Открой мне своё сердце

— Подъем, мелкая, — с самого утра кричит в моё ухо этот раздражающий голос, — Хочешь опоздать? — Вот блин, — обреченно вздыхаю, — Отвали, придурок, — накрываюсь одеялом с головой, — Сегодня пятница, можно не идти. — Эта девчонка, — возмущается, срывая одеяло, — Поднимай свой зад. — Да встаю я, встаю, — лениво поднимаюсь с кровати. — Ты такая красивая рано утром, — наклоняется к лицу, протягивая руку над моей головой. — Ч-чего? — пока я растеряно смотрю на парня, тот выхватывает с верхней полки шкафа полотенце. — Я первый в ванную, — закрывает за собой двери. — Йа! — заикаюсь. Да что с тобой не так?! Он же конченый идиот. — Доброе утро, — произносит господин Чон, стоит нам с Юно спуститься на первый этаж, — Как вам спалось? — Спасибо, хорошо, — хватаю яблоко, — Я пошла. — А как же завтрак? — накрывая на стол, интересуется мама. — Обойдусь, — завязываю шнурки на кроссовках, — Я ушла. Завтрак? Когда это мы стали семьёй. Всё это выше моих сил, у меня ещё есть гордость. — Еджи! — оборачиваюсь на знакомый голос. — Рюджин? — удивляюсь, увидев её, обычно она не выходит в такое время, — Что-то случилось? У тебя мешки под глазами? Не спала? — Сегодня пробный экзамен, — выдаёт подруга, а я замираю на месте, намереваясь вернуться в тёплую кроватку, — А ну-ка стоять, — хватает меня за рюкзак, когда я разворачиваюсь в сторону дома, — Хочешь кинуть меня одну? Смерти хочешь? — Я ведь всё равно не выживу, — пытаюсь надавить на жалость. — Пошли уже, — толкает меня в сторону школы, — Кстати, Еджи, можешь помочь мне? — В чём? — Можешь дать мне свои конспекты по литературе? — с мольбой смотрит на меня. — Ты безнадёжна, — вздыхаю, доставая из рюкзака большую тетрадь, но тут проезжает Юно на своём железном коне, проезжается по луже и обливает мою тетрадь, — Йа! Совсем охренел?! Этот неисправимый урод, серьёзно, — опускаю от бессилия руки, — Я убью его! На кусочки порежу, — решительно иду в школу, стреляя молниями. — Йа, Еджи, стой, подожди меня, — пытаясь догнать меня вопит одноклассница. *** — Надеюсь, вы помните про осенний бал на следующей неделе, — после звонка произносит учитель, — Не забудьте прийти и подготовить зал к мероприятию в это воскресенье, — наблюдаю, как Рюджин кидает голову на парту, эта дамочка обожает поспать в выходные, — И не забывайте про поезду за город на предстоящих каникулах, до сих пор ещё никто не записался. Я очень надеюсь, что поедет весь класс, — собирает книги со стола, — На этом всё, хорошо отдохните. — До свидания, учитель, — произносят все, начиная собирать каждый свои вещи. — Как насчет перекусить в ближайшем кафе? — подходя ко мне, предлагает Рюджин, — Я так голодна. Мне нужен фаст-фуд. — Вы с братом только о еде и думаете, — поднимаясь со своего места, припоминаю схожее поведение Чону, — Пошли, я тоже проголодалась. Сделав заказ, мы с Рюджин уселись за столик возле окна, болтая о предстоящем бале. — Что? Не пойдёшь? — возмущается подруга, поедая свой гамбургер, — Йа! Обалдела? И что мне делать там одной? — При всём моём желании, я не могу пойти, — мешая трубочкой колу, отвечаю я, — Мама и господин Чон собрались в медовый месяц, они уезжают в эту субботу. — Предков не будет целый месяц? — я уже по глазам вижу, как Рюджин составляет бомбезный план тусовки в моём, опустевшем от родительских запретов, доме. — Даже не думай об этом, — угрожающее тыкаю в неё пальцем, — В прошлый раз, когда мы устроили вечеринку в моём доме, твои долбанутые на всю голову друзья сожгли дорогой диван ручной работы в бассейне соседей. Я потом два месяца чистила