Новая жизнь

Число растущих жертв и пострадавших так и действовало на Оптимуса, как бельмо на оптику. Раздражало и их бессилие, беспомощность перед этими варварскими группировками, бандитами и трансформерами, больше походящих на зверей. Полисботы и так работают больше положенных часов, а хороших результатов особо не приносит. Однако есть и маленькие победы благодаря Иаконской полиции, ведь они смогли поймать большое количество членов этих преступных банд. Сейчас их пытаются допросить, а затем состоится суд. Оптимус мучительно переживал. Переживал за многое. Как тот же самый Мегатрон, который ходил постоянно с опущенной головой и серьезным видом. Серебряный мех почти не разговаривал с ним, кидал малозначные фразы и уходил на работу. Обычно он и Прайм перемещались разными путями. Оптимус, как ездовой грузовик, естественно перемещался по земле, а Мегатрон по воздуху. Но теперь Мегатрон, точно небесный лазутчик, парил над головой Прайма постоянно, когда тот куда-то собирался уезжать. Не то, чтобы он был против, ведь десептикон хорошо дал понять, что будет за ним наблюдать со стороны и защищать от любых опасных ситуаций. Во время перерывов Оптимус всегда навещает фемку, которая сидит на первом этаже в своем кабинете, занимаясь подписями каких-то очень важных бумаг. Арси — единственная, кто остался рядом с Праймом после всего, что с ними произошло. И когда красно-синему меху надоедает быть добропорядочным политиканом, то он приходит к подруге, чтобы высказать все свои переживания и сомнения, или просто поговорить о хорошей погоде за окном. Арси всегда рада видеть бывшего лидера, поэтому чаще всего они сидят в ее кабинете и разговаривают. Просто общаются. Оптимусу иногда хочется быть с тем, кто знает его и понимает в этом здании, где повсюду стоит одна напряженная атмосфера. Она настоящее лекарство от скучных переговорах и занудных бумаг. Еще Мегатрон… Пару орнов назад Арси предложила собрать старых друзей из команды Прайм, чтобы Оптимус смог немного отвлечься и просто повидаться с остальными, вспомнить былое. Оптимусу очень понравилась эта идея, ведь он не меньше скучает по своим автоботам, а расслабиться ему действительно не помешало бы. Поэтому Арси взяла на себя всю ответственность собрать и предупредить друзей, что их встреча пройдет в недавно открывшемся баре «Crystal». — Это будет замечательный вечер, — Арси виртуозно запрыгала от радости, но, вспомнив о дисциплине, мигом сделала серьезный фейсплейт и посмотрела на собеседника. — Я понимаю, что сейчас не лучшее время для гулянок, поэтому спрашиваю еще раз… Ты точно уверен, что хочешь этого? Оптимус облокотил свою и без того напряженную голову на манипулятор, вспомнив все незаконченные дела в его кабинете и приставучих членов Совета, и понял, что ему это все до чертиков надоело за сегодня. Больше всего ему не хватает общения с друзьями и свежего сверхзаряженного куба. Чувство комфорта ему давно незнакомо. И налить на все это маслом. — Уверен, Арси, — ответил Прайм, чувствуя, как стены этого ненавистного здания давят на его тяжелый процессор. — Хуже уже и быть не может. Сама знаешь, как давит вся эта суета. Хочется чего-то простого и… родного что ли. — Конечно, мы ведь отчасти семья! Нет ничего плохого в том, чтобы повидаться с ними, но кое-что меня беспокоит, — Арси сделала давящую паузу, и Оптимус заинтересованно оглядел ее. — Что насчет Мегатрона? — А что с ним? — Прайм тут же напрягся, услышав его имя с уст Арси, но попытался держать себя в манипуляторах. Фемка поближе наклонилась к нему. — С ним не будет проблем? — спросила она, сощурив голубую оптику. Оптимус подавленно опустил голову вниз, вспоминая серьезный разговор с ним о том, что Мегатрон запретил тому ходить