Бирюзовый

      Беловолосый парень лениво собирался. Как бы ему не хотелось ещё поработать, но обещание есть обещание и он должен посетить человеческое кафе, где работал его друг. Тонкими пальцами он аккуратно поднял листик с названием, адресом и короткой подписью «помни, Зима, ты обещал меня навестить <3» с нарисованным смайликом, показывающим язык в сторону, в конце, очень похожим на его вышеупомянутого друга.       Идя по улицам с кое-где брошенным гадкими прохожими мусором, голубоглазый лениво вспоминал, с чего все начиналось. Весна снова привел их в фото-студию, но в этот раз заказ был более взрослым и зароботок, понятное дело, выше. Они тогда должны были фотографироваться связанными в воздухе, при чем, с парами и без, вот только, Лето тогда единственный был с повязкой на глазах, пока у Зимы была чертовая тряпка во рту. Холодный сезон как сейчас помнит, каков был легкий румянец на лице русоволосого, как горячее дыхание щекотало бледную кожу лица и вблизи можно было разобрать неуверенность, робкость и стеснение. А потом Лето опустили на землю, развязали и через две минуты парень понял, в каком положении был. Зима очень рад, что тогда успел одеть свой шарф до того, как ярость русоволосого заполнила все помещение и не только. Помниться, тогда все дышали с трудом и истекали потом, кроме него, спасибо магическому шарфу, и причины завышенной температуры. Ещё Лето тогда орал, со всем возмущением и злостью, но голубоглазый мог там что-то разобрать лишь о какой-то подставе и что нужно иметь меру. Хуже всего, что ругань повторилась у них дома и дело закончилось тем, что зеленоглазый решил сам искать себе подзаработок, чтобы больше не участвовать в чем-то «извращенном».       Завидев издалека вывеску, которую ему на днях красочно описывали, Зима аккуратно открыл дверь и вошел внутрь под звук колокольчиков над головой. Осмотрев помещение, он заметил знакомую русую макушку с короткими волосами за дальним столиком, возле клиентов. Вспомнив все настояния друга, он подошел к стойке с пятью барными стулами и сев за одного с них.       — Добро пожаловать! Что вы… Ох, простите, вас, случайно, не Зима зовут? — обратилась к нему молодая девушка с черными волосами до плеч и прямой челкой, черные тени, острые стрелки, черная помада на губах и ошейник не шее с шипами свидельствували о том, что она относилась к одной с субкультур, связанных с рок-музыкой.       — Да, вы угадали мое имя, — спокойно ответил сезон, смотря на девушку.       — Агась, значит, вы дружок нашего идиота, — приветливая улыбка сменилась на хищно-нахальную, а сама девушка наклонилась вперед, опираясь согнутой рукой на стойку, направленным локтем на посетителя, — Ну и как оно?       — Что именно вы имеете в виду? — Зима нисколько не удивился такой смене обстановки, оставаясь сдержанным.       — Как «что»? Я у тебя спрашиваю, как у тебя нервов хватает терпеть Лето. Не знаю, как тебе, но он явно чрезмерно гиперактивен и у него часто все через одно место, потому что руки не с того места растут!       Тонкие губы растянулись в слабом подобии улыбки, ведь в памяти всплыло, как порой у Лета что-то выпадало с рук, как он спотыкался или как попадал в неловкое положение, которого было очень много. Парень только собрался ответить, как его прервали.       — О, Зима! Ты пришел! — повернув голову в сторону знакомого голоса, Зима смог лицезреть идущему в его сторону Лето с пустым подносом в руке, на лице была мягкая приветливая улыбка, глаза сверкали радостью, а все это дополнял живой легкий румянец — Галя, надеюсь, ты ему ничего не наговорила в мое отсутствие? — это парень обратился к девушке, направляясь за барную стойку.       — Да что ты? Как бы я посмела что-то наговорить о ТЕБЕ твоему ПАРНЮ? — сделав акцент на двух словах, брюнетка вскоре получила шутливый удар по голове подносом, — Эй! За что?!       — За твой прекрасный язык и не менее прекрасные сказки, — хотя парень это говорил со всей серьезностью, тем не менее, по его лицу расплылся более сильный румянец, — Зима, как обычно или сегодня что-то другое будешь? Я угощаю.       — Как обычно.       Спокойно ответив, голубоглазый начал наблюдать, как его друг естественно двигается среди полок и техники, под приятный горький запах кофе. Не успела брюнетка от них сбежать, как парни начали разговаривать, Зима спрашивал о работе и клиентах, а Лето с улыбкой делился с ним увиденным за две недели работы. Когда Лето положил перед ним кружку со свежим кофе с молоком, то парень замолчал, давая другу попробовать напиток и выжидая реакцию.       — Более горько и крепко, чем обычно, — сделал вывод Зима, сделав три медленных глотка.       — Я так и знал, что ты заметишь и оценишь! У нас тут много разных марок и ещё больше способов можно нарыть рецептов с ними. Для меня фаворитами стали три марки, но одна тебе не понравится, ибо очень сладкая на вкус, даже без молока это чувствуется, а третья марка имеет самый сильный аромат.       