его. Никаких вечеринок. — Прости, — опускает голову, поднимая молящий взгляд, — Может быть, всего один разочек? — Издеваешься? — замахиваюсь рукой, Рюджин выбегает из-за стола. — Ладно, ладно, — успокаивает меня, садясь обратно, — Так почему же ты не сможешь прийти? — Нужно присмотреть за мистером-вечно-создаю-проблемы-Юно один денёк, — раздраженно отвечаю, — Господин Чон сказал, что в это воскресенье он обязательно куда-нибудь влипнет, попросил держать его на коротком поводке в течении месяца. — Он что, маленький ребёнок, чтобы присматривать за ним? — И я о том же. Разве я должна смотреть за ним? — Нет, не думаю. — Вот и я о том же. Похер на Юно, пошли на балл, мне нужно развеяться. — Узнаю свою Еджи, — с улыбкой, гордо заявляет Шин, — Кстати, — голос становится тише. — Что? — Чону очень странно ведёт себя дома. Не знаешь, что с ним? — Он поцеловал меня, — спустя нескольких минут размышлений и давящего молчания, отвечаю я. — Что он сделал? — подрывается с места, громко спрашивая и привлекая внимание других посетителей. — Да тише ты, — усаживаю девушку на место, — Он приехал на Чеджу, очень странно говорил, а затем поцеловал. Не понимаю его. Разве друзья поступают так? — Еджи, — складывает руки на груди. — Да? — Ты тупая? — Чего? — Реально глупая или прикидываешься? — Йа, умереть захотела? — Нравишься ты ему, идиотина моя ненаглядная, — выдает Рюджин, допивая свою колу, — И не говори мне, что не замечала этого, — смотрю на неё, будто та отрыла мне новую планету, — Йа, ты сейчас серьёзно? — мои глаза выражают полную тупость и непонимание, — О, Господи, Ким Йеджи, ты совсем дура? Йа! У тебя же второе место по школе! Как ты могла не заметить этого? Ты точно умная? — Притормози, Рюджин, — вытягиваю руку вперёд, останавливая словесный поток подруги, — Разве такое возможно? Мы ведь лучшие друзья. Мы не можем любить друг друга, это неправильно. В этом есть какой-то смысл? — В каком это смысле вы не можете любить друг друга? Кто сказал тебе такой бред? Слушай, Чону хороший парень, правда иногда он не моет за собой посуду, но не в этом ведь счастье, верно? Он очень сильно любит детей, представь, каким замечательным отцом он будет! Да он в тебе души не чает, на руках носить будет. Он намного лучше других парней. Взять, к примеру, Чон Джехёна. Разве такой муж тебе нужен? Да он ведь бабник! А его дружок Джонни? Балбес и раздолбай! Такой же придурок. — Остановись, барышня, — прерываю Рюджи, — Ты ведь встречалась с Джонни. Разве ты не была счастлива? И вообще, что за тупое сравнение? Какой муж, какие дети? Рехнулась? — Не будь такой, Еджи. Задумайся уже о будущем. — Айщ, харе грузить меня хернёй, Рюджи. Встаю с места, забирая рюкзак. — Поднимай зад, — произношу я, — Пошли уже по домам, скоро стемнеет. — Еджи, — зовёт меня Рюджи, перепрыгиваю через очередную лужу, — А что ты чувствуешь к Чону? — Что я чувствую? — останавливаюсь, — Ничего, — продолжаю идти, — Он для меня просто друг. Хотя нет, — вновь останавливаюсь, поворачиваясь к Рюджи, — Он мой лучший друг. Я сильно дорожу им также, как и тобой. Не думаю, что это те чувства, про которые ты спрашиваешь. — Жаль, — хватая меня под локоть, печально отвечает Шин, — Было бы здорово, стань вы парочкой. — Рюджи, — смотрю вперёд, — Ты ведь уже любила. Каково это? — закат настраивает меня на душевный разговор, — Точнее, что это такое: любить кого-то? — Почему ты вдруг спрашиваешь меня о таком? — Мне просто интересно. — Ну, — протягивает брюнетка, — Ты словно выиграл миллион долларов, которые не хочешь тратить. — Йа, — толкаю её в бок, — Прикалываешься? — смеюсь, — Что