Сумерки. Сага. Млечный путь

      Путь из резервации я проехал словно в тумане. Мысли клубились, перескакивая с одной на другую, не давая мне сосредоточиться. А еще появилось чувство, словно на меня навалился камень. Я пытался вспомнить, что я знаю об этой девушке из канона, но в голове была такая каша, что в голову не лезло ничего конкретного. Тогда я задал интересующий меня вопрос Джейкобу и получил ожидаемый ответ.       Лия Клируотер — дочь Гарри Клируотера, которого не так давно убила Виктория. Хотя официальная версия сводилась к медведю, но в этом городе все нападения вампиров сводятся к нападению косолапых. Обернулась не так давно, после смерти отца, как и ее младший брат Сэт, которому исполнилось всего пятнадцать. Лия — единственная девушка в стае, а еще была девушкой Сэма до того, как тот запечатлился на Эмили, и теперь эта телепатическая связь мучает их всех, передавая угнетенность Лии и чувство вины Сэма.       Собранная информация понемногу анализировалась в моей голове. И мне было действительно жаль девушку, так что не удивительно, что она была так враждебно настроена. Но и поделать я ничего не мог. Я был с Эдвардом. И мог лишь постараться не приближаться к ней, насколько это было возможно, и следить, чтобы амулет всегда был у меня на руке.       Я успел только зайти в дом и пройти на кухню, когда в дверь постучали. На пороге стоял взвинченный до пределов Эдвард с черными как бездна глазами.       — Ты хоть представляешь, как я волновался?! — его голос был наполнен подлинной тревогой.       Но я был так вымотан, что не мог даже нормально ответить. Он заметил мое слегка пришибленное состояние и обхватил лицо, заставляя сфокусироваться на нем.       — Они ничего тебе не сделали?       — Нет, все в порядке, — хотя… не в порядке.       Я сделал шаг ближе и уткнулся ему в шею, в надежде немного успокоиться. Магия легко замерцала где-то в груди, пытаясь меня успокоить.       — Натаниэль? — мягко спросил Эдвард, укутывая меня в свои объятия.       — Кажется, один из волков на мне чуть не запечатлелся, — тихо выдохнул я, чувствуя, как меня сжали немного сильнее.       — Кто? — голос его был хриплый, но почему-то я был уверен, что внутри него была целая буря.       — Лия Клируотер. Меня защитил амулет, так что запечатления не произошло, но я все равно чувствую себя каким-то потерянным, — выплеснул я свои чувства, а затем добавил: — Я люблю тебя, Эдвард.       — И я тебя, Натаниэль… — выдохнул он мне в макушку.       Следующие несколько дней прошли более или менее спокойно. Беллу по очереди охраняли вампиры, а, когда они шли на охоту, их заменяли волки. Они пытались работать сообща, хотя это и давалось им не просто. Нас с Энн стерегли только тогда, когда мы были вне дома. Например, кто-то сопровождал ее по дороге домой, если она поздно возвращалась из аптеки. Эдвард большую часть времени проводил со мной, но иногда и ему необходимо было охотиться. Так что сегодняшний день мы с Беллой должны были провести в резервации.       — Чем сегодня займемся? Покатаемся, поболтаем или погуляем? Вам решать, — сказал встретивший нас Джейкоб. — Но сегодня у нас вечеринка, — улыбнулся он, а я мысленно застонал.       Кажется, я знаю, что это была за вечеринка.       — А мы не помешаем? — спросила Белла. — Не испортим вечеринку?       — Ну, можете испортить сбор совета, — сказал Джейк. — Видите, вон вожаки: папа, дед Квила и Сью Клируотер, она теперь вместо Гарри.       — Сбор совета? Ты уверен, что мы можем на таком присутствовать? — поинтересовался я.       — Это… — замялся Блэк. — Они сказали, что вам будет полезно послушать предания.       — Предания племени? — уточнила Свон. — Разве это не тайна?       — У каждого своя роль, — философски сказал Джейкоб. — Сэт, Лия и Квил тоже услышат их впервые. А вы будете первыми из чужаков. Не просто чужаков, вы же фактически относитесь к разным видам, — усмехнулся он.       — Джейк! — заметил нас один из сидящих и подбежал к Блэку.       Совсем мальчишка, на вид даже пятнадцати не дашь.       — Вовремя ты добрался. Квил уже почти все съел, но я сберег тебе пару бургеров.       — Отлично, брат, — улыбнулся Джейкоб. — Белла, Натаниэль, это Сэт Клируотер, брат Лии. Самый юный член стаи.       — Привет, — поздоровались мы с Беллой вразнобой.       — Юный, умный, лучший…       — А еще самый хвастливый, — засмеялся Блэк. — Пойдем.       Мы заняли свободные места и принялись слушать.       — Говорят, что когда-то племя Квилетов было небольшим, — начал Билли. — Но, несмотря на это, в их крови всегда была магия, — на этих словах он внимательно посмотрел на меня, а магия внутри согласно запульсировала: «Вожди тоже знают мою тайну». — Они были воинами духа. Они были оборотнями. В бою Квилеты превращались в могучих волков. Это помогало им отпугивать врагов и защищать племя.       Однажды воины племени наткнулись на некое существо. Оно выглядело как человек, но было твёрдым, как камень, и холодным, как лёд. Глаза были налиты кровью и даже при свете дня горели красным пламенем. Сила их превосходила человеческую в миллионы крат, и не боялся он ни человека, ни волка, ни подобного себе. Ведомые гневом за погубленную деву их племени, юноши обратились. Острые зубы воинов племени разорвали его на части, но лишь огонь окончательно уничтожил его.       