Другая Найтмер

      Сидя на попе ровно и наблюдая, как Кейденс с Вайтфлауэр играют с моими волосами, я раз за разом прокручивал довольно нудную присягу на верность, которую принесла мне белая единорожка. Пытался осознать, что у меня появился вассал, за которого я несу личную ответственность и которому могу всецело доверять. Это было так странно, что до сих пор в голове не укладывалось.       — Мне кажется, тут чего-то не хватает. — задумчиво обходя вокруг меня, Кейденс смотрела на мою гриву. — Чего-то важного.       — Акцента? — белая единорожка тоже рассматривала композицию с очередной причёской, которую эти две неугомонные пони соорудили на моей голове за последний час. — Даже не знаю. Может, чёлку чуть агрессивней сделать?       — А это идея. — моя грива пришла в движение, застыв в новой форме более агрессивной кучи перьев на голове. — Ну как? Тебе нравится, Найти?       — Вполне. — вполглаза наблюдая, я больше смотрел на структуру их магии, ещё не увидев ни одной плохой причёски. — Носить можно, не стыдясь за своё лицо и ладно. Вообще не понимаю, зачем мне искать мой собственный стиль? Вон же, узкие зрачки и клыки есть, чем не уникальнейший стиль?!       — Нет в тебе тяги к прекрасному. — улыбаясь, Кейденс принялась сооружать новую причёску. — Ведь жеребцам нравятся ухоженные и красивые кобылки.       — Один уже долюбовался. — задние ноги снова заныли. — До сих пор задние копыта ноют. Словно гранитную стенку лягнула, а не пустую черепушку.       — Кстати, Вайт, ты же успела услышать последние сплетни дворца? — стрельнув глазками, принцесса любви легко смутила единорожку, которая отвернула голову и покраснела.       — Немного. — пробурчала себе под нос новоявленная помощница. — Об этом во всех углах говорят. «Бедный» принц неудачно споткнулся и ударился о пол так сильно, что произошло сотрясение мозга. Врачи говорят о неделе постельного режима, пока он снова встанет на ноги, но буквально час назад проскочила информация, что на его лице очень уж подозрительные синяки от стенки, слишком хорошо похожие на два копыта. По слухам, вы, принцесса Кейденс, не стерпели очередной его наскок и врезали с задних ног.       — Я? — Кейденс замерла, неверяще смотря на Вайт. — Почему я?       — Потому что Блюблад споткнулся в вашем кабинете, когда вы там точно были. — как само собой разумеющееся, констатировала Вайт. — Да и потом, все видели, как он в очередной раз мчался на свидание именно в ваш кабинет. Никому просто в голову не пришло, что он желал сделать своей очередной возлюбленной принцессу Найтмер.       — Я сама до сих пор в шоке. — пытаюсь прогнать жутчайшее видение жеребца, желающего меня поцеловать. — Это было просто кошмарно. До сих пор не могу забыть его огромные слюнявые губы, тянущиеся к моему рту. Бббрррр. Кошмар просто.       — Не говори, Найти. Блуся это такая заноза в крупе, что словами просто не передать. — Кейденс сморщилась, словно лимон съела. — Сколько он мне крови попил, пока перестал приставать. Увы, намёков он не понимает.       — Такой должен понять. — опять это мерзкое виденье. Убить придурка мало за мои расшатанные нервы. — Если что, повторю намёк.       — Боюсь, не поможет. У Блуси сплошная кость в голове и он просто непробиваем. — зафиксировав новую причёску, розовая аликорн отрицательно качнула головой. Вайт кивнула, и они стали сооружать новую. — Думаю, этого будет мало.       — Можно я расскажу всем о вашем подвиге, принцесса? — выпалила моя новая помощница, снова краснея, словно сказала что-то не то.       — Зачем? — ощущаю себя идиотом, и смотрю на двух понимающе усмехнувшихся заговорщиц.       — Видишь ли, Найти, Вайт, как твоя ближайшая фрейлина, имеет не только обязанности, но и привилегии. В частности, она отвечает за распространение слухов из твоих покоев, передавая дворцу то, что ты желаешь вывести на всеобщее обозрение. Если захочешь, сегодня вечером весь дворец будет знать о твоём поступке.       — Ага. — смотрю в горящие глаза Вайт, в которых огромными буквами написано: «Разреши!» — И что будет потом?       — Селестия проведёт беседу, — мне сразу поплохело, — но она в любом случае с тобой поговорит, от неё это не скроешь. Да и слава с репутацией твоими будут. Это пока о тебе не знают, вот и грешат на меня. Но я так никогда делать не буду. — Кейденс на секунду запнулась. — Если совсем не обнаглеет. От тебя же все ждут чего-то такого. Даже ставки делают, когда ты первого пони отправишь в больничку.       — Вот оно как. — ощущаю, что угодил в аквариум, и понимаю, что голый зад не такая и большая проблема. — Значит, ставки делают…       — Верно мыслишь. — кивнула юная аликорн. — Можно немного монет взять. На булавки там... Если не наглеть.       — А если много поставить?       — Это будет обман! — резко взвилась Вайт. — Так нельзя делать! Это не по совести, принцесса!       — Если немного, то не обман? — логика пони от меня ускользала.       — Нет. — отрицательно мотнула головой Вайт. — Это ваша доля в ставках, как участника событий. Я могу от вашего имени поставить тысячу бит, а дальше, как повезёт. Если таких ставок нет, то весь банк ваш. Если были ставки, поделят.       — Не мечтай, Найти. — Кейденс спустила меня с небес на землю. — Там в обед было тысяч тридцать на сегодняшний день. Никто просто не верит, что ты продержишься хоть неделю без инцидента. Вопрос только, как скоро у целителей будет работа.       — Зачем это вообще нужно? — в голове просто не укладывалось, учитывая приблизительное состояние игроков. — Это же копейки.       — Конечно, это не ради выигрыша, — глаза розовой заговорщицы блеснули, — а ради игрового азарта. Важна победа, монеты только приятный бонус, не более. Хотя, тебе лишние монеты не повредят. Тебе же ещё зарплату Вайт Флауэр платить.       — В смысле? — я слегка окосел от такой перспективы. — Раньше сказать было нельзя? У меня же ни бита нет!       — Ничего. — мотнула головой Вайт. — Я за так поработаю ради вас! Если нужно, у меня есть небольшие сбережения. Я всё отдам, если нужно.       — Ну что, вскрываем правду? — чуть-ли не семафоря глазами, Кейденс буквально требовала согласия.       — Да. — тьма с ними, путь об этом у них голова болит. — Делай всё, что нужно. Только меня в это не впутывайте пока.       — ДА! — Вайт сиганула так, что я глазам своим не поверил. Метра три с места! — Я им расскажу!       — Сделай ставку от имени Найти, — улыбаясь, принцесса любви указала на двери, — и сразу рассказывай нужным пони, как Блуся пытался охмурить саму Найтмер Мун и получил от неё копытами в лицо.       — Я могу идти? — гарцуя на месте, Вайт непонятно как оставалась на месте.       — Конечно. Потом расскажешь, как всё прошло.       — Обязательно, принцесса! — поклонившись, кобылка рванула так, словно стометровку бежала, а из коридора донеслось оглушительное. — УРА!       Пялясь на стенку и провожая магическим взглядом кобылу, я только что понял, что ничего не понял из всего происходящего. Особенно в той части, где мне нужно платить.       — Чего это она так обрадовалась?       — Горячую новость понесла. Некоторых тортиками не корми, дай взорвать такой пылающий шар на этот вечер. Вся слава её, да и новый статус на практике ощутить. Теперь она не обычная работница дворца, а твоя единственная фрейлина, выше уже почти никак. Особенно, для простой кобылки.       — Она там не начудит от эйфории?       — Не должна. — с сомнением смотря в зеркало, Кейденс поправила свою гриву. — Селестия с ней говорила и дала возможность стать твоей помощницей. Поверь, глупышке такое никогда бы не позволили. Да и вообще, во дворец работать не пустили бы без веской причины.       Молча встаю со стула, рассматривая новую причёску, которая, на мой вкус, слишком выразительна. На меня и так все пялятся из-за живота и остального, ещё кричащей причёски не хватало для полного счастья.       — Так, что там по оплате?       — Оплате? — моргнув, Кейденс вернулась в мир из своих грёз, перестав смотреть в зеркало на меня. — А, точно! Каждой принцессе Эквестрии полагается по сто тысяч бит в месяц, которыми ты можешь распоряжаться по своему усмотрению. Хочешь, копи. Хочешь, на платья изводи. Хочешь, слуг нанимай или в банк складывай. Но ни битом больше от казны не получишь, если работать не будешь.       — Понятно. Только это много или мало, сто тысяч?       — Прилично. Та же Вайт раньше десять-двенадцать тысяч в месяц зарабатывала. — задумавшись, Кейденс достала из шкафа старую тетрадь. — Вот моя бухгалтерия в восемнадцать лет, можешь глянуть, но в целом, это не так и много. Одной Вайт минимум десять тысяч нужно отдать, а лучше, двадцать пять. Оплата апартаментов, опять же, не одну тысячу стоит. Мои вообще двадцать, питание, особые услуги и всякое разное.       По мере оглашения перечня, я смотрел в записи подруги и понимал, что сто тысяч, конечно, сумма немалая, но шиковать на неё не выйдет никак. Максимум, достойно жить, не отказывая себе в маленьких радостях, но вот купить что-то серьёзное — без шансов. То есть, пятьдесят тысяч уйдёт просто на текущие расходы и то, если не шиковать и подзатянуть пояс.       — Могло быть и хуже, — прикидываю в уме, где можно срезать, а что мне нужно позарез.       — Как только начнёшь работать, будет легче. — подмигнула Кейденс. — Расходы сможешь смело удваивать, а то, и утраивать, без риска банкротства.       — Так ты из-за денег работаешь?! — я своим ушам не поверил.       — Ну, не то, чтобы ради них. — смутилась розовая, отводя взгляд и не давая понять свои эмоции. — Они приятное дополнение к той пользе, которую я приношу Эквестрии. Ведь каждый должен получать за свой труд достойную награду.       — Наверное. — пытаюсь найти изъян в логике. — Если ты приносишь пони пользу, то почему тебя не награждать за это?       — Точно! — Кейденс просияла от радости. — Ведь благодаря мне, Эквестрия заключает договоры, выгодные всей стране!       — Да ладно, верю. Хотя не понимаю, кого ты пытаешься убедить больше, меня или себя?       — Не важно. Главное в том, что ты можешь жить у меня бесплатно! Так что сразу тысяч двадцать сэкономишь. Ну, как тебе идея?! — Кейденс так сияла, что отрицательный ответ даже не предполагался.       Да и, что себе лгать, мне было приятно быть рядом с ней и совершенно не было желания разочаровать столь добрую девушку отказом. Просто рука не поднималась сделать ей неприятно. А то, что за это придётся платить вот такими мини экзекуциями и разными шутками, вполне терпимо. Особенно, на фоне Селестии и Луны, по сравнению с которыми Кейденс вообще невинный цветочек. Тем более, мне самому было любопытно, как будут выглядеть разные причёски на моей голове. При том, что в качестве альтернативы будет тихий склеп, без всего этого веселья и задора, в котором я буду смотреть в стенку, копаясь в прошлом, а не смотря в будущее.       — Не молчи! Ты согласна и дальше жить у меня? — огромные розовые глаза неожиданно оказались очень близко и буквально загипнотизировали меня своим напором и желанием быть рядом.       — Как я могу отказаться от такого предложения?       — Отлично! До сна ещё часик есть, так что мы идём на башню, любоваться звёздами!       — Зачем? — ощущая, как мир снова кренится и трещит, я не понимал, почему сейчас ей приспичило на звезды глянуть?       — Во-первых, они красивые, — Кейденс спешно наводила порядок на столике перед зеркалом. — Во-вторых, оттуда открывается великолепный вид на ночной Кантерлот. В-третьих, мы там можем пошептаться. В-четвертых, посмотрим на закат. Ну и, самое главное! У Луны пунктик насчёт звёздного неба. Ко всем, кто разделяет её любовь к ночному небу и звёздам, она относится лучше. Посему вперёд, спасать наши сны! Пока спать не легли и не попали в её цепкие копыта.       Последний аргумент был убийственно неотразим. Уж как-то помириться с Луной нужно, а звёзды в этом точно помогут. Тем более, у меня самого в груди щемит от одной мысли о звёздном небе и его бесконечной красоте. Ведь мне и так нравились звёзды, как всем нормальным людям, которые видели эту красоту вне городов, а эмоции Луны только усилили то, что и без того было.       — Идём. Я только что поняла, что просто хочу увидеть звёздное небо лично, а не по смутным воспоминаниям, оставшимся здесь, — касаясь виска, я говорил чистую правду.       Главное, не думать о лестницах и моём животе, с которым даже по ровным коридорам ходить тяжеловато.