Сияние Оникса

      Засидевшись с Грином на крыше почти до самого утра, я проигнорировала утренний будильник и, естественно, проспала. Прекрасное начало первого рабочего дня в новом офисе. Не хватало, чтобы меня сразу и уволили.        Мне понадобились две минуты, чтобы сполоснуть лицо и почистить зубы. Еще четыре, чтобы найти в чемодане не помявшиеся за дорогу вещи. Тридцать секунд на нанесение туши – и вот, я уже хватаю со столика ключи от машины и сэндвич, заботливо оставленный Алексом. Когда он успел выкатить автомобиль из гаража на подъездную дорожку, для меня осталось загадкой.        На часах девять пятнадцать. Если удастся избежать пробок, мое опоздание будет почти незаметным.         Вбив в навигатор нужный адрес, я вжала педаль газа в пол. 

***

      Движение на дорогах в это время суток было спокойным, — еще одно преимущество малых городов. Нужное здание тоже нашлось быстро. Парковка перед ним оказалась заполнена лишь наполовину.         Неприметный двухэтажный дом едва ли цеплял взгляд. Честно говоря, редакция в Нью-Йоркском небоскребе не занимала больше места, ей был выделен только 16-й этаж, но со стороны смотрелось все же эффектнее.         Не задерживая внимание на деталях, я поспешила внутрь.        Охраны на входе предусмотрено не было. В конце узкого коридора оказался большой кабинет, в котором и шла основная работа. В светлом зале находились всего три девушки. Они щебетали о чем-то своем, не обратив внимания на мое появление. Рабочих столов насчитывалось около восьми, но все они пустовали. Видимо, здесь не было принято появляться на работе вовремя.        — Заблудилась?         Высокая блондинка взглянула на меня с любопытством. Так смотрят на непонятное существо, к которому еще не решили, как относиться: пройти мимо или раздавить. Сама девушка выглядела как ожившая картинка из Инстаграм: пухлые губы, идеальные брови, наращенные ресницы и волосы. Вкупе со стройными ногами и коротким платьем смотрелась она эффектно. Ее коллеги изучали меня внимательными взглядами, но здороваться не торопились. Типичная свита типичной «Барби».         — Привет. Я Мия, Мия Эмерсон.        Блондинка фыркнула.        — Знакомство в стиле Джеймса Бонда? Тебе что, двенадцать?         Ее коллеги нестройно присоединились к веселью. Проигнорировав укол, я пожала плечами.        — Прекрасно, что тебе весело. Мне нужен кто-то из отдела кадров.         Блондинка прищурилась. Невысокая пухлая девушка справа от нее подала голос.        — Отдел кадров у нас Пэтти. Но ее сегодня не будет. Она вообще почти не бывает в офисе, если честно. У нее дочь замуж выходит в другом штате через пару недель.  Пэтти вся в суете и заботах. А что именно ты хотела? Может Макс сможет помочь?       Она неловко поправила крупные очки. Темные кудряшки разметались по плечам, стоило девушке тряхнуть головой.         – У нас нет открытых вакансий, – блондинка вновь вступила в игру. Ее взгляд прошелся по моей фигуре, оценивая. Отвратительное ощущение.  – Но ты можешь оставить свой номер телефона и, возможно, мы тебе перезвоним. Хотя последний раз мы набирали людей года три назад? Не уверена. Я бы на твоем месте попытала счастья где-нибудь еще.         – Как только мне понадобится твое мнение, я обязательно спрошу. А пока, пожалуйста, займись своими делами. Ты же что-то там делала?         – Ты считаешь, что можешь так нагло разговаривать с главным редактором и при этом рассчитываешь получить тут работу? До свидания.       Я вспыхнула до корней волос. Это я-то наглая?!       – Удивлена, что при таком отношении главного редактора у вас еще остаются сотрудники. Хотя, судя по пустым рабочим местам, их нет. Упс.        – Тебя забыла спросить.        Девушка развернулась и окончательно потеряла ко мне интерес. Кажется, не работать мне тут и дня. Молодец, Мия, просто умница. Умеешь наладить контакт с новыми людьми.       Пока я размышляла о том, как испортила свой первый рабочий день, подруга блондинки подала голос.        – Если хочешь, я могу позвонить Пэтти и спросить насчет тебя. Она хорошая, – наклонившись ближе, девушка зашептала. – И не обижайся на Синтию, она иногда говорит не очень приятные вещи.        Синтия значит. Конечно, было глупо перевестись в другой офис и даже не поинтересоваться, как выглядит мой начальник.        – Отлично, спасибо. Ты позвонишь ей сейчас? Или мне подождать?        Девушка посмотрела на часы.        – Сейчас она отвозит младшего сына в школу. Я наберу ее через полчаса, хорошо?        – Хорошо. Значит полчаса? Не подскажешь, где тут поблизости готовят хороший кофе? 