по городу без охраны и него, пока на свободе бегает преступник и его посредники. Они много спорили об этом. Но ведь ничего не случится, если он пропустит один куб с друзьями, с которыми он бился спиной к спине, а значит они смогут постоять за себя и, в случае чего, защитить своего бывшего лидера. Он не может постоянно быть в заперти, ведь скоро он просто сойдет с ума. А быть постоянно в одном окружении с Мегатроном и своими сотрудниками — чистое раздражение. Поэтому Оптимус уверенно одаривает своей улыбкой Арси, встает со стула, направляясь к выходу, ведь уже скоро закончится перерыв. Он останавливается у двери, повернувшись к ней, загадочно сверкая своей оптикой. — С ним всегда проблемы, но, думаю, он не будет против, — решил Прайм, закрывая за собой дверь. Арси замотала головой, усмехаясь своим мыслям. * * * — Исключено. Оптимус возмущенно раскрыл рот, однако совершенно не знает, что сказать в свою защиту. Этот ответ просто поставил его в замешательство, дав понять автоботу, что на большее ему нечего рассчитывать. Мегатрон хмуро смотрел на датапад, сидя за своим огромным креслом, не обращая особого внимания на Оптимуса, который стоял перед ним в его же кабинете и просил о шлаковом разрешении. Какого Юникрона он должен это делать? Почему он просит об этом Мегатрона, когда сам волен решать, что ему нужно? Может быть, потому что он прекрасно знает, каков в гневе Мегатрон. Или потому что они решили обсуждать все вместе, как бондмейты. И Оптимус хотел поступить правильно по отношению к серебряному меху. Но с Мегатроном лучше никогда не получается. Либо его что-то не устраивает, либо его вообще ничего не устраивает. Праймус, Оптимус чувствует себя хуже беты. — Ты переживаешь из-за того, что я не буду под твоим полем зрения? — начал он, скрещивая манипуляторы на груди. — Или потому что я буду сидеть с друзьями? Мегатрон тут же обратил на него свою алую оптику, положив датапад на стол. Он ухмыльнулся, но его взгляд говорит не о веселье вовсе, а серьезности принятого его решения. И Оптимус всегда был догадливым трансформером, поэтому скрывать от него просто напросто нечего. — Я с тяжелой искрой принял твои посиделки со своей автоботкой в этом здании, позволил вам вести себя непринужденно, потому что здесь ты под охраной и наблюдением. Но быть далеко от меня со своими друзьями автоботами уже переходит грань дозволенного, — Мегатрон скрестил пальцы на ладонях, наблюдая за реакцией Прайма, который уже готов взорваться от злости. — Ты не пойдешь туда и точка. Это опасно и глупо, даже для такого, как ты. — Это нечестно, — фыркнул Оптимус, мрачно смотря в пол. — Я хочу просто отдохнуть. Ты же сам устроил мне «маленький отпуск», так почему бы и сейчас не дать мне один свободный вечер? — Тогда на свободе не гуляли всякие маньяки с дырой в процессоре, — Мегатрон встал с кресла, повернувшись к стеклянному огромному окну позади, стал с интересом смотреть на красивый вид Иакона. Оптимус нервно рассмеялся. Он был лидером автоботов, всегда подставлял свою спину огню, чтобы защищать слабых. Был вечно на волоске от дезактивации, ведь война — это опасность, страх и… смерть. А обычный кибертронский преступник ему не помеха, чтобы защитить себя, ведь он сражался и с более опасными существами из разных галактик. — Знаешь что? Мне и не нужно твое разрешение. С чего я должен тебя слушать? Это вообще не твое дело! — смело заявил он, собираясь уходить из этого дурдома. — Я пойду туда. И мне не интересно твое мнение. — Не мое дело? — голос Мегатрона стал низким и мрачным, когда он подошел к своему столу, то стукнул кулаком по нему, что заставило вздрогнуть Оптимуса. — Если ты забыл про подписанный нами контракт, где четко указан пункт, что мы