? Я кивнула и дотронулась до ткани. Такая лёгкая, словно, её и нет вовсе. - Нет, - покачала головой женщина, - Эта не шутка. Ты будешь носить такие наряды и даже лучше. - Но как? - наконец, спросила я, - Простая наложница... - Но ты не будешь простой наложницей, - Мумтаз удивлённо взглянула на меня, - Неужели тебе не говорили, что ты станешь фавориткой императора? - Говорили, но... - Значит, - продолжила калфа, - Тебе пора отвыкать от слов "простая рабыня". Ценных женщин в моей стране, - она поправила шаль на моей голове, - Одевают в дорогие ткани. Я прикрыла глаза, подавляя ком в горле. Ценных женщин - я буду одной из них, но это меня не радовало. - Смотри, - Мумтаз подошла к кровати и провела рукой по сложенной ткани, - Это сари. - Материал так называется? - спросила я и калфа засмеялась. - Нет, это наряд так называется. Я недоверчиво взглянула на одежду, - Но как? - Традиционная одежда индийских женщин, - поспешила объяснить Мумтаз, - От пяти до девяти метров в длину. - Сколько? - я ошарашенно взглянула на неё, а затем на платье и снова на калфу. - Сари обматывают вокруг талии, - продолжала Мумтаз, будто и не замечая моего огромного удивления, - А паллу, - женщина посмотрела на меня и снисходительно вздохнула, - Палла - это конец ткани. Её перебрасывают через плечо, закрывая грудь. - Это всё? - я смотрела как калфа начинает разворачивать сари, - Больше ничего не одевается? - Нижняя юбка и чоли, - спокойно сказала Мумтаз. Я кивнула, делая вид, что поняла, хотя это было не совсем так. Женщина улыбнулась, - Чоли - это такая блузка. - Ясно, - я тоже улыбнулась, понимая, что сейчас придется учиться обматывать себя этим сари. Конечно, Мумтаз помогла мне. Она сама одела на меня наряд. Со стороны это выглядело легко, но когда я попробовала это сделать сама, то запуталась в юбке, что очень насмешило калфу. - Простите, - смущённо произнесла я, пытаясь вспомнить, как закрепить юбку, чтобы та не свалилась с меня. - Вот так, - женщина подошла ко мне и закрепила ткань, - Запомни. - Спасибо, - я посмотрела на себя в зеркало. Неплохо. Сари и правда очень красивая одежда. - Ещё можно накинуть паллу на голову, чтобы прикрыть волосы. - А это удобно, - заметила я, попробовав. - Да, - довольно кивнула Мумтаз, - Но это не всё. В Хиндустане носят не только сари. - А что ещё? - меня заинтересовало, какие ещё наряды носят в стране, в которую меня вскоре отвезут. - Ещё сальвар камиз и ленга-чоли, - сказала калфа и снова подошла к кровати. - Чоли - это блузка, - произнесла я, поняв лишь одно слово. - Да, верно, - кивнула женщина, - Сальвар камиз, - она указала рукой на наряд, который лежал ближе ко мне, - Сальвар - это штаны, они бывают разные: свободные или узкие. А камиз - это длинная туника, с вырезами по бокам, доходящими до талии. Это нужна для удобства при ходьбе, - Мумтаз подошла к другому наряду, - А вот это ленга-чоли: ленга - юбка, также бывает либо в пол, либо короче и чоли - блузка, но в этом наряде чоли может быть короткой или же длинной. И, конечно, всегда нужно носить дупатту, кроме сари. - Дупатта - это? - осторожно спросила я, поняв, что калфа увлеклась и забыла уточнить. - Это шаль, её можно носить на шее, как шарф, можно на плечах, а можно перекинуть через плечо и завязать на талии, - ответила она, - Ты всегда должна носить дупатту, чтобы прикрыть голову, если это потребуется. - Я помню, - гордо сказала я, - Индийская женщина может прикрыть голову, увидев человека, который ей не нравится. Тем самым, она выказывает ему своё неуважение или обиду. - Верно, - кивнула Мумтаз, - Ты