***

      Я вернулась в редакцию спустя всего двадцать минут. Подрезав какого-то парня на черном внедорожнике, заняла то же самое парковочное место. Разъяренный водитель Range Rover преследовал меня до здания редакции, припарковался рядом. Он опустил свое окно, пытаясь привлечь мое внимание. Сделав вид, что не замечаю, я отвернулась. Парень посигналил. Прекрасно. Неужели этому сумасшедшему нечем заняться? Лучше бы работу нашел.         Юноша вышел из машины, оглушительно хлопнув дверью. Моей смелости хватило лишь на то, чтобы опустить окно. Два шага, и водитель оказался рядом. Выше меня на голову, пшеничные волосы до плеч, пронзительные серые глаза. Полюбоваться симпатичной мордашкой я не успела. Парень угрожающе ощерился.        — Самая наглая?         — Самая быстрая.       Я прикусила язык, пока не нарвалась на очередные разборки. Если его хватило на то, чтобы ехать за мной до редакции, он и биту может в машине возить. С такими стоит быть осторожнее.       – Хорошо, извини. Некрасиво получилось, согласна. Все? Доволен? Теперь, пожалуйста, езжай по своим делам.         – И откуда вы такие беретесь? – устало проговорил незнакомец. – Ты припарковалась на моем месте.       Последняя ниточка моего терпения уже трещала по швам.       – О боги, ты серьезно? Они все одинаковые. Займи любое другое, в чем проблема?        – Любое другое можешь занять ты. Двигай давай. И вообще, кто ты такая? Опять какая-то желтая пресса?        – Если ты не из отдела кадров, не вижу смысла это обсуждать.        – Ах, вот значит как. Ладно, пошли разбираться.        Я не сдержала разочарованный вздох. Значит этот неугомонный парень тоже работник редакции. Милая намечается компания. Наверняка бойфренд той психованной блондинки. Подходят друг другу идеально. Ну молодец, Мия. Не успела вступить в штат, а уже перессорилась с половиной сотрудников. К счастью, хуже быть уже не может.         Пытаясь одновременно удержать сумочку, сэндвич и стакан с кофе, я вышла из машины. Ключи начали выскальзывать из пальцев. Пытаясь их подхватить, я слишком сильно сжала наклонившийся стаканчик. Пластиковая крышечка не выдержала напора. Обжигающий напиток брызнул прямо на юношу, пятнами оросив белоснежную рубашку. Парень взвыл от боли, дернулся в сторону, напоровшись спиной на собственную машину.        Твою. Мать. Мия.       — О, Господи! Прости-и! Я не хотела!        — Просто отойди, — прошипел незнакомец, расстегивая испорченную рубашку. На его животе красовались красные следы от ожога.         — Ну хочешь, я перепаркуюсь?          Не дослушав, блондин исчез в здании редакции. Я смотрела ему вслед, сгорая от стыда. Хотелось поступить по-детски: уехать обратно к Алексу и уволиться по телефону. Хотя из всей этой ситуации вышла бы неплохая развлекательная статья. Смеялись бы всем городом.       «Нет, милая, так не пойдет. Иди и разберись со всем этим. Если понадобится, уйдешь гордо поднятой головой и с позором вернешься в Нью-Йорк».                На этот раз голосов в кабинете было больше. Помимо трех девушек внутри оказалась еще парочка парней. К счастью, блондина с парковки среди них не было.         Уже знакомая мне темноволосая девушка помахала рукой.         – Пэтти сказала, что все документы должны быть у Макса. Я не уверена, что он приехал, но мы можем проверить. Хочешь, я тебя отведу?        – Да, конечно.        Мы поднялись на второй этаж. Там располагался единственный кабинет. Судя по звукам, внутри кто-то был.        – Кажется, он там. Удачи!        Девушка испарилась до того, как я успела ее поблагодарить.         «Так, ладно. Постучи и спроси про перевод. Наверняка Синтия уже распорядилась отправить тебя обратно со всеми бумагами. Но это все равно нужно закончить. Нельзя просто взять и уйти. Не психуй, не груби. Постучи и спроси, постучи и спроси», – повторила я, словно мантру.       Я постучала трижды, прежде чем войти.       – Минуту!        Но я уже была в помещении. Спиной ко мне стоял тот самый блондин с парковки. Он корчился от боли, пытаясь надеть свежую рубашку. На столе лежали кубики льда и испорченный предмет одежды.        – Синтия, я же просил не беспокоить.        – Вот черт, – вырвалось у меня.        Парень оглянулся. Уголки его губ изогнулись в улыбке.        – Преследуешь меня? Думаешь, мне мало было? Хочешь добить?        – Что?! Нет, я, —         Я запнулась. Чувство стыда накрыло с головой, щеки зарделись. Если бы можно было провалиться сквозь землю, я бы сделала это, не задумываясь. Убежать все еще оставалось одной из опций.       – Прости. И что обожгла, и что подрезала. Мне правда очень жаль. Сегодня день какой-то сумасшедший. Еще с вашим главным редактором поругалась.        – А это ты когда успела сделать?        – Как только зашла. Еще до встречи с тобой. Она у вас психованная какая-то, если честно. Я ей слова не успела сказать, как она запыхтела своими надутыми губами и –        – Надутыми губами? – в его голосе сквозило веселье. Казалось, вся ситуация его забавляет. – А потом что?        – Ну я не выдержала и ответила.        Макс рассмеялся.         – Ты не можешь не ответить, да?        – За это я извиняться не буду. Она заслужила.         Его пальцы застегивали пуговицы на рубашке. Мой взгляд бессовестным образом скользнул по кубикам пресса и краснеющим пятнам ожога.        — Тебе бы лед приложить, — пробурчала я, встречаясь с серебристыми глазами юноши.         Он повалился на стул, болезненно скривившись.        – Тебе тоже.        – А мне зачем?        – У тебя рука покраснела. Видимо, тоже досталось.         Стоило ему это произнести, как я осознала, что руку действительно жжет. Странно, что я не обратила на это внимание раньше.         – Ну совсем прекрасно.        – Секунду, – он нажал на кнопку телефона. – Бэкки, привет. Принеси, пожалуйста пару охлаждающих патчей. Хотя давай лучше три. Два больших, один поменьше. Да, прямо сейчас. Спасибо, жду.         Трубка отправилась на место.         – Как тебя зовут?        – Мия Эмерсон.        – Макс Миллер. Будем знакомы. Что тебя к нам привело, Мия Эмерсон?        – Меня перевели к вам на полгода. Документы должны были прийти несколько дней назад. Если с ними что-то не так или на меня успел подать жалобу ваш главный редактор, просто отошлите все назад. Если сделать все быстро, я уеду уже сегодня.        – Могу с уверенностью сказать, что жалобы от главного редактора на тебя точно нет.        – Прекрасно, только это мало что меняет. Буду рада, если поможешь с обратным оформлением документов.        Миллер развалился в кресле, поморщился.         – Зачем переводиться в другой город, если собираешься уехать, даже не приступив к работе?        – Считаешь, конфликт с вашей несравненной Синтией – недостаточно веская причина?        – Именно так и считаю.        Он поправил на столе деревянную табличку со своим именем и подписью “главный редактор”.        