являемся бондмейтами, то я могу с легкостью об этом напомнить. И все дела, касающиеся тебя, касаются и меня! Если ты пойдешь туда, то мне придется наказать тебя. Или… я могу пойти с тобой… — Ни за что! — отрезал Прайм. — Я хочу расслабиться с друзьями, а не снова сидеть с тобой. Мне не нужна нянька! Мегатрон опешил. Он обошел стол, как преграду, и встал напротив Оптимуса, сложив манипуляторы на груди. На фейсплейте Прайма можно увидеть целый ряд эмоций, которые сменяют одну на другую. Сам десептикон начинает сильно беситься, все же он умеет выбешивать Мегатрона. Так сильно, что виброволны достигают самых длинных кабелей в его системе. Мех сам знает, какого это быть в клетке, когда не ты управляешь собой, а кто-то управляет тобой. Это ужасное чувство. Но Мегатрон не может позволить рисковать им. Нельзя. Но как тут справиться с упрямостью автобота? Лучший способ — это схитрить. — Ладно. Оптимус удивленно расширил оптику, расслабленно опустил манипуляторы, и недоверчиво нахмурился. — Серьезно? Вот так просто? Ты что-то задумал, Мегатрон, — серебряный мех слегка облокотился о свой стол бампером, лукаво улыбаясь. Оптимус так и знал. — Нет, я просто отпускаю тебя, — пожимает плечами мех. — Без коварных планов и без жалких попыток остановить тебя. Иди, развлекайся. Оптимус еще раз оглянул Мегатрона оптикой и хмыкнул на его беспечность. Мегатрон же развернулся, сел обратно в кресло и принялся работать дальше. Прайм провентилировал, отмахнулся от него и вышел из кабинета. Что-то точно не так. Мегатрон никогда не был прост. И не собирается таким быть. * * * Оптимус спокойно ехал по иаконским дорогам, набирая немного скорости, чтобы поскорее увидеть своих уже давно не подчиненных. Ему так не хватало их… Он скучает по доброжелательности Балкхеда, его миролюбивости и вечному крушению. Скучает по Смоукскрину — этому молодому спарку еще многое предстоит узнать из жизни. Бамблби. Даже, если они встречаются изредка по работе, это вовсе не то, когда они могут посидеть в спокойной обстановке. Он прекрасный разведчик и верный друг, которым Оптимус очень гордится. Ему искренне жаль, что Рэтчет, его старый друг, не сможет быть с ними, ведь он решил остаться на Земле. Их маленькая команда принесла много пользы не только для своей войны, но и для других. Они пережили слишком многое, несмотря на свое маленькое количество. Если бы не спасение их человеческих друзей, возможно, война была бы выиграна, но, видимо, судьба решила пойти по другому пути. Пусть все вышло не совсем так, но и хуже быть не должно. Команда Прайм не простая, какой кажется. Это семья, где каждый постоит друг за другом. Оптимус искренне рад, что ему достались такие смелые и добрые трансформеры. Это честь для него, и он всегда будет помнить об этом. Сейчас ему очень интересна новая жизнь его друзей, ведь он ничего не знает о них. Стоит много о чем узнать, стоит много о чем услышать. Поэтому Прайм замедляется, замечая неподалеку вывеску бара «Crystal». Это большое, уютное здание, где могут уместиться даже самые большие боты. Поэтому рост Оптимуса будет не проблемой. Он решительно заходит внутрь, замечает приличное количество клиентов, сидящих за столиками и пьющих энергон. Барная стойка также осталась без свободных мест, ведь их полностью заняли сикеры, смотрящих на плазменный экран огромного телепередатчика. Оптимус рассмотрел это место, заметив, что стиль бара выполнен очень занятно и современно. На каждом столике высвечивается голограмма меню кибертронских напитков и еды. На стенах висят неоновые ленточки, выделяющиеся ядовитыми цветами, есть пару кибертронских картин, фотографий частых посетителей. Больше всего Оптимуса поразил тот факт, что здесь находятся трансформеры разных