his bitch

чимин вытирает слёзы с лица и поднимается на ноги, выходя из комнаты. в квартире темно, и он старается никуда не врезаться, чтобы не разбудить старшего. проходит на кухню, наливая себе стакан чая. завтра на работу. стоит выспаться. с этой мыслью он садится за стол, перебирая в руках какую-то безделушку, валяющуюся на столе. — я только посмотрю, — произносит не вслух, споласкивает стакан и тихо проходит в чужую комнату, устраиваясь рядом с кроватью кима. он кладёт голову на матрас и едва-едва касается джуновой ладони. его руку тут же резко перехватывают, переплетая пальцы, и старший шепчет еле слышное «минни». в этот момент что-то в сердце пака ёкает. намджун точно спит. почему тогда его имя слетает с уст? вопросы пропадают сами собой, когда чимин пытается убрать руку, но её лишь сильнее сжимают. всё растворяется в воздухе, уже ничего не интересно. только он и кимовское тепло рядом. — я недолго, — губами «говорит» для себя. намджун открывает глаза, зевая, и опускает взгляд на собственную ладонь, что сейчас до жути крепко кто-то сжимает. сердце заходится в бешеном ритме, когда он разглядывает лицо чимина. медленно перевернувшись на бок, он пятерней зарывается в чужие мягкие волосы. — мой мальчик, — срывается с его уст. так тихо. даже слишком. и только потом вопрос о том, что он тут делает. впрочем, это так не важно, так второстепенно, когда парень причмокивает во сне губами и морщит нос, продолжая сжимать кимовскую ладонь. намджун смотрит на него, продолжая перебирать пряди волос пальцами и улыбаться. моё. будто кричит всё его нутро, да только сознание говорит об обратном. но это не самое главное, эта мысль может подождать и до пробуждения парня. а пока — его и только. ким понимает, что младший начинает просыпаться, когда тот льнёт сильнее к чужой руке, всё ещё перебирающей волосы. он открывает глаза и улыбается, смотря на парня. чёрт. уснул. мелькнуло резко в голове осознание ситуации, а взгляд опустился на сплетённые вместе пальцы. — я, — младший что-то начал бормотать, одёргивая руку и моментально краснея. — просто… там… и вот… — я ничего не понимаю, чимин, — смеётся намджун. — почему ты тут? его это не очень-то интересует, просто нравится наблюдать за смущающимся паком, который и не знает, как объяснить все. — я просто мимо проходил и… — говорит он первое, что в голову приходит, и мысленно бьёт себя по лбу за эту чушь. — и уснул? — откровенно издевается ким. — да, точно, сколько времени? — подскакивает чимин с кровати. он как-то на автомате тыкает по телефону старшего и вылетает из комнаты. опаздывает. *** — чимин? младший дёргается, слыша этот голос где-то над головой, завязав шнурок, поднимается и снова краснеет. — ч-что? — лепечет пак, не решаясь поднять взгляд. — хорошего рабочего дня, — лишь только это произносит джун, ловя паковское «спасибо». а потом смотрит через глазок на заходящего в лифт чимина, и в голове только прошлое. только они. такие счастливые и вместе. кажется, я окончательно его простил. мелькает в голове парня, и отвлекает от своей мысли лишь уведомление. чонгук-ки: хён, ты как?

джун-и: ну, жар ещё есть, но мне стало значительно лучше.

чонгук-ки: это отлично, хён! я приеду вечером. можно?