От неожиданности я плюхнулась на свободный стул. Макс искренне наслаждался моим замешательством. От еще одной волны позора меня спас стук в дверь. Вместо Бэкки на пороге оказалась Синтия. Она оглядела меня, потом Макса. В руке девушка держала злополучные охлаждающие патчи.        – Мия, знакомься, это – Синтия Мелроуз. Она отвечает за колонку развлечений и модные новинки.       “Не могу сказать, что мне приятно”, – вертелось на языке, но вслух я буркнула лишь угрюмое:        – Угу.        Макс едва сдержал усмешку.        – Синтия, это – Мия Эмерсон, наша новенькая. Прошу любить и не обижать.        – Значит ты не отправишь меня обратно?        Не знаю, чего в моем голосе было больше: опасения или надежды.        – Не вижу для этого ни одной причины.        Юноша протянул руку, забирая у Мелроуз патчи, вернул взгляд на экран монитора. Блондинка продолжала топтаться на месте.        – Ты хотела что-то еще?        Ни тени флирта или нежности. Кажется, я ошиблась насчет этих двоих, и они не пара. Хотя интерес со стороны блондинки был более чем осязаем.         – Можно тебя на минуту?        Миллер качнул головой.        – Если это может подождать, я спущусь к вам позже. Ты получила аккредитацию на бал?         – Нет, еще жду.         – Ладно. Хотя времени остается все меньше. Кстати, пока мы тут общаемся с мисс Эмерсон, подберите ей свободное рабочее место.         Девушка поджала губы и вскинула подбородок.        – Все столы заняты. А новые ставить некуда. Ты уверен, что нам нужны такие кадры?        – Ладно, я разберусь. Можешь идти.        За все время разговора, Макс ни разу не взглянул на сотрудницу. Мелроуз ничего не оставалось, кроме как покинуть помещение. На хлопнувшую дверь юноша тоже никак не отреагировал. Он продолжил диалог так, будто нашу беседу и вовсе никто не прерывал. Его глаза скользили по монитору, считывая информацию.       — Твои работы впечатляют, мне нравится. Странно, что тебя так легко отпустили. Я могу узнать причину перевода?        — Личные обстоятельства.        — Надеюсь, они не связаны с коллегами? Мистер Роджерс не допустил бы харрасмент в любом его проявлении. Если что-то произошло, ты можешь подать жалобу, даже анонимную, и они —         — Нет, это не имеет отношения к работе. Но мистер Роджерс замечательный, это правда.        — Хорошо. Я готов оформить тебя на полгода при условии, что ты не сбежишь раньше, даже если твои “личные обстоятельства” вдруг изменятся. Чтобы принять тебя в штат, мне придется обеспечить рабочее место, выделить бюджет, распределить задания соответствующим образом. Прости, но, если ты просто поругалась с парнем, и вы помиритесь через пару дней, что при этом делать мне? Так что полгода без каких-либо изменений, договорились?        — Договорились.        Он протянул руку, я пожала и охнула от боли. Ожог, о котором я вновь благополучно забыла, дал о себе знать.        — Черт, забыл о них напрочь.        Макс протянул мне один из патчей. Прохлада отозвалась на ладони живительным облегчением. Я отвернулась, когда юноша приподнял рубашку и приложил оставшиеся компрессы себе. Я не позволила себе поднять глаза, пока Миллер не обратился ко мне.        — Надеюсь, тебя предупредили, что мы не сможем обеспечить ставку Нью-Йорка. Но премии за удачные статьи я тебе обещаю.        — Да, мистер Роджерс говорил об этом. Меня устраивает.        — Отлично. Тогда пойдем найдем тебе рабочее место, а я пока улажу все формальности. Есть у меня одна идея. 

***

      “Идеей” оказалась комната, которую я не заметила на входе. Она располагалась по одну сторону коридора на первом этаже. Выцветшая от времени табличка “Архив” заранее предупреждала, что внутри не ждет ничего хорошего.        Оснащение было небогатым: старый стол, деревянный неустойчивый стул с покосившейся спинкой, массивный шкаф в углу, до отвала забитый потрепанными папками. Везде толстым слоем лежала пыль. Потрескавшаяся от времени рама жалостливо скрипнула, когда я попыталась открыть окно.         Миллер стоял за моей спиной и тоже как будто видел комнату впервые.        — В принципе не так уж плохо. Считай, обзавелась личным кабинетом. Кроме меня, такой чести тут никто не удостаивался. Стул я тебе, конечно, заменю. Папки пусть остаются, они не помешают. Если прибраться, будет конфетка. Это твое первое задание на сегодня. И составь список, что еще тебе нужно, хорошо? С компьютером может быть задержка. Завтра я его точно не обещаю, но через неделю-две будет.        — Не заморачивайся. Я привыкла пользоваться своим лэптопом. Список сделаю, спасибо.       — Отлично. Если понадобится что-то еще, дай знать. 

***

      На уборку кабинета ушло четыре часа и почти весь запас чистящих средств. Я так увлеклась, что забыла присоединиться к митингу в главном зале. Ничего, познакомлюсь со всеми завтра. Хватит на сегодня новых встреч.         Наушники оказались весьма кстати. Поначалу просто наслаждаясь музыкой, потом я настолько расслабилась, что начала пританцовывать. Очередной пируэт с ведром вышел из-под контроля. Резко развернувшись, я намеревалась выйти из кабинета, но на всей скорости врезалась в Миллера, стоявшего на пороге. Парень возник перед глазами так неожиданно, что я вскрикнула. Грязная вода окатила нас обоих, расплескалась по стенам и полу.         — Эмерсон, ты серьезно?! — Макс грязно выругался.         — Какого черта ты подкрадываешься?! – в ответ возмутилась я.       Серые глаза блондина метали молнии, с волос и лица стекали тонкие струйки мутной воды. Я выглядела не лучше. Мокрая одежда прилипла к телу, вода собралась под ногами лужицей.         — Ты не мог как-то обозначить свое присутствие? Постучать например?        — Дважды, Эмерсон, — в голосе Миллера прозвучали угрожающие нотки. — Я стучал дважды.          — Прости, — я с трудом сдержала нервный смешок. — Зато лед к ожогу можно не прикладывать.         — Очень смешно. Ха-ха. Может тебе в стендап податься?        — Да брось. Посмотри на меня. И на кабинет. Столько усилий и все впустую. У тебя хотя бы сменная одежда есть, а я не представляю, что мне теперь делать.         – Скажи, как ты дожила до своего возраста? – Макс прошел по мне взглядом. Хмурое лицо дрогнуло, на губах наметилась улыбка. — Пошли, неуклюжая. Будем приводить тебя в порядок.                 Мы спустились в подвальное помещение. Я даже не предполагала, что оно тут есть. Тусклый свет, исходящий от пары неоновых ламп, висящая посреди комнаты боксерская груша, старенький диван и спрятанная от глаз раскладушка — вот и вся нехитрая обстановка. Голые серые стены и отсутствие окон наводили на мрачные мысли.        — Скажи честно, ты привел меня сюда, чтобы закопать?        — Конечно. Именно для этого я стал редактором и набрал персонал. Идеальное прикрытие.       Миллер подошел к небольшому шкафчику, вытащил махровое полотенце.         — Держи. Постараюсь найти тебе что-то, чтобы переодеться. Душ вон там.         — Спасибо, — выдавила я. — А ты?        Брови Миллера взметнулись вверх.        — Предлагаешь пойти с тобой? Не слишком для первого дня, Эмерсон?        — Что? Фу, нет!         — «Фу»? Я настолько омерзителен?        Макс звонко рассмеялся, пока я заливалась краской.        —  Я не это имела в виду, и ты это понимаешь.       — Мия, я шучу. Хоть немного выдохни и расслабься. Обо мне не беспокойся. Иди уже, пока не замерзла и не заболела.       —  Спасибо, — повторила я и скрылась за дверью ванной комнаты.              Зеркало в душевой показало неприглядную картину. Мокрая, с обвисшими волосами и подтеками на одежде, я напоминала бомжа, упавшего в реку.       Стоя под горячими струями воды, я закрыла глаза. Какой же отвратительный первый день. Я испортила все, что могла. Еще и кабинет заново мыть.       Желудок отозвался тоскливым урчанием. Точно, я совсем забыла поесть. Подавив желание заплакать, я сделала глубокий вдох. Если разобраться, все не так уж и плохо. Синтия оказалась не главным редактором, а значит глубоко плевать на ее ко мне отношение. Главного редактора я обварила кипятком, но, кажется, он не обижен. Я рассмеялась, когда в голове возник образ Макса, облитого еще и грязной водой. В качестве извинения надо будет заскочить в магазин и купить Миллеру новую рубашку, а то и две. Хоть как-то вину заглажу.       В остальном все неплохо. Бекки кажется приятной девушкой, а значит с кем-то в коллективе я могу поладить. К тому же у меня теперь личный кабинет. Даже в штате у Роджерса я ограничивалась обычным столом, окруженном картонными стенами, как и остальные сотрудники. А еще впереди маячат выходные, и у меня куча времени, чтобы собраться с мыслями и отдохнуть, а у Миллера – забыть о первом впечатлении, которое я на него произвела.       Тщательно смыв с себя грязь, я обернулась полотенцем и вышла из ванной комнаты. На стуле лежал сверток с одеждой. Сверху была прикреплена записка:       «Надеюсь, эта одежда останется сухой и чистой хотя бы до конца сегодняшнего дня. Можешь ее не возвращать. Жду тебя в понедельник со списком необходимых товаров. Хороших выходных. P.S. Если будут вопросы, вот мой номер».       Никаких упреков или шуточек. Будто я разбила чашку, а не испортила начальнику день. Как ему удается сохранять самообладание? Роджерс повесил бы меня на ближайшем дереве в центральном парке, устрой я ему подобное. Потом, конечно, снял бы, но сначала прилюдно побил и повесил.       Накинув на себя мешковатую футболку и шорты, я вернулась в кабинет в более приподнятом настроении.