фракций. Автоботы непринужденно сидят с десептиконами, мило общаются, кто-то даже пытается флиртовать друг с другом. И это настолько непривычно для Прайма, что он краснеет, как спарк при видя всяких парочек, отворачивается и старается не замечать их. Он ускоряет шаг, пытаясь найти своих автоботов, как к нему подходит высокая фемка, но не выше самого Прайма. Она держит в манипуляторах поднос, а на ее шее выделяется ярко-красного цвета бабочка, как и те несколько ярких ленточек на стенах. Видимо, это и есть фишка бара, так как даже рабочий наряд выделяется яркими цветами. Она заинтересовано смотрит на него своими алыми окулярами, на ее фейсплейте еле заметно выделяется улыбка. Фемка наклонилась, представилась Онни, и попросила идти за ним в зал для важных гостей, или, проще сказать, в VIP комнату, где его уже ждут. Оптимус зашел за хорошо закрываемую ширму, которая отделяет два зала, заметив еще целый ряд столов, только более свободных и слегка другого стиля — более серьезного и даже официального. Прайм увидел в самом углу Арси, Балкхеда, Смоукскрина и Бамблби, которые заулыбались при виде Оптимуса. Они сидели уже с кубами сверхзаряженного энергона, а рядом с ними стоят еще два подноса кубов, и, видимо, намечается приличная пьянка, но Прайм уже достаточно пробыл строгим во время войны, чтобы запрещать такое. Сейчас ему это просто необходимо, чтобы почувствовать себя свободным, а не быть вновь в путах Мегатрона. Шлаков Юникрон, вспомним о нем, Оптимус скривился, мысленно послав того к скраплетам на ужин. — Оптимус! Мы так рады видеть тебя! Вау, да ты стал еще больше! — бросался комплиментами Смоук, по-щенячьи смотря на красно-синего меха. Прайм закатил оптику, сел на свободное место, находясь по середине от других сидящих, и приветливо улыбнулся. — А как я рад вас видеть, друзья, — Прайм пожал каждому ладонь, как Арси вручила ему куб. — Выпьем за небольшое воссоединение и за новую жизнь на Кибертроне! Автоботы чокнулись кубами энергона и залпом выпили до самого дна, громко начиная смеяться. — И так, Оптимус, скажи, какого быть правителем Кибертрона? — спросил Балкхед, забрасывая в рот парочку свежих палочек из энергонной смеси. — Тяжело, — ответил Прайм, складывая манипуляторы на столе. — Что не новый цикл, то новая проблема. Я бы сказал, что это довольно скучно, но сейчас снова происходит какой шлак. Иногда, кажется, что Кибертрон давно не в состоянии просто мирно существовать, как и его жители. Быть лидером одно, а быть правителем совсем другое. Думаю, я создан был не для второго. — Что ты такое говоришь! — кричала Арси, локтем толкнув бок меха. — Я каждый день сижу в этом здании, наблюдая за вашими делами, и хочу сказать, что ты отлично справляешься! Никто лучше тебя не разгребет весь этот мусор, который был еще до войны в Совете и в правительстве. Нам очень повезло, что ты есть. Оптимус был немного поражен высказыванию фемки, но также был рад ее поддержки, которую она всегда дарила ему. Прайм усмехнулся, оглядел автоботку и поблагодарил ее. Арси подняла за него бокал, и все последовали ее примеру. — Лучше ты поведай, приятель, как идет жизнь в других уголках нашей планеты, — заинтересовано спросил Бамблби у Балкхеда, который продолжал набивать рот различными вкусностями. — Ох, все замечательно! Наш Кибертрон совсем не походит на прежний! Благодаря новым стройматериалам и технологиям большинство городов выглядят совсем иначе, чем до войны. Тот же самый Каон, который был столицей десептиконов, сейчас выглядит не так мрачно, как в прошлом. Везде автоботы и десептиконы живут мирно и дружелюбно. Я очень поражен, но мне, честно говоря, нравится это. Праксус получил прозвище «Белый город», потому что он действительно