Беловолосый молча выслушивал восхищенную речь зеленоглазого, не сводя с него взгляда и медленно попивая вкусный напиток. Допив, он просидел в заведении до получаса, порой оставляясь в одиночестве, пока другой сезон отвлекался на клиентов, а после ушел домой, сославшись на незаконченную работу.       Раз в три дня у беловолосого сезона взялось за привычку навещать друга в кафе. Каждый раз Лето его встречал с радостной улыбкой, под недовольное ворчание Гали.       — Госпади, солнышко, прекрати так сверкать, я не хочу ослепнуть! — опять устало ворчала брюнетка, присев за стойкой так, что виднелись лишь ладони и ее голова.       — Да что я тебе сделал?       — Как «что»? Стоит Зиме прийти, как у тебя сразу улыбка до ушей, да не какая нибудь, а самая лучезарная и счастливая, которая только может быть у влюбленного идиота. А еще ты напрочь отказываешься принимать факт, что у нас посетительниц стало куда больше, а как они ахают при ваших с Зимой гляделках и улыбочках — просто не описать культурными словами!       Зима с весельем наблюдал на дружескими браньями между коллегами, где Галя всегда оставалась спокойной, ворчливой и острой на язык, а Лето краснел, громко отстаивал свое мнение и часто не знал, что ответить брюнетке.       — Зима, поделись секретом, как ты ещё не ослеп? — в который раз опираясь на стойку, девушка с сезоном смотрел в сторону причины их разговора.       — Не понимаю, о чем ты.       — Та блин, достал увиливать от ответов, — закатывая иронично глаза, девушка махнула рукой, переведя взгляд на собеседника, — Я спрашиваю о том, как ты ещё не ослеп от улыбок своего дружка. Шутки шутками, но в них лишь доля шуток, но он в самом деле порой так ярко и тепло улыбается, что у меня возникает мимолетное чувство, что у него не даром это имя сезона.       — Но я в самом деле не понимаю, о чем ты, — переведя взгляд на собеседницу и незаметно напрягшись, когда она назвала Лето сезоном, совершенно угадывая, парень добавил, — Он так постоянно улыбается, сколько я его знаю. Знакомы мы с детства.       — Оооо… — понимающе протянула она, — Так ты хочешь сказать, что он постоянно ТАК тебе улыбается?       Подумав немного, сезон утвердительно кивнул, на что Галина широко улыбнулась, а после кратко взвизгнула, пытаясь сдержать смех. Порой Зиму интересовало, что творится в этой темной голове.       В один из дней, произошло немного необычное приветствие. Занимаясь тремя разными напитками, русоволосый парень спокойно бросил:       — Кстати, нам сегодня утром очень вкусное мятное мороженное завезли. Освежает как холс крепкий. Хочешь попробовать? Я настоятельно рекомендую.       Прекрасно зная, что от мороженного ему не станет плохо, разве что, от приторной сладости с карамелью или сгущенкой может долго привкус во рту держаться, сезон согласился. Потом Зима наблюдал, как Лето отнес три стаканчика и два десерта к нему к близ стоящему от них столику, а после начал с радостной детской улыбкой собирать в чашу на ножке салатовые шарики с кусочками шоколада, приукрасив их сверху мятными листиками.       — Приятного аппетита!       Радостное пожелание раздалось над головой, пока голубоглазый с удивлением смотрел на порцию с сомнительным чувством, будто ему положили гораздо больше положенного. Мягкими движениями набирая десерт в чайные ложечки, сезон неторопливо ел, оценивая про себя, что в самом деле вкусно и освежающе.       — Ого, необычно, впервые вижу за все время, чтобы тебя Лето мороженным подкармливал, — раздался знакомый голос брюнетки рядом. Девушка с интересом посмотрела на мороженное и ухмыльнулась, замечая вслух, — Да не каким нибудь, а чтобы с цветом его глаз сочеталось.       — Цвет мороженного гораздо бледнее, чем цвет глаз Лета. Мята немного яркостью напоминает, но в ней нету желтых вкраплений, как у него, — спокойно сделав поправку, парень продолжил есть, не замечая сколько бесов появилось в карих глазах напротив и как хищно усмехнулась девушка.       — Раньше я стебала Лето за то, как он не мог дождаться твоего прихода и вел себя как скучающий за хозяином верный щеночек, но теперь, оказывается, над тобой можно гораздо сильнее подшучивать, если ты смог заметить такие тонкие детали и так спокойно поправляешь, будто в этом уверен более, чем на сто процентов.       Девушка нагло улыбалась ему в лицо, пока голубоглазый, с ложкой во рту, замер, обдумывая ее слова. Лицо вытянулось в удивлении, щеки обдало жаром, а в голове пронеслась обреченная мысль — «только не говорите, что она и надо мной начнет двусмысленно подшучивать, как над Летом?».       К огромной удаче Зимы, его зеленоглазый друг был сейчас занят клиентами и не мог слышать этого разговора и увидеть его румянец, над которым злобно хихикала брюнетка.