Оправдано истинностью

Сегодня я был полон решимости наконец поговорить с папой. Прятаться от него постоянно невозможно, да и его вечные придирки, будто он все знает лучше меня в этой жизни, надоели до колик. Теренс ушел в тот день не сразу, еще многое рассказал мне о детстве. На некоторых моментах заставлял краснеть, на других заливисто смеяться. Я, пожалуй, впервые ощутил себя таким нужным. Уходя, он попрощался с папой, поцеловал его в щеку и дал мне свой адрес, чтобы я мог в любое время прийти. Но пока что я этим не пользовался, предпочитая встречаться на нейтральной территории. Всякими вкусностями меня буквально баловали, боюсь я к этому слишком привык и не смогу больше без его стряпни. Аллен постоянно интересовался положением вещей, но и сильно старался не лезть, давая мне время все обдумать. А тут было о чем размышлять. Какой тяжелой будет жизнь, как бороться с общественностью, не испортить окончательно отношения с семьей… Папу я подкараулил после того, как он отвел Джая в школу, благо первой пары по стечению обстоятельств не было. — Что ты так смотришь? Голодный? — омега обернулся, собираясь мыть посуду. — Что? Нет! — как вспомню, что прилично набрал веса за последнее время, так на еду смотреть не охота. — Я хотел поговорить… — О чем же? Хотя, я догадываюсь. Садись, — хлопает по седушке стула рядом с собой. Послушно выполняю, пряча взгляд. Стыдно до невозможности начинать щекотливую тему. — Пап, что ты думаешь о… Не знаю, как сказать, — подходящая фольмулировка в голову никак не приходила. — О ситуации в целом? Теренс любит тебя больше всего на свете, можешь поверить. И я люблю своего сына. Застываю ненадолго. Он, вероятно, знает все, но я все равно не ожидал столь прямого ответа. — Просто… Ты мог бы быть счастлив, если бы не мое рождение. А так… — Ох, Юстас. У меня любящий муж, три прекрасных сына, которыми я горжусь. Как я могу быть не счастлив? — мягко улыбается родитель. — Да, было не легко. Особенно первое время, когда у меня остался только ты. Справляться с энергичным маленьким альфой тяжко, всегда не хватало помощи отца. Но со временем я смирился, просил у Теренса совета, где не понимал, что же предпринять. Однако вся моя усталость испарялась, стоило увидеть как ты засыпаешь рядом. Как радостно бежишь рассказывать последние школьные новости, приносишь мне цветы с соседской клумбы, за обе щеки уплетаешь пирожки. Как плачешь из-за разбитых коленок… Ты еще не знаешь, что такое собственный ребенок. Я по-прежнему готов отдать все за вас троих. — И все же… Прости меня, пап. За все. — Ты не виноват ни в чем, — ласково гладит меня по голове как в детстве. — Так сложилась судьба, и я даже рад, что ты предназначен именно Теренсу. Он тебя убережет. — Но это же… Неправильно. Между родственниками… — Да, знаю. Потому повезло, что ты не омега. — Наверное, — смотрю на папу внимательно, понимаю, что он говорит правду. Взгляд полный сожалений, любви и нежности. — Но что делать дальше? Не представляю, как теперь жить. И Марк… Он ведь тоже знает. — Положись на Теренса. Уверен, что уж этот альфа всегда найдет решение. А Маркус… Он поймет. Вы же братья. — Очень надеюсь. Родитель обнял меня, прижимая к себе крепко, давая надежду на то, что все будет хорошо. А несколькими минутами позже пинками отправил на пары.

