Внутренние демоны

We march along Don’t care who’s wrong We still stand strong And keep marching on Although we’re one Under the gun While you’re at home We march alone Lies you feed us To mislead us All just to bleed us Now we’re dying From your lying Why are you smiling?

— Верити, прошу тебя в последний раз: поехали со мной, ты не знаешь, во что ввязываешься… Верити смотрела на отца отстраненно. Он собирался покинуть страну, пока это ещё возможно, и скрыться от надвигающегося хаоса. Конечно, он звал дочь с собой, какими бы натянутыми их отношения не были. В конце концов, он ушёл из семьи именно потому что стремился защитить маленькую дочь от Волдеморта. — Я уже ввязалась. И никуда не поеду. Она смотрела в лицо Беллатрикс Лестрейндж и желала ей самой мучительной смерти в мире. Она заслужила это. За ней числится много грехов, но Верити была готова убить её за то, что она сотворила с Сириусом Блэком. Короткая красная вспышка — и Бродяга летит сквозь арку, из которой не возвращаются. Он был ещё жив, когда падал за ширму. Как теперь Верити может бросить всё и уехать? Может, не из веры в светлое будущее — её уже давно нет, но из желания отомстить. — Ещё не поздно… — Аарон, — Верити устало взглянула на отца. — Для меня уже всё решено. Не нужно пытаться меня убедить — у тебя не выйдет. Он это знал. Но надежда умирает последней, верно? Утром следующего дня к ней явился ворон в человечьем обличьи. Верити невольно хмыкнула, потому что подобная сцена уже разворачивалась в её доме. Тогда ей казалось, что всё кончено и нет смысла жить дальше. Сейчас она понимает: то, что было тогда — сущая ерунда, всё кончено теперь, а не тогда. — Говорят, что любому организму надо спать хоть немного, ты как маггловский лекарь, должна знать. Северус словно не изменился. Словно его не тронула смерть Блэка совсем. Конечно, они были далеко не в самых лучших отношениях, но какое-то сочувствие ведь должно быть… Просто Снейп уже привык терять людей. Самых близких и просто знакомых — он терял их постоянно, с того самого дня, как ступил на скользкую дорожку тёмной магии. — Северус, давай без наших стандартных приветствий, — Верити посторонилась и пропустила зельевара в дом. Они не виделись с тех пор, как Амбридж, не к ночи будет она упомянута, выжила её из Хогвартса. Не до этого было. Смерть Сириуса сильно подкосила девушку, она долго не могла прийти в себя, а когда у неё появились хоть какие-то силы, Верити ушла. Она не могла находиться в доме на площади Гриммо, где каждый сантиметр пространства напоминал ей о Блэке. Саншайн знала, что когда она понадобится, Дамблдор сам позовёт её. Ну, или через Снейпа. Северус прошёл в гостиную, которую смутно помнил из первого года знакомства с Верити. Где-то здесь они обсуждали нападение на Люпина другими оборотнями. Саншайн села за стол, сложив руки на скатерти. Устало потерев переносицу, девушка взглянула на зельевара: — С чем пришёл? Говори, что нужно сделать. У неё не было никаких вопросов. Она была готова помогать Ордену Феникса и всему магическому сопротивлению, чего бы ей это не стоило. Только это и продолжало держать её на плаву. Северус распахнул чёрную мантию и достал из внутреннего кармана… бутылку огневиски. Поразительно, как Снейп умел удивлять. Это было совершенно не в его стиле. Достань зельевар из кармана букет цветов — и то было бы не так удивительно. — Так… Что происходит? — губы Саншайн тронула едва заметная кривоватая усмешка. — Говорят, что алкоголь способствует общению между двумя людьми, — сообщил Снейп, садясь на свободный стул. — Или наоборот замыкает их в себе, как пойдёт… Северус, я устала от вечных загадок, которые приводят ко всему чему угодно, но не к положительному результату. Северус поставил бутылку на стол и выжидающе посмотрел на волшебницу. Ей пришлось достать два стакана, потому что было понятно: колдун не заговорит, пока Саншайн не выполнит его невербальные требования. Получив подходящую посуду, Снейп открыл огневиски и разлил по стаканам. — У Дамблдора есть для тебя задание, — начал Северус, когда Верити взяла свой стакан в руки. — Он считает, что ты должна присоединиться к Упивающимся Смертью. Снейп абсолютно не умел подготавливать людей к неожиданным новостям. Эта внезапная бутылка спиртного только