Сияние Оникса

      Полгода до возвращения в Нью-Йорк.              И снова этот город. Суетливый, удушливый, наполненный не самыми приятными воспоминаниями. Даже местный воздух всегда казался мне сухим и безжизненным. Это был город, в котором я провела детство и годы учебы в институт.       Город, который я ненавидела всем сердцем.       Ирония заключалась в том, что я была вынуждена сюда вернуться. Так сложились чертовы обстоятельства. В Нью-Йорке у меня была работа мечты и заботливый парень, но все полетело прахом, когда я застала его со своей лучшей подругой. Под влиянием эмоций я сбежала и позвонила самому близкому человеку – Алексу Грину. Мы подружились с первого курса института, точнее, с первой встречи. Наверное такое бывает, когда встречаешь «своего» человека. Все ждали, что мы начнем встречаться, но этому не суждено было случиться. Алекс был капитаном футбольной команды, вокруг него постоянно крутились девочки из группы поддержки, а я корпела над книгами, не обращая внимания на знаки внимания его друзей. Моей целью стало зарекомендовать себя в качестве перспективного журналиста и покинуть родной город раз и навсегда. Отношения стали бы якорем, который не позволил бы мне добиться желаемого.       По окончании обучения я имела три предложения о работе. Одно из них вело в Нью-Йорк.       Грин всячески отговаривал меня от переезда, но я оставалась непреклонна, пообещав, что на нашем общении это никак не отразится. Существуют же телефоны и видеосвязь, в конце концов. В итоге, мы сошлись на том, что я вернусь, если что-то пойдет не так. Кто бы знал, что это произойдет всего через три года.              Услышав мои сдавленные рыдания в тот день, друг заявил, что в его доме всегда найдется место для меня. Он убеждал меня приехать, приводил аргументы, но и без них я знала, что другого выхода у меня нет.              Уже следующим утром я попросила начальника перевести меня в филиал нашей компании, расположенный в родном городе. Терять меня, как сотрудника, мистер Роджерс не хотел, поэтому перевод был одобрен всего на три месяца.       С того дня прошла неделя. И вот я еду в такси и смотрю в окно, за которым мелькают знакомые улочки и магазины. Странно, как будто и не уезжала.       Автомобиль уверенно продолжал ход, убаюкивая меня шуршанием шин. Долгий и беспокойный перелет давал о себе знать, отзываясь усталостью в каждой клеточке тела.       Глаза начали слипаться, а голова вдруг налилась свинцом. Облокотившись ею о стекло, я не заметила, как задремала.              Казалось, всего через минуту кто-то мягко потрепал меня по плечу. С трудом разлепив глаза, я взглянула на слегка размытый силуэт и радостно улыбнулась. На меня смотрело счастливое лицо Алекса, такое родное, что я машинально протянула к нему руки.       Друг звонко рассмеялся, подхватил меня в воздух и покружил.       – Ты не представляешь, как я рада тебя видеть.       Алекс опустил меня на землю, крепко обнимая. Его губы коснулись моих волос.       – Как же я скучал по тебе.       – Я скучала не меньше.       Его руки сжали талию, практически лишая меня кислорода.       – Спасибо, что принял. Ты – мое спасение       Затянувшееся объятие становилось неловким. Я аккуратно высвободилась и повернулась к багажнику автомобиля, из которого водитель уже достал мой чемодан. Алекс выпустил меня, протянул водителю крупную купюру.       Я подняла глаза на дом за спиной друга. Огромное двухэтажное здание темно-серого цвета величественно располагалось в густых зарослях деревьев. Гараж на четыре машины, ухоженные клумбы, усыпанные цветами.       Алекс прошел вперед вместе с моим чемоданом.       – Ты хочешь сказать, что живешь здесь? Ты кого-то убил?       Грин рассмеялся. Его глаза светились гордостью за новое жилище.       – Нравится? Что сказать, могу себе позволить. Обещаю, ничем незаконным не занимаюсь. И кстати, для тебя тут есть отдельная комната.       – Даже не гостевая где-нибудь в подвале?       Ответом мне послужил короткий смешок.       Внутреннее великолепие особняка поражало еще больше. Гостиная походила на картинку с Пинтерест. Белоснежные стены, стильная мебель, даже аксессуары расставлены со вкусом. И совершенно не в духе Алекса.       – Ты нанимал дизайнера? Откуда это все? Я имею в виду, мы заканчивали один и тот же университет, в одно и то же время. Где я свернула не туда?       Грин не скрывал восторга от моей реакции. Он кивнул в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.       – Ты еще свою комнату не видела.              Спальня, которую мне подготовил друг, была оформлена в нежнейших светло-фиолетовых тонах, в воздухе витал легкий аромат лаванды. В самом центре стояла высокая кровать с плетеными подушками и мягчайшим одеялом. Комод, тумбочки, встроенный шкаф, отдельная ванная комната с душевой кабиной.       Я моргнула трижды, прежде чем осознала, что комната реальна. Помню, как на третьем курсе прибежала к другу с журналом в руке и с восхищением обсуждала обложку, которую сейчас видела наяву. Я трещала о «комнате мечты» недели две и даже всерьез занялась поиском штор.       – Как ты это сделал? – прошептала я, все еще не веря своим глазам. – И почему?       – Захотел сделать тебе приятное, очевидно же. Смотри, – он показал подушку с вышитым на ней пасхальным зайчиком. – Мне пришлось заказывать ее из Италии. Зато точно, как на той картинке.       – Алекс, я понимаю. Но еще неделю назад ты не знал, что я приеду. И ты потратил кучу денег и сил, чтобы воссоздать комнату моей мечты? Почему?       – В смысле, почему? Тебе не нравится?       – Мне очень нравится, я просто не понимаю.       Взгляд друга смягчился.       – Я ждал, что ты вернешься. И искал пути, чтобы ты больше не уезжала. К тому же, дизайн и правда красивый. Не пропадать же ему?       – Ты самое большое из чудес, ты в курсе?       Алекс коснулся губами моей щеки. Задержав поцелуй, он прошептал:       – Располагайся, я займусь ужином.              Оставшись одна, я осмотрелась. Приятный жест друга настораживал. Это не просто чересчур, это очень чересчур. С другой стороны, Грин всегда отличался щедростью. Возможно, сейчас у него стало больше средств это демонстрировать.       Перестав терзать себя пустыми размышлениями, я отправилась в душ. Горячая вода смыла усталость. Вернувшись в комнату, я накинула пижаму и залезла под одеяло. Всего пара минут, и я спущусь вниз. Ну может, десять.              

