Часть души

— Могу ли я уйти отсюда? — тихо прошептал Энтити. Его взгляд мельком прошёлся по ругающимся и снова посмотрел на мужчину. Алые глаза выражали скомканную вину, которую он хотел было выкинуть в корзину и забыть навсегда, но не смог, промазав. Теперь она так удачно находилась на самом видном месте — лице.       Нотч так же мельком глянул на остальных, заметив ту же безучастность Майка, которая всё чаще посещала его лицо и серьёзность Кая, который научился ей относительно недавно. Он полностью понимал рвение алоглазого паренька и был готов отпустить его в свою комнату, чтобы тот мог успокоиться после внезапной вспышки генерала. Стив всегда был недоверчив по отношению к новым лицам в своём окружении. — Хорошо, я провожу тебя, — мужчина вышел из комнаты, придерживая дверь и давая парню возможность выйти.       Алекс продолжала кричать на брата, не в силах успокоиться. Внутри пущей силой разрасталось чувство обиды от того, что кто-то так нагло лезет в её жизнь, пытаясь поменять что-то на свой лад. От этой мысли становилось тошно, а внутри что-то неистово закипало и бурлило, обжигая яростью. Девушка понимала, что брат её единственный родственник, и что ей стоит прислушиваться к его советам, как ни к чьим больше, но самое обидное, что Стив делал так не в первый раз. — Да как же ты не понимаешь, я просто хочу защитить тебя. Ему нельзя доверять. Я поклялся защищать тебя, — уже с горечью проговорил шатен, опускаясь на диван и оттягивая пряди волос. — Стив, — тихо позвала она, мгновенно остывая, — Я ценю это, правда, но я уже не маленькая. Мне нужно больше свободы, и ты это понимаешь, — так же тихо проговорила Алекс, приобнимая брата за плечи. — Я беспокоюсь за тебя, ты единственный близкий мне человек, — Стивен приобнял девушку в ответ. Пара глаз внимательно следила за родственниками, но не решалась нарушить эту семейную идиллию. — Хватит тут сопли разводить. Вы своим ором алоглазого спугнули, —снова зевнул Майк, пройдясь усталым взглядом по окружающим. — Не нравится мне этот ваш алоглазый, — буркнул Стивен, потирая запястье. — Да тебе всегда всё и все не нравятся! — рыкнул синеглазый, смотря в сторону. Он явно не желал встречаться взглядом со столь резким собеседником. — А мне он понравился. Миленький такой, — хихикнула девушка, толкая брата в плечо. — Алекс! — возмутился шатен, — Да как ты можешь вообще такое говорить? — Мне он кстати тоже понравился. Миленький такой пацан, — тёплым баритоном произнес зелёноглазый. — Пацан? Может хотя бы парень? — не понял Кай. — Знаю, но язык по другому не поворачивается. — Кажется, его уже обрекли на вечные страдания, — раздражённо рыкнул Кай. Он сам был немного щуплым, но это компенсировала сила и ловкость, и поэтому он немного понимал алоглазого парня.       Энтити сидел на краю кровати, немного постукивая ногой по полу, отбивая неопределённый, понятный только ему ритм. Его глаза то и дело смотрели на Нотча, что стоял спиной к нему и смотрел в окно, со сложенными замком руками. От чего-то парень чувствовал некое чувство вины. То ли от того, что все всегда обвиняли его во всех смертных грехах, а тот никогда не спорил, то ли от того, что в нём заиграла некая совесть и кроткость по отношению к мужчине, который, видимо, был не очень доволен устроенным из-за него шумом. — Ты уж прости Стива, — неожиданно начал мужчина, вздыхая, — Надеюсь, он ещё успеет поменять своё отношение к тебе. — Это, отчасти, заслуженно, — шепнул парень. Горло с непривычки отказывалось говорить громко, угрожая судорожным кашлем. — Не думаю, ты не сделал ничего плохого. — Моего появления было достаточно, — Энтити горько улыбнулся, смотря