Ведьмовская школа Уродов

— Чудесный сегодня денек, правда, Дания? — маленькая ведьмочка подсела к длинноногой колдунье.       Та ничего не ответила, молча уткнувшись в кружку с горячим шоколадом. Пыль сидел подле нее на столе, задумчиво посасывая кусок сыра на тарелке. — Где ты была весь день? Вчера я тебя совсем не видела, — Карэлия повесила сумку на стул. — Тебе какая разница? — Я даже не видела, как ты пришла на ночь… я же беспокоюсь, понимаешь? — ведьмочка взяла в руки кружку с травяным чаем. — Я не хочу тратить свое время на ежедневное повторение того, что тебя это все не касается — Пыль задумчиво рассматривал хмурящуюся Данию, которая злилась от раннего подъема, холодного морского утра и первого учебного дня. — Сегодня же первые занятия, и ты только представь, какие! У меня таких не было, а у вас чему-то такому учили? — Карелия проигнорировала гневливый тон, и теперь сосредоточенно уткнулась в свою тетрадку. — Нет, — пыль махнул хвостом, — но Дания сама все изучила. — Замолкни, — буркнула девушка. — О, то есть, ты же сможешь мне помочь, верно? Пожалуйста! Мне очень страшно, что я ничего не буду понимать. — Разве не в этом смысл школ? Чтобы учить тому, что ты не понимаешь, — Пыль чуть подвинул лапкой миску с водой и теперь любовался своим отражением. Каждый уткнулся в своё. — А вдруг я не буду понимать ничего совсем? Даже если мне объяснят… Такое уже бывало — она поежилась, — я немного… Глупая, — она смущенно застыла, склонив низко голову. — Не удивлена, — бросила Дания, и Карелия поникла еще сильнее. — Посмотрим. Может и помогу. — Спасибо, — пробормотала девушка, пряча под шапкой и волосами уши странной формы.       После завтрака был небольшой перерыв, ученики разбирались по кабинетам и залам, а Дания, сидя в светлом, небольшом кабинете, злилась на весь мир. Карэлия сидела рядом за партой, в беспорядке раскидав учебник, свитки, тетрадки, несколько перьев, одно из них уже сломалось в ее сумке и теперь жалко поникло, а она все продолжала искать какую-то вещицу в ее сумке. В итоге она вспомнила, что забыла ее в комнате, а Дания с раздражением сидела у окна, стараясь не глядеть на беспорядок. — Итак, — из двери рядом с доской вышла та красноволосая женщина с горбом на носу. — Первый урок вам попал очень удачно, история мира будет отличным введением в новое время, — она поискала глазами Данию, та прищурилась, смотря поверх ее головы, и учительница кивнула, будто что-то вспомнив и пометив. — Всегда нужно начинать сначала. Начнем с меня. Меня зовут Фиорелла, и я ведьма со стажем. Моя способность — управление зелеными растениями. Как и вы, я совершенствуюсь здесь, и в скором времени можно будет управлять и иными цветами. История нашего мира важный предмет, как и многие другие, и вы должны знать свою историю. Но так же не следует забывать, что история — в прошлом, а вы живете в настоящем, и создаете новую историю. Давайте попробуем узнать о ваших познаниях. Кто-то может что-то рассказать, например, о древних ведьмах? — Она ясными глазами осмотрела кабинет. — Что, никто, — Дания скучающе смотрела на доску позади красноволосой ведьмы. — может, вот эта грустная девушка? Может, вы что-то знаете?       Дания вздохнула и поднялась со стула. — Древние ведьмы появились в одно же время с людьми, так как они — есть мы, а мы — есть они. Ведьмы были частью людей, так как помогли всем с помощью своих способностей. Вспахивали поля, сеяли хлеб, справлялись с течением и спасали скот от насекомых. Раньше у ведьм не было такого разнообразия в способностях. Существовало несколько видов способностей, связанных с животными, растениями, лечением и разными стихиями. Сейчас они соединились и перемешались, так что мы можем наблюдать разнообразие в данный момент, — Дания смотрела прямо перед собой, двигая глазами, как будто читая. Тот, кто