это ещё значит? — Тебе не понять, — обреченно вздыхает, — Любовь — неописуема. Ты просто счастлива, когда находишься рядом с ним или же просто смотришь на него, когда видишь его улыбку, слышишь смех. Тебе грустно, когда он не рядом, ты просто не находишь себе место. Не хочешь делить человека ни с кем и идти за ним хоть на край света, умереть за него, отдать последнее. — Это так, — задумываюсь, — Глупо. — Что? — смеётся, — Глупо? Ты точно девушка? — Йа, обалдела? — Ты обязательно поймёшь это, — многообещающе кивает, строя философское лицо, — А вот и мой дом, — останавливается, — Увидимся в воскресенье. — Пока, — обнимаю подругу на прощание, благо предки купили дом в том же районе, — Я позвоню тебе позже. — Хорошо, — машет рукой, — Спокойной ночи. Наблюдаю, как Рюджи заходит в дом и, лишь после этого, направляюсь к своему, но звук входящего сообщения заставляет меня замедлить шаг. Чону: «Мы можем поговорить?» Набираю ответ. Чону: «Отлично. Встретимся на площадке.» Разворачиваюсь в совсем другом направлении от дома. — Привет, — подходя к детской площадке, замечаю Чону, сидящего на качели. — Привет, — мягко улыбаясь, отвечает Ким. Присаживаюсь рядом, слегка раскачиваясь. — О чем, — смотрю на Чону, — Ты хотел поговорить? — Я хотел извиниться, — поднимается с места, — Прости, Еджи. — Не нужно, Чону, — поднимаюсь, вставая напротив друга, — Давай просто забудем, ладно? — Не думаю, что у меня получиться, — руки в карманы, голова опущена, — Это будет выше моих сил. — И что ты, — запинаюсь, зная, что скажет друг, — Предлагаешь? — Мы не сможем быть друзьями,Еджи, — выдаёт шепотом Чону, — Я хочу большего. Я слишком эгоистичен, верно? — лёгкий смешок. — Ты сейчас, — сдерживаю слёзы, — Хочешь сказать, что нашей дружбе… — Конец? — договаривает за меня Ким, — Не думаю, что справлюсь со своими чувствами. Дай мне время. — Чону. — Не нужно, Еджи, — отходит на шаг назад, — Сначала я должен справиться со своими чувствами. Я прошу отпустить меня. На время. Смотрю на Чону. Его глаза стеклянные, опухшие, голос совсем слабый. Я не хочу терять тебя, Чону. — Я, — из-за всех сил пытаюсь не разреветься, — Хорошо, я дам тебе время. Но обещай мне, что обязательно вернёшься. — Я обещаю, что обязательно вернусь к тебе и всё будет так, как прежде, — сказав это, Чону просто уходит, оставляя меня одну. — Я буду ждать тебя, Чону, — кричу вслед парню, тот на несколько секунд замирает, но затем продолжает свой путь, полностью погружаясь в свои мысли. *** Утро выходного дня встретило меня пасмурно. Одно радует: мой сводный братец так и не соизволил явиться вчера домой, хоть какое-то доброе дело сделал. Лениво поднимаюсь с постели, хватая ноутбук со стола, и падаю обратно в кровать. Открываю почту. — Отказано? — возмущаюсь я, смотря на сообщение пришедшее из Университета, — В каком смысле отказано? Вот дерьмо. Йа! Вы хоть знаете, какого ценного студента потеряли? Айщ, серьёзно, — закрываю крышку ноутбука, кидая его на другой конец кровати, — Я не отстану от вас, — решительно заявляю я, смотря в зеркало, — Обязательно поступлю в Сеульский. Смотрю на настенные часы. Уже полдень? Черт, я обещала Рюджи пройтись по магазинам вместе, чтобы выбрать новое платье для осеннего балла. Достаю телефон из кармана кофты и набираю номер подруги. — Алло, — слышу сонный голос по ту сторону трубки. — Ещё спишь? — ни капли не удивляюсь, — Поднимайся. — Чего в такую рань людей будешь? — Сама ведь попросила разбудить тебя пораньше. Вставай давай. — Хорошо, хорошо. Только не ори так. — Встретимся на перекрёстке через час, — кладу