молодец. Я улыбнулась, - Мне, наверное, пора собираться. - Твои вещи уже собрали, - сказала калфа, - Не волнуйся, за этим проследила Акгюль. - Но я и сама могла сделать это. На моё замечание Мумтаз лишь махнула рукой, - Иди лучше отдыхай. - Хорошо. Я вышла и поспешила в свою комнату. Действительно все вещи были уже собраны. Я быстро подошла к шкафу и проверила самое ценное: кольцо Хюррем Султан было на месте. Вздохнув, я положила маленькую шкатулку с перстнем рядом с плащом, который надену завтра. Присела на кровать и осмотрелась. В этом дворце я провела год своей жизни. Привыкла к этим стенам, к людям, которые населяют его. Не хочу уезжать. Но ведь должна. Я легла на кровать и почти сразу заснула. В эту ночь мне ничего не снилось. Утром мы отправились в путь. Я и евнух, который должен сопровождать меня. Нас вышли провожать почти все жители дворца. Их не очень много, но ко всем я успела привязаться. Особенно к Мумтаз калфе и Акгюль. Я крепко обняла их. - Будь счастлива, - сказала мне напоследок Мумтаз, сдерживая слёзы. - Спасибо, - поблагодарив, я села в повозку. Ехали мы долго. Целый день. Я читала книгу, которую тогда, давно нашла в камине. Теперь я могла разобрать слова после каждого абзаца. Они были написаны на санскрите и мне было несложно прочесть их. Вечером мы прибыли в Топкапы. Выйдя из повозки, я глубоко вздохнула. Пытаться собраться бесполезно. Я не смогу. - О, аллах! - воскликнул Сюмбюль-ага, когда я вошла во дворец, - Ты стала ещё прекрасней. Я улыбнулась. Я была рада видеть его. Кажется, здесь ничего не изменилось. - Идём, - сказал евнух, - Тебя ждёт Хюррем Султан. Я кивнула. Мне было немного странно осознавать, что завтра снова нужно уезжать. Не обманываю себя: я не готова. Конечно, меня подготовили, обучили, но всё это не то. По-прежнему не могла спокойно думать о том, что предстоит жить в другом государстве. Проходя по балкону, который вёл к покоям Хасеки Султан, я случайно посмотрела вниз. Но то, что я увидела, заставило меня остановиться. Я подошла ближе и положила руки на мраморные перила. Внизу была Махидевран Султан. Она говорила с Мустафой. Я просто смотрела на шехзаде. Сюмбюль окликнул меня несколько раз, но я слышала его голос будто издалека. Мустафа не видел меня. Наверное, так лучше. Но я увидела его и мой мир окончательно рухнул. Сейчас, только сейчас, я осознала, что всё ужасно. Ужасно для меня. Я чувствовала как слёзы потекли по щекам. Медленно, даже не сразу заметив это, я просто смотрела на Мустафу. Переполнилась чаша моего терпения. Я так больше не могла. - Анастасия, идём, - Сюмбюль дёрнул меня за руку и только тогда я пришла в себя. Увидев моё лицо, евнух быстро повёл меня в покои Султанши. - Наконец-то, - улыбнулась Хюррем Султан, когда мы зашли, но увидев мои слёзы, она изменилась в лице, - Что случилось? - Она увидела шехзаде, - ответил Сюмбюль и обеспокоенно взглянул на меня. - Ясно, - кивнула госпожа, - Оставьте нас. Все вышли. А Султанша медленно присела на диван. Она молча смотрела на меня, а затем жестом подозвала к себе. Я будто не видела ничего вокруг. Просто смотрела в пустоту. А потом что-то стукнуло в моей голове. Я перевела взгляд на госпожу. Она смотрела на меня и ждала дальнейших действий. Молча. Совершенно молча, Султанша ничего не говорила мне, ни о чём не спрашивала. А я была готова совершить безумный поступок. Во мне многое накопилось. И именно сейчас всё вырывалось наружу. То ли от глупости, то ли от отчаяния. Я упала на колени перед Хюррем. Она не была готова к этому, но взяла себя в руки. - Госпожа, умоляю