Драрри и времена года. Осень.

      Гарри проснулся рано утром. Уже по привычке схватил телефон, который оказался крайне удобным, хоть и являлся маггловским изобретением, и взглянул на время.       Полшестого утра, тридцать первое октября. Годовщина смерти родителей.       Он ненавидел Хэллоуин сколько себя помнил. Не скрашивали этот день и Дурсли, которые уходили вместе со своим драгоценным Дадли на вечеринку в честь праздника, а Гарри запирали в чулане. Они всегда приходили счастливые и довольные, с огромной кучей конфет и сладостей. Поттеру не доставалось ни одной, даже самой ужасной на вкус.       Так было одиннадцать лет. После поступления в Хогвартс он узнал, что именно в этот день его родители были жестоко убиты. И пока все студенты весело праздновали, он весь день проводил на Астрономической башне, утопая в собственных слезах и воспоминаниях. Он всегда врал друзьям, что все в порядке сквозь натянутую улыбку, которая скрывала ужасную боль. И они ему верили. Даже Гермиона, которая славилась своим умом и проницательностью.       А Драко думал о том, какие же они идиоты. Даже он видел то, как Гарри плохо, а его никчемные друзья не видели ни-че-го. Или же делали вид, что еще ужаснее.       И хоть Малфой не особо любил Поттера, ему было чертовски его жаль. Ненависть из их отношений ушла давно. Это даже враждой нельзя было назвать. Они просто игнорировали друг друга. Как оказалось, есть проблемы куда больше, чем школьный недруг.       После войны Драко остался один. Паркинсон и Блейз не смогли вернуться, объяснив это тем, что школа хранит слишком много воспоминаний, а общение с Крэббом было не слишком интересным.       И Малфой решился на отчаянный шаг.       Он прекрасно знал, где Гарри проводил свой Хэллоуин, и решил к нему присоединиться.       Он поднимался на Астрономическую башню. В его голове вертелось слишком много мыслей, но он продолжал подниматься. Драко чувствовал, что нужен ему. Поттеру сейчас была необходима поддержка, и не так важно от кого.       И вот, Малфой уже на самом верху.       Холодный ветер бьет в лицо, а тело покрывается мурашками.       Он видит лохматую макушку, которую узнал бы из тысячи. Гарри сидел в углу, поджав колени, и смотрел куда-то в пол. Его плечи тряслись, и это сопровождалось тихими всхлипами. Печальное зрелище.       — Поттер? — произнес Драко неуверенным голосом.       — Малфой? — Гарри развернулся, и Драко увидел его заплаканные глаза. — Чего тебе? Пришел поиздеваться, да? — голос Поттера был наполнен отчаяньем и болью.       — Господи, Поттер, нет. Я возможно и мудак, но не настолько, — сказал Драко, подходя ближе.       Гарри накрыла новая волна слез. Он сел на пол, закрыв лицо руками.       Малфой сел рядом с ним. Он начал действительно волноваться за героя. Он не знал, как его поддержать, поэтому обнял его. Гарри был холодным, из-за того что уже долго сидел на этой чертовой башне. От этого Драко прижал его к себе еще сильнее, пытаясь согреть. Поттер, в ответ на это, к большому удивлению Малфоя не оттолкнул его, а наоборот, прижался сильнее.       Драко не был силен в поддержке, поэтому просто начал поглаживать Гарри, и говорить что-то банальное и успокаивающее.       Наконец-то Поттеру стало лучше. Его дыхание выровнялось, а из глаз перестали течь слезы.        -Знаешь, Драко, — Малфой вздрогнул от неожиданности, услышав собственное имя, — тебе так повезло.       — В чем же?       — Ты знал своих родителей. Какими бы они не были, ты их знал. Я видел своих только на фотографиях. Ты не представляешь, как это ужасно. Большинство людей, которых я встречал, знали их гораздо лучше меня. Я никогда не услышу похвалы от отца, не увижу теплую улыбку матери в живую. Ты всегда думал, что я самовлюбленный придурок, который обожает купаться в лучах славы. Но правда в том, что я бы отдал все, чтобы этого не было. Я всю жизнь мечтал быть просто Гарри. Не мальчиком-который-выжил, не героем всей магической Британии, не победителем Волан-де-морта, а самым обычным Гарри. Вырасти в доме, в котором тебя любят, ждать с нетерпением письма из Хогвартса в одиннадцать лет, покупать все для учебы вместе с родителями, завести друзей. Вот о чем я мечтал, а не об этой дурацкой славе. Я бы и врагу не пожелал такой судьбы. Все ждут от тебя чего-то, все ждут, что ты спасешь мир. Я должен был это сделать, будь проклято это чертово пророчество. Мне было одиннадцать, когда я впервые увидел его. Одиннадцать, понимаешь! Я был еще ребенком, а все буквально требовали от меня, чтобы я их спас! Я всю жизнь жил по указке, Драко!       Малфой был потрясен. Он всегда думал, что Поттер напыщенный идиот, который всем сердцем обожает купаться в лучах славы. Но все оказалось гораздо прозаичней.       — Знаешь, Гарри, я тебя понимаю. Отец стал Пожирателем смерти, когда я только научился ходить. Он обрек на это всю нашу семью, а когда понял, во что он ввязался, было слишком поздно. В результате я стал одним из них. Одним из Пожирателей смерти. Моей матери удалось избежать этого, но она пострадала не меньше. После этого у меня появилась эта ужасная метка, которую я ношу, словно клеймо. Я никогда не хотел становиться одним из них. Я никогда не желал смерти Дамблдору. Он был единственным, кто видел во мне что-то хорошее, даже когда я сам этого не замечал. Я сожалею о смерти твоих родителей. Я даже представить не могу, как это ужасно.       — Спасибо, Драко.       Повисло молчание. Каждый из них думал о чем-то своем.       — Знаешь, Малфой, у меня вопрос.       — Валяй, Поттер.       — У меня есть второй шанс? — Гарри посмотрел Драко прямо в глаза.       — Ты о чем сейчас вообще? — непонимающе нахмурился тот.       — Ты предлагал мне дружбу восемь лет назад, но я отказал. Есть ли у меня второй шанс? — Поттер посмотрел на Малфоя умоляющим взглядом.       Драко сидел примерно минуту, обдумывая происходящее.       — Ммм, думаю, что да.       Малфой протягивает свою ладонь для рукопожатия. Снова. Гарри с охотой ему отвечает, ощущая контраст холодной и гладкой кожи Драко, и своей, горячей и немного шершавой.       — Значит, теперь мы друзья? — спрашивает Поттер.       -Видимо, да, — отвечает Малфой.       — Ну тогда, друг, чем займемся? — спрашивает Гарри, глядя на Драко с шаловливыми огоньками в глазах.       — Не знаю. Может, прогуляемся до Хогсмида? — слизеринец не удержался от улыбки, а потом, заметив слезинку на щеке Гарри, мягко убрал ее пальцем, наблюдая как герой изменился в лице. — Я слышал, там открылся новый магазин со сладостями.       — Д-да, давай, — проговорил Поттер с рассеянной улыбкой.       Двое волшебников спускались вниз по винтовой лестнице, так сильно отличаясь от тех, кто поднимался на нее пару часов назад.       Кто знает, возможно, это начало прекрасной дружбы, а может и чего-то большего.       (Да кому мы тут рассказываем, их свадьба будет что надо пхапзх. Бета)