трубку. Быстро принимаю душ. Высушив волосы, слегка подкрашиваюсь, натягиваю на себя джинсы и теплый свитер. Спускаюсь на кухню, дабы закинуть что-нибудь в свой желудок. — Снова он все яблоки сожрал, — не заметив в холодильнике своего любимого фрукта, раздраженно вспоминаю про Джехёна. Насыпаю себе хлопьев, заливая их молоком. Тут входная дверь открывается и в дом заваливается Чон Юно. Совсем не трезвый Чон Джехён. — Боже, — с упрёком смотрю на парня, — Вы только посмотрите на него. И где же ты так накидался, бродяга? — Отвали, — падает на диван, не разувшись, — Налей мне воды. Я щас сдохну. — Сам себе наливай, — поедая хлопья, отвечаю я. — Бессердечная, — произносит Юно, уткнувшись лицом в подушку, — Тут человек подыхает. Тебе так сложно что-ли? — Господи, дай мне сил, — прикрываю глаза, всё-таки наливая парню стакан воды, — Держи, — говорю я, подойдя к дивану. Ничего не ответив, Юно выхватывает у меня стакан и быстро опустошает его, а затем кивает, говоря, чтобы я налила ещё. Смотрю на Джехёна взглядом убийцы, а затем ставлю графин с водой на стол рядом с диваном. — Твой отец был в гневе сегодняшним утром, — вспоминаю, как возмущался господин Чон перед отъездом, — И где же ты был? — Тебе то какое дело? — закрывает глаза рукой, а я замахиваюсь рукой, желая прибить идиота. — Никакого. В следующий раз сам наливай себе воду, пьяница, — хватаю сумку и выхожу из дома, — Придурок. — Йа, — поднимаю голову, — Чего так долго? Я так долго ждала тебя, что аж ноги затекли. — Прости, Рюджи, — извиняюсь перед подругой, — Я куплю тебе вкусняшки, окей? — Ты прощена, — хватает меня под руку, — Пойдем уже, а то мымры из параллельного класса раскупят все офигенные платья. *** — Как тебе это? — выходя из примерочной, спрашивает моё мнение Рюджи. — А оно не слишком откровенное? — иронично спрашиваю в ответ подругу, смотря на короткое платье, — Ты в школу идешь, а не на панель. Сними, иначе нашего директора конвульсия хватит, — вспоминая, что директор вытворял с одной из учениц в заброшенном крыле школы, добавляю я. — А ты не собираешься выбирать себе платье? — крутиться перед зеркалом, — Я слышала, что новенький тоже придёт. — Новенький? — отрываю взгляд от телефона. — Ты не знала? — удивляется, подбегая ко мне, — Йа, ну ты и даёшь. Он ведь такой красавчик, — мечтательно вздыхает, а я закатываю глаза, — Я слышала, что его отец очень известный врач, а мать актриса, — продолжает восторженно описывать парня, — А сам он просто идеальный: его кожа как мёд, а улыбка такая завораживающая. — Йа! Йа! Йа! Притормози, — скидываю руки подруги с её щёк, — Спятила что-ли? Какая ещё кожа, какая, мать его, улыбка? Об учебе думать нужно, а не о парнях, — разворачиваю подругу в сторону примерочной, суя в руки парочку платьев с ближайшей вешалки, — Успокой своё сердечко, Рюджи. Облегченно вздыхаю, когда слышу звук закрывающейся двери примерочной. Эта девчонка такая наивная. Боже, и как Джонни терпел её выходки? Хотя, о чём это я. Как она его терпела. — Да уж, — смотрю в сторону примерочной, — Любовь зла. Оглядываюсь вокруг, намереваясь найти хоть что-нибудь мне подходящее. В итоге мой взгляд упал на шелковое нежно-розовое платье. Быстро хватаю его, дабы никто меня не опередил и скрываюсь за дверьми пустой примерочной. — Еджи? — слышится обеспокоенный голос за дверью, — Ты где? — Я здесь, — выхожу из примерочной, пафосно облокотившись об дверной косяк, — Разойдитесь, сучки, папочка идёт, — подхожу к зеркалу, любуясь собой. — Вау, — восторженно восклицает Шин, — Тебе очень идет. Выглядишь потрясно. — Что это на