вас, измените решение, - я просила Султаншу о невозможном, но больше не было сил держать всё в себе. - Что это значит? - лицо Хюррем сделалось строгим и недовольным, - Тебя готовили год и всё зря? - Простите, госпожа, но я не могу. - Прекрати! - крикнула Султанша, - Я сказала тебе забыть Мустафу. Если не можешь забыть, то хотя бы сделай вид, что забыла. Я опустила голову вниз и тихо прошептала, - Пожалуйста, госпожа. - Даже не прости меня об этом, - твёрдо сказала жена Повелителя, - Я никогда не поменяю своего решения. - Прошу вас, - я подняла на неё глаза. Хюррем Султан смотрела на меня, - Ты, конечно, можешь остаться. Во мне вспыхнула надежда, но тут же погасла, когда госпожа продолжила. - Но я сошлю тебя в Трабзон и ты никогда больше не вернёшься сюда, - на её лице не было ни капли сомнения. Я знала: Султанша, непременно, поступит так, как сказала. Хюррем Султан слегка приподняла подбородок и чуть громче добавила, - Либо ты отправишься в Хиндустан, либо в Трабзон. Решать тебе. После она отвернулась от меня. Я прикрыла глаза. Какой странный выбор. Выбор, которого нет. Ведь заранее известен мой ответ. Я медленно поднялась с пола и поклонилась. Хюррем посмотрела на меня, - Ты можешь идти. И я вышла. Послушно, как всегда. С тех пор, как меня привезли в этот дворец, я больше не могла распоряжаться своей жизнью. Это мог делать, кто угодно, но только не я сама. Мне поскорее хотелось лечь в кровать и уснуть. В таком состоянии мне было сложно даже дышать. Я шла по коридору, а на встречу мне шла Фатьма. Мне было не до неё сейчас. - Здравствуй, - сказала она и мне пришлось остановиться. Конечно, первое, что я заметила: её большой живот. Только этого мне не хватало для полного счастья. - Здравствуй, - сказала в ответ я, стараясь не смотреть на Фатьму. - Ты не хочешь поздравить меня? - спросила девушка и ехидно улыбнулась, - Скоро я рожу Мустафе наследника. - Поздравляю, - я ответила без всяких эмоций и даже посмотрела на фаворитку шехзаде, - Будьте счастливы. Она удивлённо уставилась на меня, а я воспользовалась этим и покинула её. А, когда, наконец, дошла до своих покоев, закрыла дверь и обессиленно упала на кровать. А утром я чувствовала себя так, словно, и не спала вовсе. Вещи я не разбирала. Зачем? Пришли девушки и помогли мне одеться для дороги. Чёрное платье и чёрный платок на голову. Наверное, для того, чтобы не привлекать внимание. Но мне было всё равно. Когда я была готова Сюмбюль-ага повёл меня к Хюррем Султан. На этот раз он остался ждать в коридоре. Я осторожно зашла в комнату госпожи и поклонилась, боясь взглянуть на неё. Но Султанша сама подошла ко мне и положила руки на плечи. - В добрый путь, - сказала Хюррем и я посмотрела на неё. Она была одета в зелёное платье, а голову её украшала высокая корона. Сейчас Султанша выглядела доброй, не такой как вчера. - Благодарю, госпожа. Она улыбнулась, - Не грусти, я уверена, ты будешь счастлива. Я лишь кивнула, но совсем не верила в эти слова. - Я буду писать тебе и ты пиши мне, не забывай нас, - Хасеки обняла меня. - Конечно, госпожа. - Ну, всё, пора, - Хюррем оглядела меня, - Ничего не бойся, ты готова, - она вздохнула, - Иди, я буду смотреть в окно, как ты уезжаешь. Я поклонилась и вышла. Попрощалась с Ольгой. Она не знала, куда я еду. Но уверена, как только, меня привезут в Хиндустан, многие во дворце узнают о великолепном плане Хюррем Султан. На этот раз со мной отправили двух служанок: Марию и Дарью. Я вышла из дворца и оглянулась. Я ведь ещё приеду сюда и не раз. Я выполню поручение Хюррем Султан. Я это сделаю.