не знал, ее способности, мог бы подумать, что она специально колдует, чтобы выглядеть умной. — Однако ведьмы становились сильнее, и люди стали их боятся, потому что не могли подчинить. Зачем их только было подчинять не понятно, — сказала она чуть более живым голосом, и продолжила, — И с тех пор началась охота на ведьм. Этот переход из мирного сосуществования в войну означает окончание эпохи Древних ведьм. — Дания замолкла, и стала разглядывать качающиеся верхушки елей за окном. — Ну вот и все, урок окончен, — засмеялась Фиорелла, — я надеялась, ты дашь мне хоть немного рассказать. Хотя, пару деталей я бы рассмотрела подробнее…

***

— Если бы я была такой умной, у меня было бы гораздо меньше проблем, — ляпнула Карелия, потянув лямку сумки. — И как ты это сделала? Почему она вообще решила тебя спросить? — Потому что Оничная хочет, чтобы я занималась по другой прогрмме, ты можешь говорить хоть чуть-чуть медленнее? -Дания вытерла рукавом лицо. — Балаболка.       Они шли по внутреннему двору в сторону теплиц, где начинался следующий урок. — Зачем тебе учится отдельно? — Ты заваливаешь меня вопросами, это раздражает. Я просто много читала в старом пансионате и все, и Оничная хочет, что б я разивала свою магию. И все, а теперь отвянь от меня. — Но Дания! — воскликнула девушка.       Ведьма фыркнула, дернулась и сбежала с тропинки вниз, в траву, стремясь отделаться от соседки. Карэлия постояла, переминаясь с ноги на ногу, но пошла дальше по тропинке, бубня что-то про «выскочек». Голос у нее становился с каждой фразой все плаксливие, и когда она дошла до теплиц, где Дания виднелась среди одногодок словно пожарная каланча среди города, уже разревелась во весь голос.       К ней подбежало несколько девушек и принялись расспрашивать, в чем дело, а Дания отвернулась, но стала будто бы чуть ниже — но все равно ее видели все.       Среди растений и добрых одногруппниц Карэлии полегчало, но глаза у нее все равно оставались красными на протяжении всего занятия. Из-за этого ее чуть не освободили от урока, потому что преподавательница подумала, что у нее может быть аллергия на какое-то растение здесь, а Карэлия не хотела признаваться взрослым, что плакала.       Пока проводили краткий экскурс растений в теплицах, Карэлия твердо решила больше не принимать выпады Дании так близко к сердцу. Она явно не ее одну недолюбливает — может, у нее просто характер такой? Карэлия так сосердоточенно думала, что когда ее спросили об одной популярной розе, которая часто растет на севере, где она жила, и точно знала о ней все, отвлеклась и растерялась. Как ни странно, но ее выручила Дания, ответив на вопрос, в какое время года чаще всего она расцветает. — Поздней весной, — сказала девушка, и посмотрела на Карэлию удивленно, будто спрашивала: «Почему ты этого не знаешь».       Та только вздохнула и благодарно улыбнулась.       Потом был обед. Немного жижеватый супчик, поджареный хлеб, на второе пара сосисок с половинками картошки, и чай. Сосиски дания отдала Пылю, и они вместе сидели в дальнем углу столовой. — Ты сбежала от нее очень некрасиво. — Тебя еще не хватало, — буркнула девушка. — Я устала, не трогай меня. — Ты могла бы извиниться, хотя бы. А то ведешь себя как дикарка, неужели я тебя так воспитывал? — Ты меня вообще не воспитывал, и закрой пасть, а то останешься без ужина, и твой говорливый рот тебя не спасет, — в злости выплюнула Дания, вскочила со стула и ушла, едва только поклевав суп.       На третьем, последнем уроке, по разновидностям магий, Карэлия Данию не видела. Она не пришла, и хотя у девушки все время было чувство что «вот-вот» и она вернется, длинноногая ведьма так и не явилась. Преподаватель немного удивился, все-таки первый учебный день, но вида особо не подал, и новоиспеченные ведьмы и ведьмаки получили отличный урок.