насторожила девушку, а после сказанного зельеваром… Верити сделала глоток, обжигающая жидкость прошлась по гортани и осела в желудке. Саншайн не задавала вопросов «почему?» и «зачем?», но были и другие интересные вопросы: — И как он себе это представляет? Чтобы я, полукровка, ярая защитница Ордена Феникса, человек, который хочет уничтожить Беллатрикс Лестрейндж, любовница Ремуса Люпина и Сириуса Блэка, вдруг переметнулась в стан врага?.. — Люпин разбил тебе сердце и изуродовал тебя. Что насчет Блэка… Он погиб, и вместо того, чтобы очистить его имя от деяний, которых он не совершал, Министерство продолжает считать его убийцейи преступником, а Дамблдор не стремится защищать его честь. Ты разочаровалась во всем этом. — Северус, Министерство в растерянности, они не знают, что делать. Волдеморт вернулся, они уже не могут просто закрыть глаза на это, им сейчас не до ложных обвинений тех, кто уже на том свете. — Хорошо, что ты это понимаешь, но Волдеморту ты скажешь то, что сказал тебе я. Саншайн отвела взгляд. Сказать Волдеморту?.. Ее знобит от одной мысли о том, что придется говорить с ним. — Что касается твоего происхождения… Я тоже полукровка. Твой отец был Упивающимся… -…Который сейчас на полпути куда-нибудь в Норвегию или ещё дальше. — Об этом пока никому неизвестно. А твоя личная неприязнь к Лестрейндж — придётся её отложить. Повисла тишина. Наверное, Снейп ждал согласия Саншайн на такую безумную авантюру, но Верити не нужно было раздумывать над предложением. Она давно решила для себя, что что бы Дамблдор не приказал — она выполнит. Альбус круто подставил ее с Ремусом и вообще вёл какую-то собственную игру, но надо было признать, что только благодаря ему Гарри Поттер ещё жив, а Волдеморт так долго не мог вернуться. Верити ему доверяет, Дамблдор знает, что делает. Саншайн сделала еще один глоток виски и глянула на стакан Снейпа: — Северус, если ты думаешь, что можешь напоить меня, а сам при этом остаться совершенно трезвым, то ты ошибаешься. Зельевар взял свой стакан и поднёс его край к губам. От вкуса напитка мужчина поморщился, но стойко выдержал. Верити хмыкнула: — Еще пять лет назад я была врачом в маггловской больнице, а теперь я становлюсь двойным агентом и тёмной волшебницей. — Жизнь иногда принимает совершенно неожиданные обороты, — согласился Северус. — И каков план? — спросила Верити. — Я просто приду к Волдеморту и скажу: «Здрасьте, можно в ваш кружок по интересам?» — Я тебя приведу. Скажу Тёмному Лорду, что ты будешь полезна нам. У тебя высокий магический потенциал, и самое главное, Дамблдор безгранично тебе доверяет, и, в отличие меня, Поттер тебе доверяет. — Северус, он же заберется мне в голову и прочитает все мои мысли, как любишь делать ты… Как ты вообще с этим борешься? Это же… Волдеморт. Как ты скрываешь от него свои истинные мотивы? — Это сложно, — согласился Снейп, — Но не невозможно. А так как я не лукавил, говоря, что ты одаренная волшебница, ты тоже справишься. Верити догадывалась, что Северус не совсем уверен в собственных словах, но он тоже привык доверять планам Дамблдора. Они провели какое-то время в молчании, уничтожая запасы алкоголя. Когда Северус начал разливать вторую порцию, Верити не выдержала и хмыкнула: — Никогда бы не подумала, что буду распивать с тобой виски. Да и вообще, что мы будем делать что-то вместе, кроме взаимных переругиваний. Снейп явно не был душой компании. Приятным человеком его тоже назвать было нельзя. Но если задуматься, Снейп — единственное, что осталось у Верити. Она успела пройти все стадии принятия, словно Северус — болезнь. Отрицание — когда она наткнулась на зельевара в магазине котлов, и он показался ей самым мерзким человеком на Земле. Гнев — когда он стал давить на Ремуса Люпина из-за старых обид. Торг — когда Верити поняла его мотивы и разглядела в нем душу, «может, он не такой плохой, каким кажется?». Депрессия — это то, что происходило с ней до недавнего времени. Смирение — то, что происходит сейчас. — Я тоже не думал о таком, — Снейп едва заметно кивнул. Подумать только: ей придётся делать вид, что она лояльна к клубку ядовитых змей, отравляющих мир, а единственной отдушиной для неё будет огромный чёрный ворон, который всю жизнь притворялся одной из змей. Что ж, будет интересно.