Однажды по желанию

— Я не хочу желание в этом году! — заявила Аврора, приблизившись к Малефисенте, что ждала ее у самой окраины Болот. День выдался пасмурным; приятный холодок то и дело касался покрасневших от бега щек королевы. Волшебница подняла голову, удивляясь подобному приветствию. — Повторяем прошлый раз? Опять не знаешь, что придумать? — Нет, — начала было Аврора, но вся храбрость вдруг разом испарилась, и девушка неуверенно продолжила: — Не совсем. Женщина выжидающе смотрела на крестницу, позволяя той собраться с мыслями. — Есть кое-что, чего бы я действительно желала, — медленно проговорила блондинка, — но только если ты также хочешь этого. Малефисента кивнула, побуждая девушку продолжать. — Я бы хотела, чтобы ты поцеловала меня. Волшебница замерла. Аврора уже было начала подумывать, что женщина не услышала ее, а если и услышала, то ей стало неприятно и теперь она усердно думает над наиболее мягким отказом, когда Малефисента очнулась и подошла к девушке. Остановившись в нескольких сантиметрах от королевы, волшебница мягко обхватила ладонями ее лицо и нежно коснулась губами лба. — Не так, — с неудовольствием сказала Аврора, встречаясь взглядом с женщиной, — поцелуй по-настоящему. Малефисента рвано выдохнула, делая шаг назад. — Чудище… — промолвила она, потупив взгляд в землю. — Что? — тут же откликнулась блондинка, стараясь не обращать внимания на зияющую пустоту, вдруг возникшую где-то внутри. Она закусила губу — нервная привычка, появившаяся с годами — и тихо добавила: — Не нужно, если ты не хочешь. — Это не так, — созналась Малефисента. — Тогда почему? — спросила девушка, всеми силами игнорируя перевернувшееся от скромного признания сердце. Она медленно продолжила, боясь ответа на следующий вопрос: — Боишься, что со мной все будет так же, как со Стефаном? — Ни на секунду, — тут же отчеканила Малефисента, выделяя каждый слог. Она впилась взглядом в блондинку, словно пытаясь впечатать эти слова ей в сердце, — ты совсем другая. Она дождалась, пока Аврора кивнет, обдумав эти слова. Зная, что у королевы еще остались вопросы, волшебница наклонила голову, тщательно подбирая слова. — Аврора, — начала она, — ты превратилась в безумно красивую девушку. Для меня было огромной честью наблюдать за твоим взрослением, и прощение, что ты даровала мне после всех моих проступков, все еще позволяя быть твоим другом… я всегда буду благодарна тебе за это. Аврора было собралась ответить, но Малефисента и без того знала, что та в тысячный раз сказала бы о том, что все давно прощено и забыто, поэтому она быстро продолжила: — Я просто не могу позволить подвергнуть опасности то, что сейчас происходит между нами, ради чего-то еще более запутанного и сложного. Я не хочу потерять тебя, — открылась волшебница. Аврора шагнула вперед, осторожно взяв женщину за руку. — Не стоит бояться. Малефисента горько усмехнулась. — А я боюсь. Она вздохнула, глядя на их переплетенные руки. — Я боюсь, — стойко продолжила она, — этой тьмы внутри меня. Я так долго жила в ней. Мне страшно, что однажды она вновь возьмет верх, и я раню тебя сильнее, чем уже ранила когда-то. Волшебница тяжело сглотнула. Подняв эту тему, она уже не могла отступить. — Я боюсь, что ты не будешь так счастлива со мной, как могла бы быть с кем-нибудь человеческого рода; кого бы ты понимала. С тем, кто бы состарился с тобой. Женщина подняла глаза на Аврору и, глядя в эти родные голубые омуты, почувствовала знакомое тепло внутри. — Ты так смертна, Аврора, а я буду жить еще сотни лет. Боюсь, мое сердце не выдержит этого. Королева сжала чужую ладонь. — Видимо, ты позабыла, кто меня вырастил, — легко улыбнулась девушка, пытаясь разрядить обстановку, — порой мне кажется, что я куда больше понимаю рыбоволных фей, что каждые два года появляются у пруда, чем людей. Более того, — продолжила она, — я не хочу понимать их. Знаешь, сколько знатных вельмож представляют мне своих сыновей в надежде на скорый брак и еще более скорое присвоение моего королевства? Но едва ли этим планам суждено сбыться, потому что мне не нужен никто, кроме тебя. Какое же облегчение почувствовала Аврора от этого разговора, наконец сказав эти слова вслух. — Не знаю как ты, — добавила блондинка, — но я бы… я бы предпочла хоть одно единственное мгновение с тобой, нежели совсем без тебя. Малефисента кивнула, почти не дыша. — В любом случае, — королева пожала плечами, все еще сжимая руку волшебницы, — это не будет чем-то, чего ты не хочешь. Просто поцелуй. У нас достаточно времени в запасе, чтобы прояснить все остальное. Мы пройдем через все вместе, лишь бы ты хотела, вот и все. — Ни о чем большем я и не мечтала, — выдохнула Малефисента. Волшебница наклонилась ближе, поместив одну руку на светлый затылок, а второй медленно провела по спине девушки. Когда теплые губы соединились, она заботливо обвила крыльями свою королеву, закрывая их от всего мира. Аврора мягко обняла женщину за талию и прижала ближе, отчего поцелуй становился все более требовательным. Невольный стон вырвался из груди девушки, когда волшебница слегка прикусила нижнюю губу той. Магия начала проникать в тело королевы, согревая ее изнутри, подобно напитку, что Филипп дал ей испить однажды. Это чувство все сильнее раскаляло блондинку, особенно там, где ее касалась Малефисента. Разбегаясь мурашками по всему телу, оно буквально оседало под кожей. Это чувство опьяняло, кружа голову молодой королеве. Наконец, они неохотно оторвались от друга. Обе не спешили открывать глаза, наслаждаясь остатками магии, таящейся в объятиях. Аврора прижалась лбом к переносице Малефисенты. — Теперь я точно не знаю, чего желать на следующий год, — тихо сказала блондинка, в голосе которой слышалась добрая усмешка. Волшебница покачала головой, не скрывая счастливую улыбку. — Ты льстишь мне, Чудище.