куда-то в окно. — Понимаешь, — вздохнул Нотч, садясь рядом с парнем, из-за чего тот вздрогнул, но не посмотрел на мужчину, — Он очень недоверчив к-, — тот замолк, подбирая слова, — Ко всем, кто со стороны Херобрина. — Не стоит, я понимаю, — парень кивнул, не отрывая взгляд от окна. Раньше он никогда не позволял себе такого обращения к кому-то, из-за чего по спине мелко прошлись мурашки, заставляя своего хозяина немного поёжиться. — Хорошо, — выдохнул мужчина, — Ты голодный? — начал он спустя несколько секунд. — Нет, я не голоден, — алоглазый отрицательно покачал головой в сторону, переводя свой взгляд на пол. — Точно? Блинчики? Чай? — хитро улыбнулся тот. — Ладно, — сдался Энтити, немного поломаясь. Внутри что-то приятно заныло от предвкушения.       Нотч хитро, но добро улыбнулся, выходя из комнаты. Он вернулся через несколько минут, улыбаясь уголками губ. Поставив поднос с тарелкой блинчиков и ароматным чаем, мужчина вышел.       Энтити умял блины и напоследок выпил чай, который действительно немного успокаивал. На улице уже смеркалось, а в теле чувствовалась усталость, что противно растекалась по телу, но оставляла приятную позевоту.       Энтити зевнул и повалился назад, соприкасаясь с мягкой поверхностью. Его неожиданно начало клонить в сон. Немного посопротивлявшись, он уснул, так и держа руки за головой и немного касаясь пола ногами.       В эту ночь его не беспокоили кошмары, и он не вздрагивал во сне от разных шорохов. Энтити спал спокойно, иногда едва ворочаясь и посапывая. В воздухе витал запах мяты, смешанный с другими травами, что приятно ласкал обоняние.       С утра, когда солнце едва встало, а на улицах послышались чужие голоса и забегали люди, Нотч тихонько заглянул в комнату. Он забрал пустой поднос, поставив на его место другой.       Энтити сморщил нос и отвернулся во сне, услышав случайное бряканье тарелки, но не проснулся. Нотч вышел из комнаты, лишний раз порадовавшись, что подмешал в чай снотворное. Парню нужно было хорошо поспать, а чтобы его не мучали кошмары, мужчина решился на этот шаг.       Энтити проснулся немного позже, из-за того, что приятный запах щекотал нос, аж слюнки потекли. Волосы были немного взъерошены, а чёлка спала с глаз. Алоглазый более менее пригладил волосы и натянул огромный и, на его удивление, ещё белоснежный капюшон на голову.       Нотч не приходит, значит я не нужен. Правильно, они теперь должны подготавливаться к походу, куда им до меня. Наверное, путь будет достаточно далёкий.       Не зная, что ещё делать, подхожу к окну и сажусь на огромный подоконник, перед этим потерев щеку, что была усыпана мелкими шрамами.       Должен признать, что отсюда открывается весьма прекрасный вид. Люди, маленькие и неразглядимые, будто муравьи двигались по улицам где-то в дали. Из окна был виден маленький участок леса и несколько кустарников.       Столько жизни, столько движения. Как же это непривычно и немного жутко. Даже не верится как-то. Живые существа, у которых свои планы, мысли и занятия. Я настолько привык к той мёртвой обстановке, что это кажется какой-то дикостью.       Не знаю, сколько прошло времени, как я услышал шаги в коридоре. Я неотрывно смотрел на солнце, замечая, наверное, каждый миллиметр его движения. Бездумно убивать время было для меня чем-то обыденным.       Шаги были какие-то лёгкие, но направлялись явно в мою сторону. В комнату заглянула та рыжеволосая девушка, которую я должен был убить в ту ночь, но не сумел, о чём ничуть теперь не жалею. Оставаться наедине с кем-то было для меня настоящей пыткой, а из-за привычки, что это кончается чем-то плохим, по спине и вовсе прошёлся холодок.