***

             Я проснулась, когда за окном была глубокая ночь. Живот протяжно заурчал. Часы показывали два ночи.       Вот черт! Алекс! Надеюсь, он не обиделся, что я не спустилась. Что поделать, извинюсь утром. Намереваясь продолжить сон, я перевернулась на другой бок. Живот отозвался легкой болью и повторным урчанием. Если спуститься, можно найти что-то перекусить.       Судя по тишине и приглушенному свету ночника, Алекс давно отправился спать. Холодные сэндвичи лежали на тарелке, прикрытые бумажной салфеткой. Я взяла один и тут же вонзила в него зубы. Второй рукой ухватила бутылку воды.       Мраморный пол холодил ступни. Утром первым делом найду в чемодане тапочки. Я поднималась наверх, когда заметила проблеск света откуда-то сверху. Дверь, ведущая на чердак, была спрятана от любопытных глаз. Заметить ее днем почти не представлялось возможным.       Наудачу я дернула ручку. Дверь распахнулась, открыв глазам завораживающий вид. Вместо чердака я оказалась на крыше дома, где город горел миллионом огней.       Ноги сами понесли меня к самому краю, руки легли на перила. Тело пробила дрожь, но даже поежившись, я не спешила возвращаться в тепло дома. Наслаждаясь нехитрым ужином, я впитывала в себя красоту ночного города.       – Не замерзла?       Голос друга, раздавшийся за спиной, заставил меня вскрикнуть от неожиданности. Алекс накинул мне на плечи вязаный плед.       – Я уснула, как малыш, – произнесла я, впиваясь зубами в сэндвич. – Так неудобно перед тобой. Но сэндвичи отпад.       – Рад, что понравились. Не хочешь присесть?       Он указал рукой на лаунж зону, скрытую в тени под навесом. Небольшой диванчик на два места, кресло рядом, кофейный столик и корзина с пледами – идеально, если хочется наслаждаться свежим воздухом с уютом. Ступни начали неметь от холода, и я с удовольствием присела с другом на мягкие сиденья.       Грин достал термос с горячим чаем, разлил ароматную жидкость по бумажным стаканам.       – Как ты дошел до такой жизни?       Я наблюдала за движениями друга, медленно согреваясь.       – Завел полезные знакомства, сменил круг друзей. Изменить можно все, Мия. Стоит только захотеть.       Он обнял меня, прижав ближе. Я положила голову ему на плечо, залюбовалась звездами.       – Завтра мне нужно съездить в редакцию. Познакомиться с начальством, уладить формальности. Ты сможешь меня подбросить?       – Если хочешь, дам тебе машину.       – Хочу. А вдруг тебе понадобится уехать?       – У меня есть еще один автомобиль. Но знаешь, лучше я поеду с тобой. Мне интересно, где и с кем ты будешь работать.       – А если придется задержаться? Я ведь могу провести там целый день.       – В таком случае я заеду за тобой вечером и заберу. Да, и еще. Завтра вечеринка в твою честь, так что особо не задерживайся.       – Вечеринка? – я встрепенулась и чуть не пролила оставшийся в стакане чай. – Это обязательно? Мы и так неплохо сидим. К тому же кроме тебя я тут уже никого и не знаю.       – Я тебя со всеми познакомлю. Обрастешь друзьями и не захочешь уезжать.       – А вы полны коварства, профессор Мориарти.       – Вы даже не представляете насколько, дорогой Шерлок.       Мы рассмеялись, как в старые добрые времена. Как же я скучала, Алекс. По тебе и по ощущению, что я дома.