тебе? — замечаю на Рюджи черное кружевное платье, — Тебе тоже безумно идёт это платье. — Как думаешь, какой он? — отпивая кофе, начала Рюджи, — Ну этот новенький ученик. — Мне то откуда известно? — мешая горячий шоколад, отвечаю я, — И вообще, чего на других парней заглядываешься? Разве ты не любишь Джонни до сих пор? — Говори потише, — шикает на меня девушка, — С чего ты взяла? Не нравится мне он. — Да что ты, неужели, — саркастично произношу я, вспоминая, как Шин все уши мне прожужжала про Джонни. — Не нравится ся он мне, — повторяется Рюджи, надеясь убедить меня, — Хватит смотреть так на меня. Говорю же, не люблю я его. — Да поняла я, — пихаю в рот подруги конфету, — Ешь давай. — Как обстоят твои дела с придурком Юно? — допивает своё кофе, — Как тебе жизнь под одной крышей с самым популярным парнем школы? — Даже не спрашивай. Он раздражает меня от мозга костей до кончиков пальцев. Припёрся пьяный домой сегодня утром. Где его черти носили всю ночь? — смотрю на подругу, которая слишком подозрительно прикусила губу, — Ты чего? — Ну, — неуверенно протягивает Рюджи, — Я лишь слышала. Это могут быть всего лишь слухи. — О чём ты? — Ходит тут один слушок про него. Я слышала, как это обсуждали парни из нашего класса. — Долго резину тянуть будешь? — Ты ведь знаешь, два года назад, когда мы учились в средней школе, Джехён потерял маму, а Джонни младшую сестру в одной и той же аварии. Так вот, Джонни и Джехён напиваются в хламину в годовщину их смерти, ведут себя, как настоящие подонки, не замечают ничего вокруг. В прошлом году, когда я ещё встречалась с Джонни, они подрались с какими-то парнями из другой школы, за что потом просидели в полицейском участке несколько суток. — Его отец не мог внести залог? — Ты смеёшься что-ли? Его отец ещё хуже, чем Джехён. Он лишь кажется хорошим человеком, он просто ещё не показал своё настоящее лицо. — Он показался мне вполне вменяемым. — Джонни рассказывал мне, что после смерти жены, отец Юно закрылся даже от собственного сына, виня в смерти любимой именно его, ведь она спешила на соревнования сына, так же, как и сестра Джонни. Саран и госпожа Чон хотели сделать сюрприз Джехёну, прилетев в Тэгу, но у них не вышло. Вместо этого они попали в большую аварию, где погибло еще несколько человек, включая маленьких детей, ехавших на экскурсию. — У меня аж мурашки пошли, — обнимая себя за плечи, произношу я, — Теперь понятно, почему Джехён ведёт себя, как последняя скотина. — Он просто забыл, что такое обычное счастье. Его жизнь, как и жизнь Джонни, теперь наполнена лишь злобой, желанием отомстить кому-то, но виноватых нет. Это просто несчастный случай. — А я думала, что такая ледышка, как Чон Юно, никогда не чувствовал боли, — честно выдаю я, — Не знала, что всё так запущено. — Наверное, господин Чон знал, что Юно обязательно напьётся в эти выходные, поэтому попросил тебя присмотреть за ним, чтобы тот вновь не попал в участок. — Просто жесть, — не сдерживаю свой шок, — Мне ведь маман такой разнос устроит, если узнает, что я проигнорировала просьбу господина Чона. — Пойдем домой? — прочитала мои мысли Рюджи, а я кивнула в знак согласия. *** Подходя к перекрёстку, слышу громкую музыку, доносящуюся где-то в районе моего дома. — Я убью его, — подойдя к своему дому, заявляю я, — Чон Юно! — обходя пьяных подростков, громко зову парня, — Чертов кретин, я закопаю тебя, — оглядываюсь вокруг, отключаю колонки, из которых слишком, сука, громко лилась музыка, — Вечеринка окончена, — слышаться возмущенные возгласы, — Все расходятся по домам, — толкаю близстоящих