***

— Ты же в курсе, что ученикам запрещено выходить за пределы замка? — спросил Пыль, который, как мешок с сыром, сидел в сумке у Дании, пока та кралась мимо дворцовых стен. — Где это написано? — спросила девушка. — Я вот нигде не видела. — Я думаю, это подразумевается само собой. — Я слишком тупа, чтобы это понять, о нет, как же быть. Неужели мне придется все же выйти, — съязвила Дания, и вошла в одну из подсобных дверей. — Я в жизни не поверю, что у нас нет никакого запасного выхода из замка, — девушка сняла с пояса колбу, и в ней зажегся яркий свет, полностью заполнив до краев. — И ты хочешь его найти? — донеслось из сумки. — Зачем тебе это? — На всякий случай, — пробормотала девушка, оглядываясь, — даже в бибилиотеке есть люди, это раздражает. Мне нужно место, где точно никого не будет, — она пошла вдоль огромного коридора и, спустя, может, минут пять непрекращающихся пустых стен, уткнулась в дверь исполинских размеров. — И как ты собираешься туда выходить? — Пыль выглянуд из сумки. — Ты заткнешься когда-нибудь или нет? Почему все норовят со мной разговаривать? Я что, попка-дурак, чтобы вам на все отвечать? — возмутилась девушка, снимая с пояса еще одну колбу. Она только пару секунд подержала ее в руке, как внутри появилась зеленоватая жидкасть, которая не просто плескала — еще и, кажется, чуть искрилась. — Нет, стой! — воскликнул Пыль, но Дания выплечнула всю жижу на дерево двери, и та мгновенно потекла, будто под этой неизвестной жидкостью дерево превратилось в лед, тающий на солнце. — И как ты теперь это изменишь?       Девушка фыркнула, проползла сквозь образовавшуюся дырку, а когда оказалась на обратно стороне, поднесла ладони к проему. Из земли стали — будто по частицам, — собираться доски, и когда они уже почти приросли к верху проема, девушка толкнула заслонку назад. — Ну вот, теперь есть дверь, — Дания протащила маскировку внутрь и приладила к двери так, чтобы одним толчком можно было ее убрать. — Вот это ты придумала, — оценил Пыль, — но как ты это сделала? — Проем в двери тоже пустота, которую можно заполнить, — горделиво ответила Дания и, оглянувшись на темный коридор, побрела дальше, уже не прижимаясь к земле.       Но это был вовсе не коридор. Стены были высечены из камня, и чем дальше от двери отходила девушка, тем более грубыми казались своды пещеры. Она шла освсем недолго, когда в конце замачил неясный свет, и девушка бросилась к нему. — Ба! — воскликнула она, выбежав на пляж. — ты только глянь! Это же море, такое огромное! — ботинки мигом слетели с ее ног и девушка, бросив сумку с пылем, который недовольно ойкнул, — побежала по кромке воды вдоль берега. — Как будто ты не видишь его в окно каждый день, — буркнул кот недовольно. — Вижу, конечно вижу, — девушка вернулась к сумке и потянулась, — но это другое. Вода — она хорошая, она заполняет пустоту. Поэтому она мне нравится, — Дания махнула рукой, и волна, будто на секунду решив ей повиноваться, чуть приподнялась, но тут же опустилась. — Представляешь, если когда-нибудь я смогу увеличить море? Сделаю так, — она села на песок, оставив ступни в воде, — чтобы оно поднялось на метр, или даже два. — И зачем? — Тогда города людей вблизи моря будут сломаны, — сказала девушка просто, и легла на песок, — у них слишком много труб, на которые опираются города, и которые легко снести с моря. Я видела в той книге, мы же вместе ее смотрели, почему ты не помнишь?       Пыль зевнул и прилег под боком девушки. — Я бы не отказался бы от сыра… — мечтательно проговорил кот. — Обжора, — хмыкнула Дания, — и достала из мешочка с пояса кусок сыра размером с ладонь.