Они жили в страхе, что этот холодный человек был не одинок. И были правы… Однажды пришла женщина. Она обрушила на деревню ярость мести. Старейшина-вождь, Таха Аки, после смерти сына остался единственным воином духа, который мог спасти племя. Во время боя хладной и мужа третья жена Таха Аки видела, что его ждёт поражение, но она не владела магией. У неё не было никаких необычных сил, кроме одной — мужество. Взяв нож и из последних сил встав на ноги, с криком боли женщина нанесла себе роковой удар. Смерть третьей жены отвлекла холодную женщину, и Таха Аки уничтожил её. Она спасла племя. Со временем почти все враги исчезли, но кое-кто остался — холодные, — он взял небольшую паузу, нагоняя таинственности. — Наша магия пробуждается, когда они рядом. И мы чувствуем это сейчас, чувствуем угрозу кровью. Что-то страшное надвигается, и мы должны быть готовы. Все мы, — посмотрел он внимательно на нас с Беллой.       Он закончил говорить, и молодые волки погрузились в раздумья, переваривая сказанное вождем племени. А я не мог понять, что со мной происходит. Магия внутри словно взбесилась: «Скажи, скажи, скажи…». Я прикрыл глаза и сжал кулаки, стараясь не выпустить чистую силу наружу. Меня сюда пригласили как гостя, и напугать волков своей силой было последнее, чего я хотел.       — Натаниэль? — тихо позвал Джейкоб, заметив мое состояние.       Не ожидая этого, я встрепенулся, резко открыл глаза и немного приспустил свой дар. Красно-золотое пламя костра, вокруг которого мы собрались, поднялось выше и сменило свой цвет на зеленый. Другие волки шарахнулись назад, а старшее поколение скрестило свои взгляды на мне. «Скажи, скажи, скажи…» — билось у меня в голове. Ну, раз я все равно привлек их внимание, думаю, другого варианта нет.       — Извините, — четко проговорил я. — Мой дар… я хочу чтобы вы услышали еще одну историю, если позволите, — вопросительно глянул на вождей и, дождавшись кивка каждого из них, продолжил:       — Мой вид хранит свою историю, как последнее, что останется от нас в случае нашего вымирания, — да, это было достаточно печально, но именно поэтому все истории, легенды, заклинания и ритуалы постоянно переписывались.       Мы не могли допустить, чтобы история о нас канула в небытие. Но все же некоторые вещи передавались исключительно устно.       — Эту легенду передают у нас из поколения в поколение. Во времена, которые еще не отобразились на человеческой памяти, когда у людей появилась искра, позволяющая использовать силы природы, которую позже назвали магией, был один колдун, пожелавший бессмертия. Неизвестно, каким образом, будь то ритуал или зелье, но он добился вечной жизни и вечной молодости, — я говорил спокойно, расставляя акценты, заставляя слушателей проникнуться историей. — Он был столь красив, что нельзя было отвести глаз, а кожа сияла на солнце, словно алмазы. Он стал быстрее и сильнее простого человека в сотни раз. Но за бессмертие он заплатил высокую цену. Бесконечная жажда, которую он не мог погасить водой, лишь кровью. Но тогда он считал, что это малая цена. Он не мог иметь потомства, но мог обратить других людей и колдунов в себе подобных. Но когда их стало слишком много, начался ад.       Тогда другой колдун решил остановить бессмертного. Он смог обернуть свою магию во вне, изменившись, приняв форму животного. И получил силу и скорость достаточную, чтобы уничтожить своего врага. Это был первый оборотень. Тот бессмертный умер, но созданные им существа разошлись по миру. У них была вечность, чтобы спрятаться от колдуна, что мог превращаться в зверя. Но способность обращаться передалась его детям, а затем их детям. А поколения спустя его правнуки обнаружили, что они не единственные. Другие колдуны тоже пытались остановить вампиров, изменяя природу своей магии, что позволяло им обращаться в самых разных животных. Это дало им возможность поддерживать баланс в мире, во всех его уголках, — я закончил свой рассказ, и пламя постепенно сменило цвет на привычный красный.       Магия больше не бушевала во мне, а лишь мягко ластилась, как довольная кошка. Племя погрузилось в молчание, а затем Билли все же спросил:       — Мы не единственное племя оборотней? — в его голосе было некоторое волнение.       — Вы единственное племя волков, — ответил я. — Хотя о других мы также знаем не много. В Африке существует племя, способное превращаться во львов.       Это вызвало легкую волну удивления. Молодое поколение переглядывались между собой, очевидно, желая все обсудить, но присутствие старейшин не позволяло так грубо нарушить правила.       — Спасибо, что рассказал нам эту историю, — сказал другой старик.       Я только кивнул. Не объяснять же им нюансы того, что мой дар почти как живое существо и это он захотел, чтобы я поделился с ними этой легендой.       И почему за последние пару недель приключения сами находят меня с завидной регулярностью?