прекрасен и чист. Я рад, что смог построить все это. Мне нравится моя работа, и скоро мне придется снова покинуть Иакон. Меня ждет новый проект. — Что за проект? — На месте, где раньше было ржавое озеро, хотят построить курортный городок. Правда, еще многое предстоит внести, подправить и придумать, но я очень хочу уже приступить к работе. Это будет сногсшибательно! — вообразил Балк, размахивая руками. Остальные одарили его улыбкой. — Смоукскрин, я хотел узнать у тебя, — начал шептать Оптимус тому в аудиосенсор, пока остальные заливается энергоном. — Вам не поступал приказ о поимки одного опасного беглеца? Автобот пару минут подумал, вспоминая об этом деле. Он несколько раз моргнул оптикой, уставился на меха, и замотал головой. — Насколько я знаю, такого ещё не поступало нам в организацию. Возможно, наш командующий что-то уже об этом слышал, но приказов не отдавали. Извините, сэр. — Ничего, Смоукскрин, я просто спросил, — сказал Оптимус, пожав плечами. — Бамблби, что насчет тебя? Как твои дела, дружище? — спросила Арси, упав на спинку стула, пока Би допивал свой куб. Он серьезно нахмурился изначально, но потом расслабился, опустив куб на стол. — Дела идут прилично, — начал Бамблби, опустив оптику вниз. — Правда зло не дремлет совершенно. Сама знаешь, что по приказу Совета нам увеличили часы работы, поэтому я полностью сейчас в ней. Не могу рассказать вам о своем деле, так как это будет не компетентно с моей стороны. Однако, быть полисботом тоже интересно. У меня, хотя бы, остались за пазухой пушки. Все же я работаю практически с одними десептиконами, а они не вызывают у меня никакого доверия. Трудно после определенных последствий забыть обо всем. Бамблби направил свою ладонь к шее, вспоминая тяжёлые моменты войны. Ему тяжело работать с теми, с кем он воевал, но старается вести себя тихо, выполняя работу на высшем уровне. Сейчас ему этого достаточно. Не то, чтобы он имел что-то против десептиконов, но и доверия особого нет. Хотя к некоторым он относится хорошо, в его случаи — к молодым десам, которые на войне особо не выделялись. Оптимус смотрел на Бамблби, которому тоже нелегко быть постоянно рядом с бывшими врагами. Он прекрасно его понимает. Думая каждый оффлайн, что это все грезы, а, проснувшись, снова возвращаешься на войну, то чувство беспокойства, страха и волнения не дают тебе покоя. Как и на Би, на Прайме тоже остались отпечатки прошлого. — Смоукскрин, слышала, что ты сошелся с Нокаутом, — Арси хитро ухмыльнулась, крутя энергон в руках, она отпила пару глотков и продолжила. — Это правда? — Правда, дорогая, — засмеялся гоночный мех. — Сам удивлен не меньше тебя, ведь Нокаут такой до тошноты самовлюбленный, что иногда мне кажется, что я лишь украшение на его платформе. — О, Праймус, избавь нас от подробностей, — сморщилась Арси, пытаясь отогнать свои безумные фантазии из своего процессора. — Что здесь такого? Трансформеры не коннектятся разве? Я чего-то упустил? — издевался над ней Смоук, лукаво улыбаясь. — Дорогая, тебе тоже нужно найти себе кого-нибудь, а то выглядишь одинокой, чем есть. Здоровый интерфейс очень полезен. Иначе скоро ты превратишься в ржавый металл. Да и фемки становятся очень раздражительными без этого. — Почему этот разговор нас не обошел стороной? — провыл черно-желтый автобот, прикрывая устало оптику. Смоукскрин тут же обращает свое внимание на него. — Да ладно тебе, Би! Будто у тебя нет личной жизни, негодник. Ну же, рассказывай, с кем ты там кибертронские романы крутишь, а? — остальные обратили на него внимание, ожидая ответа, но Бамблби тут же стал отнекиваться. — Ни с кем я там ничего не кручу, — ответил он, складывая манипуляторы на груди. Голубой мех начинает звонко хохотать, обнимая за