***

      Карэлия ходила по комнате и заламывала руки. Она рассказала соседкам о том, что случилось, и теперь не могла отвязаться от чувства, что Дания не пришла на урок из-за нее. — А если я ее разозлила? То есть, прямо очень сильно? Поэтому она не пришла. Или что-то еще! — Да по-барабану Дании и на тебя, и на твои дела. Она всегда была такой, — сказала Анита, лежа на кровати. Она даже не сняла ботинок. — Что, прям всегда? — Всегда, — отрезала девочки, садясь и спуская ноги на пол, — когда меня только привели в школу, Дания там уже была, и она всегда сидела далеко от всех, всегда засиживалась в читальном зале и постоянно где-то пропадала. Она дружит только с Пылем, и больше ни с кем. -Да я не хочу уже с ней дружить! — воскликнула Карэлия, — но мы же соседки, мы должны как-то, ну, общаться, разве нет? — Просто представь, что кровать у окна занята приведением, — сказала Анита, с благовением оглянувшись на угол Дании, — и все. Очень умным приведением, и если ты встретишься с ним в коридоре и договоришься о личной помощи, то оно непременно придет и тебе поможет. Мне вот она несколько раз делала доклады, и этим просто спасала, она на самом деле классная девчонка, просто не трогай ее, и все. — А Финна об этом знает? — спросила Карэлия, — вы, кажется, довольно давно вместе, и она до сих пор от нее не отвязалась. — У Финны явно с этим проблемы, — Анита покрутила у виска, — и из всех, к кому она могла прилипнуть, она выбрала Данию. Лучше не становись для нее второй Финной, а то ей, бывает, не здоровится, и это происходит так часто, что я думаю, что Дания в этом как-то замешена. — Но почему ей совсем никто не нравится? — спросила Шина. — Карэлия очень милая, я не думаю, что она вообще может кому-то не нравится. — Я не знаю, — Анита пожала плечами. — Она просто «такая». С этим ничего не сделать, вот так-то. — Вот бы у нас были какие-нибудь игры, — Шина перевернулась на кровати, — или шахматы хотя бы! Мы это как-то не учли. — Думаю, что-то такое должно быть в библиотеке, — сказала Анита. — А кто-то знает, где она вообще находится? — спросила Карэлия. — Только Дания, — Анита почему-то указала на окно. — потому что кроме нее это никому не надо. Или можно посмотреть карту, у кого она еще осталась? — Что-то я сомневаюсь, что она придет прямо сейчас и покажет нам, где библиотека, — пробормотала Карэлия, останавливаясь у стола. — Что же делать?       Дверь распахнулась, и ввалилась Дания, с мокрым подолом и котом в сумке, с которой все еще сыпался песок.       Все смотрели на нее с удивлением, не столько от того, что она мокрая, и что в сумке кот, а что она так вовремя пришла. -И вправду — приведение! — засмеялась Шина, но Анита на нее косо посмотрела и та прикусила язычок. — Чего вы так на меня уставились? — удивилась Дания. Пыль вылез из ее сумки, подергал лапами, отряхивая песок на ковер, и сел к пустому камину. — Ну, мы только что про тебя говорили, ты же была в бибилиотеке, да? — спросила Анита острожно.       Дания сняла ботинки, отряхнула подол в ванной, и только когда подошла к кровати на носочках, ответила: «Да». — Может, ты видела там какие-нибудь настольные игры? — Ну видела там карты были, шахматы, шашки. Еще там точно был «Мир девяти чудес», но за состояние я не ручаюсь. — А ты можешь показать мне, где библиотека? — спросила Карэлия. — Мы хотим поиграть.       Дания цыкнула: — Дайте мне хоть переодется что ли, потом свожу. — Хорошо, — девушка смутилась, когда Дания начала снимать корсет. — А где ты так промокла? — спросила Шина. — Мы живем у моря, как думаешь, где здесь можно промокность? Везде! Вообще везде, как выяснилось, все, отстань.       Но она все же показала Карэлии, где лежат все настольные игры, хотя спускались в подземелье они в полном молчании. Кот остался у камина, поэтому разбавить нагтающую тишину было нечем. Хотя, с другой стороны, тишина была только по отношению к их разговору. В коридорах слышались разговоры, в залах кто-то смеялся. Один раз Карэлия заметила, как Дания вздрогнула от особо визгливого смеха, чем-то напоминающий голос Финны, — и они пошли быстрее.       В подвале к библиотеке голосов уже не было, но огонь ламп окрашивал стены звуками в оранжевый цвет, а гулкие шаги Дании и тихие перебежки Карэлии отдавали в пол синевой.       