Сумерки. Сага. Млечный путь

      С того времени, как я рассказал остальному вампирскому клану о том, что я колдун, прошел почти месяц. Хотя их реакцию я, наверное, запомню на всю жизнь.       Вечером, когда в доме собрались все Каллены и Белла, я решился сделать то, что необходимо было сделать уже давно.       — Я попросил вас всех собраться, потому что у меня есть важная информация. Некоторые из вас, в той или иной степени, уже посвящены в эту тайну. Некоторые до сих пор остаются в неведенье. Но вы открылись мне, и сейчас я наконец-то могу открыться вам, — я вздохнул, набираясь смелости, и пробежался глазами по вампирам.       Заметив одобрительный кивок Карлайла и улыбки своих лучших друзей, окончательно успокоился.       — Дело в том, что я принадлежу к еще одному виду сверхъестественных созданий. Я колдун, — ну все, вот я и сказал.       — Колдун? — глупо переспросил Эммет.       Я же молча сложил руки вместе и прошептал одно из простеньких заклинаний. А когда разжал их, изнутри вылетел маленький огонек света. Знаете, в Индии есть факиры, способные околдовывать змей музыкой. Я, кажется, только что нашел, чем можно заворожить вампира: шариком света. Все до единого, даже те, кто знал о моей магии, пялились на пульсирующий белым светлячок, что завис над моей ладонью с выражением детского восторга. Так что пока они были слегка загипнотизированы, я продолжил:        — Я не мог об этом сильно распространяться до окончания обучения, в честь которого для колдуна проводят шабаш. Для меня его провели как раз в тот день, когда Элис было видение обо мне.       — Настоящая магия, — протянул Эммет.       Ох, кажется они подвисли сильнее, чем я полагал.       — Так вот почему я не вижу тебя? И запах твой отличается? А что ты еще умеешь? И почему мы никогда не слышали о колдунах? — защебетала провидица.       — Подожди, обо всем по порядку, — улыбнулся я, видя, что они вполне хорошо приняли мою сущность. — Для начала придется рассказать, как мой вид связан с вампирами, а особенно с Вольтури.       Тогда я в который раз рассказывал одну и ту же историю, но, поскольку самую полную версию знал только Эдвард, меня еще и засыпали дополнительными вопросами. Особенно Роуз и Джаспер, которые, как говорится, оторвались на мне по полной. Хотя некоторые вещи я все-таки оставил в секрете. К примеру, как именно проходит шабаш, о некоторых особо опасных заклинаниях и амулетах, которые я умею воспроизводить, а также то, как дар передается в роду. Думаю, последний момент я когда-то обсужу со своим парнем наедине.       Сейчас мы с Эдвардом находились на той самой цветущей поляне, где когда-то Эдвард проводил время с Беллой. Ну, во-первых, к ней было реально проще добираться, чем на наше место на вершине обрыва. А во-вторых, здесь было невероятно красиво. Яркое солнце целиком освещало поляну, на которой ковром росли желтые и сиреневые полевые цветы. Они, словно маленькое озеро, растеклись от края поляны до края. А еще запах. Приятный запах сочной зелени и сладковатый запах цветов напоминали мне о доме в той, другой жизни. Когда я, будучи маленькой девочкой, до самого вечера лазил по огородам с компанией местных ребят. Воровал яблоки на соседской даче, как мы играли в «казаков-разбойников» и «прятки». И как собирал такие же цветы, плетя из них венки для себя, мамы и папы, который стойко выдерживал, когда его «короновала» маленькая Наташа.       Когда Эдвард впервые привел меня сюда, то сказал, что мои мысли о ностальгии отражали это поле: на зеленом фоне, легкими мазками появлялись красочные пятна, словно распускались цветы. Так что мне было абсолютно не совестно от того, что большинство времени мы проводили в этом месте. Прости, Белла: мой парень, моя поляна.       Сейчас я пытался вчитываться в текст собственного конспекта, но получалось не очень хорошо.       — Эдвард, не отвлекай меня, — возмутился я, почувствовав поцелуй в шею. — Завтра экзамен по истории, и я хочу его хотя бы сдать.       — Ты все сдашь и на хорошую оценку, — прошептал он мне в ухо, проходясь губами по краю челюсти.       — Ну, все, Эдвард, — я с силой захлопнул тетрадь.       Получилось менее эффектно, чем если бы это была книга.       — Попался! — я повалил его на землю, нависая над ним.       И сейчас, в окружении цветов, светясь под солнечными лучами, он казался мне еще прекраснее. Я так засмотрелся, что слишком поздно заметил, как в его глазах полыхнули азартные искры.       — Думаешь удержать меня? — хитро улыбнулся он, а через секунду уже нависал надо мной.       От такой близости мое дыхание участилось, а сердце забилось сильнее. Янтарные глаза напротив на секунду потемнели, а затем он поцеловал меня. Мне пришлось наклонить голову, предоставляя лучший доступ к своим губам, позволяя Эдварду жадно их целовать. Внутри разлился жар, и я почувствовал острую необходимость почувствовать тело своего парня еще ближе. Я невольно толкнулся пахом в его бедро с тихим стоном, на что вампир шумно выдохнул и оторвался от меня, освобождая из своих тисков, принимая сидячее положение.       — Эдвард, что такое? — приподнимаясь, спросил я, не понимая причину его резкой перемены.       — Прости, Натаниэль, — он оставил на моих губах легкий поцелуй в качестве извинений.       — За что? — я думал, что я сделал что-то не так, но поскольку извиняется он, значит, он себе уже что-то напридумывал.       — Я не… — начал он, но тут же смутился, отведя глаза в сторону.       Он не… что? То, что он никогда не спал с мужчиной, и так понятно. Я тоже, ну, по крайней мере, все то время, что был в мужском теле. Или в этом вся проблема? Мне в сумме было уже за пятьдесят, так что ни моральный возраст, ни отсутствие информации о том, как это происходит между парнями, спасибо интернету, для меня проблемой не было. Мне даже сложно было считать себя девственником — яркая супружеская жизнь Наташи все еще была у меня в голове, пусть и очень расплывчатая. Да и то, что произошло перед шабашем… Я, конечно, ничего не помню, но сам факт. И я не думаю, что Эдвард был столетним девственником. Ведь не был же?       — Эд, — мягко сказал я ему, — ты можешь сказать мне, чтобы там ни было, — но на мою фразу он лишь усмехнулся:       — Я знаю, — он ненадолго замолчал, а затем, немного нахмурившись, продолжил, — у меня было не так много опыта с женщинами, — ну, хотя бы он не девственник, — и я в целом, конечно, представляю… как это должно происходить между мужчинами, но… — перешел он на сбивчивую речь.       А у меня с каждым его словом на губах расползалась улыбка. Все же его воспитание сыграло большую роль, и он не был настолько искушенным, насколько я представлял. Зато я окончательно его смутил.       — Я понял, — перебил его я и подмигнул, — интернет тебе в помощь.       Он мягко улыбнулся, но затем выражение его лица стало более серьезным:       — Это не все. Я боюсь… не сдержаться. Пусть ты и колдун, но я физически сильнее тебя и одним неосторожным движением могу сломать тебе кости.       А вот это уже была проблема, но тем не менее…       — Знаю. Но у тебя отличный самоконтроль. Ты столько времени провел со своей певицей крови и ничего ей не сделал. Уверен, ты справишься.       — То был голод. С ним я справляюсь каждый день, находясь среди людей. С тобой же, — он легко провел ладонью по моей щеке, — я чувствую страсть. Я никогда не ощущал такого притяжения и желания, так что мои опасения вполне оправданы, — выдавил он саркастическую усмешку.       — Ну, это мне, конечно, льстит, — улыбнулся я, — но ждать до обращения слишком долго.       Мне и правда надоело удовлетворять некоторые свои потребности самому, особенно, если у меня есть парень.       — Мы, по крайней мере, можем попробовать что-то менее радикальное. Петтинг, например, — предложил я ему компромисс.       — Пет… что? — недоуменно спросил он. Так, все с ним ясно.       — Интернет, Эдвард, — ухмыльнулся я.       Надеюсь, мне не придется рассказывать ему, что это значит, это было бы слишком смущающее.       — Хорошо, — согласился он, — нам пора возвращаться, я обещал твоей тете, что к шести ты будешь дома.       — Я помню, помню, — ворчливо отозвался я.       Как можно забыть, когда тетя так настойчиво просила помочь ей вечером с целым котлом зелья для быстрого роста растений. Так что, украв у Эдварда легкий поцелуй, я поднялся на ноги.