джун-и: конечно, приезжай. я буду ждать ❤️

чонгук-ки: ❤️ чонгук. чонгук. чонгук. крутит в мыслях ким, будто стараясь заполнить им пространство, стараясь не думать о паке, стараясь унять бушующее сердце. так нельзя. снова говорит сам себе и снова смотрит на чужую фотографию, до сих пор стоящую на экране «домой». — надо поменять, пока чонгук всего этого не увидел, — произносит в слух и кладёт телефон в карман. *** — да, господин чу, я помню, что завтра сдаём проект, к совещанию будет всё готово, — вздыхает парень и стягивает с себя чёрную косуху, вешая в коридоре. разувается, бросая взгляд на чужую обувь, и проходит на кухню. чонгук. в квартире чувствуются отголоски его парфюма, а из комнаты доносится приглушённый смех парня. паку отчего-то становится так грустно на секунду, но вечное «сам виноват» пролетает в мыслях. он варит себе кофе, достаёт из сумки ноутбук и решает посидеть здесь. — осталось совсем немного закончить, и можно сдавать, — отчитывается сам перед собой и открывает крышку бука. в голове слишком много мыслей. намджун печатает что-то за компьютером, когда младший тихонько проходит в спальню и встаёт недалеко, виновато опуская глаза в пол. ким сильный. властный. дичайше сексуальный в своём гневе. внизу живота скручивает приятной болью, и чимин выдыхает еле слышное «хён». — да, чимин? дурацкое «чимин». так сильно задевает, когда он обращается так, когда нет привычного «минни», когда он не поворачивается в его сторону и не улыбается, когда просто продолжает работать и будто его не замечает. — я… был не прав, — шепчет пак, всё также рассматривая ковёр. — прости, пожалуйста. намджун выдыхает, поворачиваясь в кресле. смотрит слишком холодно, слишком равнодушно. — ты закатил истерику у меня в офисе, — размеренно произносит он. во взгляде читается едва заметный гнев. на лице играют желваки. чимин сглатывает, когда осмеливается поднять голову. он чувствует себя таким маленьким рядом с ним, таким беззащитным. ким скажет — он тут же сделает. и не важно, что именно… — просто из-за очередных своих заскоков поднял на уши целый отдел, обвиняя меня непонятно в чём, — голос низкий, негромкий разливается негой в чужом сознании. чимин так не любит его разочаровывать. не любит, когда за него стыдно намджуну, когда ему приходится объясняться за выходки младшего. он не любит это ужасное чувство вины. но, боже, как он обожает это ожидание наказания. — хён, прости, я, правда, так больше не буду, — вновь шепчет парень и делает шаг назад, когда ким поднимается с кресла. не поможет. — подойди ближе, — диктует старший. от этого тона подкашиваются колени. чимин подходит — беспрекословное подчинение. ким дёргает того за ремень, притягивая сильнее, и разворачивает, заставляя опереться о стол руками. у младшего внутри всё рушится от джуновского темперамента, от его власти. власти над ним. он медленно выдыхает, опуская голову вниз, и прикусывает нижнюю губу, когда намджун опаляет дыханием шею. — кто плохой мальчик? — произносит, кружа ладонями по спине, бокам, пояснице. — я… — голос парня слегка дрожит. — я плохой мальчик. он снова медленно выдыхает, потому что затылком чувствует, как намджун ухмыляется, сильнее сжимая руки на теле, чувствует, как ведёт ладонями по бёдрам, как продолжает дышать ему в район шеи. — а что делают с плохими мальчиками? — плохих мальчиков наказывают… пак прикрывает ноутбук, смотрит на уведомления в мобильном. тэ-тэ: ты спишь, чим-чим?

чимин-и: ещё нет, а что?

тэ-тэ: просто хотел пожелать спокойной ночи. отдохни хорошенько, завтра важный день!

чимин-и: хорошо, тэ. ты тоже постарайся выспаться 🙃

тэ-тэ: конечно, хён! ухмылка слетела с чужих губ, когда чимин ещё раз взглянул на экран. он милый. глаза как-то сами собой прикрываются, и пак ложится на собственную руку. *** — пока, хён, мне нужно идти, — шепчет чонгук в чужие губы. он уже одет. остаётся только выйти за дверь, но намджун так крепко прижимает к себе, что не хочется ничего другого. — точно не останешься? — точно, хён, завтра на учебу, — младший улыбается, слишком невинно чмокая кима в щёку, и выходит из квартиры, пока тот не успел опомниться. — чимину привет передавай. надеюсь, в следующий раз мы с ним встретимся! — хорошо, — смеётся старший. — обязательно передам. он закрывает дверь, проводит ладонью по затылку и плетётся на кухню. — ничего не меняется, — выдыхает он, смотря на спящего на столе чимина. — вечно тебе не спится у себя в кровати. джун треплет младшего по голове, вспоминая, как часто злился на то, что тот засыпал за работой или учёбой. как же тепло на душе от этих мыслей. — раздражает, — шепчет он и как можно тише отодвигает стол. поднимает чимина на руки с небольшого дивана и несёт в комнату. кладёт на кровать, укрывает и зависает, смотря на чужое лицо. — зачем ты снова появился? — неслышно произносит ким и вновь ведёт пальцами по чужим волосам. — я так скучал…