Маленькая ведьма с интересом заглянула в библиотеку. У них в школе была бибилиотека — крошечная комната на чердаке с маленьким окном на самом верху стены над шкафом, и в принципе вся мебель, что там была, это четыре шкафа, заставленные как тонкими, как и толстыми книгами, но все они были весьма обычные. Но здесь, в этом темном и до жути мрачном помещении, так и чувствовалась таинственность.       Дания отошла от двери в поисках нужного шкафа, и взяла со стола лампу. Они недолго копошились, пока не нашли нужный шкаф и ящик. Карэлия собрала несколько коробок, когда длинногая ведьма отошла в сторону, привлеченная неясным чувством.       Слишком много человеческого тепла для них двоих.       В конце длинного проема, за столом, сидел уже знакомый мужчина. Тот усатый учитель из столовой. Он склонился над картой, но, почуяв, что на него смотрят, поднял голову. Дания мгновение смотрела ему в глаза, поморщилась и отвернулась. Учитель пожал плечами. — Идем обратно? — Карэлия прижимала коробки к себе.       Дания поправила челку, получше закрыв ею половину лица и нервно кивнула.       Хотя девочки веселились за карточками, ведьме наполнения было не до них, да и не до веселья. Она бы ушла от них в бибилиотеку, да там этот усатый черт, сходила бы к морю — но там уже прохладно, а если она заболеет, к ней будет повышенное внимание. Бродить по замку — наткнется на Финну — обязательно наткнется! Когда разразился новый столп смеха, Дания поднялась, запустила ступни в ботинки и ушла в ванную, стараясь закрыть замок как можно тише. Даже отсюда слышно, как шуршат карты в мокрых пальцах Аниты. Девушка отошла в дальний угол и закрыла уши, села на корточки и долго так сидела, уперевшись лбом в холодный кафель. Прохлада камня давала ей чувство осознанности происходящего.       В маленькой школе было лучше. Да, там не было так много потаенных углов, но ведь их еще нужно найти! Там было одно место, куда никто не ходил — потому что там она — Дания. Никому не было до нее дела, только если помощь с учебой, и то очень редко — и ее это полностью устраивало. А теперь! Все смеются, все что-то делают, и нигде нет покоя! И море — да, ей нравится море, но боже, как же оно шумит!       Девушка повела плечами. Такое удобное с утра платье уже было для нее невыносимой мукой. Оно мягче, чем то, старое, и лучше, и толще, но боже, как жн оно трет кожу… Такое шершавое! Может ли такая нежная ткань быть шершавой?       Дания села на пол, трясущимися руками доставая склянки. Кожа на ее спине покрылась мурашками от прикосновений ледяной спины, а в стеклянке появилась коричневая жидкость, от которой в воздухе запахло шоколадом и повалил пар. Ведьма мгновенно все выпила и зажалась в угол. Веснушчатые пальцы вцепились в горячее стекло.       Из комнаты послышался смех.       Вдвоем в комнате в старой школе жилось гораздо лучше, чем вот так, целой толпой.       Дания одним махом открыла окно и впустила в ванную ледяной морской воздух. Она убрала склянку за пояс, и шагнула на подоконник. От окна до защитной стены замка было не больше метра. По меркам девушки, даже меньше. Хотя она еще шаталась, когда снова послышался смех и шлепки карт, Дания прыгнула и оказалась меж зубцов, а затем осторожно спозла вниз и спряталась на каменном полу.       Теперь шумел только ветер и море, но это уже терпимо. Она легла, уставясь в облачное серое небо. Даже звезд — и тех нет. Каждый день у нее такие приступы — с тех пор, как приехала, обычно они куда реже. Это все из-за людей, их всех слишком много! Она может справится со всем и без них. Какой прок ходить на уроки, если Оничная и сама понимает, что она все сделает сама?       Нужно найти место, где ее никто не будет трогать, и только тогда она сможет начать нормально жить. Библиотека была таким местом, Дания уже выбрала его как свое любимое и родное, но нет, там этот мужик! Чтоб он провалился! Она сжала кулаки.       И выдохнула.       Этой ночью она не снова не сможет спать в кровати. Лучше уж ледяной камень, чем остаться в этой толпе визжащих девчонок.       Правда, Дания не учла, что ванная комната периодически бывает нужна всем, и соседкам пришлось выламывать дверь. Никто не заметил, что Дания уходила в ванную, так что решили, что просто сломался замок. Но и в эту ночь, Карэлия нервно оглядывалась на соседнюю кровать, недоумевая.