Уйти нельзя остаться.

Как только дверь за мной закрылась, я оказалась в кольце сильных рук. Мою шею опалило горячее дыхание, сзади прижалось сильное тело и я закрыв глаза безвольно запрокинула голову на его плечо, подставляясь под ласку губ и языка нунчаконосца. Я знала зачем шла сюда, чувствовала что так может быть, (или надеялась? Не важно. Уже нет.) так какого черта? Разговоры наши ни до чего хорошего не доводили, вот и сейчас незачем. Прижатая к нему спиной, я подняв руку, притянула его к себе, положив ладонь на затылок. Его язык прошелся за ухом, а пальцы гладили живот, проникнув под майку, поднимаясь выше. Воздух резко закончился, когда теплые сухие ладони сжали мою грудь сквозь лифчик. Большие пальцы гладили соски сквозь кружевную ткань, надавливая, потирая, заставляя дорожать, шумно дыша. Майк терзал мою шею, прикусывая и зализывая, оставляя следы на плечах. Все внутри скрутило в тугой узел, когда он стянул с меня майку, проведя руками снизу вверх, подцепил пальцами лямки лифчика и не заморачиваясь, просто сломал застежку, освобождая от ненужного предмета гардероба. Расстегнув молнию на джинсах, рывком развернул меня к себе и замер, жадно скользя глазами по моей голой груди. Я подалась вперед и прижалась к его пересохшим губам, проникая и встречаясь с его языком, вызывая у обоих очередную волну дрожи. Майк жарко застонал мне в рот, когда я пальцами, надавливая, прошлась по самому краю нижнего пластрона, задевая чувствительную кожу. Его ладони скользнули мне под джинсы, по пути стягивая плотную ткань с бедер и сжали ягодицы. Палец скользнул между ними, лаская сзади, почти проникая внутрь пульсирующего входа. Я стонала уже не сдерживаясь, будучи почти на грани, только от прикосновений. Трусики намокли и влажная ткань, натягиваясь от его руки, впивалась между ног, заставляя извиваться и вздрагивать. Еще немного и я кончу прямо так, стоя, пытаясь насадиться на его пальцы. Внезапно его руки изчезли, и пульсирующее напряжение внизу стало почти невыносимым. Разочарованно застонав, каждой клеточкой желая продолжения, я скинув джинсы и отбросив ногой в сторону, попятилась к корвати, увлекая Майка за собой. Его язык творил черт знает что у меня во рту, когда я ощутила спиной прохладные простыни. Майк навис надо мной, опираясь на руки по обе стороны от головы, а я потянувшись провела руками по его бедрам, почти до колен от самых ягодиц, впиваясь ногтями в кожу, опустив одну руку, провела ладонью между его дрожащих ног, добираясь до члена и обхватив его влажными пальцами, жадно смотрела как Майки запрокинув голову и приоткрыв губы стонет, выгибаясь и толкается в мою ладонь. Провожу рукой от головки до основания и обратно, наслаждаясь прикосновением и его реакцией. Толстый, большой. Моих пальцев едва хватает обхватить до конца, горячий и такой напряженный, что я удивляюсь, как еще терпит. Май хнычет и трется, а я бесстыдно ласкаю его там, то быстрее, то скольжу, едва касаясь. С него течёт и кончиками пальцев я размазываю смазку по всей длине. Раньше я бы испугалась таких габаритов, будет больно, но сейчас мне плевать. Пульсация под пальцами усиливается, вены проступают как верёвки под тонкой кожей и Майки шипит сквозь зубы и дергается, зажмурившись, убегает от моих рук, задыхаясь. Я тяну его за концы повязки, его глаза сейчас почти черные, целует так, что почти больно, кусает и так уже опухшие губы. На мне все еще трусики, но он наваливается сверху, раздвинув коленом мои ноги еще шире, взяв меня за предплечья, рывком сдвигает ниже, упираясь членом в разделяющую нас тонкую ткань. Я сцепив зубы мычу, выгибаясь, стараясь прижаться еще теснее. Но внезапно все изчезает, и держащие меня руки и тяжесть его тела. Сразу становится холодно и я распахнув глаза, вижу, что Майки встал с кровати. Тяжело дыша, прячет член под пластрон, не отрывая от меня жадного взгляда. - Ну как тебе, когда тебя бросают в таком состоянии? М, Виктория? Его голос низкий и словно вибрирует. Я с трудом шевелю губами, не вполне понимая, что происходит. Что он делает? - Майки, что ты делаешь? - шепчу я еле слышно, но он лишь нервно улыбнувшись, обхватывает себя руками, стараясь унять дрожь. - Я хочу что бы ты прочувствовала на себе то, что ты делаешь со мной. Я неверяще смотрю на него, мотнув головой. Этого не может быть… - Майки, о чем ты говоришь? Пожалуйста, не надо… - Почему же? Я в таком состоянии постоянно в последнее время, Викс. Я не могу нормально тренироваться, не могу нормально спать, у меня все болит, там… Он отворачивается, закрыв глаза, пытаясь совладать с дрожащим голосом. И продолжает, уже не глядя. - Вчера ты была здесь, ночью, ты все видела и просто ушла… Ты издеваешься надо мной, дразнишь и бросаешь, но я не твоя игрушка! Я же не железный, я же...мне плохо… Слеза скатывается по щеке, но он со злостью стирает ее ладонью, все так же глядя куда то в сторону. А я всё так же не отрываясь смотрю, надеясь, что это страшный сон. - Ты и не отталкиваешь и не подпускаешь, я не знаю чего ты хочешь? Даже сейчас, я держу тебя в руках, ты здесь, так близко и позволяешь мне… ты пришла ко мне сама, а я не верю, понимаешь? Я целую тебя и жду что в следующую секунду, в любую, ты оставишь меня, бросишь и уйдешь, а я …Почему ты пришла? Зачем ты все еще здесь? Я не понимаю тебя. Знаешь, еще немного и я не смогу остановиться, я хочу тебя так сильно, что боюсь этого. Боюсь навредить... Морщится, словно ему больно говорить. Сделав несколько шагов к двери и качаясь как пьяный, старается не смотреть на меня, распластанную по кровати, а я тихо плачу, неверными руками пытаясь натянуть на себя простынь. Опустив голову и уперевшись лбом в дверной косяк, бросает через плечо - Вот и попробуй, каково это, быть игрушкой. - Майки, пожалуйста, не уходи... - шепчу я уже его спине. - Прости меня, Майки…только не сейчас…не оставляй меня, пожалуйста! - Не хочу тебя здесь видеть, когда вернусь. Убирайся. - он решительно шагает за дверь, даже не оглянувшись.