плечо своего друга. — Не нужно этого стесняться, — пропел он, заметив небольшую красноту на его фейсплейте. — Мы же взрослые боты, ведь так Оптимус? — Я лучше промолчу, — заверил тот, что не хочет влезать в их интересный разговор и быть соучастником этого заговора против Би. Он подмигнул полисботы, доедая энергетический салат и добродушно ухмыляясь вредному юнцу, на что Смоук уныло провентелировал, но не стал отступать, продолжая хитро улыбаться. — Тогда я отвечу за самого Бамблби, — автобот освободил черно-желтого меха, и встал со стула, тыкнув укоризненно на Би указательным пальцем. — У этого вруна есть ухажер на работе! Настоящий служебный роман намечается, я вам отвечаю своей искрой! Мелкий автобот удивленно уставил свою оптику на Смоука и, встав тоже с места, прикрыл его слишком болтливый рот. Другие автоботы начали тихо посмеиваться над ними, наслаждаясь прекрасным энергоном и вкусными блюдами. — Что ты несешь! — вопил виновник, опустив друга и дав ему хороший пинок. — Откуда тебе вообще об этом знать? — Есть и несколько плюсов коннектится с десептиконским медботом, который знает обо всем, — заметил он, трогая ушибленное место. — Твои тайны раскрыты, Би. Теперь говори правду, кто он? — А что? Нокаут не смог тебе сказать, раз он такой знаток? — Нокаут может еще и тот сплетник, но знать абсолютно все невозможно, — ответил Смоукскрин, похлопав того по спине. Би отмахнулся от собеседника и скривил губы. — Я и сам не в восторге от всего этого. Не хочу даже думать об этом, а ты, ржавый дознаватель, издеваешься надо мной, — заметил черно-желтый мех, недовольно фыркнув ему в фейсплейт. Смоукскрин взволнованно покачал головой. — А что в этом удивительного? Ты молод, хорош собой, прошивка у тебя известная. Да кто не захочет оттяпать такой лакомый кусочек!? Почему ты считаешь, что если тобой кто-то заинтересовался, то это ужасно? Я думал, что ты, Би, любишь развлекаться, а оказалось, что ты та еще зануда. Хуже Оптимуса, — молодой автобот повернулся к Прайму и рассеяно поднял манипуляторы. — Без обид, сэр! — На самом деле, мы рады, что ты нашел себе пару так быстро и счастлив с ней, но, если Бамблби не хочет отношений, не стоит его переубеждать. Просто он еще не готов к этому, — сказал Прайм, расплывшись в лучезарной улыбке. — Спасибо, Оптимус, — поблагодарил его Би. — Иначе бы он не отстал от меня. — Конечно, мне ведь любопытно, а вам разве не любопытно? — огорченно буркнул Смоук, заказывая у мимо проходящей фемки Онни еще несколько кубов энергона. Оптимус усмехнулся, умиротворенно облокотившись на спинку, чтобы перевести немного дух. Он расслабленно прикрывает оптику, слышит, как Арси о чем-то спорит с Балкхедом, и улыбается. Однако его упоение прерывается, когда он открывает оптику и видит, что в зал за другой фемкой идет целая компания из десептиконов, а во главе идет тот, с кем он вообще не хотел встречаться. Мегатрон и его шлакова свита: Саундвейв, Баррикейд и, как ни странно, даже Нокаут. И почему Саундвейв здесь, если его отправили в зону Тени? Это вызвало огромный шок у лидера автобота. Как так вышло, что Оптимус ничего не знал об этом? Остальные, рядом сидящие, замечают недовольство и смутное удивление в фейсплейте красно-синего меха и поворачиваются назад, чтобы узнать, куда смотрит сам Прайм. Бамблби и Смоукскрин замечают тех десептиконов, которым они больше всего не рады. Их лица кривятся от испуга, как и у Оптимуса, но их также заставило удивится присутствие Саундвейва, которого быть здесь не должно. И все же те десептиконы, которые им больше всего не нравятся, выглядели вполне ликующе. Взгляды бывших врагов встретились вновь. — Вот чёрт, — произносит Оптимус, Би и Смоукскрин вместе, пока Арси и Балкхед чокаются