***

Так и прошло два месяца. Я настолько привык к своему альфе, что уже не мыслил жизни без него. Его запах дарил спокойствие, а забота умиротворение. У него сильные нежные руки, уверенный взгляд, с каждым днем я все больше тонул в нем. Но каждый раз, стоило нам ненадолго расстаться, как беспокойство возвращалось. За все время я не осмелился даже поцеловать его, о большем и говорить нечего. Неправильность происходящего убивала. Отец и сын или истинные? Что из этого верно? Новый день стал ощутимо хуже по еще очень надоедливой причине. Я чувствовал приближение гона. Что за черт, еще рановато, но тело твердило обратное. Нервозность, спазмы в животе, тянущее ощущение в паху и запах. Усиливающийся аромат альфы. Аллен, идущий рядом, заметил это чуть ли не раньше меня самого. — Ты в порядке? — обеспокоенно заглядывает мне в лицо. — Похоже нет. — Этого еще не хватало, — морщусь от неприятных ощущений. — Не представляю как перетерпеть сейчас. — А зачем тебе это? У тебя же есть свой альфа, Юстас! Не обязательно снова запираться в комнате. — Чтобы справиться с гоном, альфе нужен омега. Чем мне поможет Теренс? — Не глупи. — Это совершенно два разных вида феромона, нам это по двадцать раз говорили на лекциях по половому воспитанию еще в школьные годы, — снова начинаю беситься на пустом месте. — К тому же, я даже не могу прикоснуться к нему лишний раз без чувства вины! Неправильности! Это невыносимо. — Брехня! С того момента как все твои близкие люди узнали, хоть кто-то отвернулся? Нет! Так чего ты медлишь? Боишься ответственности? Того, что сделанного потом не воротишь? Ну бойся дальше и жалей потом до конца жизни. — Ты прав, — резко останавливаюсь по среди улицы. Еще и резко живот прихватило. — Будь, что будет. Сил моих больше нет. Попрощавшись, направляюсь по нужному адресу. Очень повезло, что у Теренса сегодня выходной, иначе я бы точно наелся подавителей. А так есть шанс, что они не понадобятся, однако я все также отчаянно боюсь. На дорогу ушло около сорока минут, за которые я, честно, чуть не подох. Голова начала кружиться, и явно поднялась температура. Странный из меня все-таки альфа… У других гон протекает куда легче. Добравшись до нужного этажа сверяю номер квартиры. Я тут впервые и без предупреждения, надеюсь, не ошибся. И тут, пока я еще не подошел слишком близко, дверь открылась, а из помещения показался симпатичный омега. Ступор. Шестеренки в моем мозгу начали усиленно двигаться, а воздух из легких будто сам собой испарился. — Ой, — пискнул незнакомец, заметив меня. Неудивительно, от меня поди несло за километр. Шарахаюсь в сторону, еле стоя на ногах. Надо валить, пока я сам не устроил истерику, а хотелось жуть как. Пусть еще не известны обстоятельства, но запах этого парня мне знаком: именно им пропах Теренс. — Сокровище?.. — слышу позади. Учуял видимо. — Да стой же, глупый! Через пару секунд я оказался в объятиях своего альфы. Колючая обида требовала оттолкнуть, прогнать, однако тело сопротивлялось. Стало так предательски хорошо, что хоть плачь. Удивительно, но боль отступила, намного легче дышать, словно дополнительная порция кислорода. — Ларейн забирал остатки вещей, — шепчет мне на ухо, и только после этого я осмеливаюсь взглянуть за плечо Теренса, чтобы заметить небольшой чемодан у омеги. — Что ж ты вечно психуешь, не разобравшись. Почему не предупредил о том, что зайдешь? — Эм, — омежка перешагивал с ноги на ногу и умилительно краснел. — Извините, я пойду. — Да, прости. Удачи, — кивнул альфа Ларейн, так и не выпуская меня, пока тот дугой обходил нас, чтобы спуститься. — Сокровище, я все еще жду ответ на вопрос, — уже ко мне. — Я… Не планировал. Просто… Меня… — не представляю, как правильно сказать, что этот гон не хочу находиться один. — Сильно болит? — заботливо интересуется, проводя носом по моей шее. Стало быть папа рассказал ему о моей проблеме. Стыдно… — Да… — а голос у меня такой жалобный, словно не мой вовсе. — Пойдем, нужно прилечь. Зайдя в квартиру, я осмотрелся. Чисто, убрано, но