Тонкости

      В воздухе было прохладно, хоть солнце и пробивалось через прозрачную дымку облаков. Иногда облачность расходилась, и далеко в выси проглядывало яркое, чисто-хрустальное и безмерно далёкое небо. Асфальт был усыпан желтеющими листьями и влажно поблёскивал антрацитовой глубиной — ночью был дождь. Вокруг серели блоки казарм, складов и других объектов — лично Оптимус, верный своему слову, не приглядывался к окружающей обстановке, с чистой совестью оставив это занятие Джазу. Пусть диверсант поразвлечётся — как-никак, это же его обязанность по долгу службы!       Прайм поморщился под маской, вспомнив, из-за чего же он находится здесь, на закрытом военном объекте, а если точнее — спокойно шагает через аэродром к зданию штаба. Соединённые Штаты Америки, напуганные тем количеством разрушений, которые волей-неволей учинили Прайм и команда в результате разборок с десептиконами, на последнем заседании Совета Безопасности ООН истерично стучали кулаком по столу и требовали немедленной высылки автоботов с Земли. Но к счастью — и для людей, и для автоботов, — на заседании Совета, по донесениям неугомонного Джаза, встал суровый мужчина, грохнул кулаком по столу, прерывая возмущённый спич американской стороны, рявкнул что-то (Джаз не был полностью уверен, но звучало это примерно как «Мы вам ещё покажем кузькину мать!») и потребовал немедленной высылки автоботов на территорию Российской Федерации. Мол, если Штатам так хочется куда-то сослать команду Прайма, то пусть отправляют их в Россию. Америка, помолчав в ступоре несколько часов и хорошенько обдумав, нет ли здесь подвоха, согласилась. И в итоге теперь Оптимус со своими подчинёнными спокойно шёл на встречу с руководством Российской Федерации, чтобы обсудить ряд нюансов, связанных с пребыванием автоботов на территории страны.        — Добрый день, — вежливо поприветствовал Оптимус людей, вышедших встречать автоботов и стоявших у входа в огромный ангар: куда больше, чем на бывшей базе НЕСТ.        — Здравия желаем, командующий Прайм, — безукоризненно чётко отозвался мужчина среднего роста с седыми висками и в камуфляжной одежде, отдав честь. — Генерал армии Шойгу Сергей Кужугетович.        — Оптимус Прайм, — лидер автоботов хотел было опуститься на одно колено, но Шойгу сделал протестующий жест рукой и кивнул на ангар, приглашая входить.       Прайм насторожил антенны и уверенно шагнул в полумрак ангара. Но на удивление, там было почти так же светло, как и на улице — необходимую яркость обеспечивал ряд надёжно прикрученных к потолку и защищённых решётчатыми колпаками ламп. Айронхайд одобрительно хмыкнул, оценив такую степень защиты и в мыслях решил, что однозначно устроит в этом ангаре парочку спаррингов без опаски разбить светильники или вынести стены: над этими толстыми пластинами из бетона и металла пришлось бы основательно потрудиться, не то что на бывшей американской базе, где стены казарм, казалось, были чуть ли не картонные. Оружейник ностальгически провентилировал и оценивающе примерился было к одной из стен, но тут же получил приличный удар в бок от Рэтчета. Медик зло сверкнул оптикой — мол, не смей тут нарушать правила поведения и портить имидж добряков-автоботов, берегущих каждый цветочек и травинку, и Айронхайд с недовольным шелестом вентсистем повиновался, но крамольные мысли о стене не оставил.        — Поскольку вы, автоботы, находитесь на территории Российской Федерации, и за вас поручилось чуть ли не всё наше руководство, — Шойгу слегка усмехнулся. — То будет справедливо, если вы примете ряд наших условий.        — Сначала мы выслушаем, что это за условия, — дипломатично отозвался Оптимус.        — Просто до безобразия, — хмыкнул Шойгу. — Не высовывайтесь с базы по пустякам, при выезде-въезде предъявляйте пропуск, контактов с гражданскими не заводить. Всё!        — Так мало?! — изумлённо брякнул Джаз, вспомнив о той куче обязательств, которую навесили на автоботов в США. — Серьёзно?!        — Вам этого хватит, — серьёзно ответил Шойгу. — Мы считаем, что это будет достаточно в обмен на полную безопасность России.       Оптимус оглянулся, взглянув на своих спутников. Рэтчет хмурился, подозревая подвох, а Айронхайд радостно потирал манипуляторы, предчувствуя веселье. Джаз, если судить по чуть вспыхивавшему визору, явно анализировал происходящее и прикидывал дальнейшее развитие событий, а Бамблби и Сайдсвайп уже прикидывали, где тут можно развернуться со всей неистощимым запасом шуточек. И наконец Прайм решился — другого приюта у автоботов всё равно не ожидалось.        — Мы согласны, — выдохнул Прайм.        — Отлично, — Шойгу даже не дрогнул, когда к нему склонилось гигантское металлическое лицо, а отблеск синих линз упал на камуфляж. — Располагайтесь, — военный нарочито небрежно махнул рукой и вышел. — А сейчас, простите, дела. Надо доложить Верховному Главнокомандующему о вашем согласии. Сейчас пришлю человека, который отвечает за данную базу и за вас конкретно.        — Как-то слишком просто, — подозрительно проворчал Рэтчет, стоя на пороге ангара и обозревая окрестности.        — Ой, да брось, док! — жизнерадостно заявил Джаз. — Здесь круто!       Оптимус провентилировал, глядя на подчинённых, между которыми уже завязалась весёлая перебранка, и хмыкнул. Россия имела свои плюсы… во всяком случае, пока эта страна была в оптике Прайма огромным белым пятном, и почему-то Оптимус не сомневался, что вскоре метафорическая карта России заполнится множеством ярких пятен от не менее ярких впечатлений.