людей, — Быстро, быстро. — В чём дело? — слышится с лестницы, тебе конец. — В чём дело? — переспрашиваю парня, который вновь включает музыку, — Ты совсем страх потерял? Йа! Отпусти меня! — у него фетиш такой, на плечо к себе закидывать? — Я сказала, отпусти меня, скотина! — Да успокойся ты! — закрывая дверь в нашу комнату, выпаливает Джехён, — Чего разоралась? Портишь всё веселье. — Ты не приохренел ли, парниша? — кидаю в парня подушкой, — Закатил тусовку? — кидаю вторую подушку, — Тебе жить надоело? — третью, — Иди сюда, придурок, — перепрыгиваю через кровать, бегая за парнем по всей комнате, — Я надеру тебе зад, Чон Юно, — еще одна подушка летит в парня, но тот ловит её и кидает в меня, сбивая с ног, а я, лёжа на полу, слышу его громкий смех, — Тебе смешно, идиот? — Очень, — продолжает смеяться. — Ты нормальный? — приподнимаюсь на локти, — Нас родители убьют, если узнают. Хочешь сидеть до конца жизни под домашним арестом? Я вот не горю желанием, так что быстро разогнал всех по домам. — Не будь такой занудой, Еджи, — присаживается на корточки передо мной, — Тебе так сложно расслабиться что-ли? — Тебе так сложно вести себя, как нормальный человек? — толкаю брюнета ногой. — Йа! Убрала от меня свои ноги, — падая на спину, кричит Юно, — Почему ты такая, Ким Йеджи? — Какая «такая»? — поднимаюсь с пола. — Нереально надоедливая, — садиться, облокачиваясь спиной об свою кровать, — Бесишь меня. — Да что ты, — вскидываю руками, — Это взаимно, идиот. — Почему ты попросила меня притвориться, будто мы поладили? Ты, — переводит взгляд на меня, — Так сильно хочешь увидеть брата? — Да. Я очень сильно хочу встретиться с ним. — Ясно, — запрокидывает голову назад так, что та оказывается на кровати, — Йа, мелкая, для тебя это очень важно? — Я не обязана отвечать тебе, — собираюсь выходить из комнаты, — Выпроводи всех, иначе мне придётся вызвать полицию. — Ладно, — сдаётся Юно, — Я выпровожу их, но, — задумывается, — У меня есть условие. — Условие? — смотрю на него, как на последнего мудилу, — Ещё чего? Я просто вызову полицию и всё. — Тогда родители узнают, — твою мать, а парень то прав, — Подростки закатили вечеринку с алкоголем и наркотиками, пока родители в отъезде, как думаешь, кому позвонит следователь в первую очередь? — Блин, — закрываю глаза, руки скрещиваю на груди, — Чего тебе? — Давай, — начинает Юно, а мне стало страшновато, — Поговорим? — П-п-поговорим? — это точно Чон Юно? — И всё? — А ты хочешь чего-то ещё? — пошлая ухмылка. — Ладно, ладно, — выставляю руки вперёд, — Я согласна. Только сначала выпроводи всех. — Хорошо, — улыбка до ушей, и чему ты так радуешься? Примерно через час дом полностью опустел, а я уже готова была вырубиться в любой момент. — Йа, мелкая, — слышится спокойный, что очень странно, голос парня, — Ты где? — Здесь я, — выходя из комнаты, отвечаю я, — Чего разорался? — Будешь горячий шоколад? — вопросительно смотрит на меня, — Не любишь? Что-нибудь другое? — Что? — в шоке. Я. В. ШОКЕ. — Нет, нет, я люблю, то есть да, черт, — глубоко вздыхаю, — Я люблю горячий шоколад. — Правда? — слегка улыбается. Да что с тобой? Где Джехён, которого я знаю? — Я тоже люблю горячий шоколад, — разворачивается в сторону кухни, — Ты идешь? — оборачивается и смотрит на меня. — А? Что? — всё ещё не могу выйти из шока, — Да, конечно, иду, — спускаюсь по лестнице и иду вслед за брюнетом на кухню, — Так, — присаживаясь на стул, начала я, — О чём ты хотел поговорить? — Я, — ставит две кружки горячего шоколада на стол, садиться напротив, — Пойдёшь на бал со мной? — Чего? — давлюсь напитком, округлив глаза.