Лира XX. Кода
А чайки, кружа у пустого причала, Взметнулись истошно кричащей гурьбой. Русалка любимого нежно прижала И вмиг под волну увлекла за собой. Он с жизнью печальной простился навеки, Отправившись вместе с любимой на дно. Захлопнулись доброго юноши веки — Такая концовка понятна давно… Сквозняк, разметавший соленую воду, С досадой по небу гонял облака И громко звенел, унося в непогоду Последние вздохи из уст Рыбака. Пришел к завершению сказ невеселый. Скажу напоследок лишь несколько слов: Без рыбы зачахли прибрежные села, Покуда ушел из тех мест весь улов. И город прибрежный осунулся быстро, Со временем выгнав богатых гостей. И сколько гулял я под солнцем лучистым — Не ведал о городе этом вестей. Трактирщик, что продал несчастного брата, Уже через год, говорят, обеднел. Пришла за предательство быстро расплата И дом его новый бесследно сгорел. Остался ли жив сам трактирщик с семьею Доподлинно мне неизвестно, увы… Доселе мир полнится разной молвою, Что правда — решайте, читатели, вы. То ведьмино было проклятье возможно, А может злой рок. Кто теперь уж поймет… О Ведьме скажу, но весьма осторожно: Она до сих пор на Медвежьей живет. Еще Городничьего вспомним пожалуй: Все беды его обошли стороной. Он прожил безбедно. Ничто не мешало Ему безнаказанно жить под луной. Однажды он понял, что счастья простого Нельзя и на все его деньги купить. Быть может и был он когда-то достоин, Но так и не смог научиться любить… На поиск желанного светлого чувства Он времени много потратил и сил, Но в сердце его было тихо и пусто, Как сильно бы он о любви не просил. Вот так Городничий до старости прожил И умер на мир обозлен, нелюдим. Рассказ мой, конечно, окончен, но все же Не скрою от вас, что знакомый один Бывал в тех краях. Там тоскливо и нудно. В Приморском теперь уж одни старики. Они говорят, что в лагуне безлюдной, Как звезды по небу опустят ростки, На старом, давно позабытом причале, Едва лишь луна поплывет над водой, Девицу с любимым супругом видали, Где жил по легенде Рыбак молодой. Сумел ли на дне мой герой отогреться — То скроет навеки морская тоска. Но тот, кто русалке отдал свое сердце, Останется в сердце ее на века… Я чуда не видел, но в дней круговерти Остался рассказом доволен вполне. А вы поезжайте в Приморский, проверьте, И, коли увидите, скажете мне.