что самое главное — тут совсем не пахло сексом. Кровать аккуратно заправлена, стало быть не соврал, и все же мог бы и сообщить о его визите. Я дико ревную, ведь тот омега жил с моим альфой довольно долго. На этой самой кровати они… — Сокровище? Даже боюсь спрашивать, о чем ты думаешь, — Теренс попытался взглянуть мне в лицо, но я так низко повесил голову, что ему пришлось приподнять за подбородок. Не знаю, что он увидел в моих глазах, но предпочел это не комментировать, дабы не нарваться. — Ложись, я принесу тебе воды, — удаляется на кухню. Послушно сажусь на край, глажу ладонью мягкое однотонное покрывало. Мне сейчас совсем нет дела до интерьера, позже осмотрюсь, но уже точно знаю, что буду ненавидеть каждую деталь. Особенно если Ларейн принимал в ремонте какое-либо участие. Знаю, веду себя по-детски, и перебороть это не выходит. — Я поставлю на… — вернувшись, альфа запнулся на полуслове, потому что я как раз скидывал с плеч рубашку. До этого как-то не рисковал оголяться при нем. — На тумбочку. — Как ты терпишь? — спрашиваю с каким-то отчаянием, потому что запах истинного в такой период должен сводить с ума. Однако как и в первый раз Теренс ведет себя вполне спокойно. — С большим трудом, — сглатывает, когда я принимаюсь избавляться от штанов. — Перефразирую. Зачем терпишь? — Потому что хочу, чтобы ты принимал подобные решения без влияния гона. Чтобы был со мной сознательно, окончательно признавая своим. И не жалел потом. — Не смей так говорить! — оставшись совершенно голым, рычу на него. — Да, признаю, мне не достает смелости, и пусть, чтобы решиться требуются подобные обстоятельства… И что с того? Как я могу жалеть о том, о чем мечтал? Если я люблю тебя так сильно, что готов смириться с чем угодно, лишь бы никому не отдавать?.. — чувствую, как льются слезы по щекам. Увидев это, Теренс сорвался с места и накрыл меня собой, повалив на кровать. Наконец поцеловал нежно, ласково, но настолько настойчиво, что воздуха категорически не хватало. Поцелуй был соленым из-за слез с оттенком обиды. Я старался запомнить каждое мгновение, отмечал каждое место на теле, где были его руки и губы. Неправильно? Так быть не должно? Будут осуждать? Да, да и да! Пусть. Я готов к этому, потому что знаю, какое бы испытание ни было на пути, определенно оно стоит того. Стоит каждого его прикосновения. Теренс старался не спешить, но получалось плохо, мешали проведенные в разлуке годы. Я ощущал, видел как ему тяжело, и наконец понял, что с легкостью могу понять, когда мой альфа лжет. Скорее инстинктивно, но настолько точно… Ощущения его ладоней на моих плечах, торсе, бедрах неожиданно яркие. Никогда еще не хотелось остановить мгновение навсегда. Ловлю себя на мысли, что Теренс довольно опытен, снова меня пожирает неконтролируемая ревность. Но я успокаиваю себя, что теперь уж точно он весь целиком мой. Не потому что доверяю, а потому что никому не отдам. Теренс исцеловал мне всю шею, слегка прикусывая, при этом явно сдерживаясь, а я совсем не против любых его действий. Потому, когда он коснулся моей плоти, лишь сильнее раздвигаю ноги. Мало. Наверное, всегда будет мало. Его язык скользил по члену в разных направлениях, пока он не взял глубже. Цепляюсь за его волосы, сильнее, чем надо бы, однако контролировать себя сложно. Когда-нибудь я тоже возьму на себя ведущую роль, так как желание доставить любимому удовольствие слишком велико, но не сейчас. В этот момент я хочу получить все от него. Хотелось продержаться подольше, не вышло, слишком сладко от его ласк. Потому я позорно кончил раньше, оставив часть у Теренса во рту, а часть у себя на животе. — Полегчало? — улыбается, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Да… — тяжело дышу, отходя от оргазма. Даже так это было намного приятнее, нежели с омегой. Неужели я и правда по альфам?.. — Хорошо, — поднимается, собираясь, похоже, в ванную. — Куда собрался?! — Не думаю, что ты сейчас готов к… — Думаешь, побоюсь быть снизу? Или сам хочешь? Теренс постоянно теряет дар