***

      Следующий день начался совершенно обычно, хотя в школе был маленький переполох в связи с финальными экзаменами и приближающимся выпускным. За ланчем одноклассники обсуждали речь для выпускного. В этом году эта почетная роль досталась Джессике, чему я был абсолютно не удивлен.       — Я хочу устроить вечеринку, — вдруг объявила Элис.       — Действительно, ведь не каждый год мы заканчиваем школу, — подколол свою жену Джаз. Я с трудом подавил улыбку.       — У тебя дома? — неуверенно спросила Стэнли. — Я не была у тебя дома.       — Там никто не был, — вставил Эрик.       — Вечеринка, Элис? — обеспокоенно спросил Эдвард.       — В этот раз все будет хорошо, — сказала она.       — Ты говорила это и в прошлый раз, — мягко напомнила Белла. Да, мы все помним, чем она закончилась.       Элис как-то странно притихла и уставилась в одну точку. Белла перевела внимание одноклассников с провидицы на какие-то другие мелочи, а я наблюдал за реакцией Эдварда. То, как он нахмурился, мне не нравилось. После школы, когда он подвозил меня домой, я решил узнать, что его так обеспокоило.       — Эдвард, ты ведь знаешь, что видела Элис, — между его бровей появилась складка, но через секунду он справился с выражением лица, натягивая улыбку.       — Ничего особенного, — ага, как же. Я еще помню канон.       — Эдвард, — настойчиво повторил я.       — Виктория вернулась, — вздохнул он. — Может, тебе было бы лучше уехать на эти выходные куда-нибудь? Я могу организовать небольшой тур. Куда ты хочешь? — заманчивое предложение, но вот так вот все бросить и уехать? Тем более я не хотел оставлять Энн одну.       — Я никуда не поеду.       — Натаниэль…       — Мой дом — моя крепость, — уверенно сказал я. — Ты же сам помнишь, что бывает, если попробовать влезть к нам без приглашения. Тем более, если ты будешь рядом, сможешь меня защитить, — Эдвард мягко улыбнулся, и взял меня за руку.       — Обещаю.