Бирюзовый

      — Эй, ребят, вы Лето не выдели? — красноволосый парень вошел в гостиную, где сидело много месяцев. Все сразу обратили на входящего внимание и начали делится своими теориями.       — Возможно, он снова вышел в человеческий мир, — поправляя очки, предложил Сентябрь.       — Да нет, он туда утром сходил, — помахивая ладонью, ответил Октябрь.       — Где-то в одиннадцать часов он меня спрашивал местоположение Зимы, — грызя морковь, сказал Декабрь.       — Значит, мальчишки снова развлекаются или Лето чудит, а Зима компанию составляет, — красивая брюнетка тихо хмыкнула, продолжая делать мини-косички на голове ушастого рыжего.       — В общем, ты лучше у Зимы спроси, он знает получше нас, — это говорил вновь Сентябрь, пытаясь прочесть очередную книгу.       — Хорошо, спасибо за помощь, — с лучезарной улыбкой Август ушел, но спустя некоторое время вернулся, привлекая ещё больше внимания. Не часто лицо парня сливалось с цветом его волос.       — Август, что-то не так? Ты Лето не нашел? — сузив глаза, Октябрь усмехнулся и начал пристально смотреть на смущенного парня.       — Я, это… Кхем… Думаю, они слишком заняты, а я и подождать могу, — неловко почесывая затылок, месяц упорно отводил взгляд, пытаясь отвлечься.       — Они? То есть Лето с Зимой? Чем они таким заняты, что ты настолько смущен?       — Да не смущен я, Октябрь!       — Думаю, нам лучше пойти и самим проверить, — с легким беспокойством предложила Апрель.       — Не надо! Этого совершенно не надо делать!       Август даже замахал руками в знак протеста, краснея еще больше. Остальные месяцы от его вида еще больше заинтересовались и направились в сторону комнаты Зимы. Зайдя в коридор с комнатами Зимы и его подчиненных, Декабрь, Октябрь и, не говорящий до этого, Январь зашевелили животными ушами, а после другие заметили удивление на лицах рыжего и шатена, пока беловолосый покрывался краской, почти как Август. Любопытство все больше наростало.       — Хорошо. Мы тут, теперь мне интересно, что Августа с Январем так сму… — не успел Сентябрь закончить, как из-за двери послышался краткий стон, своей неожиданностью затыкая шатена. Остальные присуствующие тоже замолчали и пока была тишина, они услышали ещё несколько стонов. Стоило только услышать протяжный стон, в котором только слышалось блаженство, месяцы смогли понять две вещи: первая, владельцу голосу сейчас очень приятно; второе, в этом стоне узнавался голос сезона с шестью сережками в ушах. Месяцы неловко переглянулись.       — Я, конечно, всякое понимаю, но…       — Мальчики шалят, в их возрасте это нормально, вроде как, — Апрель перебила зеленоглазого месяца, пока сама стояла как натянута струна, пытаясь полностью переварить услышанное.       — Ох, Зима! Ниже! — была небольшая пауза, — Можешь грубее?!       Месяцы вновь потеряли дар речи, некоторые даже покраснели, пока рыжий прикрывал свой рот ладонью и пытался громко не ржать. На его слезах даже проступили слезы.       — О, ребят, а что… — это в коридор зашел Февраль в компании Ноября и Марты, вот только, голубоглазого прервали активным размахиванием рук и суровыми взглядами со смущенными лицами, удивляя прибывших.       — Ах! Это слишком грубо!!! — снова недолгая тишина, во время которой рыжий лис навострил уши, — Оххх…       — Он же там что-то сказал? Сказал же, да? — брюнетка держала себя в руках, пытаясь не перейти на крик, пока вцепилась ладонями в коричневую футболку с принтом, дергая на себя.       — Да, — рыжий потянул гласную, хищно улыбаясь.       — Пали контору, иначе тебя сожгу! — после этого месяцы с любопытством и напряжением посмотрели в сторону лиса, ожидая ответа.       — После «грубо» он ему обидчиво прохныкал «нужно быть немного нежнее. Ты на мне живого места не оставишь», а после его оханья голос приобрел нотки наслаждения и, цитирую, «вот так намного приятней», — рыжеволосый с довольным лицом смотрел, как присуствующие сначала его внимательно слушали, а после сильно смутились. Даже Февраль, который хотел сделать замечание и только открыл рот, закрыл его и потупил взгляд.       — Прекрати рыпаться! — впервые за их присутствие послышался голос Зимы.       — О, шеф немного устал и чуток раздражен, — подергав ушами под знакомый голос, заключил вслух Декабрь. Женская часть и мужская, с хорошей фантазией, но с хорошими манерами, удивленно выдохнули, впадая в астрал.       — Что тут за собрание? — каждый с месяцев испугался голоса за спиной, хотя по Декабрю, Ноябрю и Октябрю этого особо не скажешь.       — Да так, слушаем, как наше начальство развлекается и строим догадки, да, ребята? — улыбаясь, ответил рыжий. Наверное, многие бы хотели его за это ударить, но их внимание привлек длинноволосый сезон, который со спокойным лицом, не стуча, открыл синюю дверь.       — Эй, придурки, вы что опять устроили с погодой?       В голосе Весны так и слышалось недовольство и взгляд был направлен на двух коллег. Месяцы начали засматриваться в комнату на свой страх и риск, удивляясь с увиденного. Как многие в уме предполагали, сезоны находились на кровати, вот только, они были полностью одетые и беловолосый зачем-то восседал на лежащим на животе Лете, удерживая руки на спине, через зеленую футболку. Лицо Зимы было хмурым и недовольным, пока у Лето было красное и отстраненное.       — Короче, не знаю, чем вы тут занимались, но завязывайте и прекращайте свои идиотские эксперименты с погодой! — отругав сезонов, Весна развернулся и удалился.       — Я, конечно, дико извиняюсь, но чем вы занимались? — нервно проговорил Октябрь, задавая самый интересующий месяцев вопрос, за что все мысленно поблагодарили его.       — Массаж, — Зима спокойно ответил и перевел взгляд на парня под собой, — Прекрати дергаться. В самом деле мешает.       — М? — русоволосый повернул голову к холодному сезону, невинно смотря на него, что с сильным румянцем на лице выглядело весьма двусмысленно, — Но ты в самом деле порой слишком груб, но на некоторых местах слишком приятно, что тяжело сдерживаться.       Неизвестно, как дальше продлился этот диалог, когда Декабрь закрыл дверь и месяцы направились в гостиную с разочарованными лицами и обещая себе держаться подальше от этой парочки, а Август, благодаря этой ситуации, совершенно забыл зачем искал своего начальника-сезона.