кубами, чтобы выпить за прекрасный вечер, который, видимо, скоро закончится... Десептиконы проходят мимо них, а фемка усаживает клиентов за стол, который был позади стола автоботов. Мегатрон весь путь ухмылялся Оптимусу, который, можно сказать, предвидел подобное. Серебряный мех легонько коснулся своим металлическим пальцем плечевой сигменции Прайма, пусть никто не заметил этого, но прикосновение Оптимус тут же ощутил, и его корпус вздрогнул. Не только Мегатрон коварно улыбался своему уже не трезвому бондмейту, но и Нокаут приветливо помахал Смоуку. Бамблби попытался стать как можно незаметнее, стать еще меньше, чем есть, потому что его начальник и к тому же… тот самый ухажер замысловато сверкал своей алой оптикой на его корпус. Он откровенно чувствует, что пора сваливать, но немного пьяное состояние не дает ему с легкостью подняться и уйти. — Что-то намечается, — саркастически замечает Арси, мельком смотря на десов, которые громко смеются и что-то бурно обсуждают. Когда Мегатрон проходил рядом с их столом, то он коснулся своим металлическим пальцем плечовой сигменции Прайма, почти не заметно для остальных, но сам мех отчетливо почувствовал это мимолетное касание, от которого корпус еле вздрогнул, но до сих пор не может унять мелкую дрожь. Он взял куб сверхзаряженного энергона, отпил вновь залпом и потер виски. Арси все понимала, была не слепа в отличии от других, поэтому решила немного подыграть, преподнести пикантсноти к этому и без этого удивительному вечеру. — Оптимус, может не стоит столько пить? Мегатрон не одобрит, — сказала Арси, отодвигая от него опустевшие кубы. Оптимус скептически взглянул на нее и затем повернулся назад, чтобы вновь увидеть серебряного надменного меха, который дружелюбно смеялся своим десептиконам. Он закатил оптику, повернулся обратно и потер гудящие виски. Его процессор начал нагреваться, а корпус становился таким легким, что было крайне необычно. О да, он очень пьян… — Он совсем скоро сам будет не в лучшем состоянии. Поэтому пусть пойдет к Юникрону в бампер! — засмеялся Прайм. Еще несколько кубов были мигом опустошены, а его неестественный смех стал оглушать зал. Остальные тут же замерли. — Оптимус, у тебя есть возможность сказать ему об этом прямо сейчас, — добавил Смоукскрин, пальцем указывая на Мегатрона, который стоял позади Оптимуса. Благодаря огромному количеству влитого заряженного энергона красно-синий мех впервые смело уставился на Мегатрона, который был очень не доволен состоянию его бондмейта. Оптимус огляделся, рассмотрел сначала серебряного меха, затем перевел оптику на друзей. — Он правда сейчас позади меня? — прошептал Прайм автоботам, однако его было достаточно слышно, и Мегатрон терпеливо провентилировал, сложив манипуляторы на грудной сигменции. — Да, — ответил Балкхед, прикрыв рот ладонью, так как ситуация слишком забавная. Бамблби прочистил горло. Красно-синий мех сдержано выдохнул, надулся и вернулся к Мегатрону. — Что тебе нужно? Хочешь испортить мне вечер? Ну тогда у тебя это вышло, — закончив, Прайм слегка потерял равновесие, но его тут же подхватил под манипуляторы серебряный мех. Мегатрон резко поднял своего бондмейта, обняв за плечи, на что Оптимус недовольно промычал. — Я забираю его домой, ребятки, — серьезно заявил Мегатрон. — Вами займутся мои боты. Автоботы перевели свой взор с Мегатрона на стол, где сидят десептиконы, которые уже достаточно давно смотрят на них с ехидной улыбкой. Они расстроенно переглядываются, протяжно стонут. Их вечер должен был закончиться по-другому. Мегатрон выходит из бара с ношей на плечах. Он очень зол, что Прайм позволил себе так надраться. По крайней мере, когда Оптимус очнется, то его определенно ждет серьезный разговор.