речи при таких моих выражениях, а сам старается быть мягче, жалеет. Вот только со мной это лишнее, если хочу, обязательно возьму свое. — Это происходит не так, как с омегами. Подготовиться сложнее… — Давай все лекции позже? — терпение у меня кончалось, да и возбуждение в паху нарастало, добавляя нервозности. — И… Ты что, с альфами тоже?.. — его многозначительное молчание дало понять, да. Вот же гадство! — Ляг обратно в кровать! Сдается мне, что лучше не знать, сколько побывало в его постели. Но я ведь все равно нарвусь на откровения и разнесу тут все к чертовой матери. — Хорошо, сокровище, успокойся. Я здесь, — садится рядом. — Раздевайся. — Но… — Снимай одежду! — резко перебиваю. — Всю! Помогать я не стал, предпочел любоваться со стороны, как оголяется его кожа. Смотрю на ключицы, широкие плечи, торс порядком накачанный. Волоски в паху, когда начинает снимать штаны, как он немного отворачивается, заметив такое пристальное внимание. Ничего, я рассмотрю все. Все мое. Поняв, что спорить со мной не то чтобы бесполезно, скорее себе дороже, Теренс занимает прежнее положение между моими ногами. Вот тут моя очередь смущаться. Собирает остатки спермы с моего живота, добавляет слюны и приставляет палец к моему анусу. Запоздало думаю, что я даже не дал ему сходить за лубрикантом, у него скорее всего есть, но уже не переживу, отстранись альфа от меня еще ненадолго. Потерплю, ведь Марк с Ленни как-то этим занимаются… Предельно расслабляюсь, чувствуя движения внутри. Необычно, оттого мне еще больше интересно, и даже жгучий стыд почти не мешает. Второй палец добавил дискомфорта, но быстро привыкаю, пытаясь приблизить момент, когда альфа наконец будет во мне. Сам факт необходим, хочу знать, ощутить, запомнить. — Давай же… — скоро натурально начну умолять. — Рано, — продолжая меня растягивать. — В самый раз. Все же вытаскивает пальцы и надавливает головкой на колечко мышц. Тяжело, наверное он был прав, но нет, я слишком упрям. Хочу его, целиком. Альфа аккуратен, не торопится, сдерживается как может, чтобы не причинить вред. Капельки пота стекают по его вискам, а мне так нравится это зрелище, вот бы видеть почаще. Вид напряженных мышц Теренса завораживает, никому больше не позволю видеть своего альфу таким. Не ожидал от себя столь громких и непристойных звуков, но вот мужчину на мне это только раззадоривает. Когда входить стало легче, он все же срывается на быстрый темп, все еще следит за моей реакцией, но уже потихоньку отпускает контроль. Наконец-то. Боль смешалась с удовольствием, хоть сначала я и сомневался, что его можно получить таким путем. Цепляюсь за альфу в попытке удержаться на месте хоть как-то, потому что спиной ездил по покрывалу, обнимаю ногами его бедра. Собственный член требовал внимания, нестерпимо хотелось кончить. Я чувствовал, уже вот вот все…

***

— Надо… Будет… Повторить… — пытаюсь отдышаться. Только разогнувшись после таких нагрузок понимаю, насколько мы поторопились, да и переборщили в процессе. Хоть теперь и все болит, я все равно доволен, ведь Теренс насквозь пропах мной. — В кого ты такой ненасытный? — сквозь смех проговаривает, облокотившись на одну руку. — Действительно, — улыбаюсь в ответ. — Мы и дальше так будем? — Как? — Ну… Ты здесь, а я с папой. Ведь жить вместе будет странно для соседей… — Я думал дать тебе закончить образование и переехать. А куда и как можешь выбрать сам. — Серьезно?! — вскакиваю, позабыв о боли в пояснице, тут же ложась обратно. — Да. Если правильно выбрать место, никому особо не будет дела, что мы альфы. И тем более никому не известно о родстве. — А семья? — Будем приезжать в гости. Если ты, конечно, не против таких планов на будущее. — Против ли я? Да я столько голову ломал, как же быть! А ты так просто!.. — целую его, навалившись сверху. Мельком пробежала гаденькая мыслишка о том, что я хотел все тут разнести. Но меня задобрили, дав возможность все обустроить самому. Прав был папа, Теренс давно все продумал наперед, а я… А что я, совсем даже не против.