Глава 10. Последние часы затишья
22 марта 2020 г., 15:00
Сегодняшний день я должен был провести у Калленов. Однако, когда я зашел в дом, атмосфера показалась мне слегка гнетущей. Мужская часть клана смотрели новости, где говорилось об увеличении количества пропавших людей в Сиэтле.
— Все хуже и хуже, — нахмурился Карлайл, выключая телевизор. — Если так пойдет и дальше, мы должны будем что-то предпринять.
— Чтобы устроить такое, наших должно быть больше одного, гораздо больше, — сказал Джаспер.
Он был напряжен, словно тетива, в любой момент готовая выстрелить.
— Они не сдержаны и совершенно не скрываются.
— Новорожденные, — тихо сказал Эдвард, прочитав это в мыслях своего брата.
— В первые месяцы нам труднее всего себя контролировать: голод, безумная жажда, — провел мне маленькую лекцию Джаз.
— Соблазнительная перспектива, — усмехнулся Эммет, хитро глядя на меня.
Да, Эммет у нас король неуместных шуток.
— Никто новорожденных не учил, но это не случайность, — Джаз был погружен в себя, анализируя ситуацию, совершенно не обращая внимания на слова брата.
Все-таки именно он когда-то имел дело с новорожденными, так что его опыт в этом вопросе играл решающую роль.
— Кто-то создает армию, — догадался Карлайл.
— Теперь мы точно едем в Сиэтл, — обрадовался Эммет.
И как у него удается в любых ситуациях сохранять позитив?
— Ее создали сражаться с кем-то, — поделился размышлениями Джаспер.
— Но мы единственный клан рядом с Сиэтлом, — немного растерянно сказал Эдвард.
— Если мы их не остановим, то это сделают Вольтури. Удивлен, что они до сих пор не вмешались, — высказался глава клана.
— Может именно они стоят за этим? — с сомнением сказал Эдвард. — В Италии я прочел мысли Аро. Он хочет, чтобы мы с Элис присоединились к ним. Но мы не сделаем этого, пока жива наша семья.
— Армия могла бы решить эту проблему, — напряженно сказал Хейл.
У меня в голове всплыли моменты канона. Эту армию создала Виктория, я знал это наверняка. Но как бы преподать эту информацию, не выдавая знаний о прошлой жизни? Списать все на магию и видения? В любом случае можно было мягко их к этому подвести.
— Я не думаю, что это Вольтури, — с сомнением сказал я, — но в любом случае, как заметил Эдвард, вы единственный клан рядом с Сиэтлом, а если эту армию создавали для борьбы с вами, то это лишь вопрос времени….
— Когда они придут сюда, — закончил мою мысль Джаспер. — Это имеет смысл.
— Подождем еще несколько дней, — вынес общее решение Карлайл.— Если все так и останется, мы разберемся с этой проблемой.
Я понимаю, почему Карлайл хочет немного выждать — выпускной будет уже послезавтра. Мы наконец-то оканчиваем школу и, если оставшиеся Каллены, что еще числятся учениками, вдруг уедут перед самим вручением дипломов, это будет как минимум странно. Все замолчали, придавленные гнетущей атмосферой, когда с входной двери раздался звонкий голос Элис:
— Карлайл, Белле нужна твоя помощь.
Мы обернулись к девушкам, которые зашли в дом. Белла выглядела в порядке, не считая того, как она придерживала свою руку.
— У меня, кажется, перелом, — неловко улыбнулась она.
— Сейчас разберемся, — улыбнулся Карлайл.
Джаспер и Элис быстро покинули нашу компанию: Элис готовилась к вечеринке и Джаз уже успел мне пожаловаться на чрезмерную активность своей жены. Зато к нам присоединилась Роуз, которая вышла посмотреть, что случилось с дочкой шерифа. Но заметив, что та не умирает прямо на месте и не корчится в агонии, что, уверен, безусловно ее бы порадовало, села в уголке за книгой. Много времени на осмотр руки и постановления диагноза у Карлайла не ушло. У Свон оказалось банальное растяжение.
— Опять ходила и думала одновременно, Белла? — спросил Эммет, наблюдая, как Карлайл накладывает тугую повязку девушке на кисть.
— Дала по морде вервольфу, — улыбнулась она.
— Буйная девушка, — усмехнулся Эммет, — жесткий из тебя выйдет новорожденный.
— На тебя жесткости хватит, — ответила она.
Недовольный фырк Розали услышали даже те, кто не обладает вампирским слухом. Блондинка откинула книгу, которую читала и вышла на террасу, громко хлопнув дверью. Белла провела взглядом Роуз и нерешительно направилась за ней. В голове опять проскочили воспоминания канона. Даже теперь, когда я был с Эдвардом, некоторые вещи все равно повторялись. И это меня немного напрягало.
— Натаниэль, — мягко позвал меня Эдвард, заметив, что я уже некоторое время стеклянным взглядом смотрю на дверь террасы, погруженный в раздумья, — пойдем наверх?
Я коротко кивнул, но только я поднялся с дивана, вернулась Белла. Она была слегка озадачена, но в хорошем расположении духа.
— Подожди немного, — сказал я Эдварду и вышел на террасу к Роуз.
Я хотел узнать, как настроение у подруги. А еще мне было до жути любопытно узнать, о чем они говорили.
— Роуз, — позвал я ее.
Девушка повернулась ко мне и мягко улыбнулась. Полагаю, я один из немногих, кто видел ее эту улыбку. Зато, когда я рисовал ее первый портрет, я абсолютно угадал, и теперь мой рисунок вставлен в рамку на ее столе.
— Ты что-то хотел? — спросила она.
— Просто узнать, все ли в порядке, — я подошел к подруге и оперся на перила террасы.
— В полном, — она ненадолго взяла паузу. — Я рассказала ей свою историю, как стала вампиром, — призналась она мне.
Эту историю я уже знал довольно давно. Впрочем, как истории всех в клане Калленов. Хотя я имел представления о них еще с памяти прошлой жизни, в реальном мире их было слушать довольно тяжело. Ведь теперь они были не только дополнены мелкими деталями, но и эмоциями близких мне людей.
— Пыталась отговорить ее?
— Как будто это возможно, — хмыкнула она. — Она сама не понимает, чего хочет. Жизнь вампира… сложная. Я бы еще поняла, если бы она была в паре с кем-то из нас. Но она просто хочет бессмертия и не осознает, какую цену придется за это заплатить, — она выдержала короткую паузу. — Мы все держимся на якорях — наших истинных парах и нашей семье. Но если она станет вампиром, ее одиночество может продлиться очень долго, даже несколько столетий. Я видела, как Эдвард затухал десятилетиями, и рада, что он наконец-то нашел тебя, — поделилась она своими мыслями.
Я искренне улыбнулся ей, но меня вдруг заинтересовал другой вопрос.
— Почему ты никогда не отговаривала меня от жизни вампира? — немного неуверенно спросил я. — И не говори, что это только из-за Эдварда.
Ее улыбка на секунду пропала, а мимика показала легкую грусть.
— Ты ведь знаешь мой характер, — констатировала она вполне очевидную вещь. Знаю, еще как. — Дело в том, что… это лишь мое эгоистичное желание, чтобы ты навсегда был моим братом, разделил вечность со мной и моей семьей, — призналась она. — И да, я больше не хочу видеть кислое лицо Эдварда.
Она не смотрела на меня, но я знал, что Роуз трудно раскрывать свои чувства, и был рад, что она поделилась со мной. Такое обоснование было вполне в ее духе, и она была искренней в этот момент.
— Когда-то это случится, Роуз, — я накрыл ее руку своей. — Иметь такую сестру, как ты, будет здорово.
— Иди уже, кажется, Эдвард тебя заждался, — улыбнулась она самими уголками губ.
***
Через два дня я сидел в желтой шапочке и такой же странной желтой мантии выпускника в актовом зале. Директор произносил речь, практически ничем не отличающуюся от тех, что я выслушивал, стоя на последней линейке в той жизни. Но декорации были другие, в руках не было цветов для классного руководителя и в программе не было стихов и танцев. Только речь Джессики, которая получилась вполне неплохо. Ну, а еще мы не жарились под палящим солнцем. А так все то же: аплодисменты, улыбки, неловко вышагивающие одноклассники, словно они не диплом забирают, а идут на эшафот. Забирая из рук директора корочку, что свидетельствовала об окончании моей учебы, я видел, как хлопала мне Энн, на коленях которой важно восседала трехмастная кошка. Возможно, со стороны это выглядело слегка дико, но все уже привыкли, что моя тетя со странностями, а вот Бекки было приятно побывать на моем выпускном. Эти несколько часов я был простым выпускником, над которым не висла угроза в виде армии новорожденных вампиров, Виктории и Вольтури. Такой вот момент обыденности в моей жизни, полной сверхъестественного. И я хотел насладиться им как можно дольше, ведь, если все будет идти согласно чертовому канону, то уже сегодня затишье закончится.
