Глава 12. Дорога в ад
3 августа 2020 г., 12:09
Глава 12 Дорога в ад
Жить спокойно, жить свободно. Сезонный билет в один конец, Ничего не спрашивая, оставьте меня. Принимаю свою участь. Не нужно разума, не нужно рифмы, Я ничего не сделаю. Опускаюсь вниз, время вечеринки – Мои друзья тоже будут там. Я на пути в Ад*
Хранитель ворвался в комнату, где держали Джиао Ли, сильно напугав пленницу. Он был похож на дьявола: весь в саже, пропахший копотью и дымом, с растрёпанными светлыми волосами в тёмных пятнах, в полуобгоревшей одежде. — Что это такое? — проревел он. — Последствия, — ровным тоном ответила девушка, оглядев его с ног до головы. — Чего? — Последствия того, как долго сила копилась в Клео, — объяснила Джиао Ли, присаживаясь на стул – один из трёх предметов мебели в комнате. — Ты сам хотел видеть её силу, хотел завладеть ею, а теперь тебе страшно? Это лишь её малая часть. Сила Клео способна на многое. Когда вы сталкивались в последний раз, разве ты не заметил, что с каждым разом, она становиться всё более изобретательнее и сильнее. Клео совершенствуется, а значит вспоминает. Значит, у неё действительно есть план по твоему уничтожению. Даже твоя сила льда не смогла справиться с подобной мощью. Моим похищением и своими насмешками ты только разозлил её… — У неё нет эмоций! — взревел Хранитель. — Они у неё есть, но Хрустальное сердце их сдерживает, — ответила Джиао, опустив глаза на серебряные кандалы на своих запястьях. — Не стоит недооценивать шотландцев. — Она не была такой в прошлом! — Разумеется, потому что Ветон обучали смирению и контролю. Она была сдержанной особой, которой нужно было контролировать свои действия и поступки из-за высокого положения. Клео же не такая: её воспитал шотландец и научил бороться за идею, справедливость. Ей больше не нужно держаться за высокое положение. Она ничего не имеет. И её гнев – это меньшее, с чем ты можешь столкнуться…***
— Ты как себя чувствуешь? — спросил Рич, когда Клео пришла в себя. Она открыла глаза, не совсем понимая, где находится. Тёмный купол, огоньки и прохладный ветер. Шумели кроны листвой, воздух наполняли стрекот кузнечиков и запахи цветов. Клео попыталась сесть. Рич помог ей подняться. Беседка Картеров, их убежище, которое они предоставили и ей. Тройня и Габриэлла сидели на мраморной скамейке напротив. — Ты как? — обеспокоенным тоном спросила Габриэлла. — Нормально, — ответила Клео, понимая, что на ней платье немного подгорело, а волосы пропахли гарью. — Ничего себе «нормально»! — удивился Гарольд, подкатывая коляску ближе к кузену. — По словам Рича, ты едва ли не прожарилась изнутри! —Да? — нахмурилась Клео. — А что собственно произошло? Я помню, что ударила Хранителя, врезала пару раз по морде, а потом как будто… я отключилась. — Так и есть, — ответил Рич. — У тебя в буквальном смысле молнии из глаза летели. Будто бы в тебе всё это время копилась сила, и теперь ты её выпустила наружу. Ты ничего не слышала. И разрушила большую часть зала. — Оу, простите, — произнесла Клео. — Ничего, — отмахнулся Гарри. — Модерн ему не слишком шёл. — Но что произошло? Как я остановилась? — Я не знаю, — печально ответил Рич. — Это было чудо. Магия растворилась, и я смог забрать тебя, пока Хранитель приходи в себя. А потом перенёс всех сюда. — Но я слышала голоса, — вдруг сказала Клео. — Один повторял: «Убей их всех!», а второй – «Ты обещала». Они принадлежали женщинам… Клео почему-то показалось, что среди зарослей кто-то прячется, но приглядевшись, поняла, что это всего лишь ветка, на которую повесили кусок ткани. Голоса действительно были разными. Первый был полон жажды крови, убийств, звучал холодно, подобно стали мечей из видений прошлого. Второй звучал отчаянно и слёзно. И если первый был незнаком, то другой… Та девушка на крыльце. Это была она! Мэри Блад! Но почему она… Откуда она знала, что пообещала Клео Корнелии пару месяцев назад? Они никому не говорили больше. И что это значит? Клео дёрнулась, почувствовав, как по спине пробежал холодок. Она впервые за долгое время позволила своей силе вести себя, взять над собой верх. Так долго Маклейн контролировала себя, а сегодня… потеряла самообладание? Что вообще происходит с ней? — Я совала тебе, — решилась Клео и посмотрела на Рича. — Я помню своё пророчество дословно. И большая часть сбылась. Однако в лице Рича она не заметила ни малейшей эмоции. Он не был удивлен или расстроен, не пришел в ярость. — Рассказывай, что именно, — холодно потребовал Рич. — «Несущая Славу Отцам вернулась в мир дать жизнь, как это делала в прошлых жизнях. Но чужая рассыплется в руках её над лесом тёмным, а другая возродится. Отыщет она воду среди песков, да правую руку свою тяжёлую, золотую среди камней…», — процитировала Клео только начало, которое действительно и ощутимо сбылось. — Ты убила Джадетту в лесу и случайно оживила Хранителя, — стал перебирать догадки Рич. — «Вода среди песков»это Роза Иерихона, а «правая рука среди камней» – это… — Да, тот меч, — кивнула Клео. — Но это ещё не всё: «Печать ляжет на её губы, а свет обожжёт её бесчувственное сердце.Три души не спасёт она от страшных проклятий…» Я не знаю, как это понимать. Если это про Союз, то наверно, но… три души? Неужели это про Гарольда, тебя и Джиао, тогда что мне тогда делать? — А с чего ты взяла, что в эту тройку не входит сам Хранитель? — удивился Рич. — Потому что я выполню обещание, вот только пока не знаю, как именно это сделаю, — призналась Клео. — Ты опять не договариваешь, — заметил Гордон. — Это в её природе, — ответил Рич. — И ты продолжишь верить? — удивилась Габриэлла. — А как иначе? — пожал плечами Рич и поднялся с каменной скамейки. Невольно Клео вспомнила, как в одном из фрагментов прошлого, показанного Ветон, он говорил нечто подобное, когда они остались наедине. «— Помни, Ветон, мне не важно, какую ложь ты скажешь, я поверю тебе». Неужели, Рич и сейчас ей доверяет настолько слепо? Она утаила от него важную часть пророчества, назвала незначительные, по её мнению, куски, а теперь оно с невероятной точностью сбывается. — А что ты скажешь на это, а, светило науки? — спросил Гордон у Гарольда, заставив того, чуть откатиться в сторону, чтобы пристально посмотреть на брата. — А сам не можешь? — огрызнулся Гарри. — Загляни себе в голову, может, что найдешь. — Я в неё ем! — ответил Гордон. — Но разве ты, Клео, ничего в тот момент не чувствовала? — спросил Гарольд, толкая коляску ближе. — Сначала свободу, а когда всё погрузилось во тьму, то боль, — ответила Клео. — Ко мне возвращаются чувства и эмоции. — Это ведь хорошо? — заботливо спросил мальчик. — Да, это прекрасно, — призналась Клео. — Чувствовать душевную боль, значит быть человеком, значит быть человечным. — Разве это не одно и тоже? — удивленно спросила Габриэлла. — Не всегда, — важно ответил Гарольд. Внезапно для себя Клео вдруг увидела простую вещь: тогда для Гарольда Рич искал Розу Иерихона, но она не понимала истинную причину, а теперь, познакомившись поближе с этими несчастными детьми… её эмоции начинают возвращаться. «…свет обожжёт её бесчувственное сердце…» Но сегодня та девушка сказала ей не говорить правду при свете дня, в итоге Алекс всем рассказал, что Клео не из их кругов. Правда больно уколола Клео. Что же из всего этого можно отнести к этому? Да и кого ей не удастся спасти? Там не может быть Джиао Ли! — К слову, Рич, — вдруг сказала Габриэлла, — с Днём Рождения! На какой-то миг Рич оторопел, удивился, а затем рассмеялся. — А я и забыл про это, — сказал он. — Так занят переговорами, что совсем из головы вылетело. Целый вечер занимался спасением Картеров. Это напомнила Клео и про собственное День Рождение, про которое она совершенно забыла в вечер захвата корабля «Птица Бену». Поэтому, когда Рич обернулся к ней с растерянной улыбкой, она только кивнула. Дети, кроме Гарольда, разумеется, умчались куда-то. Рич дотронулся до плеча Клео рукой. Она чувствовала только тяжесть, но не могла понять – теплая ли ладонь или холодная. Яркий всплеск эмоций исчезал, всё снова приходило в норму. Зазвучала музыка. Громкие знакомые аккорды австралийской группы AC/DC и их «Дорога в ад». Ребята перенесли сюда колонки и музыкальный проигрыватель. Так же включила остальные гирлянды и огоньки, развесив их на беседке, кустарникам и низко растущим веткам. Их питал самодельный генератор, который Клео помогала им на днях переоборудовать из автомобильного. — Иногда стоит немного развлечься, — заметил Гарольд. Рич набросил свой пиджак на плечи Клео и кивнул ей, приглашая выйти из беседки и повеселиться хоть немного с детьми. А затем протянул руку, и Клео приняла её. Чтобы пиджак не слетал с плеч, Маклейн одела его в рукава и подогнула их, а так же застегнула на пуговицы. Они танцевали подобие твиста и рок-н-ролла. Это явно не танцы высшего света, тоже так же она танцевала и не так давно – на площади перед городской ратушею. Но составлять компанию кузине и плясать сейчас разница. Когда Гарри в музыкальном проигрыше схватил ногу и, прыгая на другой, парадировал игру на гитаре Ангуса Янга**, все засмеялись. Включая Клео. Песня сменялась следующей песней, а она хохотала от души и вдруг, среди этого веселья осознала: чувства и эмоции появлялись внезапно и это не первый случай. Она чувствовала свой конец, а этот настоящий смех – его предзнаменование, продолжая танцевать под «Бон Джови», горланя с ребятами «Опозорила ты слово “Любовь”»… Всё-таки это её путь, в буквальном смысле ставший дорогой в ад. * Highway to Hell (рус. «Шоссе в ад») — песня, выпущенная в качестве ведущего сингла австралийской рок-группы AC/DC с одноименного альбома, выпущенного в 1979 году. ** Ангус Янг — бессменный соло-гитарист и автор песен австралийской рок-группы AC/DC. Янг известен своим мастерством игры на гитаре, дикой энергией на сцене и школьной униформой. «You Give Love a Bad Name» («Опозорила ты слово „Любовь“») — песня американской рок-группы Bon